Природа судебной власти
Подборка наиболее важных документов по запросу Природа судебной власти (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Государственный суверенитет в координатах судебной власти: суверенна ли судебная власть?
(Бондарь Н.С.)
("Конституционное и муниципальное право", 2024, N 7)2. Исходная позиция (и в определенной степени итог) категориального обоснования судебного суверенитета - анализ природы судебной власти, уяснение того обстоятельства, что в основе данной категории лежат ее особые свойства, характеризующие данную ветвь власти важным звеном в единой системе суверенной государственности, с одной стороны, и ее относительно самостоятельные, особые статусные, институционные, функциональные характеристики, претендующие в том числе на возможность их обоснования в координатах конституционной концепции государственного суверенитета.
(Бондарь Н.С.)
("Конституционное и муниципальное право", 2024, N 7)2. Исходная позиция (и в определенной степени итог) категориального обоснования судебного суверенитета - анализ природы судебной власти, уяснение того обстоятельства, что в основе данной категории лежат ее особые свойства, характеризующие данную ветвь власти важным звеном в единой системе суверенной государственности, с одной стороны, и ее относительно самостоятельные, особые статусные, институционные, функциональные характеристики, претендующие в том числе на возможность их обоснования в координатах конституционной концепции государственного суверенитета.
Статья: Реализация конституционного принципа независимости судебной власти при определении целей судебного управления
(Кравцова Л.Е.)
("Конституционное и муниципальное право", 2024, N 5)<40> Так, в информации полномочного представителя СФ ФС РФ в ВС РФ за 2022 г. выражается несогласие с позицией Правительства РФ, не поддержавшего пакет законопроектов ВС РФ, касающихся введения государственной судебной службы, представленный еще в 2017 г. По мнению полномочного представителя СФ ФС РФ, необходимость выделения судебной службы как государственной службы обусловлена конституционной природой судебной власти, а требования независимости, беспристрастности, предъявляемые к судьям, распространяются и на судебных служащих. URL: http://legislation.council.gov.ru/activity/plans/142016/ (дата обращения: 14.08.2023).
(Кравцова Л.Е.)
("Конституционное и муниципальное право", 2024, N 5)<40> Так, в информации полномочного представителя СФ ФС РФ в ВС РФ за 2022 г. выражается несогласие с позицией Правительства РФ, не поддержавшего пакет законопроектов ВС РФ, касающихся введения государственной судебной службы, представленный еще в 2017 г. По мнению полномочного представителя СФ ФС РФ, необходимость выделения судебной службы как государственной службы обусловлена конституционной природой судебной власти, а требования независимости, беспристрастности, предъявляемые к судьям, распространяются и на судебных служащих. URL: http://legislation.council.gov.ru/activity/plans/142016/ (дата обращения: 14.08.2023).
Нормативные акты
Заключение Конституционного Суда РФ от 16.03.2020 N 1-З
"О соответствии положениям глав 1, 2 и 9 Конституции Российской Федерации не вступивших в силу положений Закона Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации "О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти", а также о соответствии Конституции Российской Федерации порядка вступления в силу статьи 1 данного Закона в связи с запросом Президента Российской Федерации"Согласно предлагаемой Законом о поправке редакции статей 83 (пункт "е.3") и 102 (пункт "л" части 1) Конституции Российской Федерации Совет Федерации уполномочен прекращать по представлению Президента Российской Федерации в соответствии с федеральным конституционным законом полномочия Председателя Конституционного Суда Российской Федерации, заместителя Председателя Конституционного Суда Российской Федерации и судей Конституционного Суда Российской Федерации, Председателя Верховного Суда Российской Федерации, заместителей Председателя Верховного Суда Российской Федерации и судей Верховного Суда Российской Федерации, председателей, заместителей председателей и судей кассационных и апелляционных судов в случае совершения ими поступка, порочащего честь и достоинство судьи, а также в иных предусмотренных федеральным конституционным законом случаях, свидетельствующих о невозможности осуществления судьей своих полномочий. В настоящее время Конституция Российской Федерации ни в главах 1 и 2, ни в главе 7 "Судебная власть и прокуратура" не закрепляет конкретного порядка прекращения полномочий судей, определяя лишь, что полномочия судьи могут быть прекращены или приостановлены не иначе как в порядке и по основаниям, установленным федеральным законом (статья 121, часть 2). Наделение соответствующими полномочиями Совета Федерации и Президента Российской Федерации не может рассматриваться как несовместимое со статьей 10 Конституции Российской Федерации, гарантирующей самостоятельность органов законодательной, исполнительной и судебной власти, и с конституционной природой судебной власти в демократическом правовом государстве, принимая во внимание, что в соответствующей процедуре участвуют Президент Российской Федерации и законодательная власть в лице Совета Федерации и она во всяком случае не допускает немотивированного и ничем не обоснованного прекращения полномочий судей, предполагая установление федеральным конституционным законом оснований и порядка такого прекращения.
