Пандемия в России
Подборка наиболее важных документов по запросу Пандемия в России (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Налоговое регулирование экономики впечатлений как инструмент локализации последствий COVID-19 (зарубежная и российская практика)
(Сидорова Е.Ю., Шипкова О.Т.)
("Международный бухгалтерский учет", 2026, N 2)16. Юшков А.О., Алексеев М.В. Фискальное воздействие пандемии COVID-19 на регионы России: обзор федеральных мер поддержки // Журнал Новой экономической ассоциации. 2021. N 3. С. 232 - 242. DOI: 10.31737/2221-2264-2021-51-3-13. EDN: ZYZDPX.
(Сидорова Е.Ю., Шипкова О.Т.)
("Международный бухгалтерский учет", 2026, N 2)16. Юшков А.О., Алексеев М.В. Фискальное воздействие пандемии COVID-19 на регионы России: обзор федеральных мер поддержки // Журнал Новой экономической ассоциации. 2021. N 3. С. 232 - 242. DOI: 10.31737/2221-2264-2021-51-3-13. EDN: ZYZDPX.
"Цифровые платформы - организационно-правовая форма взаимодействия в обществе: монография"
(отв. ред. Л.К. Терещенко)
("Инфотропик Медиа", 2025)<174> Hacking corruption in the digital era: How tech is shaping the future of integrity in times of crisis. Global Future Council on Transparency And Anti-corruption agenda for business integrity. World Economic Forum Switzerland Global Future Council on Transparency And Anti-corruption, May 2020. P. 4; Трунцевский Ю.В. Мировые усилия в борьбе с коррупцией в условиях COVID-19 // Международное публичное и частное право. 2021. N 3. С. 36 - 43; Сухаренко А.Н., Савченко М.М., Трунцевский Ю.В. Криминальные вызовы пандемии COVID-19 в России: Науч.-практ. пособие. М.: Проспект, 2021. 336 с.
(отв. ред. Л.К. Терещенко)
("Инфотропик Медиа", 2025)<174> Hacking corruption in the digital era: How tech is shaping the future of integrity in times of crisis. Global Future Council on Transparency And Anti-corruption agenda for business integrity. World Economic Forum Switzerland Global Future Council on Transparency And Anti-corruption, May 2020. P. 4; Трунцевский Ю.В. Мировые усилия в борьбе с коррупцией в условиях COVID-19 // Международное публичное и частное право. 2021. N 3. С. 36 - 43; Сухаренко А.Н., Савченко М.М., Трунцевский Ю.В. Криминальные вызовы пандемии COVID-19 в России: Науч.-практ. пособие. М.: Проспект, 2021. 336 с.
Судебная практика
Позиции судов по спорным вопросам. Гражданский процесс: Восстановление срока на подачу частной жалобы в гражданском процессе по заявлению стороны
(КонсультантПлюс, 2026)Само по себе введение ограничительных мер в условиях пандемии на территории Российской Федерации не является уважительной причиной для безусловного удовлетворения ходатайства юридического лица о восстановлении пропущенного процессуального срока и не свидетельствует о невозможности подачи частной жалобы в установленный законом срок через электронную интернет-приемную суда - портал ГАС "Правосудие"..."
(КонсультантПлюс, 2026)Само по себе введение ограничительных мер в условиях пандемии на территории Российской Федерации не является уважительной причиной для безусловного удовлетворения ходатайства юридического лица о восстановлении пропущенного процессуального срока и не свидетельствует о невозможности подачи частной жалобы в установленный законом срок через электронную интернет-приемную суда - портал ГАС "Правосудие"..."
Нормативные акты
"МР 3.1.0173-20. 3.1. Профилактика инфекционных болезней. Организация противоэпидемических мероприятий в период пандемии COVID-19. Методические рекомендации"
(утв. Главным государственным санитарным врачом РФ 21.04.2020)ГОСУДАРСТВЕННОЕ САНИТАРНО-ЭПИДЕМИОЛОГИЧЕСКОЕ НОРМИРОВАНИЕ
(утв. Главным государственным санитарным врачом РФ 21.04.2020)ГОСУДАРСТВЕННОЕ САНИТАРНО-ЭПИДЕМИОЛОГИЧЕСКОЕ НОРМИРОВАНИЕ
Статья: Анализ проведения миграционной амнистии в России в период пандемии COVID-19
(Лобанова И.К.)
