Покушение на кражу
Подборка наиболее важных документов по запросу Покушение на кражу (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Важнейшая практика по ст. 158 УК РФПреступление признают покушением на кражу с причинением значительного ущерба, если виновный собирался завладеть имуществом в значительном размере, но ущерб не превысил такого размера или не наступил по независящим от виновного причинам >>>
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Посягательства на собственность: Монография"
(Лопашенко Н.А.)
("Норма", "Инфра-М", 2012)Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассматривая это дело в порядке надзора, отметила: по смыслу закона хищение признается оконченным преступлением, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность им пользоваться и распоряжаться по своему усмотрению. Как установлено по делу, после завладения имуществом потерпевшей С. пытался скрыться с места преступления, однако был задержан К., услышавшим крики потерпевшей о помощи. При таких обстоятельствах действия С. следовало квалифицировать как покушение на открытое хищение чужого имущества <1>.
(Лопашенко Н.А.)
("Норма", "Инфра-М", 2012)Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассматривая это дело в порядке надзора, отметила: по смыслу закона хищение признается оконченным преступлением, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность им пользоваться и распоряжаться по своему усмотрению. Как установлено по делу, после завладения имуществом потерпевшей С. пытался скрыться с места преступления, однако был задержан К., услышавшим крики потерпевшей о помощи. При таких обстоятельствах действия С. следовало квалифицировать как покушение на открытое хищение чужого имущества <1>.
"Комментарий к постановлениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам"
(3-е издание, переработанное и дополненное)
(под общ. ред. В.М. Лебедева)
("НОРМА", 2014)Видимо, поэтому Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. N 31 абз. 2 данного пункта был изложен в другой редакции. Если ущерб, причиненный в результате кражи, не превышает указанного размера либо ущерб не наступил по обстоятельствам, не зависящим от виновного, содеянное может квалифицироваться как покушение на кражу с причинением значительного ущерба гражданину при условии, что умысел виновного был направлен на кражу имущества в значительном размере.
(3-е издание, переработанное и дополненное)
(под общ. ред. В.М. Лебедева)
("НОРМА", 2014)Видимо, поэтому Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. N 31 абз. 2 данного пункта был изложен в другой редакции. Если ущерб, причиненный в результате кражи, не превышает указанного размера либо ущерб не наступил по обстоятельствам, не зависящим от виновного, содеянное может квалифицироваться как покушение на кражу с причинением значительного ущерба гражданину при условии, что умысел виновного был направлен на кражу имущества в значительном размере.
Нормативные акты
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 N 29
(ред. от 15.12.2022)
"О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое"Если ущерб, причиненный в результате кражи, не превышает указанного размера либо ущерб не наступил по обстоятельствам, не зависящим от виновного, содеянное может квалифицироваться как покушение на кражу с причинением значительного ущерба гражданину при условии, что умысел виновного был направлен на кражу имущества в значительном размере.
(ред. от 15.12.2022)
"О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое"Если ущерб, причиненный в результате кражи, не превышает указанного размера либо ущерб не наступил по обстоятельствам, не зависящим от виновного, содеянное может квалифицироваться как покушение на кражу с причинением значительного ущерба гражданину при условии, что умысел виновного был направлен на кражу имущества в значительном размере.
"Уголовный кодекс Российской Федерации" от 13.06.1996 N 63-ФЗ
(ред. от 20.02.2026)3. Покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.
(ред. от 20.02.2026)3. Покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.
Статья: Добровольный отказ от преступления в иудейском, мусульманском и индуистском праве: религиозные доктрины и современная правовая практика
(Свиридов Ю.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 12)Дело о покушении на кражу (2019) <52>: в г. Эр-Рияде обвиняемый проник в частный дом с целью кражи, но, услышав чтение Корана, добровольно отказался от завершения преступления и покинул место. Судья, ссылаясь на хан-балитскую интерпретацию фикха, признал, что добровольный отказ не освобождает от ответственности за попытку кражи (преступление категории худуд), но смягчил наказание, заменив отсечение руки (наказание за кражу) на шесть месяцев тюремного заключения, сославшись на "искреннее раскаяние" (тауба).
(Свиридов Ю.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 12)Дело о покушении на кражу (2019) <52>: в г. Эр-Рияде обвиняемый проник в частный дом с целью кражи, но, услышав чтение Корана, добровольно отказался от завершения преступления и покинул место. Судья, ссылаясь на хан-балитскую интерпретацию фикха, признал, что добровольный отказ не освобождает от ответственности за попытку кражи (преступление категории худуд), но смягчил наказание, заменив отсечение руки (наказание за кражу) на шесть месяцев тюремного заключения, сославшись на "искреннее раскаяние" (тауба).
Статья: Малозначительность деяния и личность виновного
(Шарапов Р.Д.)
