Клевета в суде
Подборка наиболее важных документов по запросу Клевета в суде (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Преступления против правосудия: монография"
(Чекмезова Е.И.)
("Сибирский юридический университет", 2024)Также следует расширить перечень потерпевших по аналогии с перечнем, предлагаемым нами в ст. ст. 294 - 297 УК РФ. Название статьи необходимо видоизменить и привести в соответствие с содержанием диспозиции. Иное лицо, участвующее в отправлении правосудия, следует уточнить в виде арбитражного заседателя. В ст. 298.1 УК РФ четко определяется ареал клеветы, что, по мнению С.А. Ельца ведет к фрагментарной охране объекта посягательства <77>. На наш взгляд, необходимо отказаться от формулировок: "в связи с рассмотрением дел или материалов в суде" (ч. 1) и "в связи с производством предварительного расследования либо исполнением приговора, решения суда или иного судебного акта" (ч. 2). В целях реализации единого механизма защиты чести, достоинства и деловой репутации необходимо синхронизировать тексты ст. 297 и 298.1 УК РФ, добавив в диспозицию ответственность за клевету участника судебного разбирательства. Речь должна идти о наказуемости клеветы в отношении указанных лиц либо в рамках судебного разбирательства, либо в связи с осуществлением данными лицами законных полномочий вне рамок соответствующего судебного разбирательства.
(Чекмезова Е.И.)
("Сибирский юридический университет", 2024)Также следует расширить перечень потерпевших по аналогии с перечнем, предлагаемым нами в ст. ст. 294 - 297 УК РФ. Название статьи необходимо видоизменить и привести в соответствие с содержанием диспозиции. Иное лицо, участвующее в отправлении правосудия, следует уточнить в виде арбитражного заседателя. В ст. 298.1 УК РФ четко определяется ареал клеветы, что, по мнению С.А. Ельца ведет к фрагментарной охране объекта посягательства <77>. На наш взгляд, необходимо отказаться от формулировок: "в связи с рассмотрением дел или материалов в суде" (ч. 1) и "в связи с производством предварительного расследования либо исполнением приговора, решения суда или иного судебного акта" (ч. 2). В целях реализации единого механизма защиты чести, достоинства и деловой репутации необходимо синхронизировать тексты ст. 297 и 298.1 УК РФ, добавив в диспозицию ответственность за клевету участника судебного разбирательства. Речь должна идти о наказуемости клеветы в отношении указанных лиц либо в рамках судебного разбирательства, либо в связи с осуществлением данными лицами законных полномочий вне рамок соответствующего судебного разбирательства.
Статья: Ответственность за клевету и диффамацию в сенатской практике 1870 - 1890-х годов
(Верещагин А.Н.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2022, N 3)Решение Сената по делу Дорна в силу его важности было незамедлительно напечатано в "Судебной газете" <49>. С одной стороны, Сенат сказал, что "ныне, как и всегда, суд должен быть святилищем осуществления правды и справедливости, а не позорищем, где могла бы проявляться разнузданность нравов. <...> Поэтому несомненно, что и допущение присяжным поверенным в речи, произнесенной им при разбирательстве дела гражданского или уголовного, поношения чьей-либо чести, или оглашение о ком-либо клеветнических слухов... дает право оскорбленному привлечь его к ответственности на общем основании". Вместе с тем Сенат отметил, что лишь для случая оскорбления в речи на суде закон предусматривает специальные правила, а относительно оклеветания таковых не содержится, а следовательно, налицо "неполнота закона". Восполняя ее по общему смыслу закона, Сенат рассуждал так: оскорбление бранными словами в присутственном месте, а следовательно, и в суде влечет наказание, доходящее до четырех месяцев тюремного заключения; вряд ли законодатель считал оклеветание кого-либо при тех же условиях лишь обыкновенной клеветой, наказуемой арестом не свыше двух месяцев, поскольку по русскому праву клевета обычно считается более тяжким деянием, чем обида, а к тому же клевета в суде, как и брань, может заключать в себе и неуважение к суду. Поэтому такое различие в наказаниях было бы явно несправедливо. Затем Сенат смело подвел словесное оклеветание перед правительственной властью, т.е. и в суде тоже, под первую часть ст. 1535, которая говорит об оклеветании в бумаге, представленной присутственному месту или чиновнику: "По нашим законам, - указал Сенат, - при обиде и клевете слово и письмо, как средство действия, всегда отождествляются и не оказывают влияния на меру ответственности... То обстоятельство, что в законе говорится только о бумагах, а не о словесных объяснениях, вполне объясняется преобладаемыми условиями производства в наших судебных и административных местах, существовавшими во время изд. уложения 1845 г.", т.е. практическим отсутствием в то время устного состязания. Как видим, Сенат подошел к делу творчески и решительно адаптировал устарелый закон к новым условиям.
