Дополнительное наказание исполнять самостоятельно
Подборка наиболее важных документов по запросу Дополнительное наказание исполнять самостоятельно (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Наказания, связанные с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, в зарубежных странах
(Бородина А.М.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2022, N 1)Помимо европейских, необходимо обратиться к опыту стран Азии, имеющих специфический менталитет, культуру и государственный строй. Например, в Китайской Народной Республике (далее - Китай или КНР), являющейся социалистическим государством, в соответствии с положениями Конституции, меры уголовно-правового характера, связанные с поражением в правах, имеют ярко выраженную политическую направленность. Уголовный кодекс КНР закрепляет такое наказание, как лишение политических прав, а именно: право избирать и право быть избранным; право публично выступать, публиковаться, участвовать в собраниях, путешествовать, демонстрировать свободу прав; право занимать должности в государственных органах; право занимать руководящие должности в государственных компаниях, предприятиях, организациях, народных коллективах. Рассматриваемая мера является дополнительной, однако норма содержит положение о том, что оно может быть применено самостоятельно. Срок наказания может составлять от одного года до пяти лет, однако при назначении его как дополнительного к пожизненному лишению свободы или смертной казни оно назначается бессрочно, а в случае замены смертной казни с отсрочкой исполнения приговора срочным лишением свободы или бессрочного лишения свободы - срочным лишением свободы наказание в виде лишения политических прав устанавливается на срок от трех до десяти лет <14>.
(Бородина А.М.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2022, N 1)Помимо европейских, необходимо обратиться к опыту стран Азии, имеющих специфический менталитет, культуру и государственный строй. Например, в Китайской Народной Республике (далее - Китай или КНР), являющейся социалистическим государством, в соответствии с положениями Конституции, меры уголовно-правового характера, связанные с поражением в правах, имеют ярко выраженную политическую направленность. Уголовный кодекс КНР закрепляет такое наказание, как лишение политических прав, а именно: право избирать и право быть избранным; право публично выступать, публиковаться, участвовать в собраниях, путешествовать, демонстрировать свободу прав; право занимать должности в государственных органах; право занимать руководящие должности в государственных компаниях, предприятиях, организациях, народных коллективах. Рассматриваемая мера является дополнительной, однако норма содержит положение о том, что оно может быть применено самостоятельно. Срок наказания может составлять от одного года до пяти лет, однако при назначении его как дополнительного к пожизненному лишению свободы или смертной казни оно назначается бессрочно, а в случае замены смертной казни с отсрочкой исполнения приговора срочным лишением свободы или бессрочного лишения свободы - срочным лишением свободы наказание в виде лишения политических прав устанавливается на срок от трех до десяти лет <14>.
Статья: Предпосылки возникновения механизма суброгации: попытка реконструкции подхода римского права в контексте европейской правовой мысли
(Тяжбин М.Д.)
