Учебник теория государства
Подборка наиболее важных документов по запросу Учебник теория государства (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Судебные расходы: научно-практическое исследование"
(Бортникова Н.А., Резников Е.В.)
("Издательство ВолГУ", 2025)<28> См.: Цечоев В.К., Швандерова А.Р. Теория государства и права: учебник. М.: Прометей, 2017. 330 с.; Мелехин А.В. Теория государства и права: учебник. 2-е изд., перераб. и доп., 2009; Теория государства и права: учеб. для юрид. вузов / А.И. Абрамова, С.А. Боголюбов, А.В. Мицкевич [и др.]; под ред. А.С. Пиголкина. М.: Городец, 2003. 544 с.
(Бортникова Н.А., Резников Е.В.)
("Издательство ВолГУ", 2025)<28> См.: Цечоев В.К., Швандерова А.Р. Теория государства и права: учебник. М.: Прометей, 2017. 330 с.; Мелехин А.В. Теория государства и права: учебник. 2-е изд., перераб. и доп., 2009; Теория государства и права: учеб. для юрид. вузов / А.И. Абрамова, С.А. Боголюбов, А.В. Мицкевич [и др.]; под ред. А.С. Пиголкина. М.: Городец, 2003. 544 с.
Статья: Цели правового регулирования финансирования развития
(Кузнецов С.В.)
("Юрист", 2021, N 11)<6> Морозова Л.А. Теория государства и права. М.: Юристъ, 2005. С. 319; Теория государства и права: учебник / А.С. Пиголкин, А.Н. Головистикова, Ю.А. Дмитриев; под ред. А.С. Пиголкина, Ю.А. Дмитриева. М.: Высшее образование, 2008. С. 461.
(Кузнецов С.В.)
("Юрист", 2021, N 11)<6> Морозова Л.А. Теория государства и права. М.: Юристъ, 2005. С. 319; Теория государства и права: учебник / А.С. Пиголкин, А.Н. Головистикова, Ю.А. Дмитриев; под ред. А.С. Пиголкина, Ю.А. Дмитриева. М.: Высшее образование, 2008. С. 461.
Статья: Правовая система древнерусской Тмутаракани
(Кортяев В.Е.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2024, N 3)Предметом данного исследования являются правовая система и правовые отношения древнерусской Тмутаракани - одного из самых малоизученных в историко-правовой науке административно-территориального образования периода зарождения целостного Древнерусского государства. Целью данного исследования является реконструкция правовой системы Тмутараканского "княжества", характеристика на основе максимального количества доступных автору материалов правовых отношений древнерусской Тмутаракани, норм обычного права и устоев, сложившихся на данной территории и традиционных для тмутараканского общества. Методология исследования характеризуется тем, что при его проведении использовались общенаучные (индукции, системный, логический) и частнонаучные (формально-юридический, исторический) методы. Метод индукции, системный и логический методы позволили систематизировать максимальный объем информации по теме, доступный автору, осуществить постановку проблемы, которая заключается в фактическом отсутствии исследования проблемы в отечественной историко-правовой науке. Формально-юридический и исторический методы использовались для исследования правовой системы Тмутаракани с юридической точки зрения и в историческом процессе. Не вызывает сомнений тот факт, что раннефеодальный уровень развития обусловил уровень развития правовой системы Тмутаракани как построенный на принципах обычного права. Вместе с тем правовая система исследуется в ее современном понимании в целях доказательства факта, что в Тмутаракани, в сравнении с исконно русскими княжествами, уровень развития права был не ниже, а часто гораздо выше. Результаты данного исследования могут использоваться при подготовке учебной литературы, пособий по теории государства и права, а также быть основой для разработки нового направления в историко-правовой науке, запрос на которое открыт и до сих пор не заполнен, - юридической (правовой) археологии. В результате исследования автор приходит к следующему выводу: в Тмутаракани существовала развитая правовая система и правовые отношения. Историко-правовая историография Тмутаракани на протяжении длительного времени, вплоть до конца XIX в., ограничивалась сведениями из летописных источников фольклорного характера. Только в конце XIX в. - начале XX в. с развитием археологии сведений о древнерусской Тмутаракани и других формах государственности на Таманском полуострове и в Крыму - Гермонассе, Таматархе - стало значительно больше. В начале XXI в. вопрос правовой природы государственности уже становится исследуемым в рамках диссертаций по теории государства и права. Вместе с тем до настоящего времени тема остается слабо разработанной.
