Деликты в мчп
Подборка наиболее важных документов по запросу Деликты в мчп (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Правовые конструкции категорий преступлений в уголовном законодательстве России и зарубежных стран
(Овчинников С.Н.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2022, N 6)<1> Трунцевский Ю.В. Уголовное наказание в фокусе трансгуманизма // Международное публичное и частное право. 2021. N 5. С. 43.
(Овчинников С.Н.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2022, N 6)<1> Трунцевский Ю.В. Уголовное наказание в фокусе трансгуманизма // Международное публичное и частное право. 2021. N 5. С. 43.
Статья: Правовые гарантии прав иностранных инвесторов
(Нугманова А.Н.)
("Администратор суда", 2022, N 3)Рассматривая национальное законодательство, обеспечивающее гарантии прав международных инвесторов, отметим, что оно создано для регулирования правоотношений между субъектами международных инвестиций (иностранными инвесторами и государствами-реципиентами, под которыми понимаются государства, на территории которых находится объект инвестирования <4>). При этом иностранные инвесторы выступают в роли субъектов международного частного права, так как реализуют свои идеи на территории иностранного государства с целью его экономического развития и стабильности. При этом круг инвестиций регулируется законом, не допускаются международные инвестиции в сфере стратегически важных направлений экономического развития ввиду обеспечения безопасности государства и его целостности.
(Нугманова А.Н.)
("Администратор суда", 2022, N 3)Рассматривая национальное законодательство, обеспечивающее гарантии прав международных инвесторов, отметим, что оно создано для регулирования правоотношений между субъектами международных инвестиций (иностранными инвесторами и государствами-реципиентами, под которыми понимаются государства, на территории которых находится объект инвестирования <4>). При этом иностранные инвесторы выступают в роли субъектов международного частного права, так как реализуют свои идеи на территории иностранного государства с целью его экономического развития и стабильности. При этом круг инвестиций регулируется законом, не допускаются международные инвестиции в сфере стратегически важных направлений экономического развития ввиду обеспечения безопасности государства и его целостности.
"Право интеллектуальной собственности в условиях развития новых технологий: монография"
(Моргунова Е.А., Шахназаров Б.А.)
("Норма", "ИНФРА-М", 2023)Окончательный текст Киотских принципов состоит из 35 положений, которые разделены на четыре раздела: "Общие положения" (принципы 1 - 2), "Юрисдикция" (принципы 3 - 18), "Применимое право" (принципы 19 - 32) и "Признание и приведение в исполнение судебных решений" (принципы 33 - 36). Документ содержит набор положений, призванных упростить и гармонизировать правоприменение, а также реформирование международного частного права в сфере интеллектуальной собственности. Они направлены на предоставление конкретных решений насущных современных проблем в таких областях, как нарушения интеллектуальных прав в нескольких государствах и трансграничное коллективное управление авторскими правами. В качестве дополнительного инструмента, способствующего единообразному толкованию Киотских принципов, Комитет Ассоциации международного права по интеллектуальной собственности и международному частному праву подготовил набор расширенных комментариев ко всем положениям.
(Моргунова Е.А., Шахназаров Б.А.)
("Норма", "ИНФРА-М", 2023)Окончательный текст Киотских принципов состоит из 35 положений, которые разделены на четыре раздела: "Общие положения" (принципы 1 - 2), "Юрисдикция" (принципы 3 - 18), "Применимое право" (принципы 19 - 32) и "Признание и приведение в исполнение судебных решений" (принципы 33 - 36). Документ содержит набор положений, призванных упростить и гармонизировать правоприменение, а также реформирование международного частного права в сфере интеллектуальной собственности. Они направлены на предоставление конкретных решений насущных современных проблем в таких областях, как нарушения интеллектуальных прав в нескольких государствах и трансграничное коллективное управление авторскими правами. В качестве дополнительного инструмента, способствующего единообразному толкованию Киотских принципов, Комитет Ассоциации международного права по интеллектуальной собственности и международному частному праву подготовил набор расширенных комментариев ко всем положениям.
Статья: Административно-деликтное законодательство стран - участников Содружества Независимых Государств: сравнительно-правовой анализ
(Лифанов Д.М.)