("Вестник гражданского права", 2024, N 6; 2025, N 1)<27> Разделение солидарного долга и солидарной ответственности в зависимости от содержания обязательства каждого из содолжников вытекает из обсуждавшегося выше определения obligatio, характерного для юридической науки после А. Бринца. См.: Тололаева Н.В. Указ. соч. С. 114 - 120. При этом сама категория ответственности сегодня находится на пересечении большого числа самостоятельных дискурсов: о структуре обязательства, о понятии принуждения (а значит, и насилия) в праве, о природе гражданского процесса. В российском праве традиционно описанное проблемное поле осложняется, с одной стороны, дискуссией о различении регулятивных и охранительных видов правоотношения. поскольку именно последнее стало основой советской системы гражданского права вместо буржуазной конструкции субъективного права, а с другой стороны, стремлением к формулированию механизма ответственности, действие которого предполагалось общим как для публичного, так и для частного права. Об этом см.: Александров Н.Г. Законность и правоотношение в советском обществе. М.: Госюриздат, 1955; Иоффе О.С., Шаргородский М.Д. Вопросы теории права. М.: Госюриздат, 1961. С. 193 - 194, 314; Алексеев С.С. Проблемы теории права: в 2 т. Т. 1. Свердловск: СЮИ, 1972. С. 382 - 383; Грибанов В.П. Ответственность за нарушение гражданских прав и обязанностей / Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. 2-е изд., стереотип. М.: Статут, 2001. С. 285 - 356; Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность (Очерк теории). М.: Юрид. лит., 1976; Лейст О.Э. Санкции и ответственность по советскому праву. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1981; Крашенинников Е.А. Регулятивные и охранительные субъективные гражданские права // Очерки по торговому праву: сборник научных трудов / под ред. Е.А. Крашенинникова. Ярославль: ЯрГУ, 2007. Вып. 14. С. 5 - 16. Указанное стремление построить универсальное для разных отраслей права понятие ответственности привело к необходимости конструирования новых, неизвестных римскому и европейскому праву институтов (например, меры оперативного управления), что отрицательно отразилось на системе частного права в целом. В таком контексте современное российское право поручительства сегодня закономерно столкнулось со значительными догматическим проблемами. Учитывая вышесказанное и принимая во внимание процесс развития ряда связанных друг с другом и упоминаемых в настоящей статье институтов гражданского права, в конструкции поручительства сегодня необходимо увидеть несколько различных исторических и теоретических пластов, которые, судя по всему, иногда плохо сочетаются друг с другом. В качестве иллюстрации данного тезиса следует привести п. 12 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 20 января 1998 г. N 28 "Обзор практики разрешения споров, связанных с применением арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о поручительстве", в соответствии с которым поручитель, не исполнивший своего обязательства перед кредитором, несет перед ним самостоятельную ответственность только в случае ее установления в договоре поручительства. Указанное разъяснение, актуальное в настоящий момент, показывает, во-первых, отличие обязательства поручителя от обязательства обычного должника, а во-вторых, вероятную ошибочность (по крайней мере применительно к поручительству) господствующего в России понятия ответственности как дополнительного правоограничения правонарушителя.
(Тяжбин М.Д.)
("Вестник гражданского права", 2024, N 6; 2025, N 1)<27> Разделение солидарного долга и солидарной ответственности в зависимости от содержания обязательства каждого из содолжников вытекает из обсуждавшегося выше определения obligatio, характерного для юридической науки после А. Бринца. См.: Тололаева Н.В. Указ. соч. С. 114 - 120. При этом сама категория ответственности сегодня находится на пересечении большого числа самостоятельных дискурсов: о структуре обязательства, о понятии принуждения (а значит, и насилия) в праве, о природе гражданского процесса. В российском праве традиционно описанное проблемное поле осложняется, с одной стороны, дискуссией о различении регулятивных и охранительных видов правоотношения. поскольку именно последнее стало основой советской системы гражданского права вместо буржуазной конструкции субъективного права, а с другой стороны, стремлением к формулированию механизма ответственности, действие которого предполагалось общим как для публичного, так и для частного права. Об этом см.: Александров Н.Г. Законность и правоотношение в советском обществе. М.: Госюриздат, 1955; Иоффе О.С., Шаргородский М.Д. Вопросы теории права. М.: Госюриздат, 1961. С. 193 - 194, 314; Алексеев С.С. Проблемы теории права: в 2 т. Т. 1. Свердловск: СЮИ, 1972. С. 382 - 383; Грибанов В.П. Ответственность за нарушение гражданских прав и обязанностей / Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. 2-е изд., стереотип. М.: Статут, 2001. С. 285 - 356; Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность (Очерк теории). М.: Юрид. лит., 1976; Лейст О.Э. Санкции и ответственность по советскому праву. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1981; Крашенинников Е.А. Регулятивные и охранительные субъективные гражданские права // Очерки по торговому праву: сборник научных трудов / под ред. Е.А. Крашенинникова. Ярославль: ЯрГУ, 2007. Вып. 14. С. 5 - 16. Указанное стремление построить универсальное для разных отраслей права понятие ответственности привело к необходимости конструирования новых, неизвестных римскому и европейскому праву институтов (например, меры оперативного управления), что отрицательно отразилось на системе частного права в целом. В таком контексте современное российское право поручительства сегодня закономерно столкнулось со значительными догматическим проблемами. Учитывая вышесказанное и принимая во внимание процесс развития ряда связанных друг с другом и упоминаемых в настоящей статье институтов гражданского права, в конструкции поручительства сегодня необходимо увидеть несколько различных исторических и теоретических пластов, которые, судя по всему, иногда плохо сочетаются друг с другом. В качестве иллюстрации данного тезиса следует привести п. 12 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 20 января 1998 г. N 28 "Обзор практики разрешения споров, связанных с применением арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о поручительстве", в соответствии с которым поручитель, не исполнивший своего обязательства перед кредитором, несет перед ним самостоятельную ответственность только в случае ее установления в договоре поручительства. Указанное разъяснение, актуальное в настоящий момент, показывает, во-первых, отличие обязательства поручителя от обязательства обычного должника, а во-вторых, вероятную ошибочность (по крайней мере применительно к поручительству) господствующего в России понятия ответственности как дополнительного правоограничения правонарушителя.