(Кортяев В.Е.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2024, N 3)Предметом данного исследования являются правовая система и правовые отношения древнерусской Тмутаракани - одного из самых малоизученных в историко-правовой науке административно-территориального образования периода зарождения целостного Древнерусского государства. Целью данного исследования является реконструкция правовой системы Тмутараканского "княжества", характеристика на основе максимального количества доступных автору материалов правовых отношений древнерусской Тмутаракани, норм обычного права и устоев, сложившихся на данной территории и традиционных для тмутараканского общества. Методология исследования характеризуется тем, что при его проведении использовались общенаучные (индукции, системный, логический) и частнонаучные (формально-юридический, исторический) методы. Метод индукции, системный и логический методы позволили систематизировать максимальный объем информации по теме, доступный автору, осуществить постановку проблемы, которая заключается в фактическом отсутствии исследования проблемы в отечественной историко-правовой науке. Формально-юридический и исторический методы использовались для исследования правовой системы Тмутаракани с юридической точки зрения и в историческом процессе. Не вызывает сомнений тот факт, что раннефеодальный уровень развития обусловил уровень развития правовой системы Тмутаракани как построенный на принципах обычного права. Вместе с тем правовая система исследуется в ее современном понимании в целях доказательства факта, что в Тмутаракани, в сравнении с исконно русскими княжествами, уровень развития права был не ниже, а часто гораздо выше. Результаты данного исследования могут использоваться при подготовке учебной литературы, пособий по теории государства и права, а также быть основой для разработки нового направления в историко-правовой науке, запрос на которое открыт и до сих пор не заполнен, - юридической (правовой) археологии. В результате исследования автор приходит к следующему выводу: в Тмутаракани существовала развитая правовая система и правовые отношения. Историко-правовая историография Тмутаракани на протяжении длительного времени, вплоть до конца XIX в., ограничивалась сведениями из летописных источников фольклорного характера. Только в конце XIX в. - начале XX в. с развитием археологии сведений о древнерусской Тмутаракани и других формах государственности на Таманском полуострове и в Крыму - Гермонассе, Таматархе - стало значительно больше. В начале XXI в. вопрос правовой природы государственности уже становится исследуемым в рамках диссертаций по теории государства и права. Вместе с тем до настоящего времени тема остается слабо разработанной.
Статья: Краткое введение в теорию субъективного правосознания
(Карнушин В.Е.)
("Современное право", 2025, N 11)Так, в учебнике "Теория государства и права" под редакцией Н.И. Матузова и А.В. Малько правосознание определено как совокупность представлений и чувств, выражающих отношение людей, социальных общностей к действующему или желаемому праву. Далее предлагается структура правосознания: правосознание состоит из правовой психологии и правовой идеологии [11, с. 611 - 612].
(Карнушин В.Е.)
("Современное право", 2025, N 11)Так, в учебнике "Теория государства и права" под редакцией Н.И. Матузова и А.В. Малько правосознание определено как совокупность представлений и чувств, выражающих отношение людей, социальных общностей к действующему или желаемому праву. Далее предлагается структура правосознания: правосознание состоит из правовой психологии и правовой идеологии [11, с. 611 - 612].
Статья: Основания деликтной ответственности государства
(Лучкин Ф.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 2)<55> Существуют и другие понимания субъективного права. Например, М.М. Агарков считал субъективное право тождественным притязанию. Притязание же определялось им как закрепленная нормой права возможность лица приводить в движение аппарат государственного принуждения. См.: Отчет о Всесоюзном совещании по обсуждению макетов учебников теории государства и права // Советское государство и право. 1948. N 9. С. 76, 77 (цит. по: Флейшиц Е.А. Указ. соч. С. 355).
(Лучкин Ф.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 2)<55> Существуют и другие понимания субъективного права. Например, М.М. Агарков считал субъективное право тождественным притязанию. Притязание же определялось им как закрепленная нормой права возможность лица приводить в движение аппарат государственного принуждения. См.: Отчет о Всесоюзном совещании по обсуждению макетов учебников теории государства и права // Советское государство и право. 1948. N 9. С. 76, 77 (цит. по: Флейшиц Е.А. Указ. соч. С. 355).
Статья: Законодательная и догматическая конструкция вины потерпевшего: версии М.М. Агаркова и Е.А. Флейшиц
(Сударев Г.А.)
("Вестник гражданского права", 2025, N 2)М.М. Агарков затрагивает вопрос соотношения аналогии закона и распространительного толкования в макете учебника по теории государства и права 1948 г.: при расширительном толковании суд применяет норму, уже содержащуюся в законе; при восполнении пробела суд "создает большую посылку судейского силлогизма по аналогии с нормой, которая содержится в законе" <42>. Вероятно, это может объяснить, почему, когда "смешанная ответственность" рассматривается как результат толкования, условием применения пропорционального распределения убытка по ст. 403 остается грубая неосторожность потерпевшего: если освобождение от ответственности и возможно истолковать как в том числе частичное освобождение от ответственности, а возникновение вреда вследствие умысла или грубой неосторожности потерпевшего - как возникновение вреда в том числе вследствие названного поведения потерпевшего, то грубая неосторожность остается частью гипотезы, не поддающейся переинтерпретации. В то же время в логике восполнения пробела можно было бы рассуждать о том, что вред, причиненный и потерпевшим, и делинквентом, не урегулирован в ст. 403, а реквизит грубой неосторожности не может быть перенесен на этот другой случай или по крайней мере необязательно должен переноситься на него.