"О соответствии положениям глав 1, 2 и 9 Конституции Российской Федерации не вступивших в силу положений Закона Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации "О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти", а также о соответствии Конституции Российской Федерации порядка вступления в силу статьи 1 данного Закона в связи с запросом Президента Российской Федерации"Согласно предлагаемой Законом о поправке редакции статей 83 (пункт "е.3") и 102 (пункт "л" части 1) Конституции Российской Федерации Совет Федерации уполномочен прекращать по представлению Президента Российской Федерации в соответствии с федеральным конституционным законом полномочия Председателя Конституционного Суда Российской Федерации, заместителя Председателя Конституционного Суда Российской Федерации и судей Конституционного Суда Российской Федерации, Председателя Верховного Суда Российской Федерации, заместителей Председателя Верховного Суда Российской Федерации и судей Верховного Суда Российской Федерации, председателей, заместителей председателей и судей кассационных и апелляционных судов в случае совершения ими поступка, порочащего честь и достоинство судьи, а также в иных предусмотренных федеральным конституционным законом случаях, свидетельствующих о невозможности осуществления судьей своих полномочий. В настоящее время Конституция Российской Федерации ни в главах 1 и 2, ни в главе 7 "Судебная власть и прокуратура" не закрепляет конкретного порядка прекращения полномочий судей, определяя лишь, что полномочия судьи могут быть прекращены или приостановлены не иначе как в порядке и по основаниям, установленным федеральным законом (статья 121, часть 2). Наделение соответствующими полномочиями Совета Федерации и Президента Российской Федерации не может рассматриваться как несовместимое со статьей 10 Конституции Российской Федерации, гарантирующей самостоятельность органов законодательной, исполнительной и судебной власти, и с конституционной природой судебной власти в демократическом правовом государстве, принимая во внимание, что в соответствующей процедуре участвуют Президент Российской Федерации и законодательная власть в лице Совета Федерации и она во всяком случае не допускает немотивированного и ничем не обоснованного прекращения полномочий судей, предполагая установление федеральным конституционным законом оснований и порядка такого прекращения.
Статья: Исправление ошибок в уголовном судопроизводстве
(Балакшин В.С.)
