Ограниченный суверенитет
Подборка наиболее важных документов по запросу Ограниченный суверенитет (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Комментарий к Федеральному закону от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости"
(Гришаев С.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2024)3. В ч. 3 комментируемой статьи говорится о том, какие сведения о прохождении Государственной границы Российской Федерации вносятся в реестр границ. Государственная граница обычно понимается как условная замкнутая поверхность или совокупность таких поверхностей, определяющих пространственные пределы территории государства (суши, вод, недр, воздушного пространства) или как линия и проходящая по этой линии вертикальная поверхность, определяющие пределы территории государства (суши, вод, недр, воздушного пространства). Согласно ст. 1 Закона о государственной границе государственная граница Российской Федерации есть линия и проходящая по этой линии вертикальная поверхность, определяющие пределы государственной территории (суши, вод, недр и воздушного пространства) Российской Федерации, то есть пространственный предел действия государственного суверенитета Российской Федерации. Государственная граница ограничена линией прохождения Государственной границы РФ, которая определяет пространственный предел действия государственного суверенитета Российской Федерации.
(Гришаев С.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2024)3. В ч. 3 комментируемой статьи говорится о том, какие сведения о прохождении Государственной границы Российской Федерации вносятся в реестр границ. Государственная граница обычно понимается как условная замкнутая поверхность или совокупность таких поверхностей, определяющих пространственные пределы территории государства (суши, вод, недр, воздушного пространства) или как линия и проходящая по этой линии вертикальная поверхность, определяющие пределы территории государства (суши, вод, недр, воздушного пространства). Согласно ст. 1 Закона о государственной границе государственная граница Российской Федерации есть линия и проходящая по этой линии вертикальная поверхность, определяющие пределы государственной территории (суши, вод, недр и воздушного пространства) Российской Федерации, то есть пространственный предел действия государственного суверенитета Российской Федерации. Государственная граница ограничена линией прохождения Государственной границы РФ, которая определяет пространственный предел действия государственного суверенитета Российской Федерации.
Статья: Рейтинговое агентство - банк - регулятор: в каких точках взаимодействия создаются условия для успешного кредитования
(Молодцов А., Лаврентьева А., Чаговец А.)
("Банковское кредитование", 2023, N 4)Кредитный рейтинг - не "разовая история": долгосрочная добавленная стоимость от наличия рейтинга превышает затраты на его получение. Каковы у банков и заемщиков стимулы для получения рейтингов сегодня, в условиях ограничений на раскрытие информации, применения механизма СЗПК <1>, финансирования проектов технологического суверенитета и проектов структурной адаптации с учетом нового регулирования <2>?
(Молодцов А., Лаврентьева А., Чаговец А.)
("Банковское кредитование", 2023, N 4)Кредитный рейтинг - не "разовая история": долгосрочная добавленная стоимость от наличия рейтинга превышает затраты на его получение. Каковы у банков и заемщиков стимулы для получения рейтингов сегодня, в условиях ограничений на раскрытие информации, применения механизма СЗПК <1>, финансирования проектов технологического суверенитета и проектов структурной адаптации с учетом нового регулирования <2>?
Нормативные акты
Указ Президента РФ от 31.03.2023 N 229
"Об утверждении Концепции внешней политики Российской Федерации"13. Рассматривая укрепление России в качестве одного из ведущих центров развития современного мира, считая ее самостоятельную внешнюю политику угрозой западной гегемонии, Соединенные Штаты Америки (США) и их сателлиты использовали принятые Российской Федерацией меры по защите своих жизненно важных интересов на украинском направлении как предлог для обострения многолетней антироссийской политики и развязали гибридную войну нового типа. Она направлена на всемерное ослабление России, включая подрыв ее созидательной цивилизационной роли, силовых, экономических и технологических возможностей, ограничение ее суверенитета во внешней и внутренней политике, разрушение территориальной целостности. Такой курс Запада приобрел всеобъемлющий характер и закреплен на доктринальном уровне. Это не было выбором Российской Федерации. Россия не считает себя врагом Запада, не изолируется от него, не имеет по отношению к нему враждебных намерений и рассчитывает, что в дальнейшем государства, принадлежащие к западному сообществу, осознают бесперспективность своей конфронтационной политики и гегемонистских амбиций, примут во внимание сложные реалии многополярного мира и вернутся к прагматичному взаимодействию с Россией, руководствуясь принципами суверенного равенства и уважения интересов друг друга. На такой основе Российская Федерация готова к диалогу и сотрудничеству.
