Общие и специальные нормы уголовного закона
Подборка наиболее важных документов по запросу Общие и специальные нормы уголовного закона (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2023 год: Статья 159.2 "Мошенничество при получении выплат" УК РФ"Вопреки доводам жалобы, совершение мошеннических действий в период, когда ст. 159.2 УК РФ не была введена в уголовный закон, не может быть расценено как законное и не образующее состав преступления, предусмотренный специальной нормой. До введения указанной нормы закона ответственность за действия, совершенные осужденной, была предусмотрена общей нормой - статьей 159 УК РФ, которая под обманом подразумевала, в том числе, предоставление подложных документов. Введение специальной нормы, а также последующее изменение категории преступления, запрещенного специальной нормой, не приводит к необходимости делить единое длящееся преступление на три эпизода, такое преступление считается оконченным в момент его пресечения и квалифицируется нормой закона, действующей в момент окончания преступления."
Подборка судебных решений за 2023 год: Статья 187 "Неправомерный оборот средств платежей" УК РФ"Доводы осужденного о том, что наказание по настоящему делу и по приговору мирового судьи от 11 августа 2020 года ему было назначено по одним и тем же правовым основаниям, то есть по одному уголовному делу, так как диспозиция ч. 1 ст. 173.2 УК РФ имеет такие же признаки преступного деяния, что и ч. 1 ст. 187 УК РФ, являются несостоятельными, поскольку основаны на неправильном толковании закона. В частности, ст. 173.2 и ст. 187 УК РФ не являются общей и специальной нормами, ответственность по названным статьям УК РФ предусмотрена за различные преступные деяния. Более того, по смыслу ч. 2 ст. 17 УК РФ, уголовно-наказуемым является и одно действие (бездействие), содержащее признаки преступлений, предусмотренных двумя или более статьями УК РФ."
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Конкуренция общих и специальных норм в гражданском и уголовном праве
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Конкуренция общих и специальных норм в уголовном праве
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Конкуренция общих и специальных норм в уголовном праве
Статья: Конкуренция общей и специальной уголовно-правовой нормы
(Шиханов В.Н.)
("Законность", 2022, N 3)Таким образом, ст. 191.1 УК не специальная по отношению к ст. 175 УК. Важно заметить, что на проблематику отношения общей и специальной нормы уголовного закона указывал Верховный Суд РФ в отзыве на соответствующий законопроект перед его рассмотрением в Государственной Думе Федерального Собрания РФ <10>. Он, в частности, отметил, что при такой постановке вопроса по некоторым позициям новое преступление со специальной нормой и вовсе оказывается привилегированным, хотя законопроект преследует цель противодействия незаконной заготовке древесины и ее теневому обороту.
(Шиханов В.Н.)
("Законность", 2022, N 3)Таким образом, ст. 191.1 УК не специальная по отношению к ст. 175 УК. Важно заметить, что на проблематику отношения общей и специальной нормы уголовного закона указывал Верховный Суд РФ в отзыве на соответствующий законопроект перед его рассмотрением в Государственной Думе Федерального Собрания РФ <10>. Он, в частности, отметил, что при такой постановке вопроса по некоторым позициям новое преступление со специальной нормой и вовсе оказывается привилегированным, хотя законопроект преследует цель противодействия незаконной заготовке древесины и ее теневому обороту.
Нормативные акты
"Уголовный кодекс Российской Федерации" от 13.06.1996 N 63-ФЗ
(ред. от 17.11.2025, с изм. от 17.12.2025)3. Если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме.
(ред. от 17.11.2025, с изм. от 17.12.2025)3. Если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме.
Статья: Современная парадигма согласования должностных лиц местного самоуправления с органами государственной власти
(Колесников А.В.)