("Законность", 2023, N 4)Своего рода переломным моментом в решении затронутых в настоящей статье проблем стало Постановление Конституционного Суда РФ от 2 июля 2013 г. N 16-П "По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Республики Узбекистан Б.Т. Гадаева и запросом Курганского областного суда". В этом Постановлении Конституционный Суд РФ вплотную приблизился к тому, чтобы возвратить институту дополнительного расследования, пусть в небольшой его части, статус легитимного. Он признал не соответствующей Конституции РФ ч. 1 ст. 237 УПК в той мере, в какой положения этой нормы в системе действующего правового регулирования, в том числе во взаимосвязи с ч. 2 ст. 252 УПК, исключающей в судебном разбирательстве возможность изменения обвинения в сторону, ухудшающую положение подсудимого, препятствуют самостоятельному и независимому выбору судом подлежащих применению норм уголовного закона в случаях, когда он приходит к выводу, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте или обвинительном постановлении, свидетельствуют о наличии в действиях обвиняемого признаков более тяжкого преступления либо когда в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства им установлены фактические обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации деяния как более тяжкого преступления. Необходимо отметить, что к такому решению Конституционный Суд РФ пришел не сразу. Потребовалось более десяти лет, чтобы на базе конкретных жизненных ситуаций, свидетельствующих о грубейших нарушениях конституционных прав как обвиняемых, подсудимых, так и потерпевших, он все-таки пришел к выводу о необходимости разрешать вопросы, касающиеся конституционности норм УПК, блокирующих возвращение судом уголовных дел прокурору для устранения нарушений закона, препятствующих рассмотрению уголовного дела по существу с принятием законного и обоснованного судебного решения. Поэтому вывод, сделанный в указанном Постановлении Конституционного Суда РФ, представляется верным и убедительным. Сделан в названном Постановлении и еще один вывод, на наш взгляд, концептуального характера, призванный напомнить всем исследователям, ради чего принималась Концепция судебной реформы, почему в ст. 1 Конституции РФ провозглашено, что Россия есть демократическое федеративное правовое государство. Мы на это обстоятельство уже обращали внимание <12>, но позволим себе напомнить об этом еще раз. Вывод касается положения суда в государстве, которое должно учитываться при разработке и принятии любой нормы закона, в том числе норм УПК. Суть его в том, что "безусловное следование инициативе стороны обвинения или защиты, заявленному заинтересованным лицом ходатайству, которые всегда преследуют собственный процессуальный интерес, означало бы недопустимое ограничение самостоятельности суда как носителя публичной по своей природе судебной власти, осуществляемой самостоятельно, свободно и независимо от позиции той или другой стороны" <13>.
(Балакшин В.С.)
("Законность", 2023, N 4)Своего рода переломным моментом в решении затронутых в настоящей статье проблем стало Постановление Конституционного Суда РФ от 2 июля 2013 г. N 16-П "По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Республики Узбекистан Б.Т. Гадаева и запросом Курганского областного суда". В этом Постановлении Конституционный Суд РФ вплотную приблизился к тому, чтобы возвратить институту дополнительного расследования, пусть в небольшой его части, статус легитимного. Он признал не соответствующей Конституции РФ ч. 1 ст. 237 УПК в той мере, в какой положения этой нормы в системе действующего правового регулирования, в том числе во взаимосвязи с ч. 2 ст. 252 УПК, исключающей в судебном разбирательстве возможность изменения обвинения в сторону, ухудшающую положение подсудимого, препятствуют самостоятельному и независимому выбору судом подлежащих применению норм уголовного закона в случаях, когда он приходит к выводу, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте или обвинительном постановлении, свидетельствуют о наличии в действиях обвиняемого признаков более тяжкого преступления либо когда в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства им установлены фактические обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации деяния как более тяжкого преступления. Необходимо отметить, что к такому решению Конституционный Суд РФ пришел не сразу. Потребовалось более десяти лет, чтобы на базе конкретных жизненных ситуаций, свидетельствующих о грубейших нарушениях конституционных прав как обвиняемых, подсудимых, так и потерпевших, он все-таки пришел к выводу о необходимости разрешать вопросы, касающиеся конституционности норм УПК, блокирующих возвращение судом уголовных дел прокурору для устранения нарушений закона, препятствующих рассмотрению уголовного дела по существу с принятием законного и обоснованного судебного решения. Поэтому вывод, сделанный в указанном Постановлении Конституционного Суда РФ, представляется верным и убедительным. Сделан в названном Постановлении и еще один вывод, на наш взгляд, концептуального характера, призванный напомнить всем исследователям, ради чего принималась Концепция судебной реформы, почему в ст. 1 Конституции РФ провозглашено, что Россия есть демократическое федеративное правовое государство. Мы на это обстоятельство уже обращали внимание <12>, но позволим себе напомнить об этом еще раз. Вывод касается положения суда в государстве, которое должно учитываться при разработке и принятии любой нормы закона, в том числе норм УПК. Суть его в том, что "безусловное следование инициативе стороны обвинения или защиты, заявленному заинтересованным лицом ходатайству, которые всегда преследуют собственный процессуальный интерес, означало бы недопустимое ограничение самостоятельности суда как носителя публичной по своей природе судебной власти, осуществляемой самостоятельно, свободно и независимо от позиции той или другой стороны" <13>.