(Верещагин А.Н.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2022, N 3)Решение Сената по делу Дорна в силу его важности было незамедлительно напечатано в "Судебной газете" <49>. С одной стороны, Сенат сказал, что "ныне, как и всегда, суд должен быть святилищем осуществления правды и справедливости, а не позорищем, где могла бы проявляться разнузданность нравов. <...> Поэтому несомненно, что и допущение присяжным поверенным в речи, произнесенной им при разбирательстве дела гражданского или уголовного, поношения чьей-либо чести, или оглашение о ком-либо клеветнических слухов... дает право оскорбленному привлечь его к ответственности на общем основании". Вместе с тем Сенат отметил, что лишь для случая оскорбления в речи на суде закон предусматривает специальные правила, а относительно оклеветания таковых не содержится, а следовательно, налицо "неполнота закона". Восполняя ее по общему смыслу закона, Сенат рассуждал так: оскорбление бранными словами в присутственном месте, а следовательно, и в суде влечет наказание, доходящее до четырех месяцев тюремного заключения; вряд ли законодатель считал оклеветание кого-либо при тех же условиях лишь обыкновенной клеветой, наказуемой арестом не свыше двух месяцев, поскольку по русскому праву клевета обычно считается более тяжким деянием, чем обида, а к тому же клевета в суде, как и брань, может заключать в себе и неуважение к суду. Поэтому такое различие в наказаниях было бы явно несправедливо. Затем Сенат смело подвел словесное оклеветание перед правительственной властью, т.е. и в суде тоже, под первую часть ст. 1535, которая говорит об оклеветании в бумаге, представленной присутственному месту или чиновнику: "По нашим законам, - указал Сенат, - при обиде и клевете слово и письмо, как средство действия, всегда отождествляются и не оказывают влияния на меру ответственности... То обстоятельство, что в законе говорится только о бумагах, а не о словесных объяснениях, вполне объясняется преобладаемыми условиями производства в наших судебных и административных местах, существовавшими во время изд. уложения 1845 г.", т.е. практическим отсутствием в то время устного состязания. Как видим, Сенат подошел к делу творчески и решительно адаптировал устарелый закон к новым условиям.
Судебная практика
Нормативные акты
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 N 3
(ред. от 09.12.2025)
"О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц"6. Если действия лица, распространившего не соответствующие действительности порочащие сведения, содержат признаки преступления, предусмотренного статьей 129 Уголовного кодекса Российской Федерации (клевета), потерпевший вправе обратиться в суд с заявлением о привлечении виновного к уголовной ответственности, а также предъявить иск о защите чести и достоинства или деловой репутации в порядке гражданского судопроизводства.
(ред. от 09.12.2025)
"О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц"6. Если действия лица, распространившего не соответствующие действительности порочащие сведения, содержат признаки преступления, предусмотренного статьей 129 Уголовного кодекса Российской Федерации (клевета), потерпевший вправе обратиться в суд с заявлением о привлечении виновного к уголовной ответственности, а также предъявить иск о защите чести и достоинства или деловой репутации в порядке гражданского судопроизводства.
