Убийство беременной
Подборка наиболее важных документов по запросу Убийство беременной (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Апелляционное определение Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 22.05.2024 N 55-534/2024
Приговор: По п. "г" ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство).
Определение: Приговор оставлен без изменения.Судом также мотивировано наличие квалифицирующего признака убийства ФИО7, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, что в частности подтверждается показаниями осужденного, потерпевшей, свидетеля ФИО11, специалиста ФИО17, информацией из МЧС N 145 ФГБУЗ ЮОМЦ ФМБА России и другими исследованными судом доказательствами; суд правильно установил, что на момент смерти срок беременности составлял 9 недель.
Приговор: По п. "г" ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство).
Определение: Приговор оставлен без изменения.Судом также мотивировано наличие квалифицирующего признака убийства ФИО7, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, что в частности подтверждается показаниями осужденного, потерпевшей, свидетеля ФИО11, специалиста ФИО17, информацией из МЧС N 145 ФГБУЗ ЮОМЦ ФМБА России и другими исследованными судом доказательствами; суд правильно установил, что на момент смерти срок беременности составлял 9 недель.
Апелляционное определение Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 31.07.2023 N 55-992/2023 (УИД 50OS0000-01-2022-001084-83)
Приговор: По п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство).
Определение: Приговор оставлен без изменения.Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденной ФИО1 и ее защитника, суд обоснованно учитывал и признал смягчающими наказание осужденной ФИО1 обстоятельствами: ее беременность четвертым ребенком на момент совершения преступления; наличие у нее четверых малолетних детей на момент вынесения данного приговора, в том числе, наличие заболевания у одного из них; признание вины, раскаяние и дача подробных показаний на предварительном следствии, что следует расценить как активное способствование расследованию данного преступления, поскольку детали убийства ФИО18 группой лиц в составе ФИО1 и ФИО2 стали известны следствию только со слов ФИО1; наличие у подсудимой заболеваний, в том числе, с детства; наличие заболеваний у отца ФИО1; добровольная выдача своего мобильного телефона, содержащего доказательства ее виновности, следователю.
Приговор: По п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство).
Определение: Приговор оставлен без изменения.Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденной ФИО1 и ее защитника, суд обоснованно учитывал и признал смягчающими наказание осужденной ФИО1 обстоятельствами: ее беременность четвертым ребенком на момент совершения преступления; наличие у нее четверых малолетних детей на момент вынесения данного приговора, в том числе, наличие заболевания у одного из них; признание вины, раскаяние и дача подробных показаний на предварительном следствии, что следует расценить как активное способствование расследованию данного преступления, поскольку детали убийства ФИО18 группой лиц в составе ФИО1 и ФИО2 стали известны следствию только со слов ФИО1; наличие у подсудимой заболеваний, в том числе, с детства; наличие заболеваний у отца ФИО1; добровольная выдача своего мобильного телефона, содержащего доказательства ее виновности, следователю.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Комментарий к отдельным положениям Уголовного кодекса Российской Федерации в решениях Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ"
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Статья 105, часть 2, пункт "г". Убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Статья 105, часть 2, пункт "г". Убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности
Статья: Правовое регулирование репродуктивных прав как разновидности соматических прав человека
(Велиева С.М.)
("Современное право", 2024, N 11)Также нормы о защите нерожденного ребенка установлены в уголовном законодательстве: запрещается назначение наказания беременным женщинам в виде исправительных работ, ареста, но предусмотрена отсрочка от отбывания наказания; ст. 105 Уголовного кодекса РФ в качестве отягчающих обстоятельств называет убийство беременной женщины; ст. 111 УК РФ приравнивает прерывание беременности без воли на то женщины к причинению тяжкого вреда здоровью, а плод приравнивают к части тела матери. В данном случае отмечается коллизия нормативных актов, которую необходимо устранить в целях формирования единой правоприменительной практики.
(Велиева С.М.)
