Обвинительное заключение прокурора
Подборка наиболее важных документов по запросу Обвинительное заключение прокурора (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 221 "Решение прокурора по уголовному делу" УПК РФС момента утверждения обвинительного заключения прокурором оно как официальный акт, содержащий обвинение от имени государства, вручается лицам, участвующим в деле."
Подборка судебных решений за 2024 год: Статья 27 "Основания прекращения уголовного преследования" УПК РФТаким образом, выводы суда апелляционной инстанции о том, что направление следователем уголовного дела с обвинительным заключением прокурору ДД.ММ.ГГГГ по смыслу ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ свидетельствует о передаче уголовного дела в суд, вызывают сомнение."
Нормативные акты
"Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации" от 18.12.2001 N 174-ФЗ
(ред. от 26.07.2026)Глава 30. НАПРАВЛЕНИЕ УГОЛОВНОГО ДЕЛА
(ред. от 26.07.2026)Глава 30. НАПРАВЛЕНИЕ УГОЛОВНОГО ДЕЛА
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 N 24
(ред. от 09.12.2025)
"О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях"Для квалификации содеянного по пункту "б" части 5 статьи 290 УК РФ либо по пункту "б" части 7 статьи 204 УК РФ не имеет значения, была ли у должностного лица либо у лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, реальная возможность осуществить указанную угрозу, если у лица, передавшего взятку или предмет коммерческого подкупа, имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (например, следователь, зная, что уголовное дело подлежит прекращению в связи с отсутствием в деянии состава преступления, угрожает обвиняемому направить дело с обвинительным заключением прокурору, а, получив взятку, дело по предусмотренным законом основаниям прекращает).
(ред. от 09.12.2025)
"О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях"Для квалификации содеянного по пункту "б" части 5 статьи 290 УК РФ либо по пункту "б" части 7 статьи 204 УК РФ не имеет значения, была ли у должностного лица либо у лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, реальная возможность осуществить указанную угрозу, если у лица, передавшего взятку или предмет коммерческого подкупа, имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (например, следователь, зная, что уголовное дело подлежит прекращению в связи с отсутствием в деянии состава преступления, угрожает обвиняемому направить дело с обвинительным заключением прокурору, а, получив взятку, дело по предусмотренным законом основаниям прекращает).
Статья: Подходы к форме и содержанию обвинительного заключения должны соответствовать его предназначению
(Россинский С.Б.)
("Российский следователь", 2024, N 9)Вполне предрасположенным к подробному изложению в обвинительном заключении результатов следственной деятельности, включая освещение полученных доказательств, может показаться лишь его направленность на подведение итогов предварительного расследования, на признание уголовного дела пригодным для дальнейшего направления в суд. Однако при более детальном осмыслении подобных взглядов они начинают представляться абсолютно нежизнеспособными, не соответствующими современной парадигме уголовного судопроизводства. И если в советский период развития уголовной юстиции такие идеи еще могли признаваться справедливыми, то ввиду усиления состязательности уголовного правосудия и ряда других факторов полностью утратили свою состоятельность. В настоящее время они упираются в не предполагающий внятного ответа вопрос об адресатах, т.е. о неких "потребителях" исчерпывающих разъяснений в обвинительных заключениях результатов следственной деятельности, в первую очередь достаточно детального описания полученных доказательств. Иными словами, не совсем понятно, кому и для чего вообще должна предоставляться возможность получения указанных сведений, да еще в столь подробной форме. Ведь гораздо более правильным, разумным, логичным и, самое главное, объективным является непосредственное ознакомление с представленными материалами уголовного дела, нежели их изучение в "пересказе" следователя, т.е. путем прочтения "автореферата" завершенного досудебного производства. Причем все уполномоченные либо управомоченные "читатели" обвинительных заключений: судьи, прокуроры, обвиняемые, их защитники, потерпевшие - наделены полноценным правом (некоторые из них даже обязаны) знакомиться со всем уголовным делом в полном объеме.
(Россинский С.Б.)