Судебная практика
Решение Верховного суда Удмуртской Республики от 28.12.2023 N 12-168/2023 (УИД 18RS0005-01-2023-004520-98)
Категория спора: Привлечение к административной ответственности.
Требования уполномоченного органа: О привлечении к ответственности по ч. 1.1 ст. 18.8 КоАП РФ за нарушение иностранным гражданином, лицом без гражданства правил въезда или режима пребывания в РФ.
Решение: Отказано.Данные обстоятельства свидетельствуют о невозможности самостоятельного выезда из Российской Федерации, дают основания для применения административного выдворения и содержания А. в специальном учреждении в целях исполнения дополнительного наказания.
Категория спора: Привлечение к административной ответственности.
Требования уполномоченного органа: О привлечении к ответственности по ч. 1.1 ст. 18.8 КоАП РФ за нарушение иностранным гражданином, лицом без гражданства правил въезда или режима пребывания в РФ.
Решение: Отказано.Данные обстоятельства свидетельствуют о невозможности самостоятельного выезда из Российской Федерации, дают основания для применения административного выдворения и содержания А. в специальном учреждении в целях исполнения дополнительного наказания.
Подборка судебных решений за 2024 год: Статья 71 "Порядок определения сроков наказаний при сложении наказаний" УК РФ"Однако, исходя из требований ст. 70, 71 УК РФ и разъяснений, содержащихся в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", ограничение свободы, назначенное в качестве дополнительного наказания, исполняется самостоятельно и сложению с основным наказанием не подлежит."
Нормативные акты
Постановление Конституционного Суда РФ от 14.11.2025 N 38-П
"По делу о проверке конституционности части 1 статьи 12.24, пункта 7 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и части третьей статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с запросом Ивановского районного суда Ивановской области"Между тем, обращаясь ранее к вопросу соотношения административного и уголовного наказаний в виде лишения права управления транспортными средствами, Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 8 апреля 2021 года N 600-О указал, что, хотя административная и уголовная ответственность, будучи разновидностями государственного принуждения, имеют схожие задачи, базируются на рядоположенных принципах, преследуют общую цель защиты прав и свобод человека и гражданина и фактически во многом дополняют друг друга, данное обстоятельство вовсе не предполагает однотипного законодательного регулирования этих двух видов ответственности, в том числе в отношении вопросов, касающихся системы административных и уголовных наказаний, включая правила их исполнения. В силу этого отраслевая дифференциация правового регулирования, даже если она сопряжена с установлением применительно к отдельным видам административных наказаний более строгих - в сравнении с сопоставимыми уголовными санкциями - самостоятельных правил, не может свидетельствовать о нарушении конституционных принципов и норм, тем более что строгость таких правил компенсируется существенным различием юридических последствий привлечения физических лиц к административной и уголовной ответственности.
