Объяснение как доказательство в уголовном процессе
Подборка наиболее важных документов по запросу Объяснение как доказательство в уголовном процессе (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Апелляционное определение Ивановского областного суда от 27.06.2023 по делу N 33-1520/2023, 2-86/2023 (УИД 37RS0005-01-2022-001486-76)
Категория спора: Продажа недвижимости.
Требования покупателя: 1) О взыскании денежных средств; 2) О расторжении договора.
Обстоятельства: Истцу стало известно, что являвшееся предметом предварительного договора купли-продажи недвижимое имущество продано ответчиком, за которой зарегистрировано в установленном порядке право собственности на данное имущество. Истец направила ответчику заявление об отказе от исполнения договора, содержащее требование о возврате уплаченных по договору денежных средств, которое не было исполнено.
Решение: 1) Удовлетворено; 2) Отказано.Доводы ответчика о том, что сообщенные адвокатом ФИО5 сведения о предоставлении в рамках рассмотрения жалобы в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации расписок, переданных Ю.Н., являются частным мнением представителя, не могут быть признаны состоятельными, поскольку представитель, адвокат выражает в суде позицию лица, участвующего в деле, интересы которого он представляет, в том числе и относительно источника получения представляемых доказательств. Из объяснений стороны истца не следует, что расписки передавались Ю.Н. представителю К., напротив, сторона истца всегда ссылалась на их передачу непосредственно К. по ее просьбе. Ссылки стороны ответчика на ответ на запрос адвоката ФИО5, согласно которому в период оказания юридической помощи К. адвокат с Ю.Н., Ю.М. не встречалась, не опровергают доводы истца о том, что расписки получены от Ю.Н. самой К., представитель которой в суде указал на принадлежность представляемых расписок Ю.Н. Принимая во внимание, что в настоящем деле ответчик заинтересована в разрешении спора в свою пользу, судебная коллегия критически относится к объяснениям представителя ответчика о предъявлении в суде при рассмотрении жалобы в порядке уголовного судопроизводства второго экземпляра расписок, принадлежащих К., и принимает в качестве достоверного доказательства аудиозаписи судебных заседаний по вышеуказанной жалобе К., поскольку оснований полагать пояснения представителя ФИО5, зафиксированные аудиопротоколом, не соответствующими полученным от представляемого лица сведениям об источнике доказательств не имеется.
Категория спора: Продажа недвижимости.
Требования покупателя: 1) О взыскании денежных средств; 2) О расторжении договора.
Обстоятельства: Истцу стало известно, что являвшееся предметом предварительного договора купли-продажи недвижимое имущество продано ответчиком, за которой зарегистрировано в установленном порядке право собственности на данное имущество. Истец направила ответчику заявление об отказе от исполнения договора, содержащее требование о возврате уплаченных по договору денежных средств, которое не было исполнено.
Решение: 1) Удовлетворено; 2) Отказано.Доводы ответчика о том, что сообщенные адвокатом ФИО5 сведения о предоставлении в рамках рассмотрения жалобы в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации расписок, переданных Ю.Н., являются частным мнением представителя, не могут быть признаны состоятельными, поскольку представитель, адвокат выражает в суде позицию лица, участвующего в деле, интересы которого он представляет, в том числе и относительно источника получения представляемых доказательств. Из объяснений стороны истца не следует, что расписки передавались Ю.Н. представителю К., напротив, сторона истца всегда ссылалась на их передачу непосредственно К. по ее просьбе. Ссылки стороны ответчика на ответ на запрос адвоката ФИО5, согласно которому в период оказания юридической помощи К. адвокат с Ю.Н., Ю.М. не встречалась, не опровергают доводы истца о том, что расписки получены от Ю.Н. самой К., представитель которой в суде указал на принадлежность представляемых расписок Ю.Н. Принимая во внимание, что в настоящем деле ответчик заинтересована в разрешении спора в свою пользу, судебная коллегия критически относится к объяснениям представителя ответчика о предъявлении в суде при рассмотрении жалобы в порядке уголовного судопроизводства второго экземпляра расписок, принадлежащих К., и принимает в качестве достоверного доказательства аудиозаписи судебных заседаний по вышеуказанной жалобе К., поскольку оснований полагать пояснения представителя ФИО5, зафиксированные аудиопротоколом, не соответствующими полученным от представляемого лица сведениям об источнике доказательств не имеется.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Вопросы в процедурах получения устных объяснений сторон в гражданском и уголовном процессе
(Зашляпин Л.А.)
