Шантаж
Подборка наиболее важных документов по запросу Шантаж (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Влияние добросовестности контрагента на недействительность договора
(Карапетов А.Г.)
("Закон", 2025, NN 10, 11)В силу п. 1 ст. 179 ГК РФ сделка может быть аннулирована, если она совершается в результате насилия или угроз. По сути, речь идет всегда об угрозах, просто они могут быть сопряжены с предварительным применением насилия и сводиться к его повторению (продолжению) в случае отказа от совершения сделки, либо состоять в угрозах применения насилия в будущем без предварительного его применения, либо в принципе представлять собой шантаж, состоящий в угрозе причинения иного, не связанного с насилием вреда в случае отказа от совершения сделки.
(Карапетов А.Г.)
("Закон", 2025, NN 10, 11)В силу п. 1 ст. 179 ГК РФ сделка может быть аннулирована, если она совершается в результате насилия или угроз. По сути, речь идет всегда об угрозах, просто они могут быть сопряжены с предварительным применением насилия и сводиться к его повторению (продолжению) в случае отказа от совершения сделки, либо состоять в угрозах применения насилия в будущем без предварительного его применения, либо в принципе представлять собой шантаж, состоящий в угрозе причинения иного, не связанного с насилием вреда в случае отказа от совершения сделки.
Статья: Совершенствование механизмов противодействия преступлениям, совершаемым с использованием информационно-телекоммуникационных технологий
(Мошкина Н.А., Геляхова Л.А.)
("Безопасность бизнеса", 2025, N 4)Как отмечалось ранее, преступность, совершаемая с использованием информационно-телекоммуникационных технологий, в настоящее время характеризуется качественным многообразием. С одной стороны, по-прежнему наиболее распространенными являются деяния, совершенные с помощью сети Интернет и мобильной связи. С другой стороны, данные преступные деяния также эволюционируют в части распространенных преступных схем. Так, в последние годы широкое распространение получила практика использования дипфейков - изготовление видео- или аудиозаписи, в которой при помощи искусственного интеллекта синтезированы данные конкретных лиц. Такие записи рассылаются адресатам с различными целями, начиная от дружественной срочной просьбы денег и заканчивая шантажом в случае, когда изображение человека подставляется в видео запрещенного и компрометирующего характера.
(Мошкина Н.А., Геляхова Л.А.)
("Безопасность бизнеса", 2025, N 4)Как отмечалось ранее, преступность, совершаемая с использованием информационно-телекоммуникационных технологий, в настоящее время характеризуется качественным многообразием. С одной стороны, по-прежнему наиболее распространенными являются деяния, совершенные с помощью сети Интернет и мобильной связи. С другой стороны, данные преступные деяния также эволюционируют в части распространенных преступных схем. Так, в последние годы широкое распространение получила практика использования дипфейков - изготовление видео- или аудиозаписи, в которой при помощи искусственного интеллекта синтезированы данные конкретных лиц. Такие записи рассылаются адресатам с различными целями, начиная от дружественной срочной просьбы денег и заканчивая шантажом в случае, когда изображение человека подставляется в видео запрещенного и компрометирующего характера.
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2024 год: Статья 1 "Основные начала семейного законодательства" СК РФСуд исходил из того, что брак является добровольным союзом мужчины и женщины, переписка между ответчицей и П. происходила обоюдно на добровольной основе, доказательств того, что П. находился под давлением либо в отношении него применялся шантаж в материалы дела не предоставлено."
Нормативные акты
"Уголовный кодекс Российской Федерации" от 13.06.1996 N 63-ФЗ
(ред. от 10.06.2026, с изм. от 29.06.2026)г) с применением шантажа, насилия или с угрозой его применения;
(ред. от 10.06.2026, с изм. от 29.06.2026)г) с применением шантажа, насилия или с угрозой его применения;
"Защита ответчика против группового иска: монография"
(Домшенко В.Г.)
