Объяснение как доказательство в уголовном процессе
Подборка наиболее важных документов по запросу Объяснение как доказательство в уголовном процессе (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Правовой статус результатов оперативно-розыскной деятельности и их роль в доказательственной системе
(Вердиян Д.А.)
("Власть Закона", 2025, N 3)Вопрос о допустимости и порядке использования результатов ОРД в уголовном процессе остается предметом научных и практических споров. Российское законодательство, в частности ст. 89 УПК РФ, ограничивает возможность их непосредственного использования в качестве доказательств, поскольку такие результаты зачастую не соответствуют установленным требованиям к доказательствам. Следователь на стадии предварительного следствия вынужден прибегать к процессуальным действиям, чтобы легализовать сведения, полученные в ходе ОРД. Это не всегда приводит к сохранению их доказательственной ценности. Подобная позиция объясняется необходимостью соблюдения принципа допустимости доказательств, при сформированной презумпции необходимости их последующей проверки и подтверждения иными процессуальными средствами. Подобная осторожность, в свою очередь, во многом продиктована опасениями злоупотреблений со стороны должностных лиц, осуществляющих ОРД, а также стремлением обеспечить баланс между интересами эффективного расследования и гарантией реализации прав участников уголовного судопроизводства.
(Вердиян Д.А.)
("Власть Закона", 2025, N 3)Вопрос о допустимости и порядке использования результатов ОРД в уголовном процессе остается предметом научных и практических споров. Российское законодательство, в частности ст. 89 УПК РФ, ограничивает возможность их непосредственного использования в качестве доказательств, поскольку такие результаты зачастую не соответствуют установленным требованиям к доказательствам. Следователь на стадии предварительного следствия вынужден прибегать к процессуальным действиям, чтобы легализовать сведения, полученные в ходе ОРД. Это не всегда приводит к сохранению их доказательственной ценности. Подобная позиция объясняется необходимостью соблюдения принципа допустимости доказательств, при сформированной презумпции необходимости их последующей проверки и подтверждения иными процессуальными средствами. Подобная осторожность, в свою очередь, во многом продиктована опасениями злоупотреблений со стороны должностных лиц, осуществляющих ОРД, а также стремлением обеспечить баланс между интересами эффективного расследования и гарантией реализации прав участников уголовного судопроизводства.
Статья: Очная ставка в средневековых правовых сводах
(Лошкарева М.Е., Рязанов П.А.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 1)Очная ставка - одно из древнейших доказательств в уголовном процессе наряду с присягой. В славянских правовых памятниках эпохи Средневековья встречается понятие "свод" - очная ставка или серия очных ставок, направленная на отыскание недобросовестного приобретателя имущества, признаваемого украденным. Эта процедура в той или иной форме встречается во многих правовых памятниках эпохи, но редко становится предметом анализа исследователей: распространенность явления и даже текстуальные совпадения могут объясняться естественностью обычая, хотя в ряде случаев это может быть подвергнуто сомнению. Бесспорно, важнейшим методом исследования средневековых правовых текстов, как правило отличающихся многослойностью, выступает сравнительно-исторический анализ. Именно этот метод - ключевой в исследовании такого сложного и многогранного объекта духовной культуры человечества, как право. Попытки выявить логику в процессе зарождения, функционирования и изменения правовых норм часто упираются в территориальную и лингвистическую ограниченность, порой искусственно создаваемую исследователем.
(Лошкарева М.Е., Рязанов П.А.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 1)Очная ставка - одно из древнейших доказательств в уголовном процессе наряду с присягой. В славянских правовых памятниках эпохи Средневековья встречается понятие "свод" - очная ставка или серия очных ставок, направленная на отыскание недобросовестного приобретателя имущества, признаваемого украденным. Эта процедура в той или иной форме встречается во многих правовых памятниках эпохи, но редко становится предметом анализа исследователей: распространенность явления и даже текстуальные совпадения могут объясняться естественностью обычая, хотя в ряде случаев это может быть подвергнуто сомнению. Бесспорно, важнейшим методом исследования средневековых правовых текстов, как правило отличающихся многослойностью, выступает сравнительно-исторический анализ. Именно этот метод - ключевой в исследовании такого сложного и многогранного объекта духовной культуры человечества, как право. Попытки выявить логику в процессе зарождения, функционирования и изменения правовых норм часто упираются в территориальную и лингвистическую ограниченность, порой искусственно создаваемую исследователем.