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2016)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016)<1> См., например, иски о взыскании компенсации за неудовлетворительные условия содержания под стражей: постановление Европейского Суда от 14 марта 2013 г. по делу "Инсанов против Азербайджана"; постановление Европейского Суда от 22 декабря 2009 г. по делу "Скоробогатых против России"; постановление Европейского Суда от 17 декабря 2009 г. по делу "Шилбергс против России"; см. также постановление Европейского Суда от 12 июня 2012 г. по делу "Грязнов против России", постановление Европейского Суда от 10 мая 2007 г. по делу "Ковалев против России", касающееся жалобы заявителя на жестокое обращение со стороны полиции; постановление Европейского Суда от 4 марта 2010 г. по делу "Мохов против России"; и постановление Европейского Суда от 29 октября 1991 г. по делу "Хелмерс против Швеции", иск на клевету; постановление Европейского Суда от 15 октября 2009 г. по делу "Сокур против России" и постановление Европейского Суда по делу "Гоч против Турции", пункт 48, спор о сумме компенсации неимущественного вреда, причиненного в результате незаконного содержания под стражей и судебного преследования.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016)<1> См., например, иски о взыскании компенсации за неудовлетворительные условия содержания под стражей: постановление Европейского Суда от 14 марта 2013 г. по делу "Инсанов против Азербайджана"; постановление Европейского Суда от 22 декабря 2009 г. по делу "Скоробогатых против России"; постановление Европейского Суда от 17 декабря 2009 г. по делу "Шилбергс против России"; см. также постановление Европейского Суда от 12 июня 2012 г. по делу "Грязнов против России", постановление Европейского Суда от 10 мая 2007 г. по делу "Ковалев против России", касающееся жалобы заявителя на жестокое обращение со стороны полиции; постановление Европейского Суда от 4 марта 2010 г. по делу "Мохов против России"; и постановление Европейского Суда от 29 октября 1991 г. по делу "Хелмерс против Швеции", иск на клевету; постановление Европейского Суда от 15 октября 2009 г. по делу "Сокур против России" и постановление Европейского Суда по делу "Гоч против Турции", пункт 48, спор о сумме компенсации неимущественного вреда, причиненного в результате незаконного содержания под стражей и судебного преследования.
Статья: "Враг в коллегии защитников" (1937 - 1939 гг.)
(Смирнов В.Н.)
("Российский юридический журнал", 2022, NN 1, 3, 5)Клеветники Устинов, Кривоногов, Фертиков и Горбунов через недолгое время сами стали обвиняемыми. 29 апреля 1941 г. они были преданы суду по ч. 2 ст. 95 УК РСФСР за заведомо ложный донос органу судебно-следственной власти, а равно заведомо ложное показание, данное свидетелями. Это решение по докладу прокурора Сидорова (в будущем - адвокат и председатель Пермской областной коллегии <41>) приняла в подготовительном заседании судебная коллегия Свердловского областного суда под председательством Герасимовича (был свидетелем по делу Островского). При этом, учитывая, что Устинов, Фертиков и Горбунов обвиняются в клевете, суд изменил им меру пресечения на заключение под стражу. Поскольку обвиняемые выразили недоверие Свердловскому суду, а Островский, Постников и Торопова были оправданы Челябинским областным судом, туда и решено было передать дело через Верховный Суд РСФСР <42>.
(Смирнов В.Н.)
("Российский юридический журнал", 2022, NN 1, 3, 5)Клеветники Устинов, Кривоногов, Фертиков и Горбунов через недолгое время сами стали обвиняемыми. 29 апреля 1941 г. они были преданы суду по ч. 2 ст. 95 УК РСФСР за заведомо ложный донос органу судебно-следственной власти, а равно заведомо ложное показание, данное свидетелями. Это решение по докладу прокурора Сидорова (в будущем - адвокат и председатель Пермской областной коллегии <41>) приняла в подготовительном заседании судебная коллегия Свердловского областного суда под председательством Герасимовича (был свидетелем по делу Островского). При этом, учитывая, что Устинов, Фертиков и Горбунов обвиняются в клевете, суд изменил им меру пресечения на заключение под стражу. Поскольку обвиняемые выразили недоверие Свердловскому суду, а Островский, Постников и Торопова были оправданы Челябинским областным судом, туда и решено было передать дело через Верховный Суд РСФСР <42>.
Информация: Верховный Суд России предложил перевести дела о клевете в частно-публичное обвинение
("Официальный сайт Верховного суда РФ", 2024)"Официальный сайт Верховного суда РФ http://www.vsrf.ru", 2024
("Официальный сайт Верховного суда РФ", 2024)"Официальный сайт Верховного суда РФ http://www.vsrf.ru", 2024
"Научно-практический комментарий к Федеральному закону от 2 мая 2006 года N 59-ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации"
(постатейный)
(2-е издание)
(Степкин С.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2024)В этой связи для защиты прав и свобод весьма интересной представляется позиция Пленума Верховного Суда СССР, высказанная в п. 9 своего Постановления, согласно которой судам предписано разъяснять право на обращение в суд с заявлениями о клевете в случаях, когда судом установлена подача заявления или жалобы в целях распространения заведомо ложных и позорящих другое лицо измышлений <364>.
(постатейный)
(2-е издание)
(Степкин С.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2024)В этой связи для защиты прав и свобод весьма интересной представляется позиция Пленума Верховного Суда СССР, высказанная в п. 9 своего Постановления, согласно которой судам предписано разъяснять право на обращение в суд с заявлениями о клевете в случаях, когда судом установлена подача заявления или жалобы в целях распространения заведомо ложных и позорящих другое лицо измышлений <364>.