("Российский следователь", 2024, N 9)Вполне предрасположенным к подробному изложению в обвинительном заключении результатов следственной деятельности, включая освещение полученных доказательств, может показаться лишь его направленность на подведение итогов предварительного расследования, на признание уголовного дела пригодным для дальнейшего направления в суд. Однако при более детальном осмыслении подобных взглядов они начинают представляться абсолютно нежизнеспособными, не соответствующими современной парадигме уголовного судопроизводства. И если в советский период развития уголовной юстиции такие идеи еще могли признаваться справедливыми, то ввиду усиления состязательности уголовного правосудия и ряда других факторов полностью утратили свою состоятельность. В настоящее время они упираются в не предполагающий внятного ответа вопрос об адресатах, т.е. о неких "потребителях" исчерпывающих разъяснений в обвинительных заключениях результатов следственной деятельности, в первую очередь достаточно детального описания полученных доказательств. Иными словами, не совсем понятно, кому и для чего вообще должна предоставляться возможность получения указанных сведений, да еще в столь подробной форме. Ведь гораздо более правильным, разумным, логичным и, самое главное, объективным является непосредственное ознакомление с представленными материалами уголовного дела, нежели их изучение в "пересказе" следователя, т.е. путем прочтения "автореферата" завершенного досудебного производства. Причем все уполномоченные либо управомоченные "читатели" обвинительных заключений: судьи, прокуроры, обвиняемые, их защитники, потерпевшие - наделены полноценным правом (некоторые из них даже обязаны) знакомиться со всем уголовным делом в полном объеме.
Статья: Полномочия прокурора и их реализация на этапе утверждения акта, оканчивающего предварительное расследование с направлением дела в суд
(Волков А.А.)
("Российский следователь", 2023, N 5)В Приказе Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 17 сентября 2021 г. N 544 "Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия" <4> приводится достаточно развернутый перечень задач, стоящих перед прокурором при утверждении обвинительного заключения <5>. Таким образом, на этапе утверждения прокурором обвинительного заключения прокурор совершает ряд действий и принимает решения, направленные на проверку произведенного по делу предварительного расследования (как в форме дознания, так и в форме следствия) и одновременно обеспечивающие возможность рассмотрения уголовного дела в суде первой инстанции по существу.
(Волков А.А.)
("Российский следователь", 2023, N 5)В Приказе Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 17 сентября 2021 г. N 544 "Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия" <4> приводится достаточно развернутый перечень задач, стоящих перед прокурором при утверждении обвинительного заключения <5>. Таким образом, на этапе утверждения прокурором обвинительного заключения прокурор совершает ряд действий и принимает решения, направленные на проверку произведенного по делу предварительного расследования (как в форме дознания, так и в форме следствия) и одновременно обеспечивающие возможность рассмотрения уголовного дела в суде первой инстанции по существу.
Статья: Полномочие по составлению итогового для предварительного следствия процессуального акта
(Овсянников И.В.)
("Законность", 2023, N 5)При действующем правовом регулировании возможно возникновение таких ситуаций, когда в условиях расхождения правовых позиций следователя и прокурора нет должностного лица, обладающего процессуальной властью, достаточной для обеспечения незамедлительного движения уголовного дела: после получения уголовного дела с подписанным следователем обвинительным заключением прокурор, не согласный со следователем и не имеющий полномочий по изменению обвинения и составлению нового обвинительного заключения, по прекращению уголовного дела (преследования), вынужден возвращать его следователю для дополнительного следствия или для пересоставления обвинительного заключения; в свою очередь, следователь после устранения (возможно, формального) выявленных прокурором недостатков (возможно, не всех) вновь приходит к выводу о необходимости передать дело в суд и снова с согласия руководителя следственного органа направляет его прокурору и т.д. по кругу. В научной литературе подобные действия представителей государства при расхождении их правовых позиций иногда называют процессуальным "пинг-понгом" между прокурором, следователем и руководителем следственного органа <4>. В результате досудебное производство усложняется, его срок увеличивается, тем более в случае обжалования следователем решения прокурора о возвращении дела следователю, что приостанавливает его исполнение (ч. 4, 5 ст. 221 УПК), для потерпевшего и обвиняемого доступ к правосудию затрудняется. Если обвиняемому избрана мера пресечения, срок ее применения тоже может увеличиваться.
