Фактически утративший силу
Подборка наиболее важных документов по запросу Фактически утративший силу (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Бланкетность в юридической конструкции налога на имущество организаций: проблема правовой определенности
(Копина А.А., Рябова Е.В.)
("Финансовое право", 2024, N 10)<19> Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12 июля 2019 г. N 307-ЭС19-5241; Письмо ФНС России от 28 марта 2018 г. N БС-4-21/5834@ "О вопросе, касающемся применения подп. 8 п. 4 ст. 374 и п. 25 ст. 381 НК РФ" (вместе с Письмом Минпромторга России от 23 марта 2018 г. N ОВ-17590/12 "По вопросу квалификации объектов основных средств промышленного производства") (документ фактически утратил силу в связи с принятием Федерального закона от 3 августа 2018 г. N 302-ФЗ, признавшего подп. 8 п. 4 ст. 374 и п. 25 ст. 381 НК РФ утратившими силу); Постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30 января 2020 г. N 14АП-12462/2019 по делу N А05-879/2018.
(Копина А.А., Рябова Е.В.)
("Финансовое право", 2024, N 10)<19> Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12 июля 2019 г. N 307-ЭС19-5241; Письмо ФНС России от 28 марта 2018 г. N БС-4-21/5834@ "О вопросе, касающемся применения подп. 8 п. 4 ст. 374 и п. 25 ст. 381 НК РФ" (вместе с Письмом Минпромторга России от 23 марта 2018 г. N ОВ-17590/12 "По вопросу квалификации объектов основных средств промышленного производства") (документ фактически утратил силу в связи с принятием Федерального закона от 3 августа 2018 г. N 302-ФЗ, признавшего подп. 8 п. 4 ст. 374 и п. 25 ст. 381 НК РФ утратившими силу); Постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30 января 2020 г. N 14АП-12462/2019 по делу N А05-879/2018.
"Проблемы унификации международного частного права: монография"
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(отв. ред. Н.Г. Доронина)
("ИЗиСП", "Юриспруденция", 2023)В 2008 году Римская конвенция 1980 г. была заменена Регламентом (ЕС) N 593/2008 Европейского парламента и Совета ЕС от 17 июня 2008 г. о праве, подлежащем применению к договорным обязательствам ("Рим I") <1>, вступившим в действие 17 декабря 2009 г. (за исключением ст. 26, которая применяется с 17 июня 2009 г.) <2>. С этого момента Римская конвенция 1980 г. фактически утратила силу для абсолютного большинства стран ЕС <3>. В соответствии с п. 2 ст. 24 Регламента любая отсылка к Римской конвенции понимается как отсылка к Регламенту, который в юридической литературе <4> характеризуется как эволюционный нормативно-правовой акт, вышедший из европейского международного частного права.
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(отв. ред. Н.Г. Доронина)
("ИЗиСП", "Юриспруденция", 2023)В 2008 году Римская конвенция 1980 г. была заменена Регламентом (ЕС) N 593/2008 Европейского парламента и Совета ЕС от 17 июня 2008 г. о праве, подлежащем применению к договорным обязательствам ("Рим I") <1>, вступившим в действие 17 декабря 2009 г. (за исключением ст. 26, которая применяется с 17 июня 2009 г.) <2>. С этого момента Римская конвенция 1980 г. фактически утратила силу для абсолютного большинства стран ЕС <3>. В соответствии с п. 2 ст. 24 Регламента любая отсылка к Римской конвенции понимается как отсылка к Регламенту, который в юридической литературе <4> характеризуется как эволюционный нормативно-правовой акт, вышедший из европейского международного частного права.