("Статут", 2024)Даже при наличии серьезных социальных выгод (social benefits) групповых исков они имеют и социальные издержки (social costs) <1>. Оборотной стороной их положительного эффекта нередко называется риск злоупотреблений в виде "юридического шантажа" (judicial blackmail) со стороны группы лиц. Даже если нет реальной перспективы удовлетворения групповых исков или такая перспектива невелика, безосновательные иски могут быть использованы в качестве угрозы по отношению к ответчикам и фактически понуждения последних заключать мировые соглашения на невыгодных для них условиях <2>. Иными словами, бесперспективные (или малоперспективные) требования по существу могут быть привлекательными для истцов <3>. В обоснование последней гипотезы можно обнаружить ряд убедительных аргументов.
(Домшенко В.Г.)
("Статут", 2024)Даже при наличии серьезных социальных выгод (social benefits) групповых исков они имеют и социальные издержки (social costs) <1>. Оборотной стороной их положительного эффекта нередко называется риск злоупотреблений в виде "юридического шантажа" (judicial blackmail) со стороны группы лиц. Даже если нет реальной перспективы удовлетворения групповых исков или такая перспектива невелика, безосновательные иски могут быть использованы в качестве угрозы по отношению к ответчикам и фактически понуждения последних заключать мировые соглашения на невыгодных для них условиях <2>. Иными словами, бесперспективные (или малоперспективные) требования по существу могут быть привлекательными для истцов <3>. В обоснование последней гипотезы можно обнаружить ряд убедительных аргументов.
Статья: Анализ проекта всеобъемлющей конвенции ООН против киберпреступности в контексте соблюдения прав пострадавших
(Скобликов П.А.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 11)Если обобщить приведенные определения и учесть пояснения, сделанные в процитированных документах, то можно заключить, что под гендерным насилием, совершаемым с использованием информационно-коммуникационной системы, инициаторы соответствующего дополнения к Проекту конвенции имели в виду любое действие, нацеленное на опорочивание <38>, оскорбление или домогательство женщин и девочек, а равно их шантаж, злоупотребление доверием, принуждение к какому-либо действию или бездействию, причиняющие либо могущие причинить жертвам любой вред (психологический, сексуальный, экономический, политический и т.д.). Всевозможные действия, имеющие разную юридическую природу и порой диаметрально противоположные (насилие и обман, злоупотребление доверием и клевета, сексуально-виртуальное домогательство и экономическая эксплуатация), названы проводниками соответствующей идеи словом "насилие"; вероятно, это сделано для эмоционального воздействия на слушателей и читателей, успешной вербовки новых сторонников и последователей.
(Скобликов П.А.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 11)Если обобщить приведенные определения и учесть пояснения, сделанные в процитированных документах, то можно заключить, что под гендерным насилием, совершаемым с использованием информационно-коммуникационной системы, инициаторы соответствующего дополнения к Проекту конвенции имели в виду любое действие, нацеленное на опорочивание <38>, оскорбление или домогательство женщин и девочек, а равно их шантаж, злоупотребление доверием, принуждение к какому-либо действию или бездействию, причиняющие либо могущие причинить жертвам любой вред (психологический, сексуальный, экономический, политический и т.д.). Всевозможные действия, имеющие разную юридическую природу и порой диаметрально противоположные (насилие и обман, злоупотребление доверием и клевета, сексуально-виртуальное домогательство и экономическая эксплуатация), названы проводниками соответствующей идеи словом "насилие"; вероятно, это сделано для эмоционального воздействия на слушателей и читателей, успешной вербовки новых сторонников и последователей.
Статья: Медицинское учреждение как обязательный субъект договора о суррогатном материнстве
(Корнакова С.В., Полетаева Е.Л.)
("Семейное и жилищное право", 2025, N 6)По мнению некоторых исследователей, договоры о суррогатном материнстве должны непременно оформляться медицинскими учреждениями с суррогатной матерью и предполагаемыми родителями. При этом медицинские учреждения, реализующие процедуры вспомогательных репродуктивных технологий, как отмечает И.М. Шапиро, практикуют заключение двух договоров о суррогатном материнстве, заключаемых именно медицинским учреждением: первый - с суррогатной матерью, второй - с родителями-заказчиками. Оба договора классифицируются в качестве договоров присоединения <3>. Такой точки зрения придерживаются и другие авторы. В частности, по мнению С.В. Лозовской и М.Э. Шодоновой, два указанных договора и должны являться правовой основой суррогатного материнства. В основе же конструкции, предполагающей заключение договора между потенциальными родителями и суррогатной матерью, как подчеркивают указанные авторы, изначально заложен конфликт, поскольку такой договор "делает неизбежным их личный контакт", возможным следствием которого могут быть, с одной стороны, выдвижение требований, выходящих за рамки здравого смысла, а с другой - завышенные притязания и шантаж <4>.
