Деформация правосознания
Подборка наиболее важных документов по запросу Деформация правосознания (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Эволюция права под воздействием цифровых технологий"
(Амелин Р.В., Чаннов С.Е.)
("НОРМА", 2023)Указанные обстоятельства ставят задачу выявления и анализа этих изменений, поиска наиболее синергичных способов взаимодействия права и цифровых технологий. Это позволит, в частности, подойти к решению проблемы конфликта права и цифровых технологий, которая возникает при их разнонаправленном регулирующем воздействии на общественные отношения и приводит к деструктивному воздействию как на сами эти отношения, так и на общество в целом (способствуя, например, деформации правосознания по типу правового нигилизма).
(Амелин Р.В., Чаннов С.Е.)
("НОРМА", 2023)Указанные обстоятельства ставят задачу выявления и анализа этих изменений, поиска наиболее синергичных способов взаимодействия права и цифровых технологий. Это позволит, в частности, подойти к решению проблемы конфликта права и цифровых технологий, которая возникает при их разнонаправленном регулирующем воздействии на общественные отношения и приводит к деструктивному воздействию как на сами эти отношения, так и на общество в целом (способствуя, например, деформации правосознания по типу правового нигилизма).
Статья: Становление и развитие института пробации в современных условиях функционирования уголовно-исполнительной системы России
(Ковалев О.Г., Мельникова О.В.)
("Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление", 2026, N 1)<10> Ковалев О.Г. Пути преодоления деформации правосознания осужденных молодежного возраста, в отношении которых применяется пенитенциарная пробация // Образование и право. 2025. N 1. С. 409.
(Ковалев О.Г., Мельникова О.В.)
("Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление", 2026, N 1)<10> Ковалев О.Г. Пути преодоления деформации правосознания осужденных молодежного возраста, в отношении которых применяется пенитенциарная пробация // Образование и право. 2025. N 1. С. 409.
Статья: Автоматизированные системы принятия решений в государственном управлении: правовые ориентиры для разработчиков и обеспечение законности
(Кабытов П.П., Назаров Н.А.)
("Журнал российского права", 2026, N 3)Наблюдаются и прогнозируются и более фундаментальные векторы эволюции права в целом, которые не могут не затронуть публичное право, а следовательно, и содержание государственного управления. Речь идет о "дегуманизации права, его машинизации, персонализации и натурализации" <4>. В сфере государственного управления на фоне автоматизации исполнительно-распорядительной деятельности уже сейчас можно наблюдать намечающийся очевидный дисбаланс между правовым и фактическим положением невластного субъекта и правовым и фактическим положением органа публичной власти при их взаимодействии. Органы публичной власти с использованием АСПР существенно сократили временные, трудовые и финансовые издержки на реализацию публичных функций, в том числе на применение в отношении невластных субъектов мер государственного принуждения, влекущих для граждан и организаций негативные последствия. Аналогичного упрощения для невластных субъектов при защите своих прав и законных интересов посредством обжалования действий (бездействия) органов публичной власти в административном порядке, а равно соразмерного усиления гарантий их прав и законных интересов не произошло. Сложившееся регулирование ориентирует рядового гражданина на претерпевание негативных последствий от применяемых мер принуждения даже в условиях однозначной незаконности соответствующего административного акта ввиду того, что оспаривание данного акта приведет к большим издержкам. Результат такого положения дел - постепенная деформация правосознания по типу правового нигилизма.
(Кабытов П.П., Назаров Н.А.)
("Журнал российского права", 2026, N 3)Наблюдаются и прогнозируются и более фундаментальные векторы эволюции права в целом, которые не могут не затронуть публичное право, а следовательно, и содержание государственного управления. Речь идет о "дегуманизации права, его машинизации, персонализации и натурализации" <4>. В сфере государственного управления на фоне автоматизации исполнительно-распорядительной деятельности уже сейчас можно наблюдать намечающийся очевидный дисбаланс между правовым и фактическим положением невластного субъекта и правовым и фактическим положением органа публичной власти при их взаимодействии. Органы публичной власти с использованием АСПР существенно сократили временные, трудовые и финансовые издержки на реализацию публичных функций, в том числе на применение в отношении невластных субъектов мер государственного принуждения, влекущих для граждан и организаций негативные последствия. Аналогичного упрощения для невластных субъектов при защите своих прав и законных интересов посредством обжалования действий (бездействия) органов публичной власти в административном порядке, а равно соразмерного усиления гарантий их прав и законных интересов не произошло. Сложившееся регулирование ориентирует рядового гражданина на претерпевание негативных последствий от применяемых мер принуждения даже в условиях однозначной незаконности соответствующего административного акта ввиду того, что оспаривание данного акта приведет к большим издержкам. Результат такого положения дел - постепенная деформация правосознания по типу правового нигилизма.
