Правопритязание
Подборка наиболее важных документов по запросу Правопритязание (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Путеводитель по судебной практике: Общие положения об аренде.
Должен ли арендодатель доказывать право собственности на объект аренды в спорах, связанных с нарушением арендатором обязательств по договору аренды
(КонсультантПлюс, 2026)Соответственно с учетом указанной позиции применительно к рассматриваемой ситуации и принимая во внимание отсутствие правопритязаний третьих лиц в рамках настоящего спора на арендуемое имущество, суд правомерно указал на ошибочность доводов ответчика о недействительности сделки по названному основанию..."
Должен ли арендодатель доказывать право собственности на объект аренды в спорах, связанных с нарушением арендатором обязательств по договору аренды
(КонсультантПлюс, 2026)Соответственно с учетом указанной позиции применительно к рассматриваемой ситуации и принимая во внимание отсутствие правопритязаний третьих лиц в рамках настоящего спора на арендуемое имущество, суд правомерно указал на ошибочность доводов ответчика о недействительности сделки по названному основанию..."
"Комментарий к Федеральному закону от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости"
(Гришаев С.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2024)Статья 37. Правила внесения в Единый государственный реестр недвижимости записей о наличии правопритязаний, прав требований в отношении зарегистрированного права
(Гришаев С.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2024)Статья 37. Правила внесения в Единый государственный реестр недвижимости записей о наличии правопритязаний, прав требований в отношении зарегистрированного права
Судебная практика
Перечень позиций высших судов к ст. 225 ГК РФ "Бесхозяйные вещи"1.2.2. Если на недвижимое имущество, которое находится в фактическом владении лица, осуществляющего правомочия собственника, существуют правопритязания, такое имущество не может находиться на учете в качестве бесхозяйного и не может быть признано бесхозяйным (позиция ВАС РФ) >>>
Позиции судов по спорным вопросам. Гражданское право: Недействительность договора купли-продажи земельного участка
(КонсультантПлюс, 2026)При этом, как усматривается из аукционной документации, обстоятельства возведения на смежном земельном участке МКД, потенциальной возможности использования реализуемого спорного земельного участка в качестве придомовой территории возведенного МКД, то есть наличия правопритязаний третьих лиц, в информационном сообщении о проведении аукциона не содержались.
(КонсультантПлюс, 2026)При этом, как усматривается из аукционной документации, обстоятельства возведения на смежном земельном участке МКД, потенциальной возможности использования реализуемого спорного земельного участка в качестве придомовой территории возведенного МКД, то есть наличия правопритязаний третьих лиц, в информационном сообщении о проведении аукциона не содержались.
Нормативные акты
Федеральный закон от 13.07.2015 N 218-ФЗ
(ред. от 04.08.2026)
"О государственной регистрации недвижимости"
(с изм. и доп., вступ. в силу с 25.10.2026)1. При представлении заявления о государственной регистрации права, ограничения права и обременения объекта недвижимости, сделки с объектом недвижимости в Единый государственный реестр недвижимости вносится запись об этом заявлении, которая указывает на существование правопритязания в отношении такого объекта недвижимости.
(ред. от 04.08.2026)
"О государственной регистрации недвижимости"
(с изм. и доп., вступ. в силу с 25.10.2026)1. При представлении заявления о государственной регистрации права, ограничения права и обременения объекта недвижимости, сделки с объектом недвижимости в Единый государственный реестр недвижимости вносится запись об этом заявлении, которая указывает на существование правопритязания в отношении такого объекта недвижимости.
Статья: Роль усмотрения в гражданском праве: прикладной аспект
(Юсупов М.-Б.Р.)
("Законы России: опыт, анализ, практика", 2026, N 5)Вместе с тем Н.И. Матузов и А.В. Малько апеллируют к понятию законных интересов для отграничения последних от незаконных, то есть не защищаемых властью. При этом, как указывают авторы, законные интересы пребывают исключительно в сфере действия права и, в отличие от субъективного права, включают только два элемента: "1) стремление субъекта к получению определенного блага или удовлетворению какой-либо потребности и 2) возможность обратиться к соответствующему органу или должностному лицу за защитой своего интереса, с просьбой об устранении тех или иных недостатков или помех..." <13>. Представляется, что апеллирование законодателем в нормативных источниках различного уровня к содержательным компонентам интереса подразумевает их включенность в область правомерных правопритязаний лица, иначе все нормативно обеспеченные возможности для субъекта требовали бы дополнительной конкретизации их законности и обоснованности, что по меньшей мере представляется нецелесообразным и излишним.