Статья: Запрет взыскания авансовых платежей: критический анализ складывающегося подхода
(Косцов В.Н., Сирота А.Н.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2021, N 11)<152> Crome C. Op. cit. S. 172. К. Кромэ говорил об этом применительно к § 271 Общего земского права прусских государств, из которого следовало, что в отсутствие соглашения о порядке исполнения истец (продавец) должен был доказать факт исполнения собственного неденежного обязательства для получения права взыскать оплату. Он также считал, что необходимость представления таких доказательств может следовать только из возражений ответчика, поскольку в обратном случае суд по своей инициативе бы защищал частный интерес ответчика, что не соответствует природе судебной власти в гражданском процессе. Думается, что и в российском праве нередко суды могли бы решить проблемы с собственной загруженностью, более корректно проводя пределы частной автономии и оставляя некоторые вопросы, в том числе о взыскании авансов, на обоснование самим сторонам.
(Косцов В.Н., Сирота А.Н.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2021, N 11)<152> Crome C. Op. cit. S. 172. К. Кромэ говорил об этом применительно к § 271 Общего земского права прусских государств, из которого следовало, что в отсутствие соглашения о порядке исполнения истец (продавец) должен был доказать факт исполнения собственного неденежного обязательства для получения права взыскать оплату. Он также считал, что необходимость представления таких доказательств может следовать только из возражений ответчика, поскольку в обратном случае суд по своей инициативе бы защищал частный интерес ответчика, что не соответствует природе судебной власти в гражданском процессе. Думается, что и в российском праве нередко суды могли бы решить проблемы с собственной загруженностью, более корректно проводя пределы частной автономии и оставляя некоторые вопросы, в том числе о взыскании авансов, на обоснование самим сторонам.
Статья: Климатические права и их судебная защита: комментарий к правовым позициям Большой палаты Европейского суда по правам человека
(Дедов Д.И., Гаджиев Х.И.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2024, N 5)Впервые за долгое время Суд вспоминает о природе судебной власти, что представляет безусловный интерес в контексте разделения властей. Применительно к ЕСПЧ эта идея может показаться надуманной, ведь Суд многократно находил дефекты в национальном законодательстве, качество которого не соответствовало требованиям Конвенции, и применял в связи с этим ст. 46 ЕКПЧ о принятии мер общего характера по устранению системных и структурных дефектов. Особым примером могут служить так называемые пилотные постановления. При этом Суд не называл конкретных мер, которые нужно принять национальным властям, он лишь обращал их внимание на выявленные проблемы.
(Дедов Д.И., Гаджиев Х.И.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2024, N 5)Впервые за долгое время Суд вспоминает о природе судебной власти, что представляет безусловный интерес в контексте разделения властей. Применительно к ЕСПЧ эта идея может показаться надуманной, ведь Суд многократно находил дефекты в национальном законодательстве, качество которого не соответствовало требованиям Конвенции, и применял в связи с этим ст. 46 ЕКПЧ о принятии мер общего характера по устранению системных и структурных дефектов. Особым примером могут служить так называемые пилотные постановления. При этом Суд не называл конкретных мер, которые нужно принять национальным властям, он лишь обращал их внимание на выявленные проблемы.
Статья: Конституционный идеализм и государственный прагматизм в деятельности судебной власти
(Джавахян Р.М.)
("Современное право", 2026, N 5)Два вышеупомянутых фундаментальных подхода сложнейшим образом взаимодействуют в правовой сфере, формируя динамику функционирования судебной власти, в которой одновременно воплощаются как идеальные конституционные принципы, так и прагматические соображения государственного управления. Это обусловлено, как было отмечено выше, двойственной природой самой судебной власти. Она, с одной стороны, является хотя и самостоятельной, но все-таки ветвью единой государственной, публичной власти, осуществляющей правосудие (статьи 10, 11, 118 Конституции РФ), которая должна следовать общей государственной политике и учитывать государственные интересы. А с другой стороны, судебная власть как самодостаточная конституционная ценность призвана выступать важнейшей гарантией обеспечения защиты конституционных прав и свобод граждан, осуществлять контроль за законностью деятельности органов публичной власти. При этом судебная власть, следуя своей конституционной сущности, должна являть собой олицетворение законности и справедливости в обществе.