(Сударев Г.А.)
("Вестник гражданского права", 2025, N 2)М.М. Агарков затрагивает вопрос соотношения аналогии закона и распространительного толкования в макете учебника по теории государства и права 1948 г.: при расширительном толковании суд применяет норму, уже содержащуюся в законе; при восполнении пробела суд "создает большую посылку судейского силлогизма по аналогии с нормой, которая содержится в законе" <42>. Вероятно, это может объяснить, почему, когда "смешанная ответственность" рассматривается как результат толкования, условием применения пропорционального распределения убытка по ст. 403 остается грубая неосторожность потерпевшего: если освобождение от ответственности и возможно истолковать как в том числе частичное освобождение от ответственности, а возникновение вреда вследствие умысла или грубой неосторожности потерпевшего - как возникновение вреда в том числе вследствие названного поведения потерпевшего, то грубая неосторожность остается частью гипотезы, не поддающейся переинтерпретации. В то же время в логике восполнения пробела можно было бы рассуждать о том, что вред, причиненный и потерпевшим, и делинквентом, не урегулирован в ст. 403, а реквизит грубой неосторожности не может быть перенесен на этот другой случай или по крайней мере необязательно должен переноситься на него.
Статья: Двенадцать первых: профессор Пермского университета Степан Федорович Кечекьян
(Кузнецова О.А., Трапезникова Е.В.)
("Ex jure", 2026, N 2)Многие годы С.Ф. Кечекьян работал и в крупных научно-исследовательских учреждениях. Помимо упоминавшейся работы в ВИЮН, почти двадцать лет профессиональной жизни, с 1940 по 1959 год, он отдал Институту права Академии наук СССР <45>, где заведовал сектором истории государства и права. В этот период увидели свет его наиболее значимые труды в области истории политических учений и теории и истории государства и права. На основе докторской диссертации он подготовил и издал монографию "Учение Аристотеля о государстве и праве" (1947 г.) <46> и ряд статей с критикой буржуазных политических и правовых учений <47>; опубликовал не утратившие своей актуальности и сегодня научные статьи о системе права <48>, понятии правоотношения <49>, соотношении норм права и правоотношений <50>. В 1949-м в соавторстве с другими корифеями советской теории государства и права - членами-корреспондентами АН СССР М.А. Аржановым и М.С. Строговичем, а также доктором юридических наук Б.С. Маньковским - им был подготовлен учебник по теории государства и права <51>. В этом же году он выступил и соавтором учебника по истории государства и права <52>. С.Ф. Кечекьян также участвовал в подготовке учебника по теории права 1954 года и учебного пособия по теории государства и права 1955 года <53>. В 1957-м в качестве члена комиссии Отделения экономических, философских и правовых наук АН СССР стал одним из составителей брошюры "История общественной мысли XIX - XX вв." <54>. В 1953 - 1956 годах он совместно с другими авторитетными учеными, коллегами по Институту права АН СССР, занимался подготовкой юридических словарей <55>.
(Кузнецова О.А., Трапезникова Е.В.)
("Ex jure", 2026, N 2)Многие годы С.Ф. Кечекьян работал и в крупных научно-исследовательских учреждениях. Помимо упоминавшейся работы в ВИЮН, почти двадцать лет профессиональной жизни, с 1940 по 1959 год, он отдал Институту права Академии наук СССР <45>, где заведовал сектором истории государства и права. В этот период увидели свет его наиболее значимые труды в области истории политических учений и теории и истории государства и права. На основе докторской диссертации он подготовил и издал монографию "Учение Аристотеля о государстве и праве" (1947 г.) <46> и ряд статей с критикой буржуазных политических и правовых учений <47>; опубликовал не утратившие своей актуальности и сегодня научные статьи о системе права <48>, понятии правоотношения <49>, соотношении норм права и правоотношений <50>. В 1949-м в соавторстве с другими корифеями советской теории государства и права - членами-корреспондентами АН СССР М.А. Аржановым и М.С. Строговичем, а также доктором юридических наук Б.С. Маньковским - им был подготовлен учебник по теории государства и права <51>. В этом же году он выступил и соавтором учебника по истории государства и права <52>. С.Ф. Кечекьян также участвовал в подготовке учебника по теории права 1954 года и учебного пособия по теории государства и права 1955 года <53>. В 1957-м в качестве члена комиссии Отделения экономических, философских и правовых наук АН СССР стал одним из составителей брошюры "История общественной мысли XIX - XX вв." <54>. В 1953 - 1956 годах он совместно с другими авторитетными учеными, коллегами по Институту права АН СССР, занимался подготовкой юридических словарей <55>.