"Об утверждении Концепции внешней политики Российской Федерации"13. Рассматривая укрепление России в качестве одного из ведущих центров развития современного мира, считая ее самостоятельную внешнюю политику угрозой западной гегемонии, Соединенные Штаты Америки (США) и их сателлиты использовали принятые Российской Федерацией меры по защите своих жизненно важных интересов на украинском направлении как предлог для обострения многолетней антироссийской политики и развязали гибридную войну нового типа. Она направлена на всемерное ослабление России, включая подрыв ее созидательной цивилизационной роли, силовых, экономических и технологических возможностей, ограничение ее суверенитета во внешней и внутренней политике, разрушение территориальной целостности. Такой курс Запада приобрел всеобъемлющий характер и закреплен на доктринальном уровне. Это не было выбором Российской Федерации. Россия не считает себя врагом Запада, не изолируется от него, не имеет по отношению к нему враждебных намерений и рассчитывает, что в дальнейшем государства, принадлежащие к западному сообществу, осознают бесперспективность своей конфронтационной политики и гегемонистских амбиций, примут во внимание сложные реалии многополярного мира и вернутся к прагматичному взаимодействию с Россией, руководствуясь принципами суверенного равенства и уважения интересов друг друга. На такой основе Российская Федерация готова к диалогу и сотрудничеству.
"Гражданский процесс: учебник"
(под ред. А.В. Габова, В.Г. Голубцова, С.Ж. Соловых)
("Статут", 2024)Возможность привлечения к участию в деле иностранного государства, аккредитованных в Российской Федерации дипломатических представителей иностранных государств ограничена в силу принципа государственного суверенитета, из которого вытекает, что одно государство не подчиняется власти другого государства. Отправление правосудия по гражданским делам является проявлением государственной власти, и поэтому иностранные государства и указанные лица согласно ч. 3 ст. 401 ГПК РФ подлежат юрисдикции российских судов в пределах, определенных общепризнанными принципами и нормами международного права или международными договорами Российской Федерации. В международных договорах Российской Федерации, федеральных законах могут устанавливаться пределы привлечения к участию в гражданских делах и других лиц. Так, согласно ст. 31 Венской конвенции о дипломатических сношениях глава и сотрудники дипломатического представительства пользуются иммунитетом от гражданской юрисдикции.
(под ред. А.В. Габова, В.Г. Голубцова, С.Ж. Соловых)
("Статут", 2024)Возможность привлечения к участию в деле иностранного государства, аккредитованных в Российской Федерации дипломатических представителей иностранных государств ограничена в силу принципа государственного суверенитета, из которого вытекает, что одно государство не подчиняется власти другого государства. Отправление правосудия по гражданским делам является проявлением государственной власти, и поэтому иностранные государства и указанные лица согласно ч. 3 ст. 401 ГПК РФ подлежат юрисдикции российских судов в пределах, определенных общепризнанными принципами и нормами международного права или международными договорами Российской Федерации. В международных договорах Российской Федерации, федеральных законах могут устанавливаться пределы привлечения к участию в гражданских делах и других лиц. Так, согласно ст. 31 Венской конвенции о дипломатических сношениях глава и сотрудники дипломатического представительства пользуются иммунитетом от гражданской юрисдикции.