(Корнакова С.В., Полетаева Е.Л.)
("Семейное и жилищное право", 2025, N 6)По мнению некоторых исследователей, договоры о суррогатном материнстве должны непременно оформляться медицинскими учреждениями с суррогатной матерью и предполагаемыми родителями. При этом медицинские учреждения, реализующие процедуры вспомогательных репродуктивных технологий, как отмечает И.М. Шапиро, практикуют заключение двух договоров о суррогатном материнстве, заключаемых именно медицинским учреждением: первый - с суррогатной матерью, второй - с родителями-заказчиками. Оба договора классифицируются в качестве договоров присоединения <3>. Такой точки зрения придерживаются и другие авторы. В частности, по мнению С.В. Лозовской и М.Э. Шодоновой, два указанных договора и должны являться правовой основой суррогатного материнства. В основе же конструкции, предполагающей заключение договора между потенциальными родителями и суррогатной матерью, как подчеркивают указанные авторы, изначально заложен конфликт, поскольку такой договор "делает неизбежным их личный контакт", возможным следствием которого могут быть, с одной стороны, выдвижение требований, выходящих за рамки здравого смысла, а с другой - завышенные притязания и шантаж <4>.
Статья: Феномен "брошенного бизнеса". Обобщение судебной и корпоративной практики
(Осипенко О.В.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 5)Осипенко Олег Валентинович, генеральный директор консалтинговой компании "Ринкон-гамма" (с 1998 года). Руководитель Центра корпоративной конфликтологии МФПУ "Синергия". Эксперт по вопросам совершенствования корпоративного управления, формирования и реструктурирования холдингов, корпоративного контроля, а также защиты компаний от недружественного поглощения и корпоративного шантажа (33-летний опыт управленческого консалтинга).
(Осипенко О.В.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 5)Осипенко Олег Валентинович, генеральный директор консалтинговой компании "Ринкон-гамма" (с 1998 года). Руководитель Центра корпоративной конфликтологии МФПУ "Синергия". Эксперт по вопросам совершенствования корпоративного управления, формирования и реструктурирования холдингов, корпоративного контроля, а также защиты компаний от недружественного поглощения и корпоративного шантажа (33-летний опыт управленческого консалтинга).
Статья: Коммерческая тайна как объект защиты
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)В частности, собирание сведений, составляющих коммерческую тайну, путем похищения документов, обмана, шантажа, принуждения, подкупа, угроз или иным незаконным способом, наказывается штрафом в размере до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, или исправительными работами на срок до одного года, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на тот же срок (ч. 1 ст. 183 УК РФ).
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)В частности, собирание сведений, составляющих коммерческую тайну, путем похищения документов, обмана, шантажа, принуждения, подкупа, угроз или иным незаконным способом, наказывается штрафом в размере до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, или исправительными работами на срок до одного года, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на тот же срок (ч. 1 ст. 183 УК РФ).
Статья: Тактико-криминалистические проблемы в связи с эмоцией страха при расследовании преступлений террористического акта
(Соловьев А.А.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 9)М.М. Намазбекова выделяет следующие типичные способы совершения террористического акта: "а) установление взрывных устройств в места постоянного нахождения жертвы или по маршруту ее передвижения; маскировка взрывных устройств под бытовые предметы; самоподрыв с использованием "поясов шахида"; б) открытое нападение или нападение из засады с огнестрельным оружием; в) распространение смертоносных веществ и газов путем распыления, взрыва, рассылки в письмах, заражения водных источников, почвы и т.д.; г) угроза (шантаж) убийства заложников холодным оружием или удушением и выдвижение незаконных требований" <9>. Исследователем, оперирующим данными о том, что типичным орудием преступления выступает взрывное устройство, проводится корреляция между количеством погибших от взрыва и интенсивностью страха, порождаемого в обществе, с чем довольно сложно не согласиться.