(Джавахян Р.М.)
("Современное право", 2026, N 5)Два вышеупомянутых фундаментальных подхода сложнейшим образом взаимодействуют в правовой сфере, формируя динамику функционирования судебной власти, в которой одновременно воплощаются как идеальные конституционные принципы, так и прагматические соображения государственного управления. Это обусловлено, как было отмечено выше, двойственной природой самой судебной власти. Она, с одной стороны, является хотя и самостоятельной, но все-таки ветвью единой государственной, публичной власти, осуществляющей правосудие (статьи 10, 11, 118 Конституции РФ), которая должна следовать общей государственной политике и учитывать государственные интересы. А с другой стороны, судебная власть как самодостаточная конституционная ценность призвана выступать важнейшей гарантией обеспечения защиты конституционных прав и свобод граждан, осуществлять контроль за законностью деятельности органов публичной власти. При этом судебная власть, следуя своей конституционной сущности, должна являть собой олицетворение законности и справедливости в обществе.
Статья: Основания возрождения института возвращения судом уголовного дела для производства дополнительного расследования
(Балакшин В.С.)
("Электронное приложение к "Российскому юридическому журналу", 2024, N 3)Сделан в названном Постановлении и еще один вывод, на наш взгляд, концептуального характера, призванный напомнить всем исследователям, ради чего принималась Концепция судебной реформы, почему в ст. 1 Конституции РФ провозглашено, что Россия есть демократическое федеративное правовое государство. Автор на данное обстоятельство уже обращал внимание <8>, но позволит себе напомнить об этом еще раз. Мы имеем в виду положение суда в государстве, которое должно учитываться при разработке и принятии любой нормы закона, в том числе норм УПК РФ. Суть его в том, что "безусловное следование инициативе стороны обвинения или защиты, заявленному заинтересованным лицом ходатайству, которые всегда преследуют собственный процессуальный интерес, означало бы недопустимое ограничение самостоятельности суда как носителя публичной по своей природе судебной власти, осуществляемой самостоятельно, свободно и независимо от позиции той или другой стороны" <9>.
(Балакшин В.С.)
("Электронное приложение к "Российскому юридическому журналу", 2024, N 3)Сделан в названном Постановлении и еще один вывод, на наш взгляд, концептуального характера, призванный напомнить всем исследователям, ради чего принималась Концепция судебной реформы, почему в ст. 1 Конституции РФ провозглашено, что Россия есть демократическое федеративное правовое государство. Автор на данное обстоятельство уже обращал внимание <8>, но позволит себе напомнить об этом еще раз. Мы имеем в виду положение суда в государстве, которое должно учитываться при разработке и принятии любой нормы закона, в том числе норм УПК РФ. Суть его в том, что "безусловное следование инициативе стороны обвинения или защиты, заявленному заинтересованным лицом ходатайству, которые всегда преследуют собственный процессуальный интерес, означало бы недопустимое ограничение самостоятельности суда как носителя публичной по своей природе судебной власти, осуществляемой самостоятельно, свободно и независимо от позиции той или другой стороны" <9>.
"Гражданско-правовая защита интересов государства в реалиях цифровой трансформации общественных отношений: монография"
(Вавилин Е.В., Бабаков В.А.)
("Статут", 2025)<1> Баренбойм П. 3 000 лет доктрины разделения властей. Суд Сьютера. М., 1996. С. 9. При этом авторскую теорию природы судебной власти оставляем без комментария.
(Вавилин Е.В., Бабаков В.А.)
("Статут", 2025)<1> Баренбойм П. 3 000 лет доктрины разделения властей. Суд Сьютера. М., 1996. С. 9. При этом авторскую теорию природы судебной власти оставляем без комментария.
Статья: Доктринальные основы науки о судебной деятельности в трудах ученых Российского государственного университета правосудия
(Бурдина Е.В.)