(Овсянников И.В.)
("Законность", 2023, N 5)При действующем правовом регулировании возможно возникновение таких ситуаций, когда в условиях расхождения правовых позиций следователя и прокурора нет должностного лица, обладающего процессуальной властью, достаточной для обеспечения незамедлительного движения уголовного дела: после получения уголовного дела с подписанным следователем обвинительным заключением прокурор, не согласный со следователем и не имеющий полномочий по изменению обвинения и составлению нового обвинительного заключения, по прекращению уголовного дела (преследования), вынужден возвращать его следователю для дополнительного следствия или для пересоставления обвинительного заключения; в свою очередь, следователь после устранения (возможно, формального) выявленных прокурором недостатков (возможно, не всех) вновь приходит к выводу о необходимости передать дело в суд и снова с согласия руководителя следственного органа направляет его прокурору и т.д. по кругу. В научной литературе подобные действия представителей государства при расхождении их правовых позиций иногда называют процессуальным "пинг-понгом" между прокурором, следователем и руководителем следственного органа <4>. В результате досудебное производство усложняется, его срок увеличивается, тем более в случае обжалования следователем решения прокурора о возвращении дела следователю, что приостанавливает его исполнение (ч. 4, 5 ст. 221 УПК), для потерпевшего и обвиняемого доступ к правосудию затрудняется. Если обвиняемому избрана мера пресечения, срок ее применения тоже может увеличиваться.
Статья: Генезис судебной власти
(Азарова Е.С.)
("Мировой судья", 2023, N 8)Делая вывод, можно отметить, что Уголовно-процессуальный кодекс, принятый в 1923 г. в новой редакции, впервые в истории судопроизводства предоставлял суду право на устранение недостатков в рамках судебного разбирательства. В этом плане феномен судебной власти приобретал иной смысл. В конце 1920-х годов практики активно обсуждали вопрос, связанный с упрощением уголовного процесса. По их мнению, необходимо было ускорить уголовный процесс для усиления борьбы с преступностью. Также принцип состязательности был объявлен буржуазным. Поэтому прокурор утверждал обвинительное заключение и только потом передавал суду. Стоит отметить, что суд имел возможность не допустить к дальнейшему слушанию неправильно рассмотренное прокурором дело. Упрощение в уголовном процессе привело к снижению статуса суда как органа власти. Согласно Постановлению N 47 Пленума Верховного Суда от 7 июня 1934 г. институт распорядительных заседаний был восстановлен и суду были возвращены его полномочия. В 1958 г. были приняты Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, согласно которым установлено рассмотрение дел с обвинительным заключением прокурора на подготовительной стадии.
(Азарова Е.С.)
("Мировой судья", 2023, N 8)Делая вывод, можно отметить, что Уголовно-процессуальный кодекс, принятый в 1923 г. в новой редакции, впервые в истории судопроизводства предоставлял суду право на устранение недостатков в рамках судебного разбирательства. В этом плане феномен судебной власти приобретал иной смысл. В конце 1920-х годов практики активно обсуждали вопрос, связанный с упрощением уголовного процесса. По их мнению, необходимо было ускорить уголовный процесс для усиления борьбы с преступностью. Также принцип состязательности был объявлен буржуазным. Поэтому прокурор утверждал обвинительное заключение и только потом передавал суду. Стоит отметить, что суд имел возможность не допустить к дальнейшему слушанию неправильно рассмотренное прокурором дело. Упрощение в уголовном процессе привело к снижению статуса суда как органа власти. Согласно Постановлению N 47 Пленума Верховного Суда от 7 июня 1934 г. институт распорядительных заседаний был восстановлен и суду были возвращены его полномочия. В 1958 г. были приняты Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, согласно которым установлено рассмотрение дел с обвинительным заключением прокурора на подготовительной стадии.