"По делу о проверке конституционности части 1 статьи 12.24, пункта 7 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и части третьей статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с запросом Ивановского районного суда Ивановской области"Между тем, обращаясь ранее к вопросу соотношения административного и уголовного наказаний в виде лишения права управления транспортными средствами, Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 8 апреля 2021 года N 600-О указал, что, хотя административная и уголовная ответственность, будучи разновидностями государственного принуждения, имеют схожие задачи, базируются на рядоположенных принципах, преследуют общую цель защиты прав и свобод человека и гражданина и фактически во многом дополняют друг друга, данное обстоятельство вовсе не предполагает однотипного законодательного регулирования этих двух видов ответственности, в том числе в отношении вопросов, касающихся системы административных и уголовных наказаний, включая правила их исполнения. В силу этого отраслевая дифференциация правового регулирования, даже если она сопряжена с установлением применительно к отдельным видам административных наказаний более строгих - в сравнении с сопоставимыми уголовными санкциями - самостоятельных правил, не может свидетельствовать о нарушении конституционных принципов и норм, тем более что строгость таких правил компенсируется существенным различием юридических последствий привлечения физических лиц к административной и уголовной ответственности.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58
(ред. от 23.12.2025)
"О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания"Ограничение свободы, назначенное в качестве дополнительного наказания, подлежит самостоятельному исполнению.
(ред. от 23.12.2025)
"О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания"Ограничение свободы, назначенное в качестве дополнительного наказания, подлежит самостоятельному исполнению.
Статья: Один плюс один равно двум, или Еще раз к вопросу о квалификации убийства и преступления, с которым оно сопряжено
(Краев Д.Ю.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2025, N 1)Высказывалось также мнение, что квалификация убийства, сопряженного с другими преступлениями, различна в зависимости от результатов сравнения санкций в целом, включая дополнительные наказания, которые не могут сопоставляться с лишением свободы и исполняются самостоятельно (без учета смертной казни и пожизненного лишения свободы ввиду ограниченности их применения). Так, Е.Г. Веселов считает, что полностью охватываются ч. 2 ст. 105 УК РФ преступления, предусмотренные ч. 1 и 2 ст. 126, ст. ст. 131 и 132 УК РФ; убийство же при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105 УК) и преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 126, ст. ст. 162, 163, ст. 209 УК РФ, надлежит квалифицировать по совокупности [10, с. 19].
(Краев Д.Ю.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2025, N 1)Высказывалось также мнение, что квалификация убийства, сопряженного с другими преступлениями, различна в зависимости от результатов сравнения санкций в целом, включая дополнительные наказания, которые не могут сопоставляться с лишением свободы и исполняются самостоятельно (без учета смертной казни и пожизненного лишения свободы ввиду ограниченности их применения). Так, Е.Г. Веселов считает, что полностью охватываются ч. 2 ст. 105 УК РФ преступления, предусмотренные ч. 1 и 2 ст. 126, ст. ст. 131 и 132 УК РФ; убийство же при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105 УК) и преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 126, ст. ст. 162, 163, ст. 209 УК РФ, надлежит квалифицировать по совокупности [10, с. 19].
Статья: Самовольное оставление части или места службы в период мобилизации: проблемы квалификации и вопросы назначения наказания
(Харитонов С.С., Шарапов С.Н.)
("Право в Вооруженных Силах", 2024, N 8)Выше указывалось, что Федеральным законом N 365-ФЗ, вступившим в силу со дня его официального опубликования - с 24 сентября 2022 г., ст. 337 УК РФ дополнена ч. 2.1, 3.1 и 5, которыми в зависимости от продолжительности периода уклонения от исполнения обязанностей военной службы устанавливается самостоятельная уголовная ответственность военнослужащих за самовольное оставление воинской части или неявку в срок без уважительных причин на службу в период мобилизации или военного положения, в военное время либо в условиях вооруженного конфликта или ведения боевых действий, т.е. в особые периоды.
(Харитонов С.С., Шарапов С.Н.)
