Срок предварительного следствия
Подборка наиболее важных документов по запросу Срок предварительного следствия (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации"
(постатейный)
(16-е издание, переработанное и дополненное)
(Безлепкин Б.Т.)
("Проспект", 2023)Статья 162. Срок предварительного следствия
(постатейный)
(16-е издание, переработанное и дополненное)
(Безлепкин Б.Т.)
("Проспект", 2023)Статья 162. Срок предварительного следствия
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 6.1 "Разумный срок уголовного судопроизводства" УПК РФ"Исходя из представленных сторонами доказательств судебная коллегия находит правильным вывод суда первой инстанции о том, что продолжительность стадии предварительного следствия по уголовному делу с даты подачи заявления о преступлении (20 октября 2019 года) по 6 ноября 2024 года (дата последнего приостановления производства по делу) составляет 5 лет 17 дней, что соответствует разъяснениям, содержащимся в пункте 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 11 от 29 марта 2016 года. Поскольку постановление следователя о приостановлении предварительного следствия по уголовному делу отменено и производство расследования уголовного дела продолжается, на дату принятия решения по делу (23 января 2025 года) общий срок предварительного следствия по уголовному делу составил 5 лет 3 месяца 3 дня.
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 162 "Срок предварительного следствия" УПК РФСТАТЬЯ 162 "СРОК ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ" УПК РФ
Нормативные акты
"Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации" от 18.12.2001 N 174-ФЗ
(ред. от 26.07.2026)Статья 162. Срок предварительного следствия
(ред. от 26.07.2026)Статья 162. Срок предварительного следствия
Статья: Ретроспектива возникновения и развития ведомственного процессуального контроля как элемента механизма исправления следственных ошибок (на примере деятельности общих революционных трибуналов в 1917 - 1922 гг.)
(Бухарина Н.П.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 6)В полномочия следственных комиссий согласно пп. "д", "ж" п. 3 Инструкции от 19.12.1917 входило рассмотрение жалоб и сообщений о преступлениях, принятие процессуальных решений о возбуждении дела либо о его прекращении, о направлении дела по подсудности либо о его назначении к слушанию в заседании революционного трибунала. Следственные комиссии самостоятельно принимали решения о применении мер процессуального принуждения и производстве следственных действий (пп. "з" п. 3 Инструкции от 19.12.1917). Широкий комплекс процессуальных прав и обязанностей позволял следственным комиссиям задавать расследованию определенный вектор, контролировать движение уголовного дела, оканчивать предварительное расследование и определять дальнейшее направление уголовного дела. Это предоставляло возможность совмещать выполнение функций предварительного следствия и предания суду, а также осуществлять самопроверку уголовно-процессуальной деятельности, компенсируя таким образом в той или иной мере отсутствие дореволюционных институтов прокуратуры и предания суду. Тем не менее практика показывала, что предоставленная следователям процессуальная самостоятельность, которую можно было назвать процессуальной свободой, не способствовала сокращению сроков предварительного следствия. Нормативно установленный срок в 48 часов на практике растягивался на 6 - 7, а порой и 8 месяцев <12>.
(Бухарина Н.П.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 6)В полномочия следственных комиссий согласно пп. "д", "ж" п. 3 Инструкции от 19.12.1917 входило рассмотрение жалоб и сообщений о преступлениях, принятие процессуальных решений о возбуждении дела либо о его прекращении, о направлении дела по подсудности либо о его назначении к слушанию в заседании революционного трибунала. Следственные комиссии самостоятельно принимали решения о применении мер процессуального принуждения и производстве следственных действий (пп. "з" п. 3 Инструкции от 19.12.1917). Широкий комплекс процессуальных прав и обязанностей позволял следственным комиссиям задавать расследованию определенный вектор, контролировать движение уголовного дела, оканчивать предварительное расследование и определять дальнейшее направление уголовного дела. Это предоставляло возможность совмещать выполнение функций предварительного следствия и предания суду, а также осуществлять самопроверку уголовно-процессуальной деятельности, компенсируя таким образом в той или иной мере отсутствие дореволюционных институтов прокуратуры и предания суду. Тем не менее практика показывала, что предоставленная следователям процессуальная самостоятельность, которую можно было назвать процессуальной свободой, не способствовала сокращению сроков предварительного следствия. Нормативно установленный срок в 48 часов на практике растягивался на 6 - 7, а порой и 8 месяцев <12>.