(Юсупов М.-Б.Р.)
("Законы России: опыт, анализ, практика", 2026, N 5)Вместе с тем Н.И. Матузов и А.В. Малько апеллируют к понятию законных интересов для отграничения последних от незаконных, то есть не защищаемых властью. При этом, как указывают авторы, законные интересы пребывают исключительно в сфере действия права и, в отличие от субъективного права, включают только два элемента: "1) стремление субъекта к получению определенного блага или удовлетворению какой-либо потребности и 2) возможность обратиться к соответствующему органу или должностному лицу за защитой своего интереса, с просьбой об устранении тех или иных недостатков или помех..." <13>. Представляется, что апеллирование законодателем в нормативных источниках различного уровня к содержательным компонентам интереса подразумевает их включенность в область правомерных правопритязаний лица, иначе все нормативно обеспеченные возможности для субъекта требовали бы дополнительной конкретизации их законности и обоснованности, что по меньшей мере представляется нецелесообразным и излишним.
"Гражданско-правовая защита интересов государства в реалиях цифровой трансформации общественных отношений: монография"
(Вавилин Е.В., Бабаков В.А.)
("Статут", 2025)Говоря об этих требованиях, наряду с требованиями национальной ориентированности, высокого профессионализма, как и иными, предъявляемыми к государственным служащим, И.В. Понкин отмечает: "Презюмируется, что ошибки в государственном управлении - это невиновное поведение лиц, замещающих государственные должности и должности государственной службы, допустивших такие ошибки. До некоторой определенной степени можно даже условно говорить о "праве на ошибку". Но если и признавать такое правопритязание, оно должно быть существенно ограничено - и по масштабам фактических или ожидаемых (возможных) негативных последствий ошибки, и по числу таких событий (ошибок) на единицу времени и на один сегмент или орган государственного управления, на одно должностное лицо" <1>.
(Вавилин Е.В., Бабаков В.А.)
("Статут", 2025)Говоря об этих требованиях, наряду с требованиями национальной ориентированности, высокого профессионализма, как и иными, предъявляемыми к государственным служащим, И.В. Понкин отмечает: "Презюмируется, что ошибки в государственном управлении - это невиновное поведение лиц, замещающих государственные должности и должности государственной службы, допустивших такие ошибки. До некоторой определенной степени можно даже условно говорить о "праве на ошибку". Но если и признавать такое правопритязание, оно должно быть существенно ограничено - и по масштабам фактических или ожидаемых (возможных) негативных последствий ошибки, и по числу таких событий (ошибок) на единицу времени и на один сегмент или орган государственного управления, на одно должностное лицо" <1>.
Статья: Нюансы досудебного урегулирования споров с железнодорожным перевозчиком
(Бычков А.)
("Юридический справочник руководителя", 2026, N 1)Несмотря на то что претензия, поданная с пропуском указанного срока, скорее всего, будет возвращена перевозчиком без рассмотрения, клиент в любом случае должен выполнить содержащиеся в законе предписания: подать претензию с приложением необходимых документов, изложив в ней просьбу о восстановлении пропущенного срока (возможно, перевозчик ее удовлетворит). Если по истечении 30 дней с момента получения претензии перевозчиком от него не поступит ответ, клиент вправе обратиться в суд с исковыми требованиями, приложив к иску документы, удостоверяющие его правопритязания, а также подтверждающие установленный законом порядок досудебного урегулирования спора.
(Бычков А.)
("Юридический справочник руководителя", 2026, N 1)Несмотря на то что претензия, поданная с пропуском указанного срока, скорее всего, будет возвращена перевозчиком без рассмотрения, клиент в любом случае должен выполнить содержащиеся в законе предписания: подать претензию с приложением необходимых документов, изложив в ней просьбу о восстановлении пропущенного срока (возможно, перевозчик ее удовлетворит). Если по истечении 30 дней с момента получения претензии перевозчиком от него не поступит ответ, клиент вправе обратиться в суд с исковыми требованиями, приложив к иску документы, удостоверяющие его правопритязания, а также подтверждающие установленный законом порядок досудебного урегулирования спора.