("Право в Вооруженных Силах", 2024, N 8)Выше указывалось, что Федеральным законом N 365-ФЗ, вступившим в силу со дня его официального опубликования - с 24 сентября 2022 г., ст. 337 УК РФ дополнена ч. 2.1, 3.1 и 5, которыми в зависимости от продолжительности периода уклонения от исполнения обязанностей военной службы устанавливается самостоятельная уголовная ответственность военнослужащих за самовольное оставление воинской части или неявку в срок без уважительных причин на службу в период мобилизации или военного положения, в военное время либо в условиях вооруженного конфликта или ведения боевых действий, т.е. в особые периоды.
Статья: Уголовно-правовое регулирование и судебная практика назначения принудительных работ в качестве альтернативы наказанию в виде лишения свободы
(Сафин Л.Р.)
("Журнал российского права", 2025, N 9)Наиболее приемлемым с этой точки зрения представляется законодательное деление наказаний на основные и дополнительные. Оно четко отражено в наименовании ст. 45 УК РФ, хотя при изложении ее содержания законодатель фактически следует трехчленному делению наказаний: 1) применяемые только в качестве основных (ч. 1); 2) применяемые в качестве как основных, так и дополнительных (ч. 2); 3) применяемые только в качестве дополнительных (ч. 3). С учетом этого нередко выделяются три подсистемы видов наказаний. Его критериями считаются самостоятельность применения и исполнения наказания <4>, особенность порядка назначения наказания, их сочетаемость.
(Сафин Л.Р.)
("Журнал российского права", 2025, N 9)Наиболее приемлемым с этой точки зрения представляется законодательное деление наказаний на основные и дополнительные. Оно четко отражено в наименовании ст. 45 УК РФ, хотя при изложении ее содержания законодатель фактически следует трехчленному делению наказаний: 1) применяемые только в качестве основных (ч. 1); 2) применяемые в качестве как основных, так и дополнительных (ч. 2); 3) применяемые только в качестве дополнительных (ч. 3). С учетом этого нередко выделяются три подсистемы видов наказаний. Его критериями считаются самостоятельность применения и исполнения наказания <4>, особенность порядка назначения наказания, их сочетаемость.
Статья: Критерии для взыскания астрента по корпоративным спорам
(Абдулкадиров Т.)
("Право и экономика", 2023, N 5)В итоге правовые позиции Верховного Суда Российской Федерации и изменения гражданского законодательства в части регулирования права начисления и присуждения процентов за неисполнение денежных обязательств выступают дополнительным аргументом в пользу самостоятельности института судебной неустойки, целью которого является обеспечение неукоснительного, добровольного и незамедлительного исполнения судебных актов, что существенно отличается от ответственности за неисполнение денежного обязательства в форме начисления процентов.
(Абдулкадиров Т.)
("Право и экономика", 2023, N 5)В итоге правовые позиции Верховного Суда Российской Федерации и изменения гражданского законодательства в части регулирования права начисления и присуждения процентов за неисполнение денежных обязательств выступают дополнительным аргументом в пользу самостоятельности института судебной неустойки, целью которого является обеспечение неукоснительного, добровольного и незамедлительного исполнения судебных актов, что существенно отличается от ответственности за неисполнение денежного обязательства в форме начисления процентов.
Вопрос: Кому и при наличии каких обстоятельств уголовное наказание в виде штрафа подлежит замене на обязательные работы?
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Как разъяснено в п. 5.4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.2011 N 21, в случае когда заменяется штраф, назначенный в качестве основного наказания, одновременно с которым было назначено дополнительное наказание (предусмотренное санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ или назначенное в соответствии со ст. ст. 47 или 48 УК РФ), должен решаться вопрос о замене только основного наказания. Дополнительное наказание, назначенное по приговору суда, исполняется самостоятельно.