("Электронное приложение к "Российскому юридическому журналу", 2022, N 5)<6> Как верно отметил В.Г. Татарян, административно-деликтные нормы не должны "распыляться" по различным нормативным правовым актам, в том числе подзаконным, поскольку это "не есть хорошо" для всех без исключения потенциальных участников административно-деликтного производства (Татарян В.Г. Задачи и принципы нового национального кыргызстанского законодательства об административной ответственности: достижения и упущения // Международное публичное и частное право. 2006. N 1. С. 49).
(Лифанов Д.М.)
("Электронное приложение к "Российскому юридическому журналу", 2022, N 5)<6> Как верно отметил В.Г. Татарян, административно-деликтные нормы не должны "распыляться" по различным нормативным правовым актам, в том числе подзаконным, поскольку это "не есть хорошо" для всех без исключения потенциальных участников административно-деликтного производства (Татарян В.Г. Задачи и принципы нового национального кыргызстанского законодательства об административной ответственности: достижения и упущения // Международное публичное и частное право. 2006. N 1. С. 49).
Статья: Юрисдикция государства в отношении преступлений, совершенных на воздушных судах, и иных нарушений в контексте обеспечения безопасности полетов
(Гончарова Н.Н., Матюнин М.Ф., Пименова И.Ю.)
("Международное публичное и частное право", 2022, N 5)1. Гончарова Н.Н. Реализация международных норм и стандартов в воздушном законодательстве России в разрезе соотношения международного и российского права / Н.Н. Гончарова // Международное публичное и частное право. 2018. N 6. С. 26 - 29.
(Гончарова Н.Н., Матюнин М.Ф., Пименова И.Ю.)
("Международное публичное и частное право", 2022, N 5)1. Гончарова Н.Н. Реализация международных норм и стандартов в воздушном законодательстве России в разрезе соотношения международного и российского права / Н.Н. Гончарова // Международное публичное и частное право. 2018. N 6. С. 26 - 29.
Статья: Автономия воли в трансграничных деликтах
(Блинова Ю.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 11)Гражданский кодекс РСФСР 1922 г. <4> не располагал коллизионным регулированием трансграничных деликтов <5>. Аналогично можно высказаться и о Гражданском кодексе РСФСР 1964 г. <6> - в источнике отсутствовали коллизионные нормы о деликтах. Небольшим шагом вперед к развитию советского международного частного права можно считать Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 14.06.1977 <7>, дополнивший Гражданский кодекс РСФСР 1964 г. статьей 563.1, второй абзац которой отсылал к советскому закону в вопросе гражданской дееспособности иностранных граждан и лиц без гражданства в отношении сделок и деликтов, совершаемых в РСФСР (территориальная доктрина). Такая формулировка статьи допускала в дальнейшем ее трансформацию в двустороннюю коллизионную норму - советское право применялось в отношении обязательств вследствие причинения вреда с участием иностранных граждан и лиц без гражданства в РСФСР, иностранное - за границей. Как следовало из ст. 167 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик <8>, права и обязанности сторон по обязательствам из деликтов, в случае если сторонами выступали советские граждане и юридические лица, регулировались советским правом независимо от места совершения вреда. Надо полагать, что отечественный законодатель придерживался принципа экстерриториальности действия советского права в отношении своих граждан и юридических лиц по умолчанию и ранее, во времена существования Гражданских кодексов РСФСР 1922 г. и 1964 г. Часть третья ГК РФ (в ред. 2001 г.) в ограниченном виде допускала автономию воли сторон, разрешая последним после совершения деликта выбрать только lex fori (п. 3 ст. 1219 ГК РФ).
(Блинова Ю.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 11)Гражданский кодекс РСФСР 1922 г. <4> не располагал коллизионным регулированием трансграничных деликтов <5>. Аналогично можно высказаться и о Гражданском кодексе РСФСР 1964 г. <6> - в источнике отсутствовали коллизионные нормы о деликтах. Небольшим шагом вперед к развитию советского международного частного права можно считать Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 14.06.1977 <7>, дополнивший Гражданский кодекс РСФСР 1964 г. статьей 563.1, второй абзац которой отсылал к советскому закону в вопросе гражданской дееспособности иностранных граждан и лиц без гражданства в отношении сделок и деликтов, совершаемых в РСФСР (территориальная доктрина). Такая формулировка статьи допускала в дальнейшем ее трансформацию в двустороннюю коллизионную норму - советское право применялось в отношении обязательств вследствие причинения вреда с участием иностранных граждан и лиц без гражданства в РСФСР, иностранное - за границей. Как следовало из ст. 167 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик <8>, права и обязанности сторон по обязательствам из деликтов, в случае если сторонами выступали советские граждане и юридические лица, регулировались советским правом независимо от места совершения вреда. Надо полагать, что отечественный законодатель придерживался принципа экстерриториальности действия советского права в отношении своих граждан и юридических лиц по умолчанию и ранее, во времена существования Гражданских кодексов РСФСР 1922 г. и 1964 г. Часть третья ГК РФ (в ред. 2001 г.) в ограниченном виде допускала автономию воли сторон, разрешая последним после совершения деликта выбрать только lex fori (п. 3 ст. 1219 ГК РФ).