"Глобальный атлас регулирования искусственного интеллекта. Вектор БРИКС"
(3-е издание, переработанное и дополненное)
(под ред. А.В. Незнамова)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2024)Принимая во внимание тот факт, что Гонконг является частью общей (прецедентной) системы права, судебная практика имеет существенное влияние в вопросах правового регулирования, включая область применения ИИ. На данный момент в Гонконге не сформировалась устойчивая практика в этом вопросе, однако стоит обратить внимание на судебный спор о клевете между олигархом Альбертом Ян Шоучэном и компанией Google (Dr Yeung Sau Shing Albert v Google Inc) [205], который был рассмотрен Верховным судом Гонконга в 2015 г.
(3-е издание, переработанное и дополненное)
(под ред. А.В. Незнамова)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2024)Принимая во внимание тот факт, что Гонконг является частью общей (прецедентной) системы права, судебная практика имеет существенное влияние в вопросах правового регулирования, включая область применения ИИ. На данный момент в Гонконге не сформировалась устойчивая практика в этом вопросе, однако стоит обратить внимание на судебный спор о клевете между олигархом Альбертом Ян Шоучэном и компанией Google (Dr Yeung Sau Shing Albert v Google Inc) [205], который был рассмотрен Верховным судом Гонконга в 2015 г.
Статья: Незаконная деятельность по возврату просроченной задолженности
(Бриллиантов А.В.)
("Уголовное право", 2024, N 2)Так, по делу Галактионовой, обвиняемой в клевете, суд указал, что доводы частного обвинителя о наличии в действиях Галактионовой состава клеветы основаны на ее предположениях, на которых не может быть основан приговор в силу ст. 14 УПК РФ, а также на ее оценочных суждениях и на собственных умозаключениях. Поэтому мировой судья пришел к выводу об отсутствии в действиях Галактионовой Г.И. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, и о ее оправдании по предъявленному обвинению. Суд апелляционной инстанции согласился с выводами мирового судьи, признав оправдательный приговор в отношении Галактионовой законным, обоснованным и справедливым <10>.
(Бриллиантов А.В.)
("Уголовное право", 2024, N 2)Так, по делу Галактионовой, обвиняемой в клевете, суд указал, что доводы частного обвинителя о наличии в действиях Галактионовой состава клеветы основаны на ее предположениях, на которых не может быть основан приговор в силу ст. 14 УПК РФ, а также на ее оценочных суждениях и на собственных умозаключениях. Поэтому мировой судья пришел к выводу об отсутствии в действиях Галактионовой Г.И. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, и о ее оправдании по предъявленному обвинению. Суд апелляционной инстанции согласился с выводами мирового судьи, признав оправдательный приговор в отношении Галактионовой законным, обоснованным и справедливым <10>.
Статья: Судебная практика как формальное основание ограничений прав и свобод человека
(Болдырев Н.А.)
("Актуальные проблемы российского права", 2023, N 9)Наоборот, англосаксонское право позволяет судам ограничивать права и свободы на основании судебного решения. Например, Н.А. Перова приводила следующий пример ограничений, введенных решением Верховного суда США: "[Суд] постановил, что будет считаться неконституционной ответственность ответчика за сообщения, опубликованные в связи с дискуссией в обществе, касающейся публичного человека. Это решение фактически не оставило шансов политикам и знаменитостям взыскать убытки за любое оскорбление в пародии, не доказав наличия клеветы. Суд вновь оставил без наказания ответчика, чья свобода слова перевесила право на достоинство оскорбленного истца" <16>. В данном деле право на взыскание убытков было ограничено актом Верховного суда США, позиция которого в последующем была обязательна для судов.
(Болдырев Н.А.)
("Актуальные проблемы российского права", 2023, N 9)Наоборот, англосаксонское право позволяет судам ограничивать права и свободы на основании судебного решения. Например, Н.А. Перова приводила следующий пример ограничений, введенных решением Верховного суда США: "[Суд] постановил, что будет считаться неконституционной ответственность ответчика за сообщения, опубликованные в связи с дискуссией в обществе, касающейся публичного человека. Это решение фактически не оставило шансов политикам и знаменитостям взыскать убытки за любое оскорбление в пародии, не доказав наличия клеветы. Суд вновь оставил без наказания ответчика, чья свобода слова перевесила право на достоинство оскорбленного истца" <16>. В данном деле право на взыскание убытков было ограничено актом Верховного суда США, позиция которого в последующем была обязательна для судов.