Статья: Исследование природы личных прав с позиции учения о субъективном частном праве
(Кормич П.А.)
("Вестник гражданского права", 2025, NN 3, 4)Для Лабанда не существует личных прав, так как это простые рефлексы обязанностей государственных органов не вторгаться в сферу частных лиц. "Только потому, что объективное право запрещает органу все эти посягательства на права личности, он и обязан воздерживаться; но из этого не следует, что тем самым и гражданину даны какие-то субъективные права, позволяющие ему предъявлять правопритязания к органам власти: у этих прав, по учению Лабанда, даже нет объекта" <13>. Развивая учение Лабанда, можно прийти к выводу, что личные права есть рефлексы публичного права, где частные лица пользуются выгодами, которые предоставляет государство в результате собственного самоограничения <14>. Чтобы отделить рефлексы права от субъективного права, важно понять, дает ли нарушение законного интереса судебную защиту. В случае с рефлексами права право на иск у лица отсутствует. Хотя Я.М. Магазинер рассматривал и "мнимый" рефлекс, который имеет юридическую охрану и потому похож на "субъективное право с несовершенной защитой" <15>.
(Кормич П.А.)
("Вестник гражданского права", 2025, NN 3, 4)Для Лабанда не существует личных прав, так как это простые рефлексы обязанностей государственных органов не вторгаться в сферу частных лиц. "Только потому, что объективное право запрещает органу все эти посягательства на права личности, он и обязан воздерживаться; но из этого не следует, что тем самым и гражданину даны какие-то субъективные права, позволяющие ему предъявлять правопритязания к органам власти: у этих прав, по учению Лабанда, даже нет объекта" <13>. Развивая учение Лабанда, можно прийти к выводу, что личные права есть рефлексы публичного права, где частные лица пользуются выгодами, которые предоставляет государство в результате собственного самоограничения <14>. Чтобы отделить рефлексы права от субъективного права, важно понять, дает ли нарушение законного интереса судебную защиту. В случае с рефлексами права право на иск у лица отсутствует. Хотя Я.М. Магазинер рассматривал и "мнимый" рефлекс, который имеет юридическую охрану и потому похож на "субъективное право с несовершенной защитой" <15>.
Статья: Как должны платиться дивиденды по привилегированным акциям. Комментарий к Постановлению КС РФ от 25 сентября 2025 года N 31-П
(Степанов Д.И.)
("Закон", 2026, N 1)Ситуация вторая. Если в АО размещены акции двух категорий, то могут ли акционеры - владельцы привилегированных акций, особенно когда размер дивиденда по ним определен в уставе АО, требовать выплаты им каких-либо дивидендов, если у АО есть прибыль, но большинство акционеров не голосует на общем собрании акционеров за распределение части прибыли пусть не всем акционерам, то хотя бы части, т.е. владельцам привилегированных акций? Эта ситуация принципиально отличается от первой тем, что тут у акционеров изначально есть привилегия: владельцы привилегированных акций изначально приходили в АО на иных условиях, т.е. на отличных от прочих акционеров договоренностях: им вроде было прямо или как-то подспудно обещано чуть более выгодное положение, чем владельцам обыкновенных акций. А там, где уставом определен размер дивиденда (буквально через указание на твердую сумму, причитающуюся на каждую такую акцию, или через порядок определения, обычно привязанный к доле прибыли), то тем более акционеры изначально понимают, на каких условиях они входят в общество, и в общем ожидают, что если прибыль по итогам года у АО есть, то свою часть прибыли они должны получить. Иными словами, при внешнем сходстве с первой ситуацией здесь акционеры - владельцы привилегированных акций, хотя им никто однозначно не обещал, а тем более не гарантировал, находятся априори в более защищенном положении, иначе зачем вообще размещаются привилегированные акции, если они ничем не отличаются от акций обыкновенных? Соответственно, владельцы привилегированных акций в силу самого факта обладания акциями другой категории (с той самой привилегией, включенной в объем прав по акции) должны, по идее, наделяться и объемом правопритязаний, субъективных прав, вытекающих из таких акций. В этой логике, даже если по общему правилу акционеры не могут требовать дивидендов с АО (ситуация первая, описанная выше), пока нет решения большинства о выплате дивидендов, то в случае с владельцами привилегированных акций можно было бы допустить право таких акционеров на выплату им дивидендов, если у АО есть какая-то минимальная прибыль, достаточная для выплаты дивиденда по привилегированным акциям с определенным в уставе размером дивиденда. Причем такая выплата именно как привилегия отдельного класса акционеров могла бы допускаться правопорядком вне зависимости от того, что думают по этому вопросу владельцы обыкновенных акций. Увы, но и эта ситуация оказалась за рамками внимания КС РФ, Суд вовсе не стал ее рассматривать, сославшись на правило бизнес-решения (не дело любого суда вторгаться в решение вопросов экономики конкретной корпорации), тем более что ранее, в 2017 году, Суд уже отказался рассматривать эту ситуацию по существу <3>.