("Административное право и процесс", 2022, N 6)"Административное право и процесс", 2022, N 6
(Лобанова И.К.)
("Административное право и процесс", 2022, N 6)"Административное право и процесс", 2022, N 6
Статья: Федеративная композиция российского бюджетно-финансового суверенитета в контексте конституционно-правовых последствий пандемии COVID-19 и принимаемых нормативных актов
(Ильин И.М.)
("Конституционное и муниципальное право", 2022, N 3)В статье анализируется федеративная композиция бюджетно-финансового суверенитета России в контексте влияния последствий пандемии COVID-19 и принимаемых в связи с ее распространением нормативно-правовых актов. Для достижения данной цели исследуются факторы, обусловившие ограничение гарантированных Конституцией РФ основных прав и свобод человека и гражданина в части наделения глав субъектов РФ правом введения режима повышенной готовности (самоизоляции). При этом особо акцентировано внимание на факторе, указывающем на необходимость обеспечения баланса между правами человека и общества с позиции рациональности и соразмерности вводимых ограничений на территории того или иного субъекта РФ. Также оцениваются влияние экстраординарных ограничений и их неизбежная дифференциация на суверенитет в целом и бюджетный федерализм в частности. На основе факторов в совокупности автор отмечает, что сфера суверенитета государства расширилась до практически ничем не ограниченного размера, а субъекты РФ получили широкий перечень бюджетных, нормативных и административных полномочий без обеспечения их соответствующими бюджетно-финансовыми ресурсами. В качестве дополнительных конституционно-правовых последствий пандемии указаны риски принятия регионами решений, выходящих за рамки их компетенции, и рассогласованности действий региональных и федеральных органов государственной власти. С учетом этого автором предложен комплекс конституционно-правовых мер, обеспечивающих, с одной стороны, баланс интересов Федерации и ее субъектов, а с другой - укрепление бюджетной самостоятельности субъектов РФ для выполнения возложенных на них социально ориентированных задач.
(Ильин И.М.)
("Конституционное и муниципальное право", 2022, N 3)В статье анализируется федеративная композиция бюджетно-финансового суверенитета России в контексте влияния последствий пандемии COVID-19 и принимаемых в связи с ее распространением нормативно-правовых актов. Для достижения данной цели исследуются факторы, обусловившие ограничение гарантированных Конституцией РФ основных прав и свобод человека и гражданина в части наделения глав субъектов РФ правом введения режима повышенной готовности (самоизоляции). При этом особо акцентировано внимание на факторе, указывающем на необходимость обеспечения баланса между правами человека и общества с позиции рациональности и соразмерности вводимых ограничений на территории того или иного субъекта РФ. Также оцениваются влияние экстраординарных ограничений и их неизбежная дифференциация на суверенитет в целом и бюджетный федерализм в частности. На основе факторов в совокупности автор отмечает, что сфера суверенитета государства расширилась до практически ничем не ограниченного размера, а субъекты РФ получили широкий перечень бюджетных, нормативных и административных полномочий без обеспечения их соответствующими бюджетно-финансовыми ресурсами. В качестве дополнительных конституционно-правовых последствий пандемии указаны риски принятия регионами решений, выходящих за рамки их компетенции, и рассогласованности действий региональных и федеральных органов государственной власти. С учетом этого автором предложен комплекс конституционно-правовых мер, обеспечивающих, с одной стороны, баланс интересов Федерации и ее субъектов, а с другой - укрепление бюджетной самостоятельности субъектов РФ для выполнения возложенных на них социально ориентированных задач.
Статья: Права человека и пандемия коронавируса в России
(Дзидзоев Р.М.)
("Конституционное и муниципальное право", 2021, N 9)"Конституционное и муниципальное право", 2021, N 9
(Дзидзоев Р.М.)
("Конституционное и муниципальное право", 2021, N 9)"Конституционное и муниципальное право", 2021, N 9
"Уголовное наказание и его цели: монография"
(Дворянсков И.В.)