Статья: Ознакомление обвиняемого и его защитника с заключением эксперта в отечественном уголовном процессе: пробелы в праве и коллизии в практике
(Хайдаров А.А.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 6)Хотелось бы обратить внимание на еще одну проблему, которую пока подробно не рассмотрели ученые-процессуалисты. Как нам представляется, они, безусловно, связаны между собой. Проблема заключается в том, что в практической деятельности следователей имеются факты умышленного затягивания сроков предварительного следствия обвиняемыми, которые знакомятся в течение длительного времени с заключениями эксперта, а уголовно-процессуальное законодательство не позволяет следователю ограничивать это право по судебному решению. Иными словами, если уголовно-процессуальный закон не запрещает, то сторона защиты пользуется своими правами в полной мере. В следственно-судебной практике следователи, не желая мириться с подобной трактовкой УПК РФ, выносят от своего имени постановление об ограничении права обвиняемого и вручают бумажную либо электронную копию заключения эксперта подозреваемому (обвиняемому). Хотя действующее уголовно-процессуальное законодательство не позволяет следователю ограничивать право обвиняемого на ознакомление с заключением эксперта. Кроме этого, уголовно-процессуальным законом не предусмотрено и обращение следователя в суд с ходатайством об ограничении указанного права обвиняемого, как это принято делать, если сторона защиты злоупотребляет своим правом на ознакомление с материалами дела на заключительной фазе расследования.
(Хайдаров А.А.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 6)Хотелось бы обратить внимание на еще одну проблему, которую пока подробно не рассмотрели ученые-процессуалисты. Как нам представляется, они, безусловно, связаны между собой. Проблема заключается в том, что в практической деятельности следователей имеются факты умышленного затягивания сроков предварительного следствия обвиняемыми, которые знакомятся в течение длительного времени с заключениями эксперта, а уголовно-процессуальное законодательство не позволяет следователю ограничивать это право по судебному решению. Иными словами, если уголовно-процессуальный закон не запрещает, то сторона защиты пользуется своими правами в полной мере. В следственно-судебной практике следователи, не желая мириться с подобной трактовкой УПК РФ, выносят от своего имени постановление об ограничении права обвиняемого и вручают бумажную либо электронную копию заключения эксперта подозреваемому (обвиняемому). Хотя действующее уголовно-процессуальное законодательство не позволяет следователю ограничивать право обвиняемого на ознакомление с заключением эксперта. Кроме этого, уголовно-процессуальным законом не предусмотрено и обращение следователя в суд с ходатайством об ограничении указанного права обвиняемого, как это принято делать, если сторона защиты злоупотребляет своим правом на ознакомление с материалами дела на заключительной фазе расследования.
Статья: Недостатки предварительного следствия по Уставу уголовного судопроизводства 1864 года
(Бухарина Н.П.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2024, N 3)Статьями 266 и 295 УУС закреплялись требования осуществлять предварительное следствие быстро, "со всевозможной скоростью", нарушение которых также являлось одним из распространенных недостатков. Однако необходимо отметить, что процессуальные сроки регулировались Уставом 1864 г. специфично. Сроки предварительного следствия, а также порядок их исчисления нормативно не были закреплены. Поэтому фактические сроки следствия вытекали из регламентированных Уставом 1864 г. требований ко времени, периоду или сроку производства конкретных следственных и иных процессуальный действий, а также принятию отдельных процессуальных решений. Так, согласно ст. 398 УУС судебный следователь был обязан провести первоначальный допрос обвиняемого "немедленно и никак не позднее суток после явки или привода его". Выемка, к примеру, проводилась немедленно "при самом открытии сих вещей" (ст. 267 УУС) и т.д.
(Бухарина Н.П.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2024, N 3)Статьями 266 и 295 УУС закреплялись требования осуществлять предварительное следствие быстро, "со всевозможной скоростью", нарушение которых также являлось одним из распространенных недостатков. Однако необходимо отметить, что процессуальные сроки регулировались Уставом 1864 г. специфично. Сроки предварительного следствия, а также порядок их исчисления нормативно не были закреплены. Поэтому фактические сроки следствия вытекали из регламентированных Уставом 1864 г. требований ко времени, периоду или сроку производства конкретных следственных и иных процессуальный действий, а также принятию отдельных процессуальных решений. Так, согласно ст. 398 УУС судебный следователь был обязан провести первоначальный допрос обвиняемого "немедленно и никак не позднее суток после явки или привода его". Выемка, к примеру, проводилась немедленно "при самом открытии сих вещей" (ст. 267 УУС) и т.д.
Статья: Как изменится взаимодействие следователя и суда при следственных судьях
(Черемисина Т.В.)