Статья: К вопросу о догматических возражениях против ex ante выбора применимого права в транснациональных деликтных обязательствах
(Куташевская Я.С.)
("Вестник гражданского права", 2024, N 3)Столь хвалебные отзывы о "маленькой революции" <6> в европейском коллизионном праве не являются безосновательными. Обращаясь к отечественному праву, необходимо отметить, что запрет на выбор применимого в деликтных обязательствах права ex ante, сохраняющийся в российском правопорядке, представляется неоднозначным. При этом в его основе усматривается достаточно укорененное и рациональное представление о специфике деликтов в материальном праве. Обязательства из причинения вреда, будучи охранительными, недобровольно возникающими, едва ли часто претендуют на индивидуализированное регулирование, берущее основу в переговорах сторон в гражданском праве. В отличие от договорного права, где стороны конструируют своей волей правила относительно будущих действий, положения деликтного права, напротив, традиционно направлены на регулирование уже возникших отношений. Данная специфика вызывает обоснованные сомнения в том, что в плоскости международного частного права для сторон должны быть доступны предшествующие индивидуальные договоренности относительно права, применимого к потенциальному деликту.
(Куташевская Я.С.)
("Вестник гражданского права", 2024, N 3)Столь хвалебные отзывы о "маленькой революции" <6> в европейском коллизионном праве не являются безосновательными. Обращаясь к отечественному праву, необходимо отметить, что запрет на выбор применимого в деликтных обязательствах права ex ante, сохраняющийся в российском правопорядке, представляется неоднозначным. При этом в его основе усматривается достаточно укорененное и рациональное представление о специфике деликтов в материальном праве. Обязательства из причинения вреда, будучи охранительными, недобровольно возникающими, едва ли часто претендуют на индивидуализированное регулирование, берущее основу в переговорах сторон в гражданском праве. В отличие от договорного права, где стороны конструируют своей волей правила относительно будущих действий, положения деликтного права, напротив, традиционно направлены на регулирование уже возникших отношений. Данная специфика вызывает обоснованные сомнения в том, что в плоскости международного частного права для сторон должны быть доступны предшествующие индивидуальные договоренности относительно права, применимого к потенциальному деликту.
Статья: История развития международного арбитража в морском праве
(Голубкина К.В., Остапчук Е.С.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2026, N 3)<4> Международное морское право: публичное и частное: Учеб. / Под ред. Д.К. Лабина, В.Н. Коваля. М.: КноРус, 2023. 410 с.
(Голубкина К.В., Остапчук Е.С.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2026, N 3)<4> Международное морское право: публичное и частное: Учеб. / Под ред. Д.К. Лабина, В.Н. Коваля. М.: КноРус, 2023. 410 с.
Статья: Особенности рассмотрения дел по исполнению частноправовых договоров в сфере эксплуатации морского транспорта в гражданском и арбитражном судопроизводстве
(Коваль В.Н.)
("Вестник гражданского процесса", 2023, N 5)Ключевые слова: морское право, международное частное морское право, иностранный элемент, внутригосударственный частный морской спор, международный частный морской спор, договор морской перевозки груза, демередж, договор буксировки, экономическая санкция.
(Коваль В.Н.)
("Вестник гражданского процесса", 2023, N 5)Ключевые слова: морское право, международное частное морское право, иностранный элемент, внутригосударственный частный морской спор, международный частный морской спор, договор морской перевозки груза, демередж, договор буксировки, экономическая санкция.
Статья: Современное состояние и тенденции развития международного деликтного права
(Стригунова Д.П.)
("Гражданское право", 2024, N 5)Важным положением, также ограничивающим автономию воли сторон, является необходимость учета сверхимперативных норм МЧП в тех случаях, когда стороны деликта выбирают право одного государства, а все касающиеся существа дела обстоятельства связаны с другой страной. В подобных ситуациях выбор применимого права не может затрагивать действия императивных норм той страны, с которой правоотношение в целом связано. Данное правило получило отражение в п. 3 ст. 14 Регламента "Рим II" и п. 2 ст. 1223.1 ГК РФ.