("ИНФРА-М", 2025)Им вторит Н.А. Лопашенко: "За весь период действия УК РФ 1996 г. было принято уже 299 федеральных законов, менявших уголовный закон, плюс к тому в него вносились изменения тринадцатью постановлениями Конституционного Суда РФ. Только с начала пандемии (2020 г.) по сегодняшний день (то есть за три с половиной года) федеральных законов, менявших уголовно-правовое регулирование, было принято Государственной Думой РФ 52, что составляет почти пятую часть от всех изменений (за двадцать шесть с половиной лет); и пять постановлений Конституционного Суда РФ, или почти 40% от всех принятых за весь период действия УК 1996 г. Таким образом, интенсивность законодательных реформ уголовно-правового регулирования неуклонно растет. Только вот их проработанность и объективная в них потребность оставляют желать лучшего и часто вызывают не только вопросы, но и недоумение. Это и есть результаты такого глобального вызова перед правом, как законодательная суета и законодательная чехарда. И как тут не вспомнить и Томаса Джефферсона с его знаменитым "Вводить законы, противоречащие законам природы, - значит порождать преступления, чтобы потом их наказывать", да и нашего Якова Ильича Гилинского: "Чем развитее, цивилизованнее общество, тем меньше должно быть запретов вообще, уголовно-правовых в особенности" <1>.
(Дворянсков И.В.)
("ИНФРА-М", 2025)Им вторит Н.А. Лопашенко: "За весь период действия УК РФ 1996 г. было принято уже 299 федеральных законов, менявших уголовный закон, плюс к тому в него вносились изменения тринадцатью постановлениями Конституционного Суда РФ. Только с начала пандемии (2020 г.) по сегодняшний день (то есть за три с половиной года) федеральных законов, менявших уголовно-правовое регулирование, было принято Государственной Думой РФ 52, что составляет почти пятую часть от всех изменений (за двадцать шесть с половиной лет); и пять постановлений Конституционного Суда РФ, или почти 40% от всех принятых за весь период действия УК 1996 г. Таким образом, интенсивность законодательных реформ уголовно-правового регулирования неуклонно растет. Только вот их проработанность и объективная в них потребность оставляют желать лучшего и часто вызывают не только вопросы, но и недоумение. Это и есть результаты такого глобального вызова перед правом, как законодательная суета и законодательная чехарда. И как тут не вспомнить и Томаса Джефферсона с его знаменитым "Вводить законы, противоречащие законам природы, - значит порождать преступления, чтобы потом их наказывать", да и нашего Якова Ильича Гилинского: "Чем развитее, цивилизованнее общество, тем меньше должно быть запретов вообще, уголовно-правовых в особенности" <1>.
Готовое решение: Налоговые каникулы и другие меры налоговой поддержки в условиях пандемии коронавирусной инфекции COVID-19 (вирус SARS-CoV-2) (до 6 мая 2026 г. включительно)
(КонсультантПлюс, 2026)Субсидии, полученные коммерческими организациями на обеспечение непрерывной работы в условиях неблагоприятной экономической ситуации, учитываются как внереализационные доходы. В состав налоговой базы по налогу на прибыль они включаются по мере признания расходов, фактически осуществленных за счет этих средств. В аналогичном порядке учитывались субсидии из бюджетов субъектов РФ, полученные в течение 2020 г. такими организациями в связи с пандемией COVID-19 (Письма Минфина России от 24.11.2020 N 03-03-06/1/102403, от 23.11.2020 N 03-03-06/1/101865);
(КонсультантПлюс, 2026)Субсидии, полученные коммерческими организациями на обеспечение непрерывной работы в условиях неблагоприятной экономической ситуации, учитываются как внереализационные доходы. В состав налоговой базы по налогу на прибыль они включаются по мере признания расходов, фактически осуществленных за счет этих средств. В аналогичном порядке учитывались субсидии из бюджетов субъектов РФ, полученные в течение 2020 г. такими организациями в связи с пандемией COVID-19 (Письма Минфина России от 24.11.2020 N 03-03-06/1/102403, от 23.11.2020 N 03-03-06/1/101865);
Статья: Трансформации института несостоятельности в условиях пандемии COVID-19 в России и некоторых странах Европы
(Файзрахманова Л.М., Бухмин С.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2021, N 9)"Актуальные проблемы российского права", 2021, N 9
(Файзрахманова Л.М., Бухмин С.В.)