("Российский судья", 2025, N 9)Реализация модели N 2, предусматривающей наделение следственного судьи полномочиями по депонированию доказательств, может как упростить, так и усложнить производство предварительного следствия. Сторона защиты получит реальную возможность по приданию статуса доказательств, добытых ею сведений, и существенно сократятся сроки предварительного следствия. Однако сторона защиты может злоупотреблять правом представления материалов следственному судье для их депонирования, доказательства будут оцениваться следственным судьей по отдельности, а не в совокупности, так как последний не получит возможности ознакомления с материалами уголовного дела до окончания расследования.
(Черемисина Т.В.)
("Российский судья", 2025, N 9)Реализация модели N 2, предусматривающей наделение следственного судьи полномочиями по депонированию доказательств, может как упростить, так и усложнить производство предварительного следствия. Сторона защиты получит реальную возможность по приданию статуса доказательств, добытых ею сведений, и существенно сократятся сроки предварительного следствия. Однако сторона защиты может злоупотреблять правом представления материалов следственному судье для их депонирования, доказательства будут оцениваться следственным судьей по отдельности, а не в совокупности, так как последний не получит возможности ознакомления с материалами уголовного дела до окончания расследования.
Статья: Соотношение принципа non bis in idem и конструкции продолжаемых преступлений
(Равилов И.Р., Ильина В.А.)
("Уголовное право", 2025, N 3)Такая ситуация находит свое отражение в Определении Конституционного Суда РФ от 25 марта 2021 г. N 385-О. Согласно фактическим обстоятельствам, изложенным в этом Определении, Чернова Н.Г. обвинялась в совершении единого продолжаемого преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ. Однако ввиду большого объема дела, предполагаемой продолжительности предварительного следствия, необходимости проведения длительных и объемных комплексных судебных экспертиз, которые могли бы затруднить доступ обвиняемых к правосудию в разумный срок, органы предварительного расследования выделили ряд эпизодов единой продолжаемой растраты в порядке ст. 154 УПК РФ в отдельное производство. Ссылаясь на неконституционность ч. 2 ст. 154 УПК РФ, Чернова Н.Г. в заявленной ею жалобе указала, что выделение нескольких эпизодов продолжаемого преступления в отдельное производство обусловливает риск возникновения искусственной множественности инкриминируемых ей преступлений, что, безусловно, негативно скажется на размере итогового наказания в случае вынесения в отношении ее обвинительных приговоров.
(Равилов И.Р., Ильина В.А.)
("Уголовное право", 2025, N 3)Такая ситуация находит свое отражение в Определении Конституционного Суда РФ от 25 марта 2021 г. N 385-О. Согласно фактическим обстоятельствам, изложенным в этом Определении, Чернова Н.Г. обвинялась в совершении единого продолжаемого преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ. Однако ввиду большого объема дела, предполагаемой продолжительности предварительного следствия, необходимости проведения длительных и объемных комплексных судебных экспертиз, которые могли бы затруднить доступ обвиняемых к правосудию в разумный срок, органы предварительного расследования выделили ряд эпизодов единой продолжаемой растраты в порядке ст. 154 УПК РФ в отдельное производство. Ссылаясь на неконституционность ч. 2 ст. 154 УПК РФ, Чернова Н.Г. в заявленной ею жалобе указала, что выделение нескольких эпизодов продолжаемого преступления в отдельное производство обусловливает риск возникновения искусственной множественности инкриминируемых ей преступлений, что, безусловно, негативно скажется на размере итогового наказания в случае вынесения в отношении ее обвинительных приговоров.
Статья: Освидетельствование: уголовно-процессуальные и этические аспекты
(Роганов С.А.)
("Право в Вооруженных Силах", 2025, N 6)В связи с изложенным целесообразно изменить редакцию ч. 4 ст. 179 УПК РФ, а именно: "При освидетельствовании лица другого пола следователь не присутствует, если освидетельствование сопровождается обнажением данного лица. В этом случае освидетельствование производится следователем того же пола, что и освидетельствуемый". В такой ситуации руководитель следственного органа передает уголовное дело другому следователю <12> для производства освидетельствования, который по своему половому признаку схож с подозреваемым, обвиняемым, потерпевшим и свидетелем. Выполнив освидетельствование, следователь также через руководителя следственного органа передает дело должностному лицу органов предварительного следствия, который ранее осуществлял расследование этого уголовного дела. Такие процессуальные действия не приведут к увеличению сроков предварительного следствия, так как освидетельствование не так часто осуществляется в следственной практике.
(Роганов С.А.)