Статья: Дискреционный нигилизм: на подступах к проблеме
(Зайцев Д.И.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2025, N 4)Любопытно, что в определенные исторические моменты в юридических науках выдвигались гипотезы о том, что государственного суверенитета в его классическом понимании уже не существует, что сувернитет ограничивается, уменьшается, делится, трансформируется и т.д. [12]. Позволим себе предположить, что иногда указанные теории подпитывались ростом дискреционно-нигилистических настроений. В абсолютных монархиях, например, властью традиционно широко использовались дискреционные полномочия, и об ограниченном суверенитете не могло быть и речи. А с распространением республиканских взглядов, популяризацией в юридической мысли концепций верховенства закона и правового государства, крайней, доведенной до фанатизма или автоматизма степенью которых и является дискреционный нигилизм, начали разрабатываться учения о размывании государственного суверенитета.
(Зайцев Д.И.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2025, N 4)Любопытно, что в определенные исторические моменты в юридических науках выдвигались гипотезы о том, что государственного суверенитета в его классическом понимании уже не существует, что сувернитет ограничивается, уменьшается, делится, трансформируется и т.д. [12]. Позволим себе предположить, что иногда указанные теории подпитывались ростом дискреционно-нигилистических настроений. В абсолютных монархиях, например, властью традиционно широко использовались дискреционные полномочия, и об ограниченном суверенитете не могло быть и речи. А с распространением республиканских взглядов, популяризацией в юридической мысли концепций верховенства закона и правового государства, крайней, доведенной до фанатизма или автоматизма степенью которых и является дискреционный нигилизм, начали разрабатываться учения о размывании государственного суверенитета.
"Личные фонды на стыке права и экономики: механизмы управления частным капиталом: монография"
(Червец Е.И.)
("Статут", 2025)Для настройки системы управления фондом может потребоваться длительное время. Заранее разработанные алгоритмы управления личным фондом определяют пределы осуществления "юридической власти" <1> личного фонда (в лице его менеджеров) в отношении обособленного имущества и возможности выгодоприобретателей как субъектов интереса в обособленном имуществе по контролю за осуществляемым фондом управлением. При этом установление собственником указанных пределов не обязательно читать как ограничение права собственности личного фонда. Возможно, собственник, создающий личный фонд и наделяющий его своим имуществом, таким образом определяет содержание права своего личного фонда в отношении переданного ему имущества. Не в этом ли проявляется автономия воли как "ограниченный суверенитет" в частном праве <2>? Традиционно под правом собственности понимают полное господство над вещью, состоящее в исключительной возможности субъекта по своему усмотрению решать, каким образом использовать имущество <3>. Вероятно, исходя из этого может возникнуть идея о некоем праве sui generis, на котором имуществом обладает личный фонд <4>. Однако, как показывает С.В. Третьяков, понятие "господство над вещью проблематично" <5>, а "субъективное частное право стало рассматриваться не как единое, а как несколько типов правонаделения, классифицируемых в зависимости от характера, степени выраженности и содержания волевого компонента" <6>. При этом в отношениях с третьими лицами, находящимися за периметром отношений по имущественному обособлению, право собственности личного фонда не может быть отличным от права собственности иного участника гражданского оборота.
(Червец Е.И.)
("Статут", 2025)Для настройки системы управления фондом может потребоваться длительное время. Заранее разработанные алгоритмы управления личным фондом определяют пределы осуществления "юридической власти" <1> личного фонда (в лице его менеджеров) в отношении обособленного имущества и возможности выгодоприобретателей как субъектов интереса в обособленном имуществе по контролю за осуществляемым фондом управлением. При этом установление собственником указанных пределов не обязательно читать как ограничение права собственности личного фонда. Возможно, собственник, создающий личный фонд и наделяющий его своим имуществом, таким образом определяет содержание права своего личного фонда в отношении переданного ему имущества. Не в этом ли проявляется автономия воли как "ограниченный суверенитет" в частном праве <2>? Традиционно под правом собственности понимают полное господство над вещью, состоящее в исключительной возможности субъекта по своему усмотрению решать, каким образом использовать имущество <3>. Вероятно, исходя из этого может возникнуть идея о некоем праве sui generis, на котором имуществом обладает личный фонд <4>. Однако, как показывает С.В. Третьяков, понятие "господство над вещью проблематично" <5>, а "субъективное частное право стало рассматриваться не как единое, а как несколько типов правонаделения, классифицируемых в зависимости от характера, степени выраженности и содержания волевого компонента" <6>. При этом в отношениях с третьими лицами, находящимися за периметром отношений по имущественному обособлению, право собственности личного фонда не может быть отличным от права собственности иного участника гражданского оборота.