Статья: Коррупционные преступления
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Отдельного внимания заслуживает такой квалифицирующий признак получения взятки, как вымогательство взятки (п. "б" ч. 5 ст. 290 УК РФ). Проблему квалификации представляет собой уголовно-правовая оценка данного деяния, а также отличие его от вымогательства как самостоятельного преступления против собственности (ст. 163 УК РФ). В соответствии с п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 N 24 под вымогательством взятки следует понимать требование должностного лица дать взятку, сопряженное с угрозой совершить действия (бездействие), которые могут причинить вред законным интересам лица, а также заведомое создание условий, при которых лицо вынуждено передать указанные предметы с целью предотвращения вредных последствий для своих правоохраняемых интересов. На практике подобные действия должностного лица нередко неправильно расценивались как мошенничество. Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что для квалификации содеянного по п. "б" ч. 5 ст. 290 УК РФ не имеет значения, была ли у должностного лица реальная возможность осуществить указанную угрозу, если у лица, передавшего взятку, имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (например, следователь, зная, что уголовное дело подлежит прекращению в связи с отсутствием в деянии состава преступления, угрожает обвиняемому направить дело с обвинительным заключением прокурору, а, получив взятку, дело по предусмотренным законом основаниям прекращает).
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Отдельного внимания заслуживает такой квалифицирующий признак получения взятки, как вымогательство взятки (п. "б" ч. 5 ст. 290 УК РФ). Проблему квалификации представляет собой уголовно-правовая оценка данного деяния, а также отличие его от вымогательства как самостоятельного преступления против собственности (ст. 163 УК РФ). В соответствии с п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 N 24 под вымогательством взятки следует понимать требование должностного лица дать взятку, сопряженное с угрозой совершить действия (бездействие), которые могут причинить вред законным интересам лица, а также заведомое создание условий, при которых лицо вынуждено передать указанные предметы с целью предотвращения вредных последствий для своих правоохраняемых интересов. На практике подобные действия должностного лица нередко неправильно расценивались как мошенничество. Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что для квалификации содеянного по п. "б" ч. 5 ст. 290 УК РФ не имеет значения, была ли у должностного лица реальная возможность осуществить указанную угрозу, если у лица, передавшего взятку, имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (например, следователь, зная, что уголовное дело подлежит прекращению в связи с отсутствием в деянии состава преступления, угрожает обвиняемому направить дело с обвинительным заключением прокурору, а, получив взятку, дело по предусмотренным законом основаниям прекращает).
Статья: О некоторых проблемах проведения прокурорских проверок
(Ергашев Е.Р., Бакирова Д.С.)
("Российский юридический журнал", 2023, N 5)В-третьих, у прокурора есть право отказаться от поддержания государственного обвинения. В ч. 7 ст. 246 УПК РФ прямо указано, что государственный обвинитель вправе отказаться от обвинения, если в ходе судебного разбирательства он придет к убеждению о том, что исследованные в суде доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение. Однако, чтобы сделать такой вывод, прокурор - государственный обвинитель обязан провести тщательную проверку собранных и представленных доказательств, поскольку именно на них строится позиция следствия и утвердившего обвинительное заключение прокурора, которую в последующем, отказываясь от обвинения, прокурор признает несостоятельной.
(Ергашев Е.Р., Бакирова Д.С.)
("Российский юридический журнал", 2023, N 5)В-третьих, у прокурора есть право отказаться от поддержания государственного обвинения. В ч. 7 ст. 246 УПК РФ прямо указано, что государственный обвинитель вправе отказаться от обвинения, если в ходе судебного разбирательства он придет к убеждению о том, что исследованные в суде доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение. Однако, чтобы сделать такой вывод, прокурор - государственный обвинитель обязан провести тщательную проверку собранных и представленных доказательств, поскольку именно на них строится позиция следствия и утвердившего обвинительное заключение прокурора, которую в последующем, отказываясь от обвинения, прокурор признает несостоятельной.
Статья: Особенности уголовно-процессуального доказывания в условиях цифровизации
(Зайцев О.А.)