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Как разъяснено в п. 5.4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.2011 N 21, в случае когда заменяется штраф, назначенный в качестве основного наказания, одновременно с которым было назначено дополнительное наказание (предусмотренное санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ или назначенное в соответствии со ст. ст. 47 или 48 УК РФ), должен решаться вопрос о замене только основного наказания. Дополнительное наказание, назначенное по приговору суда, исполняется самостоятельно.
Статья: Особенности судебного производства по разрешению вопроса о передаче иностранного гражданина, осужденного российским судом к лишению свободы, для отбывания наказания в государство его гражданства
(Федюнин А.А.)
("Российский судья", 2022, N 4)В контексте спора о характере производств по рассмотрению судом вопросов, связанных с исполнением приговора, к которым в том числе относится вопрос о передаче иностранного гражданина в государство его гражданства, И.В. Пастухов, Л.А. Пупышева относят данное производство вместе с другими производствами по вопросам, разрешаемым при исполнении приговора, исходя из их предмета и назначения, к самостоятельным дополнительным производствам, мотивируя это тем, что они не имеют никакого отношения к вопросам, разрешаемым в основных производствах, виновности и назначения наказания и к стадии исполнения приговора <6>. Ю.К. Якимович говорит о том, что их появление связано с необходимостью в случаях, установленных законом, разрешить находящиеся в ведении суда вопросы, возникающие уже после вступления приговора в законную силу и в процессе его исполнения, они не являются продолжением процесса по уголовному делу, не являются стадией исполнения приговора <7>.
(Федюнин А.А.)
("Российский судья", 2022, N 4)В контексте спора о характере производств по рассмотрению судом вопросов, связанных с исполнением приговора, к которым в том числе относится вопрос о передаче иностранного гражданина в государство его гражданства, И.В. Пастухов, Л.А. Пупышева относят данное производство вместе с другими производствами по вопросам, разрешаемым при исполнении приговора, исходя из их предмета и назначения, к самостоятельным дополнительным производствам, мотивируя это тем, что они не имеют никакого отношения к вопросам, разрешаемым в основных производствах, виновности и назначения наказания и к стадии исполнения приговора <6>. Ю.К. Якимович говорит о том, что их появление связано с необходимостью в случаях, установленных законом, разрешить находящиеся в ведении суда вопросы, возникающие уже после вступления приговора в законную силу и в процессе его исполнения, они не являются продолжением процесса по уголовному делу, не являются стадией исполнения приговора <7>.
Статья: Субсидиарная ответственность в корпоративных правоотношениях: проблемы и перспективы
(Гутников О.В.)
("Журнал российского права", 2022, N 7)Во-вторых, имеются обеспечительные основания, когда ответственность субсидиарного должника носит лишь гарантийный характер (представляя собой, по сути, "законное поручительство") и дополнительно обеспечивает кредиторов при отсутствии неправомерного поведения и вины такого должника (так называемая квазикорпоративная ответственность <15>). Обеспечительное субсидиарное обязательство является отдельным и самостоятельным обязательством субсидиарного должника <16>, с исполнением которого одновременно прекращается основное обязательство <17>, и никакого правопреемства в прекращенном основном обязательстве не возникает и возникнуть не может <18>. Как указал Верховный Суд РФ, "возможность привлечения к субсидиарной ответственности не предполагает материального правопреемства. Собственник имущества учреждения, привлекаемый к субсидиарной ответственности по долгам такого учреждения, является субъектом самостоятельного обязательства, служащего обеспечительным механизмом по отношению к обязательству основному" <19>. Различия между фраудаторными и обеспечительными основаниями субсидиарной ответственности совершенно не учитываются в ст. 399 ГК РФ, хотя в литературе справедливо предлагается такие виды субсидиарной ответственности выделять, разграничивая "обязательства, в которых реализуется ответственность, и обязательства, в которых возложение дополнительной имущественной обязанности не связано с совершением дополнительным должником правонарушения" <20>.
(Гутников О.В.)