("Муниципальная служба: правовые вопросы", 2022, N 1)Конституционные поправки 2020 г. во многом упрочили достижения государства в деле укрепления вертикали власти и интеграции органов местного самоуправления в систему публичной власти. Сегодня много научных работ посвящено осмыслению их содержания. Вместе с тем не только поправки о публичной власти, но и вся современная система правового регулирования заставляет задуматься: а правильными ли методами законодатель пытается построить благоприятную среду обитания для жителей России? В Китае в 2015 г. действовало всего 242 закона. В современной России только муниципальные правоотношения, по официальным данным, регламентируют 173 федеральных закона (по другим подсчетам их 195 <1>), содержащие 1 577 полномочий органов местного самоуправления. Из них 38 законов определяют полномочия не по вопросам местного значения <2>. Например, законодательство, посвященное общественным отношениям в уголовно-исполнительной сфере или нотариате, почему-то регулирует публично-властную, организационную или компетенционную деятельность органов местного самоуправления. Еще никогда мощная теоретическая методология о соотношении общих и специальных норм, выработанная поколениями ведущих советских ученых, не подвергалась такой дискредитации, а ведь многие депутаты законодательных органов имеют научные степени в юриспруденции...
(Колесников А.В.)
("Муниципальная служба: правовые вопросы", 2022, N 1)Конституционные поправки 2020 г. во многом упрочили достижения государства в деле укрепления вертикали власти и интеграции органов местного самоуправления в систему публичной власти. Сегодня много научных работ посвящено осмыслению их содержания. Вместе с тем не только поправки о публичной власти, но и вся современная система правового регулирования заставляет задуматься: а правильными ли методами законодатель пытается построить благоприятную среду обитания для жителей России? В Китае в 2015 г. действовало всего 242 закона. В современной России только муниципальные правоотношения, по официальным данным, регламентируют 173 федеральных закона (по другим подсчетам их 195 <1>), содержащие 1 577 полномочий органов местного самоуправления. Из них 38 законов определяют полномочия не по вопросам местного значения <2>. Например, законодательство, посвященное общественным отношениям в уголовно-исполнительной сфере или нотариате, почему-то регулирует публично-властную, организационную или компетенционную деятельность органов местного самоуправления. Еще никогда мощная теоретическая методология о соотношении общих и специальных норм, выработанная поколениями ведущих советских ученых, не подвергалась такой дискредитации, а ведь многие депутаты законодательных органов имеют научные степени в юриспруденции...
Статья: Начало и окончание процессуальных сроков в уголовном процессе: хитросплетения закона и практики
(Ивасенко К.В.)
("Закон", 2025, N 6)С момента принятия УПК РФ текст ст. 128, регулирующей исчисление сроков, сохранился практически в первозданном виде. Все немногочисленные изменения имели сугубо технический характер. За более чем 20 лет действия Кодекса в нее лишь добавили упоминание о появившейся в 2018 году новой мере пресечения <3> - запрете определенных действий, и слова "медицинский или психиатрический стационар" были заменены на более длинные формулировки <4>. При столь завидной стабильности регулирования о такой же стабильности в понимании и применении означенных положений говорить, к сожалению, нельзя. Споры о том, как следует исчислять уголовно-процессуальные сроки, не утихают в литературе до сих пор <5>. Суды также демонстрируют разнообразие подходов. Причиной тому, как видится, является непоследовательное регулирование именно общих положений о сроках, которое зачастую вступает в противоречие со специальными нормами, что создает на практике множественность толкований.
(Ивасенко К.В.)
("Закон", 2025, N 6)С момента принятия УПК РФ текст ст. 128, регулирующей исчисление сроков, сохранился практически в первозданном виде. Все немногочисленные изменения имели сугубо технический характер. За более чем 20 лет действия Кодекса в нее лишь добавили упоминание о появившейся в 2018 году новой мере пресечения <3> - запрете определенных действий, и слова "медицинский или психиатрический стационар" были заменены на более длинные формулировки <4>. При столь завидной стабильности регулирования о такой же стабильности в понимании и применении означенных положений говорить, к сожалению, нельзя. Споры о том, как следует исчислять уголовно-процессуальные сроки, не утихают в литературе до сих пор <5>. Суды также демонстрируют разнообразие подходов. Причиной тому, как видится, является непоследовательное регулирование именно общих положений о сроках, которое зачастую вступает в противоречие со специальными нормами, что создает на практике множественность толкований.
Статья: Соотношение норм главы 8 Уголовного кодекса Российской Федерации и предписаний иноотраслевого законодательства о применении оружия
(Ляпин Д.О.)