("Право в Вооруженных Силах", 2025, N 6)В связи с изложенным целесообразно изменить редакцию ч. 4 ст. 179 УПК РФ, а именно: "При освидетельствовании лица другого пола следователь не присутствует, если освидетельствование сопровождается обнажением данного лица. В этом случае освидетельствование производится следователем того же пола, что и освидетельствуемый". В такой ситуации руководитель следственного органа передает уголовное дело другому следователю <12> для производства освидетельствования, который по своему половому признаку схож с подозреваемым, обвиняемым, потерпевшим и свидетелем. Выполнив освидетельствование, следователь также через руководителя следственного органа передает дело должностному лицу органов предварительного следствия, который ранее осуществлял расследование этого уголовного дела. Такие процессуальные действия не приведут к увеличению сроков предварительного следствия, так как освидетельствование не так часто осуществляется в следственной практике.
Статья: Оптимизация состава участников уголовного досудебного производства
(Морозова О.С.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2024, N 2)Действительно, в первые 10 лет действия УПК РФ дознание из ускоренного и упрощенного производства как самостоятельной альтернативы предварительному следствию постепенно переродилось в ординарное производство, очень сходное с квалифицированной формой предварительного расследования (например, сроки дознания практически полностью стали соответствовать срокам предварительного следствия с возможностью их продления). При этом дифференциация форм досудебного производства имеет место лишь тогда, когда есть существенные особенности этих форм, т.е. качественные различия в организации и порядке уголовно-процессуальной деятельности <1>.
(Морозова О.С.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2024, N 2)Действительно, в первые 10 лет действия УПК РФ дознание из ускоренного и упрощенного производства как самостоятельной альтернативы предварительному следствию постепенно переродилось в ординарное производство, очень сходное с квалифицированной формой предварительного расследования (например, сроки дознания практически полностью стали соответствовать срокам предварительного следствия с возможностью их продления). При этом дифференциация форм досудебного производства имеет место лишь тогда, когда есть существенные особенности этих форм, т.е. качественные различия в организации и порядке уголовно-процессуальной деятельности <1>.
Статья: Участие органов прокуратуры в рассмотрении дел по заявлениям о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок в порядке административного судопроизводства
(Мирошниченко М.Н.)
("Законность", 2023, N 8)Например, в Московский городской суд поступило административное заявление К., привлеченного в качестве обвиняемого по уголовному делу, возбужденному СО ОМВД России по Тверскому району г. Москвы 24 июня 2014 г. по ч. 4 ст. 159 УК РФ, о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок на сумму 1 400 тыс. руб. При рассмотрении иска судом установлено, что после направления уголовного дела в СО по Тверскому району СУ по ЦАО ГСУ СК России по г. Москве оно было приостановлено десять раз. При этом лишь дважды срок предварительного следствия продлевался в порядке, предусмотренном УПК РФ. Суд пришел к выводу, что указанные действия были направлены не на достижение целей уголовного процессуального закона, а на создание условий, при которых срок предварительного следствия, исчисляемый заново, не считался бы нарушенным. Решением суда от 13 октября 2021 г. в соответствии с позицией прокурора, участвующего в деле в качестве заинтересованного лица, исковые требования К. удовлетворены частично (на сумму 100 тыс. руб.).
(Мирошниченко М.Н.)
("Законность", 2023, N 8)Например, в Московский городской суд поступило административное заявление К., привлеченного в качестве обвиняемого по уголовному делу, возбужденному СО ОМВД России по Тверскому району г. Москвы 24 июня 2014 г. по ч. 4 ст. 159 УК РФ, о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок на сумму 1 400 тыс. руб. При рассмотрении иска судом установлено, что после направления уголовного дела в СО по Тверскому району СУ по ЦАО ГСУ СК России по г. Москве оно было приостановлено десять раз. При этом лишь дважды срок предварительного следствия продлевался в порядке, предусмотренном УПК РФ. Суд пришел к выводу, что указанные действия были направлены не на достижение целей уголовного процессуального закона, а на создание условий, при которых срок предварительного следствия, исчисляемый заново, не считался бы нарушенным. Решением суда от 13 октября 2021 г. в соответствии с позицией прокурора, участвующего в деле в качестве заинтересованного лица, исковые требования К. удовлетворены частично (на сумму 100 тыс. руб.).
Статья: К вопросу о дифференциации ведомственного процессуального контроля на завершающем этапе предварительного расследования
(Кузнецова Е.В.)