("Современное право", 2024, N 11)Также нормы о защите нерожденного ребенка установлены в уголовном законодательстве: запрещается назначение наказания беременным женщинам в виде исправительных работ, ареста, но предусмотрена отсрочка от отбывания наказания; ст. 105 Уголовного кодекса РФ в качестве отягчающих обстоятельств называет убийство беременной женщины; ст. 111 УК РФ приравнивает прерывание беременности без воли на то женщины к причинению тяжкого вреда здоровью, а плод приравнивают к части тела матери. В данном случае отмечается коллизия нормативных актов, которую необходимо устранить в целях формирования единой правоприменительной практики.
Нормативные акты
"Обзор практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека N 4 (2023)"
(подготовлен Верховным Судом РФ)<4> Как усматривалось из текста Соображений, автор сообщения утверждала, что жизни ее дочери С.К. будет угрожать неминуемая опасность в случае ее высылки в Индию в нарушение ее прав, предусмотренных в статьях 3 и 22 Конвенции о правах ребенка, из-за угроз, которые муж автора сообщения высказывал в ее адрес и адрес С.К., его жестокого обращения с автором во время ее беременности и отсутствия у нее практических и правовых возможностей для достаточной защиты С.К. от мужа. Автор сообщения утверждала, что она получала многочисленные угрозы от своего мужа и что он заявил: убьет ее за то, что она добилась его ареста и депортации из Дании. Она указала, что из-за этого ее жизни и жизни С.К. будет угрожать опасность по возвращении в Индию. Муж автор сообщения также заявил, что, по его мнению, С.К. родилась с синдромом Дауна. Автор отметила, что в индийской культуре считается позором иметь незаконнорожденного ребенка, ребенка с ограниченными возможностями и девочку. Автор заявила, что ее муж способен убить ее и С.К. Она утверждала, что ее семья не окажет ей никакой поддержки, потому что ее родители отреклись от нее за то, что она вышла замуж против их воли. Ее отец также угрожал ей, поскольку семья была против этого брака. Автор подчеркнула, что в Индии у нее не было бы возможности найти убежище внутри страны. В Индии разведенная женщина подвергается стигматизации, при этом женщинам трудно или невозможно жить одним. Автор далее отметил - согласно индийскому законодательству отец ребенка имеет права опеки. Поэтому С.К. подвергнется риску быть разлученной с автором, поскольку последняя хочет развестись с А.С. (муж автора сообщения), и такое разлучение будет для С.К. травмой и вызовет у нее чувство, что ее бросили. Автор утверждала, что у нее нет возможности обратиться за государственной защитой в Индии, поскольку ее муж и его семья имеют политические связи в Индии (пункты 3.1 - 3.4 Соображения).
(подготовлен Верховным Судом РФ)<4> Как усматривалось из текста Соображений, автор сообщения утверждала, что жизни ее дочери С.К. будет угрожать неминуемая опасность в случае ее высылки в Индию в нарушение ее прав, предусмотренных в статьях 3 и 22 Конвенции о правах ребенка, из-за угроз, которые муж автора сообщения высказывал в ее адрес и адрес С.К., его жестокого обращения с автором во время ее беременности и отсутствия у нее практических и правовых возможностей для достаточной защиты С.К. от мужа. Автор сообщения утверждала, что она получала многочисленные угрозы от своего мужа и что он заявил: убьет ее за то, что она добилась его ареста и депортации из Дании. Она указала, что из-за этого ее жизни и жизни С.К. будет угрожать опасность по возвращении в Индию. Муж автор сообщения также заявил, что, по его мнению, С.К. родилась с синдромом Дауна. Автор отметила, что в индийской культуре считается позором иметь незаконнорожденного ребенка, ребенка с ограниченными возможностями и девочку. Автор заявила, что ее муж способен убить ее и С.К. Она утверждала, что ее семья не окажет ей никакой поддержки, потому что ее родители отреклись от нее за то, что она вышла замуж против их воли. Ее отец также угрожал ей, поскольку семья была против этого брака. Автор подчеркнула, что в Индии у нее не было бы возможности найти убежище внутри страны. В Индии разведенная женщина подвергается стигматизации, при этом женщинам трудно или невозможно жить одним. Автор далее отметил - согласно индийскому законодательству отец ребенка имеет права опеки. Поэтому С.К. подвергнется риску быть разлученной с автором, поскольку последняя хочет развестись с А.С. (муж автора сообщения), и такое разлучение будет для С.К. травмой и вызовет у нее чувство, что ее бросили. Автор утверждала, что у нее нет возможности обратиться за государственной защитой в Индии, поскольку ее муж и его семья имеют политические связи в Индии (пункты 3.1 - 3.4 Соображения).