("Право в Вооруженных Силах", 2022, N 10)Распространенной является позиция, согласно которой предписания о применении оружия рассматриваются как нормы, конкретизирующие положения уголовного закона об обстоятельствах, исключающих преступность деяния. Так, А.П. Дмитренко полагает, что в иноотраслевом законодательстве не закрепляются самостоятельные обстоятельства, исключающие преступность деяния: положения гл. 8 УК РФ являются общими, в то время как нормы иных отраслей права, регулирующие правоотношения, возникающие в связи с причинением вреда объекту уголовно-правовой охраны, - специальными. Эти нормы "детализируют общие, корректируют временные и пространственные условия их реализации, способы правового воздействия на поведение личности" применительно к конкретным ситуациям. Являясь средством конкретизации общих норм, они не могут противоречить положениям уголовного закона <1>.
(Ляпин Д.О.)
("Право в Вооруженных Силах", 2022, N 10)Распространенной является позиция, согласно которой предписания о применении оружия рассматриваются как нормы, конкретизирующие положения уголовного закона об обстоятельствах, исключающих преступность деяния. Так, А.П. Дмитренко полагает, что в иноотраслевом законодательстве не закрепляются самостоятельные обстоятельства, исключающие преступность деяния: положения гл. 8 УК РФ являются общими, в то время как нормы иных отраслей права, регулирующие правоотношения, возникающие в связи с причинением вреда объекту уголовно-правовой охраны, - специальными. Эти нормы "детализируют общие, корректируют временные и пространственные условия их реализации, способы правового воздействия на поведение личности" применительно к конкретным ситуациям. Являясь средством конкретизации общих норм, они не могут противоречить положениям уголовного закона <1>.
Статья: Особые производства в современном дифференцированном уголовном процессе России: виды, взаимодействие с основным производством, способы нормативного выражения в УПК РФ
(Пупышева Л.А.)
("Мировой судья", 2021, N 10)<6> Федеральным законом от 8 марта 2015 г. N 23-ФЗ все дела, возникающие из публично-правовых отношений (подраздел III ГПК РФ), перенесены в КАС РФ.
(Пупышева Л.А.)
("Мировой судья", 2021, N 10)<6> Федеральным законом от 8 марта 2015 г. N 23-ФЗ все дела, возникающие из публично-правовых отношений (подраздел III ГПК РФ), перенесены в КАС РФ.
Статья: Квалификация неправомерных действий при банкротстве в форме сокрытия (ч. 1 ст. 195 УК РФ)
(Коренная А.А.)
("Уголовное право", 2023, N 1)Сокрытие документов образует состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 195 УК РФ, только в случае банкротства юридического лица. В диспозиции ч. 1 ст. 195 УК РФ криминализированы сокрытие, уничтожение, фальсификация бухгалтерских и иных учетных документов, отражающих экономическую деятельность юридического лица или индивидуального предпринимателя. В настоящее время процедура банкротства индивидуальных предпринимателей не регламентирована, на лиц, имеющих статус индивидуального предпринимателя, в отношении которого введена процедура банкротства, распространяются общие нормы о банкротстве физического лица. В связи с тем что параграф 1 гл. X Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", посвященный особенностям процедуры банкротства индивидуального предпринимателя, признан утратившим силу с 1 октября 2015 г. <17>, в настоящее время действуют общие правила о банкротстве физического лица, применение ч. 1 ст. 195 УК РФ к физическим лицам, в том числе имеющим статус индивидуального предпринимателя, невозможно. В связи с этим редакция уголовно-правовой нормы в этой части не соответствует нормам специального законодательства о несостоятельности и не обеспечивает эффективную уголовно-правовую охрану отношений, возникающих при банкротстве физического лица.
(Коренная А.А.)
("Уголовное право", 2023, N 1)Сокрытие документов образует состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 195 УК РФ, только в случае банкротства юридического лица. В диспозиции ч. 1 ст. 195 УК РФ криминализированы сокрытие, уничтожение, фальсификация бухгалтерских и иных учетных документов, отражающих экономическую деятельность юридического лица или индивидуального предпринимателя. В настоящее время процедура банкротства индивидуальных предпринимателей не регламентирована, на лиц, имеющих статус индивидуального предпринимателя, в отношении которого введена процедура банкротства, распространяются общие нормы о банкротстве физического лица. В связи с тем что параграф 1 гл. X Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", посвященный особенностям процедуры банкротства индивидуального предпринимателя, признан утратившим силу с 1 октября 2015 г. <17>, в настоящее время действуют общие правила о банкротстве физического лица, применение ч. 1 ст. 195 УК РФ к физическим лицам, в том числе имеющим статус индивидуального предпринимателя, невозможно. В связи с этим редакция уголовно-правовой нормы в этой части не соответствует нормам специального законодательства о несостоятельности и не обеспечивает эффективную уголовно-правовую охрану отношений, возникающих при банкротстве физического лица.