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 74 "Доказательства" УПК РФ"Суд первой инстанции не учел, что в соответствии со ст. 74 УПК РФ доказательствами являются полученные в установленном уголовно-процессуальным законодательством порядке показания подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля, которые, согласно ст. 240 УПК РФ, подлежат непосредственному исследованию в судебном заседании. Опросы, объяснения участников уголовного судопроизводства, данные до возбуждения уголовного дела, не входят в перечень, установленный ст. 74 УПК РФ, а придание им самостоятельного доказательственного значения не отвечает требованиям уголовно-процессуального закона. Суждение в приговоре о том, что данные опросы относятся к мерам проверочного характера, направлены на сбор информации и не служили способом подмены уголовно-процессуального действия, не придают данным опросам статус доказательств, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством."
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 240 "Непосредственность и устность" УПК РФ"Суд первой инстанции не учел, что в соответствии со ст. 74 УПК РФ доказательствами являются полученные в установленном уголовно-процессуальным законодательством порядке показания подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля, которые, согласно ст. 240 УПК РФ, подлежат непосредственному исследованию в судебном заседании. Опросы, объяснения участников уголовного судопроизводства, данные до возбуждения уголовного дела, не входят в перечень, установленный ст. 74 УПК РФ, а придание им самостоятельного доказательственного значения не отвечает требованиям уголовно-процессуального закона. Суждение в приговоре о том, что данные опросы относятся к мерам проверочного характера, направлены на сбор информации и не служили способом подмены уголовно-процессуального действия, не придают данным опросам статус доказательств, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством."
Нормативные акты
Постановление Конституционного Суда РФ от 21.10.2014 N 25-П
"По делу о проверке конституционности положений частей третьей и девятой статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами общества с ограниченной ответственностью "Аврора малоэтажное строительство" и граждан В.А. Шевченко и М.П. Эйдлена"Не предполагает необходимость судебного контроля за продолжительностью наложения ареста на имущество, в отношении которого имеются основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого, и статья 165 УПК Российской Федерации, закрепляющая лишь судебный порядок получения первоначального разрешения на производство такого следственного действия. Что касается возможности лица, на имущество которого наложен арест, обратиться в случае продления сроков или приостановления предварительного следствия к органу, осуществляющему досудебное производство по уголовному делу, с ходатайством об отмене наложения ареста на имущество, обжаловать соответствующее постановление следователя руководителю следственного органа, прокурору в порядке статей 123 и 124 УПК Российской Федерации или в суд по правилам статьи 125 данного Кодекса, притом что такое лицо, если оно не является подозреваемым, обвиняемым или гражданским ответчиком, о продлении сроков предварительного следствия или о его приостановлении не уведомляется (часть восьмая статьи 162 и часть вторая статьи 208 УПК Российской Федерации), то такая возможность - как по буквальному смыслу части девятой статьи 115 УПК Российской Федерации во взаимосвязи с частью третьей той же статьи и частью первой его статьи 208, так и по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, - не может быть признана эффективным средством защиты прав собственника арестованного имущества (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 31 января 2011 года N 1-П). Кроме того, на указанных в части третьей статьи 115 УПК Российской Федерации лиц, поскольку они не являются участниками уголовного судопроизводства, не распространяются такие процессуальные гарантии, как право знать сущность предъявленных к ним материально-правовых притязаний и обстоятельств, на которых они основаны, возражать против этих притязаний, давать объяснения, представлять доказательства, иметь представителя, знакомиться с материалами уголовного дела, заявлять отводы и т.д.