Статья: Российская доктрина международного права об Арктике: столетний лед одиночества
(Толстых В.Л.)
("Международное правосудие", 2025, N 2)На доктринальном уровне данная концепция была обоснована В.Л. Лахтиным в брошюре, изданной в 1928 году. Его позиция состоит в следующем. Открытые и неоткрытые земли и острова в Арктике должны принадлежать прибрежным государствам, в районе тяготения которых они находятся, независимо от наличия эффективной оккупации. Такая оккупация - затруднительна; кроме того, в отношении удаленных территорий достаточной формой оккупации является их эпизодическое посещение экспедициями прибрежных государств. Неподвижные ледяные образования, которые можно использовать для полезных целей, должны быть приравнены к полярным территориям (хотя позитивное право не регулирует этот вопрос). На воды Северного Ледовитого океана должен распространяться ограниченный суверенитет арктических держав, которые, в частности, могут регулировать промысел. Для окончательного решения этих вопросов целесообразно созвать конференцию арктических держав; в любом случае СССР вправе распространить свой суверенитет на указанные пространства <16>. Позднее концепция секторов была поддержана многими советскими <17> и российскими <18> авторами, которые распространили ее на континентальный шельф и привели дополнительные доводы в ее поддержку (региональный обычай, внутренние акты и договоры России и Канады XIX века, открытие и освоение Россией арктических районов). С критикой концепции выступили М.А. и В.Д. Гицу, А.Л. Колодкин, В.А. Кошкин и Г.Г. Шинкарецкая <19>.
(Толстых В.Л.)
("Международное правосудие", 2025, N 2)На доктринальном уровне данная концепция была обоснована В.Л. Лахтиным в брошюре, изданной в 1928 году. Его позиция состоит в следующем. Открытые и неоткрытые земли и острова в Арктике должны принадлежать прибрежным государствам, в районе тяготения которых они находятся, независимо от наличия эффективной оккупации. Такая оккупация - затруднительна; кроме того, в отношении удаленных территорий достаточной формой оккупации является их эпизодическое посещение экспедициями прибрежных государств. Неподвижные ледяные образования, которые можно использовать для полезных целей, должны быть приравнены к полярным территориям (хотя позитивное право не регулирует этот вопрос). На воды Северного Ледовитого океана должен распространяться ограниченный суверенитет арктических держав, которые, в частности, могут регулировать промысел. Для окончательного решения этих вопросов целесообразно созвать конференцию арктических держав; в любом случае СССР вправе распространить свой суверенитет на указанные пространства <16>. Позднее концепция секторов была поддержана многими советскими <17> и российскими <18> авторами, которые распространили ее на континентальный шельф и привели дополнительные доводы в ее поддержку (региональный обычай, внутренние акты и договоры России и Канады XIX века, открытие и освоение Россией арктических районов). С критикой концепции выступили М.А. и В.Д. Гицу, А.Л. Колодкин, В.А. Кошкин и Г.Г. Шинкарецкая <19>.
Статья: Международно-правовая политика КНР на современном этапе
(Толстых В.Л.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 2)Первая из них - идея суверенитета. По мнению китайской доктрины, принцип суверенитета зародился на европейской почве, но имеет универсальное значение, обеспечивая автономию государства, справедливость и мир. Он защищает не только государство, но и нацию <6>, является оптимальной формой международного управления: только суверенные государства способны решать глобальные проблемы <7>. Идея суверенитета использовалась Китаем для защиты от западного империализма и получения признания, а также для объединения территорий и борьбы с сепаратизмом. Китай не только отстаивает свой суверенитет, но и уважает суверенитет других государств: он не вмешивается в их внутренние дела, руководствуется декларативной концепцией признания <8>, отрицательно относится к концепциям гуманитарной интервенции и failed state. Суверенитет не является абсолютным; он развивается со временем и ограничен суверенитетом других государств и международным правом <9>; некоторые авторы, однако, считают, что в случае серьезной угрозы для него государства могут отступать от международного права (идея, восходящая к Гегелю) <10>.