(Соловьев А.А.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 9)М.М. Намазбекова выделяет следующие типичные способы совершения террористического акта: "а) установление взрывных устройств в места постоянного нахождения жертвы или по маршруту ее передвижения; маскировка взрывных устройств под бытовые предметы; самоподрыв с использованием "поясов шахида"; б) открытое нападение или нападение из засады с огнестрельным оружием; в) распространение смертоносных веществ и газов путем распыления, взрыва, рассылки в письмах, заражения водных источников, почвы и т.д.; г) угроза (шантаж) убийства заложников холодным оружием или удушением и выдвижение незаконных требований" <9>. Исследователем, оперирующим данными о том, что типичным орудием преступления выступает взрывное устройство, проводится корреляция между количеством погибших от взрыва и интенсивностью страха, порождаемого в обществе, с чем довольно сложно не согласиться.
Статья: Уголовно-правовая охрана внешней безопасности Российской Федерации
(Антонов И.А., Черепанов Р.В.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2026, N 1)Внешние угрозы могут существенно подорвать основы суверенитета, поэтому их своевременная нейтрализация имеет стратегическое значение [14]. Сами угрозы, возникающие в результате внешних посягательств, могут принимать различные формы - от шпионажа, поддержки экстремизма (сепаратизма), информационных войн, кибератак, политического давления, в том числе экономических санкций, откровенного международного шантажа, давления через международные организации до прямых актов военной агрессии, диверсионной и террористической деятельности и т.п.
(Антонов И.А., Черепанов Р.В.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2026, N 1)Внешние угрозы могут существенно подорвать основы суверенитета, поэтому их своевременная нейтрализация имеет стратегическое значение [14]. Сами угрозы, возникающие в результате внешних посягательств, могут принимать различные формы - от шпионажа, поддержки экстремизма (сепаратизма), информационных войн, кибератак, политического давления, в том числе экономических санкций, откровенного международного шантажа, давления через международные организации до прямых актов военной агрессии, диверсионной и террористической деятельности и т.п.
Статья: Обострение внешнего противоборства государств и проблемы совершенствования противодействия преступлениям против государственной и общественной безопасности
(Залужный А.Г., Папулов А.В.)
("Современное право", 2026, N 1)Тем не менее в уголовном законе уже сформирована система таких понятий, как "государственный терроризм", "государство-террорист", "государство - спонсор терроризма" и т.д. Так, А. Бахтеева [4] определяет государственный терроризм как целенаправленное насилие для достижения геополитических целей; В.Ю. Бельский рассматривает терроризм как социально-политическое явление с мотивами доминирования [5]. К.В. Блохин, И.В. Синицын прослеживают генезис "стратегического терроризма" США как угрозу государственности Российской Федерации [6]. Р.Ф. Идрисов, Г.И. Пещеров трактуют государственный терроризм как гибридную войну [11]; И.А. Копылов описывает экономические и дипломатические проявления государственного терроризма [19]. В.М. Коровин раскрывает роль ЦРУ в создании террористических сетей [20]. М.В. Богоносов описывает государственный терроризм как инструмент доминирования [7]; О.А. Митрошенков - теорию "управляемого хаоса" как стратегию США, используемую в том числе и против Российской Федерации [24]. Т.Н. Букреева сравнивает "дипломатический терроризм" с классической дипломатической манипуляцией санкциями [8], а в работе в соавторстве с А.В. Поповой и А.А. Зелениной исследует применение дипломатических механизмов в террористических целях, включая формирование деструктивных нарративов, запугивание и шантаж [9]. В контексте специальной военной операции (далее - СВО) это проявляется в оправдании терактов и необоснованных обвинениях. В этой связи В.П. Милецкий рассматривает политико-правовой аспект противодействия международному терроризму, подчеркивая пробелы в существующих международных конвенциях [23]. А.В. Бакина различает мягкую силу как культурное влияние и жесткую (военную) силу как комбинацию прокси-операций для достижения однополярного мироустройства [3].