"По делу о проверке конституционности положений частей третьей и девятой статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами общества с ограниченной ответственностью "Аврора малоэтажное строительство" и граждан В.А. Шевченко и М.П. Эйдлена"Не предполагает необходимость судебного контроля за продолжительностью наложения ареста на имущество, в отношении которого имеются основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого, и статья 165 УПК Российской Федерации, закрепляющая лишь судебный порядок получения первоначального разрешения на производство такого следственного действия. Что касается возможности лица, на имущество которого наложен арест, обратиться в случае продления сроков или приостановления предварительного следствия к органу, осуществляющему досудебное производство по уголовному делу, с ходатайством об отмене наложения ареста на имущество, обжаловать соответствующее постановление следователя руководителю следственного органа, прокурору в порядке статей 123 и 124 УПК Российской Федерации или в суд по правилам статьи 125 данного Кодекса, притом что такое лицо, если оно не является подозреваемым, обвиняемым или гражданским ответчиком, о продлении сроков предварительного следствия или о его приостановлении не уведомляется (часть восьмая статьи 162 и часть вторая статьи 208 УПК Российской Федерации), то такая возможность - как по буквальному смыслу части девятой статьи 115 УПК Российской Федерации во взаимосвязи с частью третьей той же статьи и частью первой его статьи 208, так и по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, - не может быть признана эффективным средством защиты прав собственника арестованного имущества (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 31 января 2011 года N 1-П). Кроме того, на указанных в части третьей статьи 115 УПК Российской Федерации лиц, поскольку они не являются участниками уголовного судопроизводства, не распространяются такие процессуальные гарантии, как право знать сущность предъявленных к ним материально-правовых притязаний и обстоятельств, на которых они основаны, возражать против этих притязаний, давать объяснения, представлять доказательства, иметь представителя, знакомиться с материалами уголовного дела, заявлять отводы и т.д.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 57
"О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов"возникновение необходимости истребования доказательства судом по своей инициативе (часть 1 статьи 63 КАС РФ).
"О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов"возникновение необходимости истребования доказательства судом по своей инициативе (часть 1 статьи 63 КАС РФ).
Статья: Вопросы в процедурах получения устных объяснений сторон в гражданском и уголовном процессе
(Зашляпин Л.А.)
("Современное право", 2022, N 4)Первое важное отличие состоит в том, что объяснения сторон в уголовном процессе не являются доказательствами (ч. 2 ст. 74 УПК РФ). Это исключает обязанность в доказывании даже для той стороны, которая находится под этим бременем.
(Зашляпин Л.А.)
("Современное право", 2022, N 4)Первое важное отличие состоит в том, что объяснения сторон в уголовном процессе не являются доказательствами (ч. 2 ст. 74 УПК РФ). Это исключает обязанность в доказывании даже для той стороны, которая находится под этим бременем.
Статья: О порядке приобщения доказательств к уголовному делу
(Россинский С.Б.)
("Законы России: опыт, анализ, практика", 2022, N 6)Как уже отмечалось ранее, в настоящее время наиболее четкими и понятными представляются именно правила работы дознавателя, следователя, суда с предметами, подлежащими введению в уголовный процесс в качестве вещественных доказательств, которые сводятся к их осмотру и вынесению соответствующего государственно-властного акта - постановления или определения, признающего их полноценными средствами доказывания и наделяющего их должной юридической силой. Вместе с тем для них свойственна явная законодательная ошибка, выраженная в предписании проводить осмотр любого предмета, признаваемого вещественным доказательством (ч. 2 ст. 81 УПК РФ). И такой ошибке есть вполне понятное объяснение: по всей вероятности, авторы УПК РФ просто запутались в уголовно-процессуальной терминологии - перепутали осмотр как следственное (судебное) действие с неким, не нуждающимся в четкой законодательной регламентации визуальным обследованием предмета в целях выявления его внешних признаков и свойств <8>.
(Россинский С.Б.)
("Законы России: опыт, анализ, практика", 2022, N 6)Как уже отмечалось ранее, в настоящее время наиболее четкими и понятными представляются именно правила работы дознавателя, следователя, суда с предметами, подлежащими введению в уголовный процесс в качестве вещественных доказательств, которые сводятся к их осмотру и вынесению соответствующего государственно-властного акта - постановления или определения, признающего их полноценными средствами доказывания и наделяющего их должной юридической силой. Вместе с тем для них свойственна явная законодательная ошибка, выраженная в предписании проводить осмотр любого предмета, признаваемого вещественным доказательством (ч. 2 ст. 81 УПК РФ). И такой ошибке есть вполне понятное объяснение: по всей вероятности, авторы УПК РФ просто запутались в уголовно-процессуальной терминологии - перепутали осмотр как следственное (судебное) действие с неким, не нуждающимся в четкой законодательной регламентации визуальным обследованием предмета в целях выявления его внешних признаков и свойств <8>.
