Отличие обыска от обследования



Подборка наиболее важных документов по запросу Отличие обыска от обследования (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Статьи, комментарии, ответы на вопросы

"Федеральный закон от 17 апреля 2017 года N 73-ФЗ: комментарий"
(постатейный)
(Рыжаков А.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2017)
Обыск отличается от выемки тем, что во время принятия решения о производстве обыска неизвестно место нахождения предмета (документа), который следует найти (изъять), и (или) его принадлежность. Предмет (документ) нужно искать или устанавливать, кому он принадлежит. Если адвокат не выдал предмет (документ) после предъявления постановления о производстве выемки, а точнее место расположения вещи в помещении неизвестно, выемка производиться не может, должен производиться обыск. В этом случае обращаться в суд за новым постановлением - постановлением о производстве обыска, думается, нет необходимости, потому что суд уже дал разрешение в порядке ст. 450.1 УПК РФ на производство следственного действия, результатом которого предполагается "отыскание" <1> тех же самых объектов.
Статья: Принуждение при производстве следственных действий
(Быков В.М., Ткачева Н.В.)
("Право и политика", 2005, N 5)
5. Обыск. Часть 1 статьи 182 УПК РФ устанавливает, что основанием производства обыска является наличие достаточных данных полагать, что в каком-либо месте или у какого-либо лица могут находиться орудия преступления, предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела. Обыск является ярко выраженным принудительным следственным действием, так как сущность его заключается именно в принудительном обследовании жилья, помещений, участков местности, одежды и тела человека, транспортных средств и др.
показать больше документов

Судебная практика

Постановление ЕСПЧ от 04.02.2020
"Дело "Круглов и другие (Kruglov and Others) против Российской Федерации" (жалоба N 11264/04 и 15 других жалоб, см. Приложение)
По делу обжалуются незаконность обысков в помещениях заявителей, являющихся адвокатами, изъятие электронных устройств, содержащих личную информацию, а также отсутствие эффективных внутригосударственных средств правовой защиты. По делу допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
123. Европейский Суд отмечает, что следственные органы проводили "обследования", "осмотры на месте преступления" или "обыски" в домах или офисах заявителей. Европейский Суд вновь повторяет, что любая мера, если она не отличается по способу исполнения и практическим последствиям от обыска, равносильна, независимо от ее характеристик в соответствии с внутренним законодательством, вмешательству в права заявителей, предусмотренные статьей 8 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "Белоусов против Украины" (Belousov v. Ukraine) от 7 ноября 2013 г., жалоба N 4494/07, § 103, и упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу "Аванесян против Российской Федерации" (Avanesyan v. Russia), § 39).
Постановление ЕСПЧ от 18.09.2014
"Дело "Аванесян (Avanesyan) против Российской Федерации" (жалоба N 41152/06)
По делу обжалуются неправомерный обыск в доме заявителя, отсутствие эффективных средств правовой защиты в этой связи. По делу допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 13 Конвенции в сочетании с положениями статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
39. Европейский Суд отмечает, что 22 марта 2006 г. двое сотрудников милиции обследовали жилые помещения дома заявителя. По способу осуществления и практическим последствиям данное обследование ничем не отличалось от обыска, и Европейский Суд приходит к выводу, что вне зависимости от того, как оно квалифицируется согласно законодательству Российской Федерации, оно представляло собой вмешательство в осуществление заявителем права на уважение своего жилища (см. Постановление Европейского Суда по делу "Белоусов против Украины" (Belousov v. Ukraine) от 7 ноября 2013 г., жалоба N 4494/07, § 103). Стороны по делу этого не оспаривают. Такое вмешательство приводит к нарушению статьи 8 Конвенции, если нельзя доказать, что оно было "предусмотрено законом", преследовало одну или несколько правомерных целей, указанных в пункте 2 этой статьи, и было "необходимо в демократическом обществе".
показать больше документов

Нормативные акты

"Обзор практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека N 11 (2020)"
(подготовлен Верховным Судом РФ)
В первую очередь Суд отметил: следственные органы проводили "обследования", "осмотры места преступления" или "обыски" в домах или офисах заявителей. В этом отношении Суд напомнил, что любая мера, которая по способу ее реализации и практическим последствиям не отличается от обыска, независимо от ее классификации в национальном законодательстве, представляет собой вмешательство в права заявителей, гарантированные статьей 8 Конвенции (пункт 123 постановления).
Постановление ЕСПЧ от 04.02.2020
"Дело "Круглов и другие (Kruglov and Others) против Российской Федерации" (жалоба N 11264/04 и 15 других жалоб) [рус., англ.]
(Вместе с "Перечнем заявителей и сумм, присужденных Европейским Судом в соответствии со статьей 41 Конвенции")
123. Европейский Суд отмечает, что следственные органы проводили "обследования", "осмотры на месте преступления" или "обыски" в домах или офисах заявителей. Европейский Суд вновь повторяет, что любая мера, если она не отличается по способу исполнения и практическим последствиям от обыска, равносильна, независимо от ее характеристик в соответствии с внутренним законодательством, вмешательству в права заявителей, предусмотренные статьей 8 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "Белоусов против Украины" (Belousov v. Ukraine) от 7 ноября 2013 г., жалоба N 4494/07, § 103, и упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу "Аванесян против Российской Федерации" (Avanesyan v. Russia), § 39).
показать больше документов