("Современное право", 2022, N 4)Первое важное отличие состоит в том, что объяснения сторон в уголовном процессе не являются доказательствами (ч. 2 ст. 74 УПК РФ). Это исключает обязанность в доказывании даже для той стороны, которая находится под этим бременем.
(Зашляпин Л.А.)
("Современное право", 2022, N 4)Первое важное отличие состоит в том, что объяснения сторон в уголовном процессе не являются доказательствами (ч. 2 ст. 74 УПК РФ). Это исключает обязанность в доказывании даже для той стороны, которая находится под этим бременем.
Нормативные акты
Постановление Конституционного Суда РФ от 21.10.2014 N 25-П
"По делу о проверке конституционности положений частей третьей и девятой статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами общества с ограниченной ответственностью "Аврора малоэтажное строительство" и граждан В.А. Шевченко и М.П. Эйдлена"Не предполагает необходимость судебного контроля за продолжительностью наложения ареста на имущество, в отношении которого имеются основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого, и статья 165 УПК Российской Федерации, закрепляющая лишь судебный порядок получения первоначального разрешения на производство такого следственного действия. Что касается возможности лица, на имущество которого наложен арест, обратиться в случае продления сроков или приостановления предварительного следствия к органу, осуществляющему досудебное производство по уголовному делу, с ходатайством об отмене наложения ареста на имущество, обжаловать соответствующее постановление следователя руководителю следственного органа, прокурору в порядке статей 123 и 124 УПК Российской Федерации или в суд по правилам статьи 125 данного Кодекса, притом что такое лицо, если оно не является подозреваемым, обвиняемым или гражданским ответчиком, о продлении сроков предварительного следствия или о его приостановлении не уведомляется (часть восьмая статьи 162 и часть вторая статьи 208 УПК Российской Федерации), то такая возможность - как по буквальному смыслу части девятой статьи 115 УПК Российской Федерации во взаимосвязи с частью третьей той же статьи и частью первой его статьи 208, так и по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, - не может быть признана эффективным средством защиты прав собственника арестованного имущества (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 31 января 2011 года N 1-П). Кроме того, на указанных в части третьей статьи 115 УПК Российской Федерации лиц, поскольку они не являются участниками уголовного судопроизводства, не распространяются такие процессуальные гарантии, как право знать сущность предъявленных к ним материально-правовых притязаний и обстоятельств, на которых они основаны, возражать против этих притязаний, давать объяснения, представлять доказательства, иметь представителя, знакомиться с материалами уголовного дела, заявлять отводы и т.д.
"По делу о проверке конституционности положений частей третьей и девятой статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами общества с ограниченной ответственностью "Аврора малоэтажное строительство" и граждан В.А. Шевченко и М.П. Эйдлена"Не предполагает необходимость судебного контроля за продолжительностью наложения ареста на имущество, в отношении которого имеются основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого, и статья 165 УПК Российской Федерации, закрепляющая лишь судебный порядок получения первоначального разрешения на производство такого следственного действия. Что касается возможности лица, на имущество которого наложен арест, обратиться в случае продления сроков или приостановления предварительного следствия к органу, осуществляющему досудебное производство по уголовному делу, с ходатайством об отмене наложения ареста на имущество, обжаловать соответствующее постановление следователя руководителю следственного органа, прокурору в порядке статей 123 и 124 УПК Российской Федерации или в суд по правилам статьи 125 данного Кодекса, притом что такое лицо, если оно не является подозреваемым, обвиняемым или гражданским ответчиком, о продлении сроков предварительного следствия или о его приостановлении не уведомляется (часть восьмая статьи 162 и часть вторая статьи 208 УПК Российской Федерации), то такая возможность - как по буквальному смыслу части девятой статьи 115 УПК Российской Федерации во взаимосвязи с частью третьей той же статьи и частью первой его статьи 208, так и по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, - не может быть признана эффективным средством защиты прав собственника арестованного имущества (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 31 января 2011 года N 1-П). Кроме того, на указанных в части третьей статьи 115 УПК Российской Федерации лиц, поскольку они не являются участниками уголовного судопроизводства, не распространяются такие процессуальные гарантии, как право знать сущность предъявленных к ним материально-правовых притязаний и обстоятельств, на которых они основаны, возражать против этих притязаний, давать объяснения, представлять доказательства, иметь представителя, знакомиться с материалами уголовного дела, заявлять отводы и т.д.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 57
"О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов"возникновение необходимости истребования доказательства судом по своей инициативе (часть 1 статьи 63 КАС РФ).