Статья: Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2004 г. N 44-О и практика его применения по уголовным делам
(Матейкович М.С., Казначейский В.В., Бостаниди В.К., Сентякова Е.С.)
("Российский судья", 2022, N 12)В литературе приводятся и другие примеры восстановления сведений, полученных в отсутствие защитника от лиц, привлекаемых к уголовной ответственности: в протоколах обыска, осмотра места происшествия, явки с повинной и т.д. Допускается конвертация в доказательства по уголовному делу процессуальных документов других отраслей права, в частности, протокола личного досмотра, составленного в порядке ст. 27.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, при этом могут оглашаться не только результаты досмотра, но и пояснения досмотренного. Отмечаются единичные случаи исследования в качестве иных документов (ст. 84 Уголовно-процессуального кодекса РФ; далее - УПК РФ) объяснений, отобранных до возбуждения уголовного дела <15>.
(Матейкович М.С., Казначейский В.В., Бостаниди В.К., Сентякова Е.С.)
("Российский судья", 2022, N 12)В литературе приводятся и другие примеры восстановления сведений, полученных в отсутствие защитника от лиц, привлекаемых к уголовной ответственности: в протоколах обыска, осмотра места происшествия, явки с повинной и т.д. Допускается конвертация в доказательства по уголовному делу процессуальных документов других отраслей права, в частности, протокола личного досмотра, составленного в порядке ст. 27.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, при этом могут оглашаться не только результаты досмотра, но и пояснения досмотренного. Отмечаются единичные случаи исследования в качестве иных документов (ст. 84 Уголовно-процессуального кодекса РФ; далее - УПК РФ) объяснений, отобранных до возбуждения уголовного дела <15>.
Статья: О внедрении, развитии, усовершенствовании электронных способов собирания доказательственной информации по уголовным делам
(Афанасьева С.И., Добровлянина О.В.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2023, N 2)Анализируя изложенное, можно сделать вывод, что для получения показаний в судебном заседании по уголовным делам в свете последних изменений уголовно-процессуального закона посредством ВКС могут участвовать не только свидетель; потерпевший; подсудимый, содержащийся под стражей, в целях обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства - при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 205 - 206, 208, ч. 4 ст. 211, ч. 1 ст. 212, ст. 275, 276, 279 и 281 УК РФ; осужденный, содержащийся под стражей, - при рассмотрении апелляционных жалобы, представления, но и другие лица. В то же время в гражданском, административном и арбитражном процессе допросы лиц, участвующих в деле, а также иных участников для получения их объяснений или показаний как доказательств менее формализованы по сравнению с уголовным процессом. Во-первых, посредством не только ВКС, но и веб-ВКС в этих судопроизводствах может участвовать довольно большой круг лиц, во-вторых, предусмотрена взаимосовместимость судов общей юрисдикции и арбитражных судов для организации дистанционных процессов, что, безусловно, способствует оперативности рассмотрения соответствующих категорий дел и обеспечивает право лица на доступ к правосудию. Поэтому для гармонизации российского процессуального законодательства в уголовное судопроизводство необходимо внедрять современные действенные технологии по оперативному получению показаний как доказательств, предусмотрев соответствующую законодательную регламентацию.
(Афанасьева С.И., Добровлянина О.В.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2023, N 2)Анализируя изложенное, можно сделать вывод, что для получения показаний в судебном заседании по уголовным делам в свете последних изменений уголовно-процессуального закона посредством ВКС могут участвовать не только свидетель; потерпевший; подсудимый, содержащийся под стражей, в целях обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства - при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 205 - 206, 208, ч. 4 ст. 211, ч. 1 ст. 212, ст. 275, 276, 279 и 281 УК РФ; осужденный, содержащийся под стражей, - при рассмотрении апелляционных жалобы, представления, но и другие лица. В то же время в гражданском, административном и арбитражном процессе допросы лиц, участвующих в деле, а также иных участников для получения их объяснений или показаний как доказательств менее формализованы по сравнению с уголовным процессом. Во-первых, посредством не только ВКС, но и веб-ВКС в этих судопроизводствах может участвовать довольно большой круг лиц, во-вторых, предусмотрена взаимосовместимость судов общей юрисдикции и арбитражных судов для организации дистанционных процессов, что, безусловно, способствует оперативности рассмотрения соответствующих категорий дел и обеспечивает право лица на доступ к правосудию. Поэтому для гармонизации российского процессуального законодательства в уголовное судопроизводство необходимо внедрять современные действенные технологии по оперативному получению показаний как доказательств, предусмотрев соответствующую законодательную регламентацию.