("Актуальные проблемы российского права", 2021, N 9)"Актуальные проблемы российского права", 2021, N 9
"Государство, общество и личность: пути преодоления вызовов и угроз в информационной сфере: монография"
(отв. ред. Л.К. Терещенко)
("Инфотропик Медиа", 2024)<32> Так, Закон Филиппин 2017 г. "О злонамеренном распространении ложных сведений и других связанных с этим нарушениях" определяет ложную информацию как информацию, вызывающую панику, хаос, разногласия, насилие или ненависть, а также информацию, содержащую элементы пропаганды с целью очернить или дискредитировать человека. Согласно Закону Сингапура 2019 г. "О защите от распространения в Интернете фейковой информации и манипуляций" устанавливается уголовная ответственность за публикацию фейковых новостей. В Германии действует Закон 2017 г. Net Enforcement Act (NetzDG). Малайзийский закон Anti-fake news Act 2018 г. предусматривает наказание как за инициацию ложной информации, так и за репосты; fake news - любые новости, информация, сведения и отчеты, которые являются полностью или частично ложными независимо от формата (журнальная, газетная статья; телевизионная программа, видео- или аудиозапись; иной формат, способный передавать слова и мысли) (см.: Щербаков А.Д. Fake news как объект уголовно-правовой регуляции: опыт Малайзии // Международное уголовное право и международная юстиция. 2018. N 4. С. 18 - 21; Ильяшенко А.Н., Хисамова З.И. О некоторых аспектах привлечения к уголовной ответственности за распространение fake news в социальных сетях в условиях пандемии // Российский следователь. 2020. N 9. С. 12 - 15).
(отв. ред. Л.К. Терещенко)
("Инфотропик Медиа", 2024)<32> Так, Закон Филиппин 2017 г. "О злонамеренном распространении ложных сведений и других связанных с этим нарушениях" определяет ложную информацию как информацию, вызывающую панику, хаос, разногласия, насилие или ненависть, а также информацию, содержащую элементы пропаганды с целью очернить или дискредитировать человека. Согласно Закону Сингапура 2019 г. "О защите от распространения в Интернете фейковой информации и манипуляций" устанавливается уголовная ответственность за публикацию фейковых новостей. В Германии действует Закон 2017 г. Net Enforcement Act (NetzDG). Малайзийский закон Anti-fake news Act 2018 г. предусматривает наказание как за инициацию ложной информации, так и за репосты; fake news - любые новости, информация, сведения и отчеты, которые являются полностью или частично ложными независимо от формата (журнальная, газетная статья; телевизионная программа, видео- или аудиозапись; иной формат, способный передавать слова и мысли) (см.: Щербаков А.Д. Fake news как объект уголовно-правовой регуляции: опыт Малайзии // Международное уголовное право и международная юстиция. 2018. N 4. С. 18 - 21; Ильяшенко А.Н., Хисамова З.И. О некоторых аспектах привлечения к уголовной ответственности за распространение fake news в социальных сетях в условиях пандемии // Российский следователь. 2020. N 9. С. 12 - 15).
Статья: Государство и трудовое право в условиях пандемии COVID-19
(Степанов С.В.)
("Трудовое право в России и за рубежом", 2022, N 3)В статье анализируются основные тенденции трансформации российского трудового законодательства в условиях пандемии новой коронавирусной инфекции COVID-19.
(Степанов С.В.)
("Трудовое право в России и за рубежом", 2022, N 3)В статье анализируются основные тенденции трансформации российского трудового законодательства в условиях пандемии новой коронавирусной инфекции COVID-19.
Статья: Организация воспитательной работы с обучающимися в вузах ФСИН России в период пандемии: опыт Академии ФСИН России
(Кириллова Т.В., Кузнецов М.И.)
("Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление", 2021, N 5)"Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление", 2021, N 5
(Кириллова Т.В., Кузнецов М.И.)
("Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление", 2021, N 5)"Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление", 2021, N 5