<Письмо> Роспотребнадзора от 15.09.2009 N 01/13550-9-32
"О направлении материалов CDC "Вакцина против гриппа H1N1-2009 и беременные женщины"
(вместе с "Вакциной против гриппа H1N1-2009 и беременные женщины" от 03.09.2009)ОТВЕТ: Есть два вида вакцины против гриппа. Беременные женщины должны вакцинироваться инактивированной вакциной (включающей фрагменты убитого вируса гриппа), которая вводится путем инъекции, обычно в руку. Такая форма введения прививки рекомендована для беременных женщин.
"О направлении материалов CDC "Вакцина против гриппа H1N1-2009 и беременные женщины"
(вместе с "Вакциной против гриппа H1N1-2009 и беременные женщины" от 03.09.2009)ОТВЕТ: Есть два вида вакцины против гриппа. Беременные женщины должны вакцинироваться инактивированной вакциной (включающей фрагменты убитого вируса гриппа), которая вводится путем инъекции, обычно в руку. Такая форма введения прививки рекомендована для беременных женщин.
Статья: Общественная нравственность как объект уголовно-правовой охраны в современных условиях
(Макаров А.В., Куприянова А.В., Железкова Д.О.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2023, N 4)На фоне принятия законов, направленных на сохранение традиционных семейных ценностей, а также в связи со сложной демографической ситуацией предлагаются различные подходы к решению проблемы искусственного прерывания беременности: запрет абортов женщинам до 18 лет без согласия родителей, проведение их с согласия мужа и после консультации с психологом, пренатальное усыновление <16>. Официальными лицами высказывалась и радикальная позиция об установлении ответственности за аборт как за убийство <17>.
(Макаров А.В., Куприянова А.В., Железкова Д.О.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2023, N 4)На фоне принятия законов, направленных на сохранение традиционных семейных ценностей, а также в связи со сложной демографической ситуацией предлагаются различные подходы к решению проблемы искусственного прерывания беременности: запрет абортов женщинам до 18 лет без согласия родителей, проведение их с согласия мужа и после консультации с психологом, пренатальное усыновление <16>. Официальными лицами высказывалась и радикальная позиция об установлении ответственности за аборт как за убийство <17>.
Статья: Влияние фактических ошибок на оценку уголовно-правовой вины и квалификацию преступлений
(Кораблева С.Ю.)
("Журнал российского права", 2024, N 2)Влияние уголовно-правовых ошибок на квалификацию преступлений. Отметим, что разработка стройной концепции влияния ошибок лица на квалификацию усложнена из-за непоследовательности уголовного законодательства и разъяснений Пленума ВС РФ. Например, споры о квалификации сексуальных преступлений, совершенных в отношении мнимо совершеннолетних потерпевших, вызваны тем, что изменения в соответствующих статьях УК РФ расходятся с принципом субъективного вменения <18>. То же самое касается давней дилеммы убийства мнимо беременной женщины. На наш взгляд, разрешение подобных вопросов возможно лишь после получения законодательных разъяснений о том, почему беременная женщина рассматривается как особый потерпевший. Если законодатель и суды стремятся обеспечить последовательную реализацию принципа вины, то важнейшим становится вопрос об отношении обвиняемого к факту беременности - убивал ли он заведомо беременную, предположительно беременную или у него были серьезные сомнения в ее беременности. Если же ответ заключается в том, что государство считает необходимым обеспечить дополнительную защиту беременности (по сути второй жизни), то понятной становится позиция судебной практики, ориентирующейся при квалификации на объективный факт отсутствия/наличия беременности. Логичным выводом из этого становятся объективное вменение и квалификация действий лица, убившего мнимо беременную женщину, как простого убийства (ч. 1 ст. 105 УК РФ) <19>.