Статья: Дискреционный нигилизм: на подступах к проблеме
(Зайцев Д.И.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2025, N 4)В статье анализируется новая для административно-правовой науки категория "дискреционный нигилизм". Под дискреционным нигилизмом предлагается понимать деформацию правосознания правоприменителя (субъекта исполнительной власти), выражающуюся в негативном отношении к административному усмотрению - как собственному, так и других правоприменителей, а также в умышленном отказе, полном или частичном, от претворения дискреционных полномочий в жизнь. Автор выделяет главные признаки дискреционного нигилизма. Во-первых, он основывается на позитивистской (нормативистской) концепции правопонимания в ее худшем толковании. Во-вторых, позволяет субъекту исполнительной власти не принимать нестандартные управленческие решения и, как следствие, не нести ответственность за их реализацию и результаты. В-третьих, дискреционный нигилизм присущ не столько индивидуальному, сколько коллективному правосознанию и чаще всего является специфическим воплощением так называемой ведомственной солидарности. Далее, автор обращается к практической стороне обсуждаемого вопроса. В качестве примера дискреционного нигилизма приводится распространенная в Российской Федерации в предыдущее десятилетие ситуация, при которой кондукторы, в полном соответствии с буквой закона, высаживали из общественного транспорта несовершеннолетних граждан в условиях, которые явно угрожали жизни или здоровью последних. Опираясь на сообщения из средств массовой информации, автор рассматривает множество конкретных происшествий подобного рода. Затем критически оцениваются меры, предпринимавшиеся в отношении кондукторов, судебная практика по делам о высадке детей из общественного транспорта, а также итоговое законодательное урегулирование этой проблемы. Показывается, что ни законодатель, ни правоприменитель не сумели найти оптимального решения из-за дискреционного нигилизма, в данном случае заключавшегося в неготовности наделить кондукторов дискреционными полномочиями. В заключении изучается связь между дискреционным нигилизмом и государственным суверенитетом. В частности, аргументируется тезис о том, что если при наступлении чрезвычайной ситуации на высоких государственных постах окажутся лица, придерживающиеся дискреционно-нигилистической идеологии, то государство рискует лишиться своего суверенитета навсегда.
(Зайцев Д.И.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2025, N 4)В статье анализируется новая для административно-правовой науки категория "дискреционный нигилизм". Под дискреционным нигилизмом предлагается понимать деформацию правосознания правоприменителя (субъекта исполнительной власти), выражающуюся в негативном отношении к административному усмотрению - как собственному, так и других правоприменителей, а также в умышленном отказе, полном или частичном, от претворения дискреционных полномочий в жизнь. Автор выделяет главные признаки дискреционного нигилизма. Во-первых, он основывается на позитивистской (нормативистской) концепции правопонимания в ее худшем толковании. Во-вторых, позволяет субъекту исполнительной власти не принимать нестандартные управленческие решения и, как следствие, не нести ответственность за их реализацию и результаты. В-третьих, дискреционный нигилизм присущ не столько индивидуальному, сколько коллективному правосознанию и чаще всего является специфическим воплощением так называемой ведомственной солидарности. Далее, автор обращается к практической стороне обсуждаемого вопроса. В качестве примера дискреционного нигилизма приводится распространенная в Российской Федерации в предыдущее десятилетие ситуация, при которой кондукторы, в полном соответствии с буквой закона, высаживали из общественного транспорта несовершеннолетних граждан в условиях, которые явно угрожали жизни или здоровью последних. Опираясь на сообщения из средств массовой информации, автор рассматривает множество конкретных происшествий подобного рода. Затем критически оцениваются меры, предпринимавшиеся в отношении кондукторов, судебная практика по делам о высадке детей из общественного транспорта, а также итоговое законодательное урегулирование этой проблемы. Показывается, что ни законодатель, ни правоприменитель не сумели найти оптимального решения из-за дискреционного нигилизма, в данном случае заключавшегося в неготовности наделить кондукторов дискреционными полномочиями. В заключении изучается связь между дискреционным нигилизмом и государственным суверенитетом. В частности, аргументируется тезис о том, что если при наступлении чрезвычайной ситуации на высоких государственных постах окажутся лица, придерживающиеся дискреционно-нигилистической идеологии, то государство рискует лишиться своего суверенитета навсегда.
Статья: Правосудие в произведении А.С. Пушкина "Дубровский"
(Напольских И.М.)
("Уголовное судопроизводство", 2026, N 2)В обозначенной сюжетной линии демонстрируется правовой нигилизм - форма деформации правосознания, при которой закон и правовые нормы игнорируются Дубровским и его людьми или оцениваются как недейственные, что ведет к самоуправству и применению насильственных неправовых методов. Троекуров и его приближенные злоупотребляют правом для достижения собственных незаконных целей. Автор не оправдывает ни одну из сторон, но показывает двойственность ситуации, позволяя задуматься о значении справедливости правосудия и эффективности действия права для стабильного функционирования общества и конструктивного взаимодействия участников общественных отношений.
(Напольских И.М.)
("Уголовное судопроизводство", 2026, N 2)В обозначенной сюжетной линии демонстрируется правовой нигилизм - форма деформации правосознания, при которой закон и правовые нормы игнорируются Дубровским и его людьми или оцениваются как недейственные, что ведет к самоуправству и применению насильственных неправовых методов. Троекуров и его приближенные злоупотребляют правом для достижения собственных незаконных целей. Автор не оправдывает ни одну из сторон, но показывает двойственность ситуации, позволяя задуматься о значении справедливости правосудия и эффективности действия права для стабильного функционирования общества и конструктивного взаимодействия участников общественных отношений.