(Стригунова Д.П.)
("Гражданское право", 2024, N 5)Важным положением, также ограничивающим автономию воли сторон, является необходимость учета сверхимперативных норм МЧП в тех случаях, когда стороны деликта выбирают право одного государства, а все касающиеся существа дела обстоятельства связаны с другой страной. В подобных ситуациях выбор применимого права не может затрагивать действия императивных норм той страны, с которой правоотношение в целом связано. Данное правило получило отражение в п. 3 ст. 14 Регламента "Рим II" и п. 2 ст. 1223.1 ГК РФ.
Статья: История становления и эволюция решения конфликта квалификаций в отношении исковой давности в международном частном праве стран англо-американского права и Германии
(Тариканов Д.В.)
("Вестник гражданского права", 2022, N 6)Ситуация стала развиваться динамично, поскольку в 70-х гг. XX в. уже существовал проект Конвенции о праве, применимом к договорным обязательствам (которая была впоследствии подписана в Риме 19 июня 1980 г.), где литера "d" п. 1 ст. 10 предусматривала подчинение исковой давности материальному статуту. Соединенное Королевство как участник Европейского экономического сообщества должно было на это реагировать. В 1980 г. Правовая комиссия Соединенного Королевства опубликовала отчет N 75, посвященный квалификации исковой давности в международном частном праве. В этом отчете Комиссия пишет: "Если Соединенное Королевство присоединится к Конвенции в той редакции, которая имеет место в настоящее время, то это полностью заменит наше существующее коллизионное право о договорных обязательствах. А это будет означать, что исковая давность в отношении договорных обязательств будет определяться в английском суде по праву, применимому к материально-правовому отношению, как это установлено в Конвенции. Английское право как закон суда больше не будет применяться. Однако внедоговорные требования будут продолжать регулироваться нынешней английской нормой, а это означает, что у нас будет разный комплекс норм международного частного права в зависимости от того, подпадает спорное требование под сферу действия Конвенции ЕЭС или нет. С нашей точки зрения, абсолютно неприемлемой является ситуация, когда имеется блок норм, применимый в зависимости от того, идет ли речь, например, о требовании, основанном на договоре или на деликте" <69>.
(Тариканов Д.В.)
("Вестник гражданского права", 2022, N 6)Ситуация стала развиваться динамично, поскольку в 70-х гг. XX в. уже существовал проект Конвенции о праве, применимом к договорным обязательствам (которая была впоследствии подписана в Риме 19 июня 1980 г.), где литера "d" п. 1 ст. 10 предусматривала подчинение исковой давности материальному статуту. Соединенное Королевство как участник Европейского экономического сообщества должно было на это реагировать. В 1980 г. Правовая комиссия Соединенного Королевства опубликовала отчет N 75, посвященный квалификации исковой давности в международном частном праве. В этом отчете Комиссия пишет: "Если Соединенное Королевство присоединится к Конвенции в той редакции, которая имеет место в настоящее время, то это полностью заменит наше существующее коллизионное право о договорных обязательствах. А это будет означать, что исковая давность в отношении договорных обязательств будет определяться в английском суде по праву, применимому к материально-правовому отношению, как это установлено в Конвенции. Английское право как закон суда больше не будет применяться. Однако внедоговорные требования будут продолжать регулироваться нынешней английской нормой, а это означает, что у нас будет разный комплекс норм международного частного права в зависимости от того, подпадает спорное требование под сферу действия Конвенции ЕЭС или нет. С нашей точки зрения, абсолютно неприемлемой является ситуация, когда имеется блок норм, применимый в зависимости от того, идет ли речь, например, о требовании, основанном на договоре или на деликте" <69>.
Статья: Роль органов внутренних дел в предупреждении преступлений в сфере электронной коммерции
(Кецко К.В.)
("Российский следователь", 2021, N 11)<2> Трунцевский Ю.В., Ефремов А.А. Цифровая интеграция - путь в будущее // Международное публичное и частное право. 2018. N 1. С. 6 - 12.
(Кецко К.В.)
("Российский следователь", 2021, N 11)<2> Трунцевский Ю.В., Ефремов А.А. Цифровая интеграция - путь в будущее // Международное публичное и частное право. 2018. N 1. С. 6 - 12.