("Российский следователь", 2025, N 3)Как уже указывалось, руководитель следственного органа дает следователю согласие на направление уголовного дела прокурору с обвинительным заключением (ч. 6 ст. 220 УПК РФ). Очевидно, что такое согласие должно отвечать требованиям законности и обоснованности и может быть дано по результатам соответствующей проверки как самого уголовного дела, так и обвинительного заключения (п. 2 ч. 1 ст. 39 УПК РФ). При этом срок этой проверки в УПК РФ не установлен, можно лишь сказать, что проверка не должна выйти за пределы срока предварительного следствия (ч. 2 ст. 162 УПК РФ). Представляется, что и следователь, и его руководитель должны располагать достаточно четкими ориентирами относительно периода времени, отводимого для осуществления контрольной деятельности по уголовному делу. Вряд ли будет способствовать качественной проверке материалов уголовного дела руководителем следственного органа ситуация "процессуального цейтнота", когда дело представлено следователем на проверку без достаточного запаса срока для осуществления контроля. Сказанное во многом относится и к контрольной деятельности при окончании дознания.
(Кузнецова Е.В.)
("Российский следователь", 2025, N 3)Как уже указывалось, руководитель следственного органа дает следователю согласие на направление уголовного дела прокурору с обвинительным заключением (ч. 6 ст. 220 УПК РФ). Очевидно, что такое согласие должно отвечать требованиям законности и обоснованности и может быть дано по результатам соответствующей проверки как самого уголовного дела, так и обвинительного заключения (п. 2 ч. 1 ст. 39 УПК РФ). При этом срок этой проверки в УПК РФ не установлен, можно лишь сказать, что проверка не должна выйти за пределы срока предварительного следствия (ч. 2 ст. 162 УПК РФ). Представляется, что и следователь, и его руководитель должны располагать достаточно четкими ориентирами относительно периода времени, отводимого для осуществления контрольной деятельности по уголовному делу. Вряд ли будет способствовать качественной проверке материалов уголовного дела руководителем следственного органа ситуация "процессуального цейтнота", когда дело представлено следователем на проверку без достаточного запаса срока для осуществления контроля. Сказанное во многом относится и к контрольной деятельности при окончании дознания.
Статья: Процессуальные правила заявления ходатайства адвокатом-защитником на заключительном этапе предварительного следствия
(Багрян А.А.)
("Адвокатская практика", 2021, N 6)Причин для таких отказов, как видится, несколько. Во-первых, из содержания ч. 2 ст. 162 УПК РФ следует, что в сроки предварительного следствия включаются сроки ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела, которые практически всегда к этапу, предусмотренному ст. 217 УПК РФ, исчерпаны, а их продление для должностных лиц крайне нежелательно. Иными словами, становятся "сроки важнее судеб". Еще более усугубляется ситуация, если обвиняемый содержится под стражей, так как дополнительно возникает необходимость решения вопроса продления меры пресечения. Описанная следственная практика имеет место и в некоторых странах бывшего Советского Союза. Например, А.К. Кулбаев, исследуя данную проблему в Республике Кыргызстан, указывает, что материалы уголовного дела иногда предъявляются для ознакомления обвиняемому и другим участникам процесса в самые последние дни срока расследования. В этих случаях неизбежно складывается такая ситуация, что следователь вне зависимости от обоснованности заявленных ходатайств фактически уже не имеет времени, чтобы в случае удовлетворения ходатайств произвести необходимые следственные действия <11>. По мнению автора данной статьи, такие действия свидетельствуют о необъективности лица, проводящего расследование.
(Багрян А.А.)
("Адвокатская практика", 2021, N 6)Причин для таких отказов, как видится, несколько. Во-первых, из содержания ч. 2 ст. 162 УПК РФ следует, что в сроки предварительного следствия включаются сроки ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела, которые практически всегда к этапу, предусмотренному ст. 217 УПК РФ, исчерпаны, а их продление для должностных лиц крайне нежелательно. Иными словами, становятся "сроки важнее судеб". Еще более усугубляется ситуация, если обвиняемый содержится под стражей, так как дополнительно возникает необходимость решения вопроса продления меры пресечения. Описанная следственная практика имеет место и в некоторых странах бывшего Советского Союза. Например, А.К. Кулбаев, исследуя данную проблему в Республике Кыргызстан, указывает, что материалы уголовного дела иногда предъявляются для ознакомления обвиняемому и другим участникам процесса в самые последние дни срока расследования. В этих случаях неизбежно складывается такая ситуация, что следователь вне зависимости от обоснованности заявленных ходатайств фактически уже не имеет времени, чтобы в случае удовлетворения ходатайств произвести необходимые следственные действия <11>. По мнению автора данной статьи, такие действия свидетельствуют о необъективности лица, проводящего расследование.