Статья: Понятие и правовой статус гражданского истца в уголовном процессе. Комментарий к статье 44 УПК РФ
(Рыжаков А.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)<285> См.: Татьянина Л.Г. Объяснения гражданского истца как вид доказательств в гражданском и уголовном процессе / Л.Г. Татьянина // Актуальные проблемы гражданского права и процесса: Сборник материалов Международной научно-практической конференции / Д.Х. Валеев, И.Г. Горбачев, Д.Н. Горшунов и др.; Под ред. Д.Х. Валеева, М.Ю. Челышева. Вып. 1. М.: Статут, 2006. 461 с. [Электронный ресурс] // СПС "КонсультантПлюс". 2006 и др.
(Рыжаков А.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)<285> См.: Татьянина Л.Г. Объяснения гражданского истца как вид доказательств в гражданском и уголовном процессе / Л.Г. Татьянина // Актуальные проблемы гражданского права и процесса: Сборник материалов Международной научно-практической конференции / Д.Х. Валеев, И.Г. Горбачев, Д.Н. Горшунов и др.; Под ред. Д.Х. Валеева, М.Ю. Челышева. Вып. 1. М.: Статут, 2006. 461 с. [Электронный ресурс] // СПС "КонсультантПлюс". 2006 и др.
Статья: Использование специальных знаний в уголовном судопроизводстве: сравнительно-правовой анализ законодательства Российской Федерации и некоторых иностранных государств
(Антонович Е.К.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 8)Представляется, что в уголовном судопроизводстве для отнесения знаний к специальным должны быть соблюдены два основных условия: не только сфера этих знаний, но и форма их использования. Это обеспечит оценку и проверку доказательства, полученного с применением специальных знаний, в части не только относимости, но и допустимости. Основное значение специальных знаний - способность участвовать в формировании доказательств для установления обстоятельств, которые существенны для дела. Именно этим можно объяснить вовлечение в сферу уголовного судопроизводства прежде всего таких участников, как эксперт и специалист. Специальные знания обусловливают получение различных видов доказательств: заключения эксперта и показаний эксперта, заключения специалиста и показаний специалиста. Справедливо обосновывается возможность применения специальных знаний в уголовном процессе в следующих формах: "проведение судебной экспертизы; использование помощи специалиста при расследовании уголовного дела и в рамках судебного разбирательства; допросы как эксперта, так и специалиста; ревизии, документарные и иные проверки" <6>. Между тем вариативность использования специальных знаний значительно шире. Ведь в производстве по уголовному делу участие принимают и другие лица, которые обладают специальными знаниями. В их числе переводчики, психологи и педагоги, а также врачи. К определению их в качестве участников уголовного судопроизводства подходы в законодательстве иностранных государств различаются. Их либо относят к специалистам, либо рассматривают в качестве отдельных лиц. Например, согласно ст. 80 УПК Республики Казахстан специалистами являются также педагог, психолог, участвующие в следственных и иных процессуальных действиях с участием несовершеннолетнего, а равно врач, участвующий в следственных и иных процессуальных действиях, за исключением случаев назначения его экспертом. В других государствах, таких как Республика Беларусь, допускаются к участию в уголовном судопроизводстве не только эксперты, но и специалисты (например, ст. 61 и 62 УПК Республики Беларусь). Однако педагог или психолог, участвующие в допросе несовершеннолетних лиц, являются специалистами (ст. 62 УПК Республики Беларусь), в то время как процессуальному статусу переводчика посвящена отдельная статья (ст. 63 УПК Республики Беларусь).