"О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов"возникновение необходимости истребования доказательства судом по своей инициативе (часть 1 статьи 63 КАС РФ).
Статья: Понятие и правовой статус гражданского истца в уголовном процессе. Комментарий к статье 44 УПК РФ
(Рыжаков А.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)<285> См.: Татьянина Л.Г. Объяснения гражданского истца как вид доказательств в гражданском и уголовном процессе / Л.Г. Татьянина // Актуальные проблемы гражданского права и процесса: Сборник материалов Международной научно-практической конференции / Д.Х. Валеев, И.Г. Горбачев, Д.Н. Горшунов и др.; Под ред. Д.Х. Валеева, М.Ю. Челышева. Вып. 1. М.: Статут, 2006. 461 с. [Электронный ресурс] // СПС "КонсультантПлюс". 2006 и др.
(Рыжаков А.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)<285> См.: Татьянина Л.Г. Объяснения гражданского истца как вид доказательств в гражданском и уголовном процессе / Л.Г. Татьянина // Актуальные проблемы гражданского права и процесса: Сборник материалов Международной научно-практической конференции / Д.Х. Валеев, И.Г. Горбачев, Д.Н. Горшунов и др.; Под ред. Д.Х. Валеева, М.Ю. Челышева. Вып. 1. М.: Статут, 2006. 461 с. [Электронный ресурс] // СПС "КонсультантПлюс". 2006 и др.
Статья: Использование специальных знаний в уголовном судопроизводстве: сравнительно-правовой анализ законодательства Российской Федерации и некоторых иностранных государств
(Антонович Е.К.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 8)Представляется, что в уголовном судопроизводстве для отнесения знаний к специальным должны быть соблюдены два основных условия: не только сфера этих знаний, но и форма их использования. Это обеспечит оценку и проверку доказательства, полученного с применением специальных знаний, в части не только относимости, но и допустимости. Основное значение специальных знаний - способность участвовать в формировании доказательств для установления обстоятельств, которые существенны для дела. Именно этим можно объяснить вовлечение в сферу уголовного судопроизводства прежде всего таких участников, как эксперт и специалист. Специальные знания обусловливают получение различных видов доказательств: заключения эксперта и показаний эксперта, заключения специалиста и показаний специалиста. Справедливо обосновывается возможность применения специальных знаний в уголовном процессе в следующих формах: "проведение судебной экспертизы; использование помощи специалиста при расследовании уголовного дела и в рамках судебного разбирательства; допросы как эксперта, так и специалиста; ревизии, документарные и иные проверки" <6>. Между тем вариативность использования специальных знаний значительно шире. Ведь в производстве по уголовному делу участие принимают и другие лица, которые обладают специальными знаниями. В их числе переводчики, психологи и педагоги, а также врачи. К определению их в качестве участников уголовного судопроизводства подходы в законодательстве иностранных государств различаются. Их либо относят к специалистам, либо рассматривают в качестве отдельных лиц. Например, согласно ст. 80 УПК Республики Казахстан специалистами являются также педагог, психолог, участвующие в следственных и иных процессуальных действиях с участием несовершеннолетнего, а равно врач, участвующий в следственных и иных процессуальных действиях, за исключением случаев назначения его экспертом. В других государствах, таких как Республика Беларусь, допускаются к участию в уголовном судопроизводстве не только эксперты, но и специалисты (например, ст. 61 и 62 УПК Республики Беларусь). Однако педагог или психолог, участвующие в допросе несовершеннолетних лиц, являются специалистами (ст. 62 УПК Республики Беларусь), в то время как процессуальному статусу переводчика посвящена отдельная статья (ст. 63 УПК Республики Беларусь).