(Степанов Д.И.)
("Закон", 2026, N 1)Ситуация вторая. Если в АО размещены акции двух категорий, то могут ли акционеры - владельцы привилегированных акций, особенно когда размер дивиденда по ним определен в уставе АО, требовать выплаты им каких-либо дивидендов, если у АО есть прибыль, но большинство акционеров не голосует на общем собрании акционеров за распределение части прибыли пусть не всем акционерам, то хотя бы части, т.е. владельцам привилегированных акций? Эта ситуация принципиально отличается от первой тем, что тут у акционеров изначально есть привилегия: владельцы привилегированных акций изначально приходили в АО на иных условиях, т.е. на отличных от прочих акционеров договоренностях: им вроде было прямо или как-то подспудно обещано чуть более выгодное положение, чем владельцам обыкновенных акций. А там, где уставом определен размер дивиденда (буквально через указание на твердую сумму, причитающуюся на каждую такую акцию, или через порядок определения, обычно привязанный к доле прибыли), то тем более акционеры изначально понимают, на каких условиях они входят в общество, и в общем ожидают, что если прибыль по итогам года у АО есть, то свою часть прибыли они должны получить. Иными словами, при внешнем сходстве с первой ситуацией здесь акционеры - владельцы привилегированных акций, хотя им никто однозначно не обещал, а тем более не гарантировал, находятся априори в более защищенном положении, иначе зачем вообще размещаются привилегированные акции, если они ничем не отличаются от акций обыкновенных? Соответственно, владельцы привилегированных акций в силу самого факта обладания акциями другой категории (с той самой привилегией, включенной в объем прав по акции) должны, по идее, наделяться и объемом правопритязаний, субъективных прав, вытекающих из таких акций. В этой логике, даже если по общему правилу акционеры не могут требовать дивидендов с АО (ситуация первая, описанная выше), пока нет решения большинства о выплате дивидендов, то в случае с владельцами привилегированных акций можно было бы допустить право таких акционеров на выплату им дивидендов, если у АО есть какая-то минимальная прибыль, достаточная для выплаты дивиденда по привилегированным акциям с определенным в уставе размером дивиденда. Причем такая выплата именно как привилегия отдельного класса акционеров могла бы допускаться правопорядком вне зависимости от того, что думают по этому вопросу владельцы обыкновенных акций. Увы, но и эта ситуация оказалась за рамками внимания КС РФ, Суд вовсе не стал ее рассматривать, сославшись на правило бизнес-решения (не дело любого суда вторгаться в решение вопросов экономики конкретной корпорации), тем более что ранее, в 2017 году, Суд уже отказался рассматривать эту ситуацию по существу <3>.
Статья: Гражданско-правовая ответственность в российском праве: к возобновлению дискуссии
(Синицын С.А.)
("Журнал российского права", 2026, N 1)Сказанное требует оговорить особенности определения противоправности в договорной ответственности. Под ее признаки может подпадать любое поведение стороны независимо от его формы, влекущее умаление прав и законных интересов, в том числе правоожиданий другой стороны. Это означает, что противоправность не всегда сводится и определяется прямым нарушением условий договора, т.е. критерий оценки не ограничивается только воспроизведением положений текста договора. Выявляться и оцениваться по критерию противоправности должно любое поведение стороны, если оно повлекло перераспределение блага и бремени в обязательстве, привело к дискриминации, исказило баланс правопритязаний и правоожиданий сторон в конкретном договорном правоотношении за счет смещения оси эквивалентности и пропорциональности обязательств. Применение мер договорной ответственности обеспечивает экономический интерес участия стороны в обязательстве при нарушении другой стороной его условий.