(Антонович Е.К.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 8)Представляется, что в уголовном судопроизводстве для отнесения знаний к специальным должны быть соблюдены два основных условия: не только сфера этих знаний, но и форма их использования. Это обеспечит оценку и проверку доказательства, полученного с применением специальных знаний, в части не только относимости, но и допустимости. Основное значение специальных знаний - способность участвовать в формировании доказательств для установления обстоятельств, которые существенны для дела. Именно этим можно объяснить вовлечение в сферу уголовного судопроизводства прежде всего таких участников, как эксперт и специалист. Специальные знания обусловливают получение различных видов доказательств: заключения эксперта и показаний эксперта, заключения специалиста и показаний специалиста. Справедливо обосновывается возможность применения специальных знаний в уголовном процессе в следующих формах: "проведение судебной экспертизы; использование помощи специалиста при расследовании уголовного дела и в рамках судебного разбирательства; допросы как эксперта, так и специалиста; ревизии, документарные и иные проверки" <6>. Между тем вариативность использования специальных знаний значительно шире. Ведь в производстве по уголовному делу участие принимают и другие лица, которые обладают специальными знаниями. В их числе переводчики, психологи и педагоги, а также врачи. К определению их в качестве участников уголовного судопроизводства подходы в законодательстве иностранных государств различаются. Их либо относят к специалистам, либо рассматривают в качестве отдельных лиц. Например, согласно ст. 80 УПК Республики Казахстан специалистами являются также педагог, психолог, участвующие в следственных и иных процессуальных действиях с участием несовершеннолетнего, а равно врач, участвующий в следственных и иных процессуальных действиях, за исключением случаев назначения его экспертом. В других государствах, таких как Республика Беларусь, допускаются к участию в уголовном судопроизводстве не только эксперты, но и специалисты (например, ст. 61 и 62 УПК Республики Беларусь). Однако педагог или психолог, участвующие в допросе несовершеннолетних лиц, являются специалистами (ст. 62 УПК Республики Беларусь), в то время как процессуальному статусу переводчика посвящена отдельная статья (ст. 63 УПК Республики Беларусь).
Статья: Реализация принципа свободной оценки доказательств в гражданском процессе
(Корноухова П.Е.)
("Арбитражные споры", 2025, N 2)В Англии же используется два стандарта доказывания: "баланс вероятностей" (balance of probabilities) и "вне разумных сомнений" (beyond reasonable doubt). Первый из них является практически аналогичным американскому "перевесу доказательств", и он также нередко выражается через субъективную уверенность в истинности спорного факта более чем на пятьдесят процентов. Стандарт "вне разумных сомнений" применяется в уголовном процессе и является значительно более высоким: у судьи должны отсутствовать сомнения в истинности фактов, ссылаясь на которые сторона обвинения выполняет бремя доказывания. Конечно, это не означает наличие безусловной уверенности в действительности всех фактических обстоятельств дела, однако предполагается, что "все альтернативные возможности объяснения представленных доказательств являются чрезвычайно маловероятными" <29>.
(Корноухова П.Е.)
("Арбитражные споры", 2025, N 2)В Англии же используется два стандарта доказывания: "баланс вероятностей" (balance of probabilities) и "вне разумных сомнений" (beyond reasonable doubt). Первый из них является практически аналогичным американскому "перевесу доказательств", и он также нередко выражается через субъективную уверенность в истинности спорного факта более чем на пятьдесят процентов. Стандарт "вне разумных сомнений" применяется в уголовном процессе и является значительно более высоким: у судьи должны отсутствовать сомнения в истинности фактов, ссылаясь на которые сторона обвинения выполняет бремя доказывания. Конечно, это не означает наличие безусловной уверенности в действительности всех фактических обстоятельств дела, однако предполагается, что "все альтернативные возможности объяснения представленных доказательств являются чрезвычайно маловероятными" <29>.
Статья: Генезис института привлечения лица в качестве обвиняемого
(Антонович Е.К.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 1)Появляется новый участник уголовного судопроизводства - обвиняемый, который является субъектом права на защиту, активным участником уголовного судопроизводства, отстаивает свои права и законные интересы. Вовлечен в уголовное судопроизводство он мог быть и ранее, если был допрошен, например, в качестве свидетеля, однако теперь он обрел иной статус. Так, обвиняемый вправе не только знать, в чем его обвиняют, но и давать объяснения по предъявленному обвинению, а также представлять доказательства и заявлять ходатайства и т.д.