(Антонович Е.К.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 8)Представляется, что в уголовном судопроизводстве для отнесения знаний к специальным должны быть соблюдены два основных условия: не только сфера этих знаний, но и форма их использования. Это обеспечит оценку и проверку доказательства, полученного с применением специальных знаний, в части не только относимости, но и допустимости. Основное значение специальных знаний - способность участвовать в формировании доказательств для установления обстоятельств, которые существенны для дела. Именно этим можно объяснить вовлечение в сферу уголовного судопроизводства прежде всего таких участников, как эксперт и специалист. Специальные знания обусловливают получение различных видов доказательств: заключения эксперта и показаний эксперта, заключения специалиста и показаний специалиста. Справедливо обосновывается возможность применения специальных знаний в уголовном процессе в следующих формах: "проведение судебной экспертизы; использование помощи специалиста при расследовании уголовного дела и в рамках судебного разбирательства; допросы как эксперта, так и специалиста; ревизии, документарные и иные проверки" <6>. Между тем вариативность использования специальных знаний значительно шире. Ведь в производстве по уголовному делу участие принимают и другие лица, которые обладают специальными знаниями. В их числе переводчики, психологи и педагоги, а также врачи. К определению их в качестве участников уголовного судопроизводства подходы в законодательстве иностранных государств различаются. Их либо относят к специалистам, либо рассматривают в качестве отдельных лиц. Например, согласно ст. 80 УПК Республики Казахстан специалистами являются также педагог, психолог, участвующие в следственных и иных процессуальных действиях с участием несовершеннолетнего, а равно врач, участвующий в следственных и иных процессуальных действиях, за исключением случаев назначения его экспертом. В других государствах, таких как Республика Беларусь, допускаются к участию в уголовном судопроизводстве не только эксперты, но и специалисты (например, ст. 61 и 62 УПК Республики Беларусь). Однако педагог или психолог, участвующие в допросе несовершеннолетних лиц, являются специалистами (ст. 62 УПК Республики Беларусь), в то время как процессуальному статусу переводчика посвящена отдельная статья (ст. 63 УПК Республики Беларусь).
"Комментарий судебной практики. Выпуск 29"
(отв. ред. К.Б. Ярошенко)
("Инфотропик Медиа", 2024)Соответственно, использование доказательств, сведений, полученных по гражданскому делу, в уголовном судопроизводстве возможно при соблюдении требований, правил получения, проверки и оценки доказательств в соответствии с уголовно-процессуальным законом. В частности, при представлении материалов гражданского дела непосредственно в суд первой инстанции суд вправе огласить протокол судебного заседания по гражданскому делу, предоставить возможность сторонам задать вопросы друг другу и исследовать данные сведения, а впоследствии оценить их в приговоре. При оценке объяснений сторон, полученных по гражданскому делу, необходимо принимать во внимание также тот факт, что стороны, давая объяснения, так же как и обвиняемый по уголовному делу, не несут ответственность за дачу заведомо ложных объяснений (показаний). В анализируемых нами уголовных и гражданских делах истец Х. в уголовном деле выступал в качестве обвиняемого и на нем не лежала ответственность за дачу заведомо ложных показаний и объяснений. Гражданские ответчики по данному уголовному делу одновременно выступали потерпевшими и по уголовному делу несли ответственность за отказ от дачи показаний и за заведомо ложные показания. Эти обстоятельства необходимо учитывать при оценке показаний и объяснений, полученных по гражданскому делу, в уголовном деле.