Статья: Развитие теории правомерного поведения
(Оксамытный В.В.)
("Журнал российского права", 2026, N 6)Классификация по критерию субъективной стороны (т.е. по мотивации субъекта) стала классической в учебниках по теории государства и права. В.В. Лазарев включает в нее:
(Оксамытный В.В.)
("Журнал российского права", 2026, N 6)Классификация по критерию субъективной стороны (т.е. по мотивации субъекта) стала классической в учебниках по теории государства и права. В.В. Лазарев включает в нее:
Статья: Интерес как мера свободы усмотрения субъектов гражданского права
(Чеговадзе Л.А.)
("Цивилист", 2025, N 4)<13> Агарков М.М. Правоотношение (гл. XII макета учебника по теории государства и права 1948 г.) // Вестник гражданского права. 2022. N 3. С. 145 - 181.
(Чеговадзе Л.А.)
("Цивилист", 2025, N 4)<13> Агарков М.М. Правоотношение (гл. XII макета учебника по теории государства и права 1948 г.) // Вестник гражданского права. 2022. N 3. С. 145 - 181.
"Методологические проблемы толкования уголовного закона и судейского усмотрения при его применении: монография"
(Кузнецов А.Ю.)
("Проспект", 2025)<1> Теория государства и права. Ч. 1. Теория государства: Учебник / Под ред. М.Н. Марченко. М., 2011. С. 8.
(Кузнецов А.Ю.)
("Проспект", 2025)<1> Теория государства и права. Ч. 1. Теория государства: Учебник / Под ред. М.Н. Марченко. М., 2011. С. 8.
Статья: Значение сущности права при рассмотрении конкретных дел в суде
(Ширяев В.А.)
("Российский судья", 2024, N 8)В современной учебной литературе вопрос о сущности права в основном игнорируется. В учебниках по конкретным отраслям права редко можно встретить рассмотрение вопроса сущности этой отрасли права. Да и в учебниках по теории государства и права данный вопрос зачастую попросту отсутствует, а если и есть, то он изложен кратко в стиле - зачем об этом думать, когда надо исполнять то, что прописано законодателем в законах, а что и как там прописано и как это применять, то это к сущности права отношения не имеет. По нашему мнению, категория сущности права, отрасли права, института, нормы права является системообразующей правовой категорией.
(Ширяев В.А.)
("Российский судья", 2024, N 8)В современной учебной литературе вопрос о сущности права в основном игнорируется. В учебниках по конкретным отраслям права редко можно встретить рассмотрение вопроса сущности этой отрасли права. Да и в учебниках по теории государства и права данный вопрос зачастую попросту отсутствует, а если и есть, то он изложен кратко в стиле - зачем об этом думать, когда надо исполнять то, что прописано законодателем в законах, а что и как там прописано и как это применять, то это к сущности права отношения не имеет. По нашему мнению, категория сущности права, отрасли права, института, нормы права является системообразующей правовой категорией.
Статья: Определенность права и стандарты доказывания
(Лозовская С.В.)
("Государственная власть и местное самоуправление", 2023, N 5)Одним из важнейших свойств права, как известно, выступает формальная определенность. Довольно часто ее определяют как закрепленность правовых предписаний в особой форме, позволяющей выделить их среди иных социальных норм (законы, правовые обычаи, судебные прецеденты и т.д.). Однако, помимо этого, определенность в праве подразумевает и то, что, в отличие от иных социальных норм, нормы права устанавливают границы поведения адресатов, позволяют установить объем прав и обязанностей участников различных общественных отношений. На это обращают внимание авторы самых востребованных учебников теории государства и права <1>. О том же самом писал И.А. Покровский, утверждая, что "индивид, поставленный лицом к лицу с обществом, государством, имеет право требовать, чтобы ему было этим последним точно указано, чего от него хотят и какие рамки ему ставят" <2>.
(Лозовская С.В.)
("Государственная власть и местное самоуправление", 2023, N 5)Одним из важнейших свойств права, как известно, выступает формальная определенность. Довольно часто ее определяют как закрепленность правовых предписаний в особой форме, позволяющей выделить их среди иных социальных норм (законы, правовые обычаи, судебные прецеденты и т.д.). Однако, помимо этого, определенность в праве подразумевает и то, что, в отличие от иных социальных норм, нормы права устанавливают границы поведения адресатов, позволяют установить объем прав и обязанностей участников различных общественных отношений. На это обращают внимание авторы самых востребованных учебников теории государства и права <1>. О том же самом писал И.А. Покровский, утверждая, что "индивид, поставленный лицом к лицу с обществом, государством, имеет право требовать, чтобы ему было этим последним точно указано, чего от него хотят и какие рамки ему ставят" <2>.