(Толстых В.Л.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 2)Первая из них - идея суверенитета. По мнению китайской доктрины, принцип суверенитета зародился на европейской почве, но имеет универсальное значение, обеспечивая автономию государства, справедливость и мир. Он защищает не только государство, но и нацию <6>, является оптимальной формой международного управления: только суверенные государства способны решать глобальные проблемы <7>. Идея суверенитета использовалась Китаем для защиты от западного империализма и получения признания, а также для объединения территорий и борьбы с сепаратизмом. Китай не только отстаивает свой суверенитет, но и уважает суверенитет других государств: он не вмешивается в их внутренние дела, руководствуется декларативной концепцией признания <8>, отрицательно относится к концепциям гуманитарной интервенции и failed state. Суверенитет не является абсолютным; он развивается со временем и ограничен суверенитетом других государств и международным правом <9>; некоторые авторы, однако, считают, что в случае серьезной угрозы для него государства могут отступать от международного права (идея, восходящая к Гегелю) <10>.
Статья: Конституционная идентичность стран Вышеградской группы и России: сравнительно-правовое исследование
(Белослудцев О.С., Бухмин С.В.)
("Сравнительное конституционное обозрение", 2025, N 2)<29> Теория "многоуровневого конституционализма" основана на безусловном праве "последнего слова" в рамках любого диалога с национальной юрисдикцией. Так, судья П. Пинту ди Альбукерке полагает, что право Конвенции и право Европейского союза схожи по своему характеру, так как и то и другое ограничивает суверенитет. Соответственно, решения Люксембургского суда (так же как и Страсбургского суда) не могут быть пересмотрены или частично скорректированы, даже если они противоречат национальным конституциям. См.: European Court of Human Rights (далее - ECtHR). G.I.E.M. S.r.l. and Others v. Italy [GC]. Applications nos. 1828/06, 34163/07, 19029/11. Judgment of 28 June 2018. Partly concurring, partly dissenting opinion of judge Pinto De Albuquerque. § 86.
(Белослудцев О.С., Бухмин С.В.)
("Сравнительное конституционное обозрение", 2025, N 2)<29> Теория "многоуровневого конституционализма" основана на безусловном праве "последнего слова" в рамках любого диалога с национальной юрисдикцией. Так, судья П. Пинту ди Альбукерке полагает, что право Конвенции и право Европейского союза схожи по своему характеру, так как и то и другое ограничивает суверенитет. Соответственно, решения Люксембургского суда (так же как и Страсбургского суда) не могут быть пересмотрены или частично скорректированы, даже если они противоречат национальным конституциям. См.: European Court of Human Rights (далее - ECtHR). G.I.E.M. S.r.l. and Others v. Italy [GC]. Applications nos. 1828/06, 34163/07, 19029/11. Judgment of 28 June 2018. Partly concurring, partly dissenting opinion of judge Pinto De Albuquerque. § 86.
Статья: Предлагаемые новации в глобальном налогообложении
(Ляменков А.К.)
("Международный бухгалтерский учет", 2026, N 6)Однако в условиях глобализации становилось все сложнее соотносить с "национальными квартирами" доходы МНП, осуществляющих свою деятельность одновременно во многих юрисдикциях, распределять между последними налогооблагаемую базу по корпоративным налогам. Особенно зримо это проявилось применительно к доходам упоминаемых в данной статье цифровых компаний. Основой конкурентоспособности и получения высоких доходов для высокотехнологичных компаний становится использование нематериальных (неосязаемых) активов - брендов, патентов и лицензий, авторских прав, легко перемещаемых в цифровом пространстве между отдельными странами и территориями (см., например, исследование Б. Казеллы и Л. Форменти [4]). В результате усилилась нездоровая по своей сути налоговая конкуренция между юрисдикциями, приводящая к явлению, обозначенному как BEPS, - размыванию на национальном уровне налоговой базы и выведению прибыли из-под налогообложения. Потребовалось согласование общемировых правил, которые могли бы смягчить налоговую несправедливость. Понятно, что такие правила, будучи применяемыми всеми или почти всеми участниками мирового сообщества, становятся глобальными и ограничивают национальный налоговый суверенитет.