(отв. ред. К.Б. Ярошенко)
("Инфотропик Медиа", 2024)Соответственно, использование доказательств, сведений, полученных по гражданскому делу, в уголовном судопроизводстве возможно при соблюдении требований, правил получения, проверки и оценки доказательств в соответствии с уголовно-процессуальным законом. В частности, при представлении материалов гражданского дела непосредственно в суд первой инстанции суд вправе огласить протокол судебного заседания по гражданскому делу, предоставить возможность сторонам задать вопросы друг другу и исследовать данные сведения, а впоследствии оценить их в приговоре. При оценке объяснений сторон, полученных по гражданскому делу, необходимо принимать во внимание также тот факт, что стороны, давая объяснения, так же как и обвиняемый по уголовному делу, не несут ответственность за дачу заведомо ложных объяснений (показаний). В анализируемых нами уголовных и гражданских делах истец Х. в уголовном деле выступал в качестве обвиняемого и на нем не лежала ответственность за дачу заведомо ложных показаний и объяснений. Гражданские ответчики по данному уголовному делу одновременно выступали потерпевшими и по уголовному делу несли ответственность за отказ от дачи показаний и за заведомо ложные показания. Эти обстоятельства необходимо учитывать при оценке показаний и объяснений, полученных по гражданскому делу, в уголовном деле.
Статья: О недостатках правового регулирования использования результатов оперативно-розыскной деятельности и материалов проверки сообщений о преступлениях в доказывании
(Григорьев А.И.)
("Российский юридический журнал", 2021, N 5)Гаврилов Б.Я., Урбан В.В. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовном судопроизводстве // Труды Академии управления МВД России. 2018. N 4. С. 151 - 156.
(Григорьев А.И.)
("Российский юридический журнал", 2021, N 5)Гаврилов Б.Я., Урбан В.В. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовном судопроизводстве // Труды Академии управления МВД России. 2018. N 4. С. 151 - 156.
Статья: Генезис института привлечения лица в качестве обвиняемого
(Антонович Е.К.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 1)Появляется новый участник уголовного судопроизводства - обвиняемый, который является субъектом права на защиту, активным участником уголовного судопроизводства, отстаивает свои права и законные интересы. Вовлечен в уголовное судопроизводство он мог быть и ранее, если был допрошен, например, в качестве свидетеля, однако теперь он обрел иной статус. Так, обвиняемый вправе не только знать, в чем его обвиняют, но и давать объяснения по предъявленному обвинению, а также представлять доказательства и заявлять ходатайства и т.д.
(Антонович Е.К.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 1)Появляется новый участник уголовного судопроизводства - обвиняемый, который является субъектом права на защиту, активным участником уголовного судопроизводства, отстаивает свои права и законные интересы. Вовлечен в уголовное судопроизводство он мог быть и ранее, если был допрошен, например, в качестве свидетеля, однако теперь он обрел иной статус. Так, обвиняемый вправе не только знать, в чем его обвиняют, но и давать объяснения по предъявленному обвинению, а также представлять доказательства и заявлять ходатайства и т.д.
Статья: О совершенствовании стадии возбуждения уголовного дела
(Багмет А.М., Османова Н.В.)
("Российский следователь", 2022, N 2)Приведенные выше обстоятельства оказывают непосредственное влияние на сроки рассмотрения сообщения о преступлении и своевременность принятия решения. Напомним, этот срок, согласно ч. 1 ст. 144 УПК РФ, составляет 3 суток, а не 10 или 30 суток. Полагаем, что продление сроков допустимо лишь в случаях, когда есть сомнения в наличии события преступления. Кроме того, нужно помнить не только о разумности срока уголовного судопроизводства, критерии которого заложены в ст. 6.1 УПК РФ, но и о разумности доказывания всех обстоятельств совершенного преступления. Обнаружив на месте происшествия труп со следами насильственной смерти, не нужно дожидаться получения объяснений от всех очевидцев происшедшего, ответа органа дознания на поручения, установления мотива совершения преступления и т.п. Принимать решение о возбуждении уголовного дела в таких случаях необходимо в первые сутки с момента получения соответствующего сообщения. В дальнейшем, например, при установлении обстоятельств, указывающих на совершение убийства из корыстных побуждений либо из хулиганских побуждений, действия обвиняемого могут быть переквалифицированы на п. "з" либо п. "и" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Подобных примеров можно привести множество.
(Багмет А.М., Османова Н.В.)