(Залужный А.Г., Папулов А.В.)
("Современное право", 2026, N 1)Тем не менее в уголовном законе уже сформирована система таких понятий, как "государственный терроризм", "государство-террорист", "государство - спонсор терроризма" и т.д. Так, А. Бахтеева [4] определяет государственный терроризм как целенаправленное насилие для достижения геополитических целей; В.Ю. Бельский рассматривает терроризм как социально-политическое явление с мотивами доминирования [5]. К.В. Блохин, И.В. Синицын прослеживают генезис "стратегического терроризма" США как угрозу государственности Российской Федерации [6]. Р.Ф. Идрисов, Г.И. Пещеров трактуют государственный терроризм как гибридную войну [11]; И.А. Копылов описывает экономические и дипломатические проявления государственного терроризма [19]. В.М. Коровин раскрывает роль ЦРУ в создании террористических сетей [20]. М.В. Богоносов описывает государственный терроризм как инструмент доминирования [7]; О.А. Митрошенков - теорию "управляемого хаоса" как стратегию США, используемую в том числе и против Российской Федерации [24]. Т.Н. Букреева сравнивает "дипломатический терроризм" с классической дипломатической манипуляцией санкциями [8], а в работе в соавторстве с А.В. Поповой и А.А. Зелениной исследует применение дипломатических механизмов в террористических целях, включая формирование деструктивных нарративов, запугивание и шантаж [9]. В контексте специальной военной операции (далее - СВО) это проявляется в оправдании терактов и необоснованных обвинениях. В этой связи В.П. Милецкий рассматривает политико-правовой аспект противодействия международному терроризму, подчеркивая пробелы в существующих международных конвенциях [23]. А.В. Бакина различает мягкую силу как культурное влияние и жесткую (военную) силу как комбинацию прокси-операций для достижения однополярного мироустройства [3].
Статья: Аудит информационной и кибербезопасности: нормативное регулирование и проблемы функционирования
(Сафонова М.Ф., Кривошей Д.Н.)
("Международный бухгалтерский учет", 2024, N 6)Стоит сказать, что рассматриваемые мошеннические действия, наносящие как прямой действительный ущерб, так и вызывающий скрытые угрозы долговременного характера, совершаются не только конкурентами, но и работниками организации, которые действуют в целях дальнейшего вымогательства, шантажа, получения финансовой выгоды и др. Данные преступления, как правило, являются следствием отсутствия процедур защиты информации, действующих на постоянной основе в организации, либо нарушением разработанных регламентов, в частности это отсутствие кодексов корпоративной этики и составляющих конфиденциальной информации; низкий уровень технических возможностей защиты данных; хранение документов с нарушением внутренних регламентов; достаточно свободная степень доступа к засекреченным данным посторонними лицами. В ответ на постоянно появляющиеся угрозы выделилась особая область знаний, которая направлена на разработку и внедрение технологий защиты IT-систем, а именно кибербезопасность.
(Сафонова М.Ф., Кривошей Д.Н.)
("Международный бухгалтерский учет", 2024, N 6)Стоит сказать, что рассматриваемые мошеннические действия, наносящие как прямой действительный ущерб, так и вызывающий скрытые угрозы долговременного характера, совершаются не только конкурентами, но и работниками организации, которые действуют в целях дальнейшего вымогательства, шантажа, получения финансовой выгоды и др. Данные преступления, как правило, являются следствием отсутствия процедур защиты информации, действующих на постоянной основе в организации, либо нарушением разработанных регламентов, в частности это отсутствие кодексов корпоративной этики и составляющих конфиденциальной информации; низкий уровень технических возможностей защиты данных; хранение документов с нарушением внутренних регламентов; достаточно свободная степень доступа к засекреченным данным посторонними лицами. В ответ на постоянно появляющиеся угрозы выделилась особая область знаний, которая направлена на разработку и внедрение технологий защиты IT-систем, а именно кибербезопасность.