("Российская юстиция", 2024, N 1)Краеугольные идеи о природе судебной власти, ее признаках и закономерностях становления принадлежат Председателю Верховного Суда Российской Федерации, доктору юридических наук, профессору, заслуженному юристу Российской Федерации В.М. Лебедеву. Во многих его научных, научно-практических и учебно-методических трудах - монографиях, научных статьях, научно-практических комментариях, учебных пособиях, представляющих интерес как для работников судебных органов Российской Федерации, так и для профессорско-преподавательского состава, аспирантов и студентов юридических вузов страны, получили теоретико-прикладную интерпретацию изменения, происходящие в ходе судебных реформ прошлого и настоящего <2>.
(Бурдина Е.В.)
("Российская юстиция", 2024, N 1)Краеугольные идеи о природе судебной власти, ее признаках и закономерностях становления принадлежат Председателю Верховного Суда Российской Федерации, доктору юридических наук, профессору, заслуженному юристу Российской Федерации В.М. Лебедеву. Во многих его научных, научно-практических и учебно-методических трудах - монографиях, научных статьях, научно-практических комментариях, учебных пособиях, представляющих интерес как для работников судебных органов Российской Федерации, так и для профессорско-преподавательского состава, аспирантов и студентов юридических вузов страны, получили теоретико-прикладную интерпретацию изменения, происходящие в ходе судебных реформ прошлого и настоящего <2>.
Статья: Судебная власть в Республике Беларусь в свете конституционных новелл 2022 года
(Тиковенко О.А.)
("Конституционное и муниципальное право", 2023, N 4)До настоящего времени учеными не найдено единого подхода к определению судебной власти, несмотря на предпринимаемые ими в данном направлении многочисленные попытки. В научной литературе судебную власть характеризуют и как систему специализированных государственных органов, и как принадлежащее судам исключительное полномочие государства, и как просто независимую и самостоятельную ветвь государственной власти, и даже как социально-правовой феномен, своеобразный язык закона. Очевидно, можно согласиться с тем, что природа судебной власти идентична природе власти государственной, будучи ее частью. А источником судебной власти, как и государственной, является народ, который делегирует ее судам - носителям судебной власти <2>.
(Тиковенко О.А.)
("Конституционное и муниципальное право", 2023, N 4)До настоящего времени учеными не найдено единого подхода к определению судебной власти, несмотря на предпринимаемые ими в данном направлении многочисленные попытки. В научной литературе судебную власть характеризуют и как систему специализированных государственных органов, и как принадлежащее судам исключительное полномочие государства, и как просто независимую и самостоятельную ветвь государственной власти, и даже как социально-правовой феномен, своеобразный язык закона. Очевидно, можно согласиться с тем, что природа судебной власти идентична природе власти государственной, будучи ее частью. А источником судебной власти, как и государственной, является народ, который делегирует ее судам - носителям судебной власти <2>.
Статья: Участники рассмотрения судом вопросов в рамках контроля за предварительным расследованием и оперативно-разыскной деятельностью
(Стельмах В.Ю., Титов П.М.)
("Администратор суда", 2023, N 3)Формулировка ч. 3 ст. 165 УПК РФ ("прокурор и следователь вправе участвовать") такова, что участие не только следователя, но и прокурора является необязательным, не обязанностью, а правом указанных субъектов. В данном случае законодатель, как представляется, проявил определенную непоследовательность. В судебном заседании при отправлении правосудия участие прокурора обязательно по каждому без исключения делу публичного и частно-публичного обвинения. Именно такая конструкция подавалась как одно из главных отличий УПК РФ перед УПК РСФСР 1960 г., подчеркивалось, что в случае отсутствия прокурора обвинительные функции фактически возлагались бы на суд, что противоречит природе судебной власти. Очевидно, что при осуществлении судебного контроля в форме дачи разрешения на производство следственных действий оптимальным было бы установить обязанность участия как прокурора, так и следователя.
(Стельмах В.Ю., Титов П.М.)