("Уголовное право", 2025, N 12)Иногда подобная практика демонстрирует примечательную конфигурацию уголовно-правовой оценки деяний подсудимых в рамках одного процессуального решения, как, например, в приговоре по делу отца и сына Федюшиных, которые обвинялись в покушении на кражу угольного концентрата с железнодорожной платформы группой лиц по предварительному сговору. Суд первой инстанции, прекращая уголовное преследование в отношении Федюшина В.И. ввиду малозначительности деяния, связал свое решение с тем, что он "ранее не судим и вообще никогда не привлекался к уголовной ответственности, в силу имеющегося у него заболевания ограниченно трудоспособен (представил медицинские назначения) и на момент совершения инкриминируемого ему деяния находился в трудной жизненной ситуации, впервые совершил деяние, содержащее признаки неоконченного преступления средней тяжести, при этом активно способствовал органу следствия расследованию преступления". Напротив, действия Федюшина Е.В., по мнению суда, не могут быть признаны малозначительными и, в отличие от действий его отца, представляют собой общественную опасность, поскольку ранее Федюшин Е.В. уже подвергался уголовному преследованию за аналогичное преступление, хотя судимость за это преступление погашена, не имеет никаких правовых последствий и никоим образом не влияет на вид и размер назначаемого за настоящее преступление наказания, но данный факт свидетельствует об ином субъективном отношении Федюшина Е.В. к своему деянию, его общественной опасности. Кроме того, в отношении Федюшина Е.В. суд не усматривает факт нахождения в тяжелой жизненной ситуации на момент совершения преступления, поскольку, в отличие от Федюшина В.И., он является молодым, физически здоровым и трудоспособным человеком, т.е. имеющим возможность зарабатывать средства для существования своим трудом. Суд апелляционной инстанции отменил приговор, согласившись с доводами апелляционного представления о том, что суд первой инстанции "поставил подсудимых в неравное положение, связав наличие состава преступления с данными, характеризующими личность обвиняемых в совершении одного и того же деяния" <39>.
(Шарапов Р.Д.)
("Уголовное право", 2025, N 12)Иногда подобная практика демонстрирует примечательную конфигурацию уголовно-правовой оценки деяний подсудимых в рамках одного процессуального решения, как, например, в приговоре по делу отца и сына Федюшиных, которые обвинялись в покушении на кражу угольного концентрата с железнодорожной платформы группой лиц по предварительному сговору. Суд первой инстанции, прекращая уголовное преследование в отношении Федюшина В.И. ввиду малозначительности деяния, связал свое решение с тем, что он "ранее не судим и вообще никогда не привлекался к уголовной ответственности, в силу имеющегося у него заболевания ограниченно трудоспособен (представил медицинские назначения) и на момент совершения инкриминируемого ему деяния находился в трудной жизненной ситуации, впервые совершил деяние, содержащее признаки неоконченного преступления средней тяжести, при этом активно способствовал органу следствия расследованию преступления". Напротив, действия Федюшина Е.В., по мнению суда, не могут быть признаны малозначительными и, в отличие от действий его отца, представляют собой общественную опасность, поскольку ранее Федюшин Е.В. уже подвергался уголовному преследованию за аналогичное преступление, хотя судимость за это преступление погашена, не имеет никаких правовых последствий и никоим образом не влияет на вид и размер назначаемого за настоящее преступление наказания, но данный факт свидетельствует об ином субъективном отношении Федюшина Е.В. к своему деянию, его общественной опасности. Кроме того, в отношении Федюшина Е.В. суд не усматривает факт нахождения в тяжелой жизненной ситуации на момент совершения преступления, поскольку, в отличие от Федюшина В.И., он является молодым, физически здоровым и трудоспособным человеком, т.е. имеющим возможность зарабатывать средства для существования своим трудом. Суд апелляционной инстанции отменил приговор, согласившись с доводами апелляционного представления о том, что суд первой инстанции "поставил подсудимых в неравное положение, связав наличие состава преступления с данными, характеризующими личность обвиняемых в совершении одного и того же деяния" <39>.
"Комментарий к отдельным положениям Уголовного кодекса Российской Федерации в решениях Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ"
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Желан похитил рулон фотообоев, но при выходе из секции универмага был задержан. Судебная коллегия переквалифицировала содеянное на покушение на кражу, указав, что Желан задержан практически сразу после выхода из секции, в связи с чем предпринять какие-либо действия, направленные на реализацию изъятого имущества, он не мог <767>.
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Желан похитил рулон фотообоев, но при выходе из секции универмага был задержан. Судебная коллегия переквалифицировала содеянное на покушение на кражу, указав, что Желан задержан практически сразу после выхода из секции, в связи с чем предпринять какие-либо действия, направленные на реализацию изъятого имущества, он не мог <767>.
Статья: Установление признаков состава преступления как опровержимая и неопровержимая презумпция общественной опасности деяния
(Винокуров В.Н., Тетерятников Н.Ю.)