("Российский следователь", 2022, N 2)Приведенные выше обстоятельства оказывают непосредственное влияние на сроки рассмотрения сообщения о преступлении и своевременность принятия решения. Напомним, этот срок, согласно ч. 1 ст. 144 УПК РФ, составляет 3 суток, а не 10 или 30 суток. Полагаем, что продление сроков допустимо лишь в случаях, когда есть сомнения в наличии события преступления. Кроме того, нужно помнить не только о разумности срока уголовного судопроизводства, критерии которого заложены в ст. 6.1 УПК РФ, но и о разумности доказывания всех обстоятельств совершенного преступления. Обнаружив на месте происшествия труп со следами насильственной смерти, не нужно дожидаться получения объяснений от всех очевидцев происшедшего, ответа органа дознания на поручения, установления мотива совершения преступления и т.п. Принимать решение о возбуждении уголовного дела в таких случаях необходимо в первые сутки с момента получения соответствующего сообщения. В дальнейшем, например, при установлении обстоятельств, указывающих на совершение убийства из корыстных побуждений либо из хулиганских побуждений, действия обвиняемого могут быть переквалифицированы на п. "з" либо п. "и" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Подобных примеров можно привести множество.
Статья: К дискуссии о категории совести как критерии оценки доказательств
(Корнакова С.В.)
("Российский судья", 2024, N 12)<13> Середнев В.А. К вопросу о профанации реализации принципа свободы оценки доказательств в уголовном судопроизводстве // Экономика. Социология. Право. 2019. N 2 (14). С. 109.
(Корнакова С.В.)
("Российский судья", 2024, N 12)<13> Середнев В.А. К вопросу о профанации реализации принципа свободы оценки доказательств в уголовном судопроизводстве // Экономика. Социология. Право. 2019. N 2 (14). С. 109.
"Российские процессуалисты о праве, законе и судебной практике: к 20-летию Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации: монография"
(отв. ред. В.В. Молчанов)
("Статут", 2023)В свою очередь, необходимо решение вопроса о том, может ли право не свидетельствовать против себя самого распространяться не только на объяснения сторон, но и на представление в суд письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, а также на указание известных стороне свидетелей.
(отв. ред. В.В. Молчанов)
("Статут", 2023)В свою очередь, необходимо решение вопроса о том, может ли право не свидетельствовать против себя самого распространяться не только на объяснения сторон, но и на представление в суд письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, а также на указание известных стороне свидетелей.
Статья: Средства установления обстоятельств, подлежащих доказыванию при рассмотрении судом вопроса о передаче гражданина иностранного государства, осужденного к лишению свободы судом Российской Федерации, для отбывания наказания в государство его гражданства
(Федюнин А.А.)
("Российский судья", 2021, N 12)Таким образом, при рассмотрении вопроса совершенствования правового регулирования средств установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по делам о передаче гражданина иностранного государства, осужденного к лишению свободы судом Российской Федерации, для отбывания наказания в государство его гражданства следует отметить недостаточность регламентации указанных средств в специальных нормах УПК РФ, что приводит к необходимости обращения в случае отсутствия специальных указаний в законе как к общим положениям (часть первая УПК РФ) уголовно-процессуального закона, так и к его нормам, регламентирующим международное сотрудничество (часть пятая УПК РФ), а также международно-правовым нормам договоров и конвенций Российской Федерации. В науке уголовно-процессуального права многими учеными выдвигались предложения по совершенствованию законодательного регулирования средств установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, на стадии исполнения приговора, на некоторые из них мы указывали выше. На наш взгляд, для исключения дальнейших разногласий как в судебной практике, так и в науке уголовного процесса при рассмотрении вопросов, связанных с исполнением приговора, в том числе вопроса о передаче иностранного гражданина, осужденного судом Российской Федерации к лишению свободы, в государство его гражданства, стоит предложить сделать норму, закрепленную в ч. 7 ст. 399 УПК РФ, отсылочной, дополнив ее следующим образом: "Судебное заседание начинается с доклада представителя учреждения или органа, подавшего представление, либо с объяснения заявителя. Затем исследуются материалы, в том числе доказательства, представленные заявителем, учреждением или органом, подавшим представление, или запрошенные судом в соответствии с положениями настоящего Кодекса, а также положениями международного договора Российской Федерации, международного соглашения или на основе принципа взаимности, выслушиваются объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, мнение прокурора, после чего судья выносит постановление".