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 5 "Права и обязанности граждан при осуществлении иммунопрофилактики" Федерального закона "Об иммунопрофилактике инфекционных болезней""Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 17, 37, 55 Конституции Российской Федерации, статьями 2, 16, 21, 76, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, статьями 4, 5, 10, 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N- ФЗ "Об иммунопрофилактике инфекционных болезней", статьями 1, 2, 10, 11, 29, 35, 51 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения", статьей 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 68-ФЗ "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера", Постановлением Роспотребнадзора и главного государственного санитарного врача по ФИО6 <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ N "О проведении профилактических прививок против коронавирусной инфекции отдельным категориям граждан ФИО6 <адрес>", пунктом 4 Правил поведения, обязательных для исполнения гражданами и организациями, при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N, пунктом 66 санитарных правил и норм СанПиН 3.3686-21 "Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней", утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N, пунктом 1.2 санитарно-эпидемиологических правил СП ДД.ММ.ГГГГ-20 "Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)", утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N (действовавших на момент принятия оспариваемого приказа), пунктом 16 Перечня социально значимых заболеваний и перечня заболеваний, представляющих опасность для окружающих, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N, Перечнем работ, выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями и требует обязательного проведения профилактических прививок, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N, Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N "О внесении изменения в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих", пришел к выводу, что вступившими в законную силу судебными актами доводы истца о том, что вакцинация от новой коронавирусной инфекции является добровольной и может осуществляться исключительно с согласия гражданина, признаны несоответствующими требованиям закона. Суд указал, что тот факт, что постановление Главного государственного санитарного врача по ФИО6 <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ N фактически утратило силу с ДД.ММ.ГГГГ, не влияет на законность оспариваемого истцом приказа, поскольку новая коронавирусная инфекция (COVID-19) включена в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих, внесена в календарь профилактических прививок, обязательность прививок в этом случае обуславливается нормами Федерального Закона от ДД.ММ.ГГГГ N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения". Установив, что отстранение ФИО2 от работы осуществлено работодателем на законных основаниях при наличии ее личного волеизъявления об отказе от обязательной вакцинации против распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и при отсутствии возможности дистанционной работы в силу характера выполняемой трудовой функции, суд не нашел правовых оснований для признания приказа об отстранении и от работы от ДД.ММ.ГГГГ N л/с незаконным, в связи с чем отказал в удовлетворении иска."
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 10 "Профилактические прививки по эпидемическим показаниям" Федерального закона "Об иммунопрофилактике инфекционных болезней""Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 17, 37, 55 Конституции Российской Федерации, статьями 2, 16, 21, 76, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, статьями 4, 5, 10, 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N- ФЗ "Об иммунопрофилактике инфекционных болезней", статьями 1, 2, 10, 11, 29, 35, 51 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения", статьей 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 68-ФЗ "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера", Постановлением Роспотребнадзора и главного государственного санитарного врача по ФИО6 <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ N "О проведении профилактических прививок против коронавирусной инфекции отдельным категориям граждан ФИО6 <адрес>", пунктом 4 Правил поведения, обязательных для исполнения гражданами и организациями, при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N, пунктом 66 санитарных правил и норм СанПиН 3.3686-21 "Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней", утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N, пунктом 1.2 санитарно-эпидемиологических правил СП ДД.ММ.ГГГГ-20 "Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)", утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N (действовавших на момент принятия оспариваемого приказа), пунктом 16 Перечня социально значимых заболеваний и перечня заболеваний, представляющих опасность для окружающих, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N, Перечнем работ, выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями и требует обязательного проведения профилактических прививок, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N, Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N "О внесении изменения в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих", пришел к выводу, что вступившими в законную силу судебными актами доводы истца о том, что вакцинация от новой коронавирусной инфекции является добровольной и может осуществляться исключительно с согласия гражданина, признаны несоответствующими требованиям закона. Суд указал, что тот факт, что постановление Главного государственного санитарного врача по ФИО6 <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ N фактически утратило силу с ДД.ММ.ГГГГ, не влияет на законность оспариваемого истцом приказа, поскольку новая коронавирусная инфекция (COVID-19) включена в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих, внесена в календарь профилактических прививок, обязательность прививок в этом случае обуславливается нормами Федерального Закона от ДД.ММ.ГГГГ N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения". Установив, что отстранение ФИО2 от работы осуществлено работодателем на законных основаниях при наличии ее личного волеизъявления об отказе от обязательной вакцинации против распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и при отсутствии возможности дистанционной работы в силу характера выполняемой трудовой функции, суд не нашел правовых оснований для признания приказа об отстранении и от работы от ДД.ММ.ГГГГ N л/с незаконным, в связи с чем отказал в удовлетворении иска."