(Кораблева С.Ю.)
("Журнал российского права", 2024, N 2)Влияние уголовно-правовых ошибок на квалификацию преступлений. Отметим, что разработка стройной концепции влияния ошибок лица на квалификацию усложнена из-за непоследовательности уголовного законодательства и разъяснений Пленума ВС РФ. Например, споры о квалификации сексуальных преступлений, совершенных в отношении мнимо совершеннолетних потерпевших, вызваны тем, что изменения в соответствующих статьях УК РФ расходятся с принципом субъективного вменения <18>. То же самое касается давней дилеммы убийства мнимо беременной женщины. На наш взгляд, разрешение подобных вопросов возможно лишь после получения законодательных разъяснений о том, почему беременная женщина рассматривается как особый потерпевший. Если законодатель и суды стремятся обеспечить последовательную реализацию принципа вины, то важнейшим становится вопрос об отношении обвиняемого к факту беременности - убивал ли он заведомо беременную, предположительно беременную или у него были серьезные сомнения в ее беременности. Если же ответ заключается в том, что государство считает необходимым обеспечить дополнительную защиту беременности (по сути второй жизни), то понятной становится позиция судебной практики, ориентирующейся при квалификации на объективный факт отсутствия/наличия беременности. Логичным выводом из этого становятся объективное вменение и квалификация действий лица, убившего мнимо беременную женщину, как простого убийства (ч. 1 ст. 105 УК РФ) <19>.
Статья: Анализ договора на криоконсервацию как метод рассмотрения правового статуса эмбриона в России
(Ямшанова А.В.)
("Сравнительное конституционное обозрение", 2025, N 3)На это можно попробовать возразить, что тем не менее уголовный закон <26> признает убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, в качестве квалифицирующего обстоятельства, увеличивающего общественную опасность деяния ввиду того, что посягательство происходит одновременно в отношении и беременной женщины, и плода как будущего человека. Однако, как отмечает А.Н. Попов, "содеянное виновным, независимо от того, что произошло с ребенком, будет квалифицироваться по тем последствиям, которые наступили в отношении его матери" <27>. Выходит, что вред, причиненный эмбриону, фактически приравнивается к вреду, причиненному материнскому организму, находящемуся в уязвимом положении. А эмбрион тем самым отдельно никак не защищается.
(Ямшанова А.В.)
("Сравнительное конституционное обозрение", 2025, N 3)На это можно попробовать возразить, что тем не менее уголовный закон <26> признает убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, в качестве квалифицирующего обстоятельства, увеличивающего общественную опасность деяния ввиду того, что посягательство происходит одновременно в отношении и беременной женщины, и плода как будущего человека. Однако, как отмечает А.Н. Попов, "содеянное виновным, независимо от того, что произошло с ребенком, будет квалифицироваться по тем последствиям, которые наступили в отношении его матери" <27>. Выходит, что вред, причиненный эмбриону, фактически приравнивается к вреду, причиненному материнскому организму, находящемуся в уязвимом положении. А эмбрион тем самым отдельно никак не защищается.
Статья: Криминологическая характеристика беременных женщин, осужденных к лишению свободы
(Москвитина М.М.)
("Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление", 2021, N 4)Анализируя уголовно-правовую характеристику беременных осужденных женщин, в первую очередь мы обратимся к статьям Уголовного кодекса Российской Федерации (УК РФ) и рассмотрим преступления, за которые они отбывали наказание в виде лишения свободы. Итак, наибольшее число респондентов, а именно треть опрошенных (33%), были осуждены по ст. 228 УК РФ (незаконное приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, а также незаконное приобретение, хранение, перевозка растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества). В исследовании осужденных женщин в 2014 г. отмечается, что также большинство из них отбывают наказание за распространение наркотиков <2>. Рассмотрим остальные составы преступлений, за которые отбывают наказание осужденные беременные женщины. Они распределены следующим образом: по ст. 158 УК РФ (кража) были осуждены 30,5% опрошенных; по ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью) - 10%; по ст. 161 УК РФ (грабеж) - 8%; по ст. 159 УК РФ (мошенничество) и ст. 157 УК РФ (неуплата средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей) - 5,5%; по ст. 105 УК РФ (убийство) - 4%; по ст. 115 УК РФ (умышленное причинение легкого вреда здоровью) и ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата) - 3%. Приблизительно по 1% пришлось на следующие статьи: ст. 106 УК РФ (убийство матерью новорожденного ребенка), ст. 112 УК РФ (умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью), ст. 166 УК РФ (неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения), ст. 264 УК РФ (нарушение Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств), ст. 314 УК РФ (уклонение от отбывания ограничения свободы, лишения свободы, а также от применения принудительных мер медицинского характера), ст. 319 УК РФ (оскорбление представителя власти).
(Москвитина М.М.)
("Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление", 2021, N 4)Анализируя уголовно-правовую характеристику беременных осужденных женщин, в первую очередь мы обратимся к статьям Уголовного кодекса Российской Федерации (УК РФ) и рассмотрим преступления, за которые они отбывали наказание в виде лишения свободы. Итак, наибольшее число респондентов, а именно треть опрошенных (33%), были осуждены по ст. 228 УК РФ (незаконное приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, а также незаконное приобретение, хранение, перевозка растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества). В исследовании осужденных женщин в 2014 г. отмечается, что также большинство из них отбывают наказание за распространение наркотиков <2>. Рассмотрим остальные составы преступлений, за которые отбывают наказание осужденные беременные женщины. Они распределены следующим образом: по ст. 158 УК РФ (кража) были осуждены 30,5% опрошенных; по ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью) - 10%; по ст. 161 УК РФ (грабеж) - 8%; по ст. 159 УК РФ (мошенничество) и ст. 157 УК РФ (неуплата средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей) - 5,5%; по ст. 105 УК РФ (убийство) - 4%; по ст. 115 УК РФ (умышленное причинение легкого вреда здоровью) и ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата) - 3%. Приблизительно по 1% пришлось на следующие статьи: ст. 106 УК РФ (убийство матерью новорожденного ребенка), ст. 112 УК РФ (умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью), ст. 166 УК РФ (неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения), ст. 264 УК РФ (нарушение Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств), ст. 314 УК РФ (уклонение от отбывания ограничения свободы, лишения свободы, а также от применения принудительных мер медицинского характера), ст. 319 УК РФ (оскорбление представителя власти).
Статья: Об искусственном прерывании беременности
(Данилова С.И.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)В пункте "г" части 2 статьи 105 Уголовного кодекса предусмотрена более суровая мера наказания за убийство "женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности" <30> по сравнению с убийством (умышленным причинением смерти другому человеку) без каких-либо отягчающих обстоятельств.
(Данилова С.И.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)В пункте "г" части 2 статьи 105 Уголовного кодекса предусмотрена более суровая мера наказания за убийство "женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности" <30> по сравнению с убийством (умышленным причинением смерти другому человеку) без каких-либо отягчающих обстоятельств.
Статья: Меры профилактики семейно-бытового насилия в России
(Яушева А.Д.)