(Федюнин А.А.)
("Российский судья", 2021, N 12)Таким образом, при рассмотрении вопроса совершенствования правового регулирования средств установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по делам о передаче гражданина иностранного государства, осужденного к лишению свободы судом Российской Федерации, для отбывания наказания в государство его гражданства следует отметить недостаточность регламентации указанных средств в специальных нормах УПК РФ, что приводит к необходимости обращения в случае отсутствия специальных указаний в законе как к общим положениям (часть первая УПК РФ) уголовно-процессуального закона, так и к его нормам, регламентирующим международное сотрудничество (часть пятая УПК РФ), а также международно-правовым нормам договоров и конвенций Российской Федерации. В науке уголовно-процессуального права многими учеными выдвигались предложения по совершенствованию законодательного регулирования средств установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, на стадии исполнения приговора, на некоторые из них мы указывали выше. На наш взгляд, для исключения дальнейших разногласий как в судебной практике, так и в науке уголовного процесса при рассмотрении вопросов, связанных с исполнением приговора, в том числе вопроса о передаче иностранного гражданина, осужденного судом Российской Федерации к лишению свободы, в государство его гражданства, стоит предложить сделать норму, закрепленную в ч. 7 ст. 399 УПК РФ, отсылочной, дополнив ее следующим образом: "Судебное заседание начинается с доклада представителя учреждения или органа, подавшего представление, либо с объяснения заявителя. Затем исследуются материалы, в том числе доказательства, представленные заявителем, учреждением или органом, подавшим представление, или запрошенные судом в соответствии с положениями настоящего Кодекса, а также положениями международного договора Российской Федерации, международного соглашения или на основе принципа взаимности, выслушиваются объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, мнение прокурора, после чего судья выносит постановление".
Статья: Участие защитника на стадии возбуждения уголовного дела: миф или реальность
(Поликарпова О.С.)
("Российский следователь", 2023, N 3)Таким образом, полагаем, что размещение п. 3, 6 ч. 3 ст. 49 УПК РФ не логично и предлагаем дополнить ст. 49 ч. 3.1 следующего содержания: "Адвокат вправе участвовать в качестве защитника с момента: 1) фактического задержания лица по основаниям, предусмотренным статьей 91 настоящего Кодекса; 2) начала осуществления процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, в отношении которого проводится проверка сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном статьей 144 настоящего Кодекса", переименовав п. 3 ч. 3 следующим образом: "...с момента ограничения свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления, в случаях: а) предусмотренных статьями 91 и 92 настоящего Кодекса; б) применения к нему в соответствии со статьей 100 настоящего Кодекса меры пресечения", исключив п. 6 из ч. 3 ст. 49 УПК РФ. Дополнению должно подлежать и содержание ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ, в которой после словосочетания "пользоваться услугами адвоката" следует указать "...лицам, в отношении которых проводится ограничивающая права и свободы проверка сообщения о преступлении, ходатайствовать о приглашении защитника, в том числе по назначению". Изложенное позволит исключить противоречивость положений, заложенных в содержание ст. 49 УПК РФ, приводящих к сложности фактической реализации права на участие защитника до возбуждения уголовного дела. А значимость такого своевременного появления в уголовном процессе защитника обуславливается прежде всего необходимостью закрепления первоначальной, полученной от фактически подвергнутого уголовному преследованию лица информации (сведений) в качестве доказательства и без процессуальных нарушений, что позволит снизить тем самым степень риска последующего признания этих безусловно значимых с точки зрения объективности доказательств недопустимыми. Вместе с тем к доказательствам при участии защитника в ходе письменной фиксации пояснений лица, в отношении которого проводится проверка причастности к совершению уголовно наказуемого деяния на первой стадии уголовного судопроизводства, при условии обязательного разъяснения последнему положений ст. 51 Конституции РФ, считаем, следует относить и само объяснение, что на сегодняшний день допустимо законодателем, но исключительно с распространением на предусмотренный гл. 32.1 УПК РФ порядок производства по уголовному делу. Использование же в качестве доказательств данных, полученных при производстве в отношении лица, причастность которого к деянию, содержащему признаки уголовно наказуемого, проверяется, следственных и процессуальных действий без участия защитника А.Е. Урывкова предлагает отнести к прямому запрету, закрепив его в положениях УПК РФ <15>, что представляется нам логичным и оправданным. Но это не единственное условие, обуславливающее необходимость вступления защитника в уголовно-процессуальную деятельность на начальной стадии процесса. Значимость участия защитника на стадии возбуждения уголовного дела Е.В. Ветрила связывает с возможностью недопущения принятия необоснованного процессуального решения о возбуждении уголовного дела, что повлечет незаконное применение мер уголовно-процессуального принуждения <16>, что нами также поддерживается, поскольку это особенно важно при проверке сообщений о преступлениях, охватывающих сферу экономической деятельности, повышенное внимание которой уделяет Президент РФ <17>.