Нормативные акты
"Методические рекомендации по юридико-техническому оформлению законопроектов (редакция 2021 года)"
(утв. ГД ФС РФ)97. Законодательные акты, фактически утратившие силу
(утв. ГД ФС РФ)97. Законодательные акты, фактически утратившие силу
Постановление Правительства РФ от 30.01.2015 N 83
(ред. от 01.06.2026)
"О проведении оценки фактического воздействия нормативных правовых актов, а также о внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации"
(вместе с "Правилами проведения оценки фактического воздействия нормативных правовых актов")IV. Рассмотрение отчета об оценке фактического
(ред. от 01.06.2026)
"О проведении оценки фактического воздействия нормативных правовых актов, а также о внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации"
(вместе с "Правилами проведения оценки фактического воздействия нормативных правовых актов")IV. Рассмотрение отчета об оценке фактического
Статья: Конституционно-правовое освоение страны-цивилизации
(Колюшин Е.И.)
("Конституционное и муниципальное право", 2026, N 4)Например, глава 1 "Основы конституционного строя" в части государственной власти и местного самоуправления оказалась погруженной в единую систему публичной власти, наличие которой в 1993 г. не конструировалось (так, в ч. 3 ст. 5 говорится о единстве системы применительно только к государственной власти). Многие другие положения этой главы также нуждаются в переосмыслении с учетом новых конституционных положений. Так, федеративный договор вопреки букве ст. 11 ныне не разграничивает компетенцию между Федерацией и субъектами, а его следовало бы считать фактически утратившим силу (фусом). Конституционное учреждение нового публично-правового образования в виде федеральных территорий не может не влиять на развитие представлений о Российской Федерации. Непродолжительный опыт функционирования имеющейся в настоящее время одной федеральной территории "Сириус" свидетельствует о ее особом статусе: территориально де-факто выведена из Краснодарского края без юридического оформления новых границ этого субъекта РФ, а органы публичной власти территории характеризуются причудливым сочетанием признаков органов публичной власти разных уровней.
(Колюшин Е.И.)
("Конституционное и муниципальное право", 2026, N 4)Например, глава 1 "Основы конституционного строя" в части государственной власти и местного самоуправления оказалась погруженной в единую систему публичной власти, наличие которой в 1993 г. не конструировалось (так, в ч. 3 ст. 5 говорится о единстве системы применительно только к государственной власти). Многие другие положения этой главы также нуждаются в переосмыслении с учетом новых конституционных положений. Так, федеративный договор вопреки букве ст. 11 ныне не разграничивает компетенцию между Федерацией и субъектами, а его следовало бы считать фактически утратившим силу (фусом). Конституционное учреждение нового публично-правового образования в виде федеральных территорий не может не влиять на развитие представлений о Российской Федерации. Непродолжительный опыт функционирования имеющейся в настоящее время одной федеральной территории "Сириус" свидетельствует о ее особом статусе: территориально де-факто выведена из Краснодарского края без юридического оформления новых границ этого субъекта РФ, а органы публичной власти территории характеризуются причудливым сочетанием признаков органов публичной власти разных уровней.
Готовое решение: Как с 1 сентября 2026 г. установить испытательный срок при приеме на работу по трудовому договору
(КонсультантПлюс, 2026)В этом случае, по нашему мнению, условие об испытании фактически утрачивает силу.
(КонсультантПлюс, 2026)В этом случае, по нашему мнению, условие об испытании фактически утрачивает силу.
Готовое решение: Как установить испытательный срок при приеме на работу по трудовому договору
(КонсультантПлюс, 2026)В этом случае, по нашему мнению, условие об испытании фактически утрачивает силу.
(КонсультантПлюс, 2026)В этом случае, по нашему мнению, условие об испытании фактически утрачивает силу.
Статья: Законность в публичном управлении: есть ли пределы и исключения? (Часть вторая)
(Ноздрачев А.Ф.)