("Журнал российского права", 2024, N 8)Одной из целей уголовно-юрисдикционной деятельности государственных органов, ведущих процесс, является собирание, проверка и оценка доказательств, на основе которых устанавливаются виновность или невиновность лица в совершении общественно опасного деяния, а также иные обстоятельства, имеющие непосредственное отношение к уголовному делу (в частности, для принятия ключевых решений о применении мер принуждения, о привлечении в качестве обвиняемого, о направлении уголовного дела с обвинительным заключением прокурору и др.). В юридической доктрине справедливо отмечается, что нормы уголовно-процессуального права, определяющие цели, предмет, средства и пределы доказывания, неразрывно связаны с основными принципами судопроизводства; тесно переплетаются с нормами, определяющими полномочия субъектов уголовно-юрисдикционной деятельности, а также систему процессуальных гарантий прав и законных интересов лиц, вовлеченных в сферу правосудия. Ученые-правоведы, посвятившие теории доказательств многие годы, особо подчеркивают, что реализация судебной власти в рамках разрешения социальных конфликтов, в результате которых происходит совершение общественно опасного деяния, невозможна за пределами доказательственной деятельности уполномоченных на то участников уголовного судопроизводства <6>.
(Зайцев О.А.)
("Журнал российского права", 2024, N 8)Одной из целей уголовно-юрисдикционной деятельности государственных органов, ведущих процесс, является собирание, проверка и оценка доказательств, на основе которых устанавливаются виновность или невиновность лица в совершении общественно опасного деяния, а также иные обстоятельства, имеющие непосредственное отношение к уголовному делу (в частности, для принятия ключевых решений о применении мер принуждения, о привлечении в качестве обвиняемого, о направлении уголовного дела с обвинительным заключением прокурору и др.). В юридической доктрине справедливо отмечается, что нормы уголовно-процессуального права, определяющие цели, предмет, средства и пределы доказывания, неразрывно связаны с основными принципами судопроизводства; тесно переплетаются с нормами, определяющими полномочия субъектов уголовно-юрисдикционной деятельности, а также систему процессуальных гарантий прав и законных интересов лиц, вовлеченных в сферу правосудия. Ученые-правоведы, посвятившие теории доказательств многие годы, особо подчеркивают, что реализация судебной власти в рамках разрешения социальных конфликтов, в результате которых происходит совершение общественно опасного деяния, невозможна за пределами доказательственной деятельности уполномоченных на то участников уголовного судопроизводства <6>.
Статья: Разграничение получения взятки и мошенничества: изменение позиции Пленума не повлекло изменений в судебной практике
(Яни П.С.)
("Законность", 2025, NN 8, 9)Действительно, взятка передавалась не за незаконные действия либо бездействие, а за непривлечение к административной ответственности, т.е. за законное бездействие, поскольку лицо нарушения не совершило. Здесь, правда, надо сказать, что, поскольку сотрудник полиции угрожал лицу совершением незаконного действия в виде привлечения к административной ответственности, должно было быть применено правило, содержащееся в п. 18 Постановления N 24, согласно которому "для квалификации содеянного по пункту "б" части 5 статьи 290 УК РФ... не имеет значения, была ли у должностного лица... реальная возможность осуществить указанную угрозу, если у лица, передавшего взятку... имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (например, следователь, зная, что уголовное дело подлежит прекращению в связи с отсутствием в деянии состава преступления, угрожает обвиняемому направить дело с обвинительным заключением прокурору, а, получив взятку, дело по предусмотренным законом основаниям прекращает)" <7>.
(Яни П.С.)
("Законность", 2025, NN 8, 9)Действительно, взятка передавалась не за незаконные действия либо бездействие, а за непривлечение к административной ответственности, т.е. за законное бездействие, поскольку лицо нарушения не совершило. Здесь, правда, надо сказать, что, поскольку сотрудник полиции угрожал лицу совершением незаконного действия в виде привлечения к административной ответственности, должно было быть применено правило, содержащееся в п. 18 Постановления N 24, согласно которому "для квалификации содеянного по пункту "б" части 5 статьи 290 УК РФ... не имеет значения, была ли у должностного лица... реальная возможность осуществить указанную угрозу, если у лица, передавшего взятку... имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (например, следователь, зная, что уголовное дело подлежит прекращению в связи с отсутствием в деянии состава преступления, угрожает обвиняемому направить дело с обвинительным заключением прокурору, а, получив взятку, дело по предусмотренным законом основаниям прекращает)" <7>.