(Поликарпова О.С.)
("Российский следователь", 2023, N 3)Таким образом, полагаем, что размещение п. 3, 6 ч. 3 ст. 49 УПК РФ не логично и предлагаем дополнить ст. 49 ч. 3.1 следующего содержания: "Адвокат вправе участвовать в качестве защитника с момента: 1) фактического задержания лица по основаниям, предусмотренным статьей 91 настоящего Кодекса; 2) начала осуществления процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, в отношении которого проводится проверка сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном статьей 144 настоящего Кодекса", переименовав п. 3 ч. 3 следующим образом: "...с момента ограничения свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления, в случаях: а) предусмотренных статьями 91 и 92 настоящего Кодекса; б) применения к нему в соответствии со статьей 100 настоящего Кодекса меры пресечения", исключив п. 6 из ч. 3 ст. 49 УПК РФ. Дополнению должно подлежать и содержание ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ, в которой после словосочетания "пользоваться услугами адвоката" следует указать "...лицам, в отношении которых проводится ограничивающая права и свободы проверка сообщения о преступлении, ходатайствовать о приглашении защитника, в том числе по назначению". Изложенное позволит исключить противоречивость положений, заложенных в содержание ст. 49 УПК РФ, приводящих к сложности фактической реализации права на участие защитника до возбуждения уголовного дела. А значимость такого своевременного появления в уголовном процессе защитника обуславливается прежде всего необходимостью закрепления первоначальной, полученной от фактически подвергнутого уголовному преследованию лица информации (сведений) в качестве доказательства и без процессуальных нарушений, что позволит снизить тем самым степень риска последующего признания этих безусловно значимых с точки зрения объективности доказательств недопустимыми. Вместе с тем к доказательствам при участии защитника в ходе письменной фиксации пояснений лица, в отношении которого проводится проверка причастности к совершению уголовно наказуемого деяния на первой стадии уголовного судопроизводства, при условии обязательного разъяснения последнему положений ст. 51 Конституции РФ, считаем, следует относить и само объяснение, что на сегодняшний день допустимо законодателем, но исключительно с распространением на предусмотренный гл. 32.1 УПК РФ порядок производства по уголовному делу. Использование же в качестве доказательств данных, полученных при производстве в отношении лица, причастность которого к деянию, содержащему признаки уголовно наказуемого, проверяется, следственных и процессуальных действий без участия защитника А.Е. Урывкова предлагает отнести к прямому запрету, закрепив его в положениях УПК РФ <15>, что представляется нам логичным и оправданным. Но это не единственное условие, обуславливающее необходимость вступления защитника в уголовно-процессуальную деятельность на начальной стадии процесса. Значимость участия защитника на стадии возбуждения уголовного дела Е.В. Ветрила связывает с возможностью недопущения принятия необоснованного процессуального решения о возбуждении уголовного дела, что повлечет незаконное применение мер уголовно-процессуального принуждения <16>, что нами также поддерживается, поскольку это особенно важно при проверке сообщений о преступлениях, охватывающих сферу экономической деятельности, повышенное внимание которой уделяет Президент РФ <17>.