("Административное право и процесс", 2026, N 2)<38> Страна в 2020 - 2021 гг. закрывалась на карантин, и люди жили по предписаниям санитарного врача в парадигме "через месяц - три, максимум - полгода", а не "через пять лет". И никому в голову не приходило, что это все незаконно. В принципе, деятельность национальной публичной администрации в этот период пользовалась всеобщей поддержкой населения, законность соблюдалась в ее специфическом конкретно нормативном выражении и локации. Люди живут не в "долгосрок", а в режиме "здесь и сейчас". И законность "здесь и сейчас" в ее конкретном юридическом выражении может акцентировать разные формы и предъявлять разные требования к поведению граждан и деятельности публичной администрации. Цифровизация особенно ярко демонстрирует все эти тренды и ускоряет их. И понимание законности в ее нормативно-правовом выражении в наши дни особенно усложняется, когда указанные тренды и другие социальные и культурные трансформации перекраивают реальность едва ли не каждый день. Другим фактором, усложняющим действие принципа законности, является банальное отставание законов от жизни, наличие огромного количества актов, фактически утративших силу (ФУСов). Действие законов - ФУСов, формально действующих, не распространяется на граждан и органы государства.
(Ноздрачев А.Ф.)
("Административное право и процесс", 2026, N 2)<38> Страна в 2020 - 2021 гг. закрывалась на карантин, и люди жили по предписаниям санитарного врача в парадигме "через месяц - три, максимум - полгода", а не "через пять лет". И никому в голову не приходило, что это все незаконно. В принципе, деятельность национальной публичной администрации в этот период пользовалась всеобщей поддержкой населения, законность соблюдалась в ее специфическом конкретно нормативном выражении и локации. Люди живут не в "долгосрок", а в режиме "здесь и сейчас". И законность "здесь и сейчас" в ее конкретном юридическом выражении может акцентировать разные формы и предъявлять разные требования к поведению граждан и деятельности публичной администрации. Цифровизация особенно ярко демонстрирует все эти тренды и ускоряет их. И понимание законности в ее нормативно-правовом выражении в наши дни особенно усложняется, когда указанные тренды и другие социальные и культурные трансформации перекраивают реальность едва ли не каждый день. Другим фактором, усложняющим действие принципа законности, является банальное отставание законов от жизни, наличие огромного количества актов, фактически утративших силу (ФУСов). Действие законов - ФУСов, формально действующих, не распространяется на граждан и органы государства.
Статья: От национальных интересов к общественным: проблема трансляции стратегических целеполаганий в законодательстве об общественной безопасности
(Колоткина О.А., Ягофарова И.Д.)
("Конституционное и муниципальное право", 2026, N 3)На основе анализа основных положений действующей Стратегии НБ и фактически утратившей силу Концепции ОБ <12> представляется возможным сформулировать авторское определение категории "общественный интерес в сфере общественной безопасности" - это потребность общества как коллективного субъекта в предупреждении и минимизации внутренних угроз, препятствующих его устойчивому функционированию и развитию, сохранению идентичности (духовных и материальных ценностей) и воспроизводству человеческого потенциала. В отличие от "национального интереса", выступающего интегральным показателем стратегического целеполагания и объединяющего потребности личности, общества и государства, "общественный интерес" представляет собой уровень конкретизации в сфере общественной безопасности, выступая непосредственным объектом законодательной защиты.
(Колоткина О.А., Ягофарова И.Д.)
("Конституционное и муниципальное право", 2026, N 3)На основе анализа основных положений действующей Стратегии НБ и фактически утратившей силу Концепции ОБ <12> представляется возможным сформулировать авторское определение категории "общественный интерес в сфере общественной безопасности" - это потребность общества как коллективного субъекта в предупреждении и минимизации внутренних угроз, препятствующих его устойчивому функционированию и развитию, сохранению идентичности (духовных и материальных ценностей) и воспроизводству человеческого потенциала. В отличие от "национального интереса", выступающего интегральным показателем стратегического целеполагания и объединяющего потребности личности, общества и государства, "общественный интерес" представляет собой уровень конкретизации в сфере общественной безопасности, выступая непосредственным объектом законодательной защиты.