(Ляменков А.К.)
("Международный бухгалтерский учет", 2026, N 6)Однако в условиях глобализации становилось все сложнее соотносить с "национальными квартирами" доходы МНП, осуществляющих свою деятельность одновременно во многих юрисдикциях, распределять между последними налогооблагаемую базу по корпоративным налогам. Особенно зримо это проявилось применительно к доходам упоминаемых в данной статье цифровых компаний. Основой конкурентоспособности и получения высоких доходов для высокотехнологичных компаний становится использование нематериальных (неосязаемых) активов - брендов, патентов и лицензий, авторских прав, легко перемещаемых в цифровом пространстве между отдельными странами и территориями (см., например, исследование Б. Казеллы и Л. Форменти [4]). В результате усилилась нездоровая по своей сути налоговая конкуренция между юрисдикциями, приводящая к явлению, обозначенному как BEPS, - размыванию на национальном уровне налоговой базы и выведению прибыли из-под налогообложения. Потребовалось согласование общемировых правил, которые могли бы смягчить налоговую несправедливость. Понятно, что такие правила, будучи применяемыми всеми или почти всеми участниками мирового сообщества, становятся глобальными и ограничивают национальный налоговый суверенитет.
Статья: Проблемы формирования и развития международного экономического правопорядка
(Саввиди К.М.)
("Современное право", 2026, N 4)Рассматривая транснациональные финансовые институты как самостоятельных акторов международного экономического права, С.В. Халипов демонстрирует, как через механизмы финансовой помощи, кредитования и технической поддержки эти институты способствуют унификации правовых норм в различных юрисдикциях, что, в свою очередь, ведет к формированию новых стандартов регулирования международных экономических отношений. При этом он подчеркивает двойственный характер такого влияния: с одной стороны, оно способствует гармонизации правовых систем, с другой - может ограничивать суверенитет государств в принятии экономических решений. Таким образом, С.В. Халипов не только раскрывает механизмы участия транснациональных финансовых институтов в процессах международного экономического нормотворчества, но и обозначает перспективные направления для дальнейших исследований в области взаимодействия глобальных финансовых структур с национальными правовыми системами. Особого внимания заслуживает анализ легитимности и эффективности норм, формируемых под воздействием таких институтов, а также оценка их соответствия базовым принципам международного экономического права - справедливости и устойчивому развитию в контексте современной глобальной экономики [6; 7].
(Саввиди К.М.)
("Современное право", 2026, N 4)Рассматривая транснациональные финансовые институты как самостоятельных акторов международного экономического права, С.В. Халипов демонстрирует, как через механизмы финансовой помощи, кредитования и технической поддержки эти институты способствуют унификации правовых норм в различных юрисдикциях, что, в свою очередь, ведет к формированию новых стандартов регулирования международных экономических отношений. При этом он подчеркивает двойственный характер такого влияния: с одной стороны, оно способствует гармонизации правовых систем, с другой - может ограничивать суверенитет государств в принятии экономических решений. Таким образом, С.В. Халипов не только раскрывает механизмы участия транснациональных финансовых институтов в процессах международного экономического нормотворчества, но и обозначает перспективные направления для дальнейших исследований в области взаимодействия глобальных финансовых структур с национальными правовыми системами. Особого внимания заслуживает анализ легитимности и эффективности норм, формируемых под воздействием таких институтов, а также оценка их соответствия базовым принципам международного экономического права - справедливости и устойчивому развитию в контексте современной глобальной экономики [6; 7].