(Антонович Е.К.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 1)Появляется новый участник уголовного судопроизводства - обвиняемый, который является субъектом права на защиту, активным участником уголовного судопроизводства, отстаивает свои права и законные интересы. Вовлечен в уголовное судопроизводство он мог быть и ранее, если был допрошен, например, в качестве свидетеля, однако теперь он обрел иной статус. Так, обвиняемый вправе не только знать, в чем его обвиняют, но и давать объяснения по предъявленному обвинению, а также представлять доказательства и заявлять ходатайства и т.д.
"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации"
(постатейный)
(16-е издание, переработанное и дополненное)
(Безлепкин Б.Т.)
("Проспект", 2023)1. Комментируемая статья занимает особое место в главе 32.1 УПК; именно в ней сформулированы упрощения, которые по обстоятельствам дела и законному усмотрению лица, производящего расследование, допускаются в уголовно-процессуальном доказывании при производстве дознания в сокращенной форме. Большая группа таких упрощений связана с использованием материалов доследственной проверки заявлений и сообщений о преступлениях (см. статью 144 УПК и наш комментарий к ней). Отныне, если материалы, о которых идет речь, сами по себе могут служить доказательствами в уголовном судопроизводстве (прежде всего - документы), то обстоятельства, которые ими установлены, при производстве дознания, т.е. следственным путем, могут не проверяться. Теории доказательств подобная правовая идея не противоречит. Полученные на основании упомянутой статьи 144 УПК письменные объяснения лица, располагающего сведениями, имеющими отношение к данному уголовному делу, а равно письменные категорические заключения компетентных специалистов по обстоятельствам преступления, различные справки и рапорты, составленные сотрудниками полиции и других правоохранительных органов в ходе своей служебной деятельности еще до возбуждения уголовного дела и т.д. и т.п., если они отвечают элементарным требованиям, предъявляемым статьей 84 УПК (см. текст этой статьи и наш комментарий к ней), - все это самостоятельная разновидность уголовно-процессуальных доказательств, именуемых иными документами. Считать их заведомо худшими по сравнению с показаниями допрошенных, протоколами следственных действий и заключением эксперта недопустимо. Значит, документы доследственной проверки действительно могут быть представлены в суд как доказательства, собранные в общих рамках дознания с соответствующими выводами, на них основанными. Однако ответственность за оценку их достоверности ни с дознавателя, ни с судьи никто не снимает.
(постатейный)
(16-е издание, переработанное и дополненное)
(Безлепкин Б.Т.)
("Проспект", 2023)1. Комментируемая статья занимает особое место в главе 32.1 УПК; именно в ней сформулированы упрощения, которые по обстоятельствам дела и законному усмотрению лица, производящего расследование, допускаются в уголовно-процессуальном доказывании при производстве дознания в сокращенной форме. Большая группа таких упрощений связана с использованием материалов доследственной проверки заявлений и сообщений о преступлениях (см. статью 144 УПК и наш комментарий к ней). Отныне, если материалы, о которых идет речь, сами по себе могут служить доказательствами в уголовном судопроизводстве (прежде всего - документы), то обстоятельства, которые ими установлены, при производстве дознания, т.е. следственным путем, могут не проверяться. Теории доказательств подобная правовая идея не противоречит. Полученные на основании упомянутой статьи 144 УПК письменные объяснения лица, располагающего сведениями, имеющими отношение к данному уголовному делу, а равно письменные категорические заключения компетентных специалистов по обстоятельствам преступления, различные справки и рапорты, составленные сотрудниками полиции и других правоохранительных органов в ходе своей служебной деятельности еще до возбуждения уголовного дела и т.д. и т.п., если они отвечают элементарным требованиям, предъявляемым статьей 84 УПК (см. текст этой статьи и наш комментарий к ней), - все это самостоятельная разновидность уголовно-процессуальных доказательств, именуемых иными документами. Считать их заведомо худшими по сравнению с показаниями допрошенных, протоколами следственных действий и заключением эксперта недопустимо. Значит, документы доследственной проверки действительно могут быть представлены в суд как доказательства, собранные в общих рамках дознания с соответствующими выводами, на них основанными. Однако ответственность за оценку их достоверности ни с дознавателя, ни с судьи никто не снимает.