(Синицын С.А.)
("Журнал российского права", 2026, N 1)Сказанное требует оговорить особенности определения противоправности в договорной ответственности. Под ее признаки может подпадать любое поведение стороны независимо от его формы, влекущее умаление прав и законных интересов, в том числе правоожиданий другой стороны. Это означает, что противоправность не всегда сводится и определяется прямым нарушением условий договора, т.е. критерий оценки не ограничивается только воспроизведением положений текста договора. Выявляться и оцениваться по критерию противоправности должно любое поведение стороны, если оно повлекло перераспределение блага и бремени в обязательстве, привело к дискриминации, исказило баланс правопритязаний и правоожиданий сторон в конкретном договорном правоотношении за счет смещения оси эквивалентности и пропорциональности обязательств. Применение мер договорной ответственности обеспечивает экономический интерес участия стороны в обязательстве при нарушении другой стороной его условий.
Статья: О возможности участия третьих лиц в отношениях индемнитета по правилам ст. 406.1 ГК РФ
(Руднев А.П.)
("Российский юридический журнал", 2026, N 3)Следуя этому подходу, начнем с рассмотрения ситуации, когда такое третье лицо интегрируется в соответствующее обязательство, не претендуя на то, чтобы стать его самостоятельной стороной. Мы имеем в виду случаи, когда исполнение по обязательству о возмещении потерь может быть осуществлено третьим лицом за должника по правилам ст. 313 ГК РФ либо переадресовано третьему лицу как уполномоченному действовать от имени кредитора (ст. 312 ГК РФ). Отсутствие активных правопритязаний у третьего лица, действующего в качестве представителя кредитора либо "квазикредитора" <2>, а равно обязательств у третьего лица, предлагающего исполнение кредитору за должника, не противоречит исходной концепции о том, что компенсационное правоотношение в рамках возмещения потерь комплементарно к базовому обязательству, связывающему те же стороны. В этом контексте привлечение третьих лиц на стороне должника либо кредитора к процессу исполнения абсолютно допустимо.
(Руднев А.П.)
("Российский юридический журнал", 2026, N 3)Следуя этому подходу, начнем с рассмотрения ситуации, когда такое третье лицо интегрируется в соответствующее обязательство, не претендуя на то, чтобы стать его самостоятельной стороной. Мы имеем в виду случаи, когда исполнение по обязательству о возмещении потерь может быть осуществлено третьим лицом за должника по правилам ст. 313 ГК РФ либо переадресовано третьему лицу как уполномоченному действовать от имени кредитора (ст. 312 ГК РФ). Отсутствие активных правопритязаний у третьего лица, действующего в качестве представителя кредитора либо "квазикредитора" <2>, а равно обязательств у третьего лица, предлагающего исполнение кредитору за должника, не противоречит исходной концепции о том, что компенсационное правоотношение в рамках возмещения потерь комплементарно к базовому обязательству, связывающему те же стороны. В этом контексте привлечение третьих лиц на стороне должника либо кредитора к процессу исполнения абсолютно допустимо.
"Обзоры судебной практики за период с 1 января 2018 г. по 31 декабря 2025 г., представленные в Классификаторе постановлений президиума Суда по интеллектуальным правам"
(Кольздорф М.А., Осадчая О.А., Куликова (Ульянова) Е.В., Оганесян А.Н., Алимурадова И.К., Капырина Н.И., Аристова Я.А., Акопян А.К.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Применительно к таким лицам факт заинтересованности конкретного лица и объем его правопритязаний уже установлены антимонопольным органом: антимонопольный орган установил нарушение прав в определенном объеме, и именно в этом объеме данное лицо является заинтересованным в подаче возражения.
(Кольздорф М.А., Осадчая О.А., Куликова (Ульянова) Е.В., Оганесян А.Н., Алимурадова И.К., Капырина Н.И., Аристова Я.А., Акопян А.К.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Применительно к таким лицам факт заинтересованности конкретного лица и объем его правопритязаний уже установлены антимонопольным органом: антимонопольный орган установил нарушение прав в определенном объеме, и именно в этом объеме данное лицо является заинтересованным в подаче возражения.
Статья: Модель российского административного судопроизводства: административный иск и активная роль суда в научных исследованиях Александра Борисовича Зеленцова
(Рогачева О.С.)