("Уголовное право", 2025, N 12)Разумеется, доводов о том, что покушение на кражу имущества на сумму 4 609 руб. общественно опасно, приводить не стоит. Хищение на сумму свыше 2 500 руб. уже обладает достаточной общественной опасностью для признания его преступлением. Если суд считает, что совершенное деяние не является общественно опасным, то он должен указать, почему оно таковым не является и может быть признано малозначительным. Так, по делу Т., который украл из магазина рыбу стоимостью 3 688 руб. (ч. 1 ст. 158 УК РФ), Верховный Суд РФ, отменяя решение о признании действий Т. малозначительными, обоснованно указал: криминообразующий размер похищенного в ч. 1 ст. 158 УК РФ превышает 2 500 руб. и признается законодателем общественно опасным, т.е. преступным; суд не привел доводов, на основании которых он пришел к выводу о том, что превышение указанного размера на 1 000 руб. свидетельствует об отсутствии общественной опасности содеянного Т.
(Винокуров В.Н., Тетерятников Н.Ю.)
("Уголовное право", 2025, N 12)Разумеется, доводов о том, что покушение на кражу имущества на сумму 4 609 руб. общественно опасно, приводить не стоит. Хищение на сумму свыше 2 500 руб. уже обладает достаточной общественной опасностью для признания его преступлением. Если суд считает, что совершенное деяние не является общественно опасным, то он должен указать, почему оно таковым не является и может быть признано малозначительным. Так, по делу Т., который украл из магазина рыбу стоимостью 3 688 руб. (ч. 1 ст. 158 УК РФ), Верховный Суд РФ, отменяя решение о признании действий Т. малозначительными, обоснованно указал: криминообразующий размер похищенного в ч. 1 ст. 158 УК РФ превышает 2 500 руб. и признается законодателем общественно опасным, т.е. преступным; суд не привел доводов, на основании которых он пришел к выводу о том, что превышение указанного размера на 1 000 руб. свидетельствует об отсутствии общественной опасности содеянного Т.
Статья: Разъяснительная практика Верховного Суда РФ по применению уголовного законодательства
(Звечаровский И.Э.)
("Уголовное право", 2025, N 12)Или пример разъяснительной недосказанности другого рода. В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. N 1 (ред. от 3 марта 2015 г.) "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)" сказано о том, что "убийство одного человека и покушение на убийство другого не может рассматриваться как оконченное преступление - убийство двух лиц. В таких случаях независимо от последовательности преступных действий содеянное следует квалифицировать по ч. 1 или ч. 2 ст. 105 и по ч. 3 ст. 30 и п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ". Абзацем ранее Пленум разъяснил, что "убийство двух или более лиц, совершенное одновременно или в разное время, не образует совокупности преступлений и подлежит квалификации по пункту "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ" <6>. Оставляя без внимания оценку существа данного разъяснения, которая неоднократно давалась специалистами, задамся другим вопросом: применим ли алгоритм, заложенный в приведенном разъяснении, к иным подобным с точки зрения субъективной стороны ситуациям? Как следует квалифицировать кражу чужого имущества, направленную на изъятие, например, 5 млн руб., не доведенную до конца по причинам, не зависящим от воли виновного, и завершившуюся хищением всего лишь 50 тыс. руб.? Следуя логике приведенного разъяснения по делам об убийстве двух или более лиц, как оконченную кражу 50 тыс. руб. и покушение на кражу 5 млн руб.? А насколько обоснованно будет такое решение в свете теории субъективного вменения, под флагом которой действует отечественное уголовное право?
(Звечаровский И.Э.)
("Уголовное право", 2025, N 12)Или пример разъяснительной недосказанности другого рода. В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. N 1 (ред. от 3 марта 2015 г.) "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)" сказано о том, что "убийство одного человека и покушение на убийство другого не может рассматриваться как оконченное преступление - убийство двух лиц. В таких случаях независимо от последовательности преступных действий содеянное следует квалифицировать по ч. 1 или ч. 2 ст. 105 и по ч. 3 ст. 30 и п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ". Абзацем ранее Пленум разъяснил, что "убийство двух или более лиц, совершенное одновременно или в разное время, не образует совокупности преступлений и подлежит квалификации по пункту "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ" <6>. Оставляя без внимания оценку существа данного разъяснения, которая неоднократно давалась специалистами, задамся другим вопросом: применим ли алгоритм, заложенный в приведенном разъяснении, к иным подобным с точки зрения субъективной стороны ситуациям? Как следует квалифицировать кражу чужого имущества, направленную на изъятие, например, 5 млн руб., не доведенную до конца по причинам, не зависящим от воли виновного, и завершившуюся хищением всего лишь 50 тыс. руб.? Следуя логике приведенного разъяснения по делам об убийстве двух или более лиц, как оконченную кражу 50 тыс. руб. и покушение на кражу 5 млн руб.? А насколько обоснованно будет такое решение в свете теории субъективного вменения, под флагом которой действует отечественное уголовное право?