("Административное право и процесс", 2022, N 7)Вероятно, самое показательное дело, вскрывающее весь масштаб проблемы домашнего насилия в России, - дело "Володина против Российской Федерации". Это первое дело, по которому Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) вынес решение против России в сфере домашнего насилия. В течение трех лет Валерия Володина подвергалась преследованию со стороны ее бывшего сожителя. Жертва обращалась в полицию семь раз, но не получала помощи: власти утверждали, что реальной угрозы нет. Уголовное дело против Рашада Салаева не возбуждалось ни после ее похищения, ни после того, как она была избита в беременном состоянии (вследствие чего была вынуждена сделать аборт), ни после угроз убийством ребенка от первого брака. Нужно сказать, что одно дело (по факту размещения в интернете интимных фотографий Валерии) все же было возбуждено, но оно было приостановлено и не дало результата. В итоге Валерия покинула страну и сменила фамилию. В 2018 г. Володина подала жалобу в ЕСПЧ. Суд вынес решение в пользу заявительницы. ЕСПЧ постановил, что Россия нарушила ст. 3 (запрет пыток) и ст. 14 (запрет дискриминации по половому признаку) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, и обязал выплатить Володиной моральную компенсацию. ЕСПЧ вышел за рамки дела Володиной: Суд постановил, что Россия не желает "признать серьезность и масштабы проблемы домашнего насилия в России и его дискриминационного воздействия на женщин" <3>. Это ключевой момент в Постановлении Суда в Страсбурге: он означает, что Россия будет сообщником насильника до тех пор, пока не примет меры по борьбе с семейно-бытовым насилием.
(Яушева А.Д.)
("Административное право и процесс", 2022, N 7)Вероятно, самое показательное дело, вскрывающее весь масштаб проблемы домашнего насилия в России, - дело "Володина против Российской Федерации". Это первое дело, по которому Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) вынес решение против России в сфере домашнего насилия. В течение трех лет Валерия Володина подвергалась преследованию со стороны ее бывшего сожителя. Жертва обращалась в полицию семь раз, но не получала помощи: власти утверждали, что реальной угрозы нет. Уголовное дело против Рашада Салаева не возбуждалось ни после ее похищения, ни после того, как она была избита в беременном состоянии (вследствие чего была вынуждена сделать аборт), ни после угроз убийством ребенка от первого брака. Нужно сказать, что одно дело (по факту размещения в интернете интимных фотографий Валерии) все же было возбуждено, но оно было приостановлено и не дало результата. В итоге Валерия покинула страну и сменила фамилию. В 2018 г. Володина подала жалобу в ЕСПЧ. Суд вынес решение в пользу заявительницы. ЕСПЧ постановил, что Россия нарушила ст. 3 (запрет пыток) и ст. 14 (запрет дискриминации по половому признаку) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, и обязал выплатить Володиной моральную компенсацию. ЕСПЧ вышел за рамки дела Володиной: Суд постановил, что Россия не желает "признать серьезность и масштабы проблемы домашнего насилия в России и его дискриминационного воздействия на женщин" <3>. Это ключевой момент в Постановлении Суда в Страсбурге: он означает, что Россия будет сообщником насильника до тех пор, пока не примет меры по борьбе с семейно-бытовым насилием.
Статья: Проблемные аспекты правового регулирования искусственного прерывания беременности в Российской Федерации
(Андрюхин Н.Г.)
("Административное право и процесс", 2024, N 7)<13> См.: Кургузкина Е.Б. Причины убийства матерью новорожденного. М.: Криминологическая ассоциация, 1999. С. 74.
(Андрюхин Н.Г.)
("Административное право и процесс", 2024, N 7)<13> См.: Кургузкина Е.Б. Причины убийства матерью новорожденного. М.: Криминологическая ассоциация, 1999. С. 74.
Статья: Право на жизнь и производство аборта: уголовно-правовые аспекты
(Чирков Ф.В.)
("Российский следователь", 2025, N 6)Если жизнеспособность лишь фактическая, биологическая характеристика плода, то надо признать, что ее установление зависит от множества факторов: от уровня развития плода до уровня развития медицинских технологий в той или иной стране. В таких условиях жизнеспособность становится крайне неопределенным критерием для разграничения наказуемого и ненаказуемого посягательства на плод. В связи с чем предложенный А.Н. Поповым подход, ориентированный на использование лишь формального срока - 22 недели беременности, для отграничения убийства от аборта является едва ли приемлемым <4>.
(Чирков Ф.В.)