("Административное право и процесс", 2026, N 3)Это свидетельствует о том, что реальная правоприменительная деятельность пошла по пути признания административного иска как универсального процессуального средства защиты субъективных публичных прав независимо от сохраняющихся теоретических споров. Более того, и процессуальная наука постепенно пришла к конструкции универсальности иска как средства защиты субъективных прав <18>. Т.Е. Абова рассматривала иск как "универсальное средство обращения в суд за защитой нарушенного или оспоренного права либо интереса, независимо от их отраслевой принадлежности... как процессуальное средство обращения к суду за защитой прав и интересов, обусловленное не характером материального права, а наличием спора о нем" <19>. Рассматривая заявление как основание возбуждения дела судом общей юрисдикции в производстве по делам, возникающим из публичных правоотношений, и исковое заявление в исковом производстве, Т.Е. Абова не видела принципиальной разницы между их сущностью. И то и другое - письменная форма обращения к суду за защитой нарушенного или оспоренного права, предметом которого является материально-правовое требование <20>. В указанном случае исковой характер производства по делам, вытекающим из публичных правоотношений, не вызывает сомнения. Следует согласиться с точкой зрения профессора А.Б. Зеленцова, который пишет: "Характер и своеобразие административно-правовых отношений определяют специфику правопритязаний, которые формулируются в требовании, составляющем сущность административного иска, и обусловливают процессуальные особенности его разбирательства. Предоставление сторонам публичных правоотношений многообразных исковых средств защиты нарушенного права ведет не только к усилению состязательных начал (при соответствующей активной роли суда) в административном судопроизводстве, но и к повышению правовых гарантий для участников административного процесса" <21>.
(Рогачева О.С.)
("Административное право и процесс", 2026, N 3)Это свидетельствует о том, что реальная правоприменительная деятельность пошла по пути признания административного иска как универсального процессуального средства защиты субъективных публичных прав независимо от сохраняющихся теоретических споров. Более того, и процессуальная наука постепенно пришла к конструкции универсальности иска как средства защиты субъективных прав <18>. Т.Е. Абова рассматривала иск как "универсальное средство обращения в суд за защитой нарушенного или оспоренного права либо интереса, независимо от их отраслевой принадлежности... как процессуальное средство обращения к суду за защитой прав и интересов, обусловленное не характером материального права, а наличием спора о нем" <19>. Рассматривая заявление как основание возбуждения дела судом общей юрисдикции в производстве по делам, возникающим из публичных правоотношений, и исковое заявление в исковом производстве, Т.Е. Абова не видела принципиальной разницы между их сущностью. И то и другое - письменная форма обращения к суду за защитой нарушенного или оспоренного права, предметом которого является материально-правовое требование <20>. В указанном случае исковой характер производства по делам, вытекающим из публичных правоотношений, не вызывает сомнения. Следует согласиться с точкой зрения профессора А.Б. Зеленцова, который пишет: "Характер и своеобразие административно-правовых отношений определяют специфику правопритязаний, которые формулируются в требовании, составляющем сущность административного иска, и обусловливают процессуальные особенности его разбирательства. Предоставление сторонам публичных правоотношений многообразных исковых средств защиты нарушенного права ведет не только к усилению состязательных начал (при соответствующей активной роли суда) в административном судопроизводстве, но и к повышению правовых гарантий для участников административного процесса" <21>.
Статья: Административный иск - универсальное средство защиты в сфере административных и иных публичных правоотношений: гипотеза или аксиома процессуальной формы административного судопроизводства?
(Рогачева О.С.)
("Административное право и процесс", 2025, N 12)Иск в римском праве: 1) это процессуальное средство, дозволяющее правовую защиту; 2) само материальное право, осуществляемое истцом в правопритязании; 3) требование истца к ответчику, обращенное в компетентном органе (в суде), одностороннее выступление истца против ответчика; 4) судебное производство по спору <32>.
(Рогачева О.С.)
("Административное право и процесс", 2025, N 12)Иск в римском праве: 1) это процессуальное средство, дозволяющее правовую защиту; 2) само материальное право, осуществляемое истцом в правопритязании; 3) требование истца к ответчику, обращенное в компетентном органе (в суде), одностороннее выступление истца против ответчика; 4) судебное производство по спору <32>.