("Администратор суда", 2023, N 3)Формулировка ч. 3 ст. 165 УПК РФ ("прокурор и следователь вправе участвовать") такова, что участие не только следователя, но и прокурора является необязательным, не обязанностью, а правом указанных субъектов. В данном случае законодатель, как представляется, проявил определенную непоследовательность. В судебном заседании при отправлении правосудия участие прокурора обязательно по каждому без исключения делу публичного и частно-публичного обвинения. Именно такая конструкция подавалась как одно из главных отличий УПК РФ перед УПК РСФСР 1960 г., подчеркивалось, что в случае отсутствия прокурора обвинительные функции фактически возлагались бы на суд, что противоречит природе судебной власти. Очевидно, что при осуществлении судебного контроля в форме дачи разрешения на производство следственных действий оптимальным было бы установить обязанность участия как прокурора, так и следователя.
Статья: Следователь как участник уголовного процесса на рубеже третьего десятилетия применения УПК РФ
(Шадрин В.С.)
("Российский следователь", 2023, N 4)С учетом существующих форм ведомственного и судебного контроля иногда указывается на недостаточность или даже фактическое отсутствие таковой и желательность ее обретения подобно судебному следователю в период действия российского Устава уголовного судопроизводства 1864 г. <6> (далее - УУС). Проведение весьма солидного исследования досудебного производства привело Ю.В. Деришева к выводу, что, "только вернувшись в лоно "судебной власти", российский следователь может получить необходимую независимость и беспристрастность...", поскольку сама природа судебной власти "...отторгает любые субординационные связи" <7>. Между тем в действительности процессуальная самостоятельность судебного следователя была отнюдь не безгранична, о чем свидетельствует совпадающая по смыслу с ч. 2 ст. 38 УПК РФ ст. 264 УУС: "Судебный следователь предпринимает собственной властью все меры, необходимые для производства следствия, за исключением тех, в которых власть его положительно ограничена законом". В процессе доказывания по уголовному делу судебный следователь обязан был исполнять "законные требования прокурора или его товарища с отметкой в протоколах, какие именно меры приняты по его требованию" (ст. 281 УУС). Прокурор мог требовать дополнения предварительного следствия "по сделанным им указаниям, хотя бы судебный следователь и признал следствие оконченным" (ст. 286 УУС). В случае необходимости наложения ареста на имущество обвиняемого судебный следователь должен был обращаться "с представлением в окружной суд" (ст. 268 УУС). Не находя основания для продолжения следствия, судебный следователь испрашивал "на прекращение дела разрешение суда через прокурора" (ст. 277 УУС).
(Шадрин В.С.)
("Российский следователь", 2023, N 4)С учетом существующих форм ведомственного и судебного контроля иногда указывается на недостаточность или даже фактическое отсутствие таковой и желательность ее обретения подобно судебному следователю в период действия российского Устава уголовного судопроизводства 1864 г. <6> (далее - УУС). Проведение весьма солидного исследования досудебного производства привело Ю.В. Деришева к выводу, что, "только вернувшись в лоно "судебной власти", российский следователь может получить необходимую независимость и беспристрастность...", поскольку сама природа судебной власти "...отторгает любые субординационные связи" <7>. Между тем в действительности процессуальная самостоятельность судебного следователя была отнюдь не безгранична, о чем свидетельствует совпадающая по смыслу с ч. 2 ст. 38 УПК РФ ст. 264 УУС: "Судебный следователь предпринимает собственной властью все меры, необходимые для производства следствия, за исключением тех, в которых власть его положительно ограничена законом". В процессе доказывания по уголовному делу судебный следователь обязан был исполнять "законные требования прокурора или его товарища с отметкой в протоколах, какие именно меры приняты по его требованию" (ст. 281 УУС). Прокурор мог требовать дополнения предварительного следствия "по сделанным им указаниям, хотя бы судебный следователь и признал следствие оконченным" (ст. 286 УУС). В случае необходимости наложения ареста на имущество обвиняемого судебный следователь должен был обращаться "с представлением в окружной суд" (ст. 268 УУС). Не находя основания для продолжения следствия, судебный следователь испрашивал "на прекращение дела разрешение суда через прокурора" (ст. 277 УУС).