("Российский следователь", 2025, N 6)Если жизнеспособность лишь фактическая, биологическая характеристика плода, то надо признать, что ее установление зависит от множества факторов: от уровня развития плода до уровня развития медицинских технологий в той или иной стране. В таких условиях жизнеспособность становится крайне неопределенным критерием для разграничения наказуемого и ненаказуемого посягательства на плод. В связи с чем предложенный А.Н. Поповым подход, ориентированный на использование лишь формального срока - 22 недели беременности, для отграничения убийства от аборта является едва ли приемлемым <4>.
Статья: Международно-правовая политика КНР на современном этапе
(Толстых В.Л.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 2)<56> В феврале 2018 г. 20-летняя беременная жительница Гонконга Amber Poon Hiu-wing была убита на Тайване 19-летним бойфрендом из Шэньчжэня Chan Tong-kai, который после этого вернулся в Гонконг. Поскольку деяние было совершено на Тайване, власти Гонконга не обладали юрисдикцией и при отсутствии договора об экстрадиции не могли выдать убийцу на Тайвань. В связи с этим они инициировали принятие закона, который бы позволил выдавать преступников в любую юрисдикцию, с которой отсутствует договор об экстрадиции, на основе разовых решений главы исполнительной власти. Эти изменения позволили бы выдать Чана на Тайвань, но также создали бы возможность для выдачи жителей Гонконга властям материкового Китая. В результате массовых протестов (2019 - 2020) законопроект был отозван.
(Толстых В.Л.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 2)<56> В феврале 2018 г. 20-летняя беременная жительница Гонконга Amber Poon Hiu-wing была убита на Тайване 19-летним бойфрендом из Шэньчжэня Chan Tong-kai, который после этого вернулся в Гонконг. Поскольку деяние было совершено на Тайване, власти Гонконга не обладали юрисдикцией и при отсутствии договора об экстрадиции не могли выдать убийцу на Тайвань. В связи с этим они инициировали принятие закона, который бы позволил выдавать преступников в любую юрисдикцию, с которой отсутствует договор об экстрадиции, на основе разовых решений главы исполнительной власти. Эти изменения позволили бы выдать Чана на Тайвань, но также создали бы возможность для выдачи жителей Гонконга властям материкового Китая. В результате массовых протестов (2019 - 2020) законопроект был отозван.
Статья: Заблуждение и неведение в структуре вины: уголовно-правовой аспект
(Иванов А.Г.)
("Актуальные проблемы российского права", 2022, N 1)Данный вывод можно проиллюстрировать на хрестоматийном примере привлечения к уголовной ответственности лица за убийство женщины, заведомо для него находящейся в состоянии беременности. В случае, когда лицо, которое обладало информацией о беременности, поступившей только от самой женщины (без видимых признаков беременности), и не удостоверилось в данном факте из других источников, убивает ее, а в действительности женщина оказывается не беременной, оно должно нести ответственность по квалифицирующему признаку. В данном случае речь идет о недобросовестном заблуждении. В иной ситуации, когда лицо предприняло попытки уточнить информацию о факте беременности из других источников, но все же получило ложную информацию, его заблуждение необходимо признать добросовестным, а ответственность должна наступить за убийство без квалифицирующих признаков.
(Иванов А.Г.)
("Актуальные проблемы российского права", 2022, N 1)Данный вывод можно проиллюстрировать на хрестоматийном примере привлечения к уголовной ответственности лица за убийство женщины, заведомо для него находящейся в состоянии беременности. В случае, когда лицо, которое обладало информацией о беременности, поступившей только от самой женщины (без видимых признаков беременности), и не удостоверилось в данном факте из других источников, убивает ее, а в действительности женщина оказывается не беременной, оно должно нести ответственность по квалифицирующему признаку. В данном случае речь идет о недобросовестном заблуждении. В иной ситуации, когда лицо предприняло попытки уточнить информацию о факте беременности из других источников, но все же получило ложную информацию, его заблуждение необходимо признать добросовестным, а ответственность должна наступить за убийство без квалифицирующих признаков.