("Журнал российского права", 2022, N 7)Во-вторых, имеются обеспечительные основания, когда ответственность субсидиарного должника носит лишь гарантийный характер (представляя собой, по сути, "законное поручительство") и дополнительно обеспечивает кредиторов при отсутствии неправомерного поведения и вины такого должника (так называемая квазикорпоративная ответственность <15>). Обеспечительное субсидиарное обязательство является отдельным и самостоятельным обязательством субсидиарного должника <16>, с исполнением которого одновременно прекращается основное обязательство <17>, и никакого правопреемства в прекращенном основном обязательстве не возникает и возникнуть не может <18>. Как указал Верховный Суд РФ, "возможность привлечения к субсидиарной ответственности не предполагает материального правопреемства. Собственник имущества учреждения, привлекаемый к субсидиарной ответственности по долгам такого учреждения, является субъектом самостоятельного обязательства, служащего обеспечительным механизмом по отношению к обязательству основному" <19>. Различия между фраудаторными и обеспечительными основаниями субсидиарной ответственности совершенно не учитываются в ст. 399 ГК РФ, хотя в литературе справедливо предлагается такие виды субсидиарной ответственности выделять, разграничивая "обязательства, в которых реализуется ответственность, и обязательства, в которых возложение дополнительной имущественной обязанности не связано с совершением дополнительным должником правонарушения" <20>.
Вопрос: Как исчисляется срок погашения судимости при назначении осужденному дополнительного наказания?
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)В случае назначения наказания по совокупности преступлений или совокупности приговоров сроки погашения судимости, установленные ст. ст. 86 и 95 УК РФ, исчисляются после отбытия (исполнения) окончательного наказания (основного и дополнительного) самостоятельно за каждое преступление, входящее в совокупность, исходя из соответствующего пункта ч. 3 ст. 86 УК РФ и не прерываются при совершении нового преступления (п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 07.06.2022 N 14).
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)В случае назначения наказания по совокупности преступлений или совокупности приговоров сроки погашения судимости, установленные ст. ст. 86 и 95 УК РФ, исчисляются после отбытия (исполнения) окончательного наказания (основного и дополнительного) самостоятельно за каждое преступление, входящее в совокупность, исходя из соответствующего пункта ч. 3 ст. 86 УК РФ и не прерываются при совершении нового преступления (п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 07.06.2022 N 14).
Вопрос: Работник обучается заочно в вузе по направлению работодателя. В период учебного отпуска он не явился на экзамен, остальные экзамены и зачеты не сдал. Можно ли наложить на него дисциплинарное взыскание?
(Консультация эксперта, Гострудинспекция в Кировской обл., 2025)Ответ: Работник, направленный на обучение, находился в учебном отпуске. В указанный период времени работник не исполнял трудовые обязанности, соответственно, не подлежит привлечению к дисциплинарной ответственности.
(Консультация эксперта, Гострудинспекция в Кировской обл., 2025)Ответ: Работник, направленный на обучение, находился в учебном отпуске. В указанный период времени работник не исполнял трудовые обязанности, соответственно, не подлежит привлечению к дисциплинарной ответственности.
Статья: Повторное условное осуждение: в свете нового Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике отмены условного осуждения или продления испытательного срока"
(Артеменко Н.В., Шимбарева Н.Г.)
("Российская юстиция", 2025, N 4)Пленум Верховного Суда РФ высказывается по этому вопросу в нескольких постановлениях, хотя и достаточно лаконично <9>. При этом обращается внимание на обязательную мотивировку принимаемого решения, подчеркивается, что оно относится к числу дискреционных полномочий суда (суд может...), и без дополнительных рекомендаций указывается на самостоятельное исполнение приговоров при сохранении условного осуждения.
(Артеменко Н.В., Шимбарева Н.Г.)
("Российская юстиция", 2025, N 4)Пленум Верховного Суда РФ высказывается по этому вопросу в нескольких постановлениях, хотя и достаточно лаконично <9>. При этом обращается внимание на обязательную мотивировку принимаемого решения, подчеркивается, что оно относится к числу дискреционных полномочий суда (суд может...), и без дополнительных рекомендаций указывается на самостоятельное исполнение приговоров при сохранении условного осуждения.