Статья: Юридическая квалификация дефектов медицинской помощи
(Данилов Е.О.)
("Актуальные проблемы российского права", 2021, N 5)Статья посвящена изучению правовой природы дефектов медицинской помощи и определению критериев их юридической квалификации. Проведен ретроспективный анализ развития института юридической ответственности за ненадлежащее врачевание. Исследованы понятие дефекта медицинской помощи и смежные категории, их природно-онтологические особенности и квалифицирующие правовые признаки, рассмотрены доктринальные подходы к юридической оценке дефектов медицинской помощи. Отмечено, что, несмотря на заметную эволюцию, которую в истории права претерпел вопрос об ответственности врачей, до сих пор в юриспруденции нет единого подхода к пониманию правовой природы дефектов медицинской помощи, а в современном российском законодательстве, как и в уголовных законах большинства зарубежных стран, отсутствуют специальные нормы для квалификации этих дефектов. Вместе с тем в интересах оптимального правового регулирования отношений в сфере медицины сегодня действительно актуальным представляется не столько введение в закон особых статей, устанавливающих уголовную ответственность за ненадлежащее оказание медицинской помощи, сколько легальное определение и систематизация базовых понятий и критериев юридической квалификации различных медицинских инцидентов. Так, объединив все неблагоприятные события в медицинской практике под общим термином "медицинские инциденты", можно для выделения среди них инцидентов, обусловленных ненадлежащим оказанием медицинских услуг, использовать понятие "дефект медицинской помощи". Предложена авторская классификация дефектов медицинской помощи на основе их разделения по характеру отношения субъекта медицинской деятельности к своим профессиональным обязанностям на медицинские деликты (правонарушения) и медицинские казусы (несчастные случаи и медицинские ошибки). Сформулирован концептуальный подход к юридической квалификации дефектов медицинской помощи.
(Данилов Е.О.)
("Актуальные проблемы российского права", 2021, N 5)Статья посвящена изучению правовой природы дефектов медицинской помощи и определению критериев их юридической квалификации. Проведен ретроспективный анализ развития института юридической ответственности за ненадлежащее врачевание. Исследованы понятие дефекта медицинской помощи и смежные категории, их природно-онтологические особенности и квалифицирующие правовые признаки, рассмотрены доктринальные подходы к юридической оценке дефектов медицинской помощи. Отмечено, что, несмотря на заметную эволюцию, которую в истории права претерпел вопрос об ответственности врачей, до сих пор в юриспруденции нет единого подхода к пониманию правовой природы дефектов медицинской помощи, а в современном российском законодательстве, как и в уголовных законах большинства зарубежных стран, отсутствуют специальные нормы для квалификации этих дефектов. Вместе с тем в интересах оптимального правового регулирования отношений в сфере медицины сегодня действительно актуальным представляется не столько введение в закон особых статей, устанавливающих уголовную ответственность за ненадлежащее оказание медицинской помощи, сколько легальное определение и систематизация базовых понятий и критериев юридической квалификации различных медицинских инцидентов. Так, объединив все неблагоприятные события в медицинской практике под общим термином "медицинские инциденты", можно для выделения среди них инцидентов, обусловленных ненадлежащим оказанием медицинских услуг, использовать понятие "дефект медицинской помощи". Предложена авторская классификация дефектов медицинской помощи на основе их разделения по характеру отношения субъекта медицинской деятельности к своим профессиональным обязанностям на медицинские деликты (правонарушения) и медицинские казусы (несчастные случаи и медицинские ошибки). Сформулирован концептуальный подход к юридической квалификации дефектов медицинской помощи.
Статья: Эволюция обстоятельств, исключающих уголовную ответственность медицинских работников
(Тер-Овакимян А.А.)
("Медицинское право", 2024, N 4)Аналогичное этому правило в настоящее время воспроизведено в ст. 57 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".
(Тер-Овакимян А.А.)
("Медицинское право", 2024, N 4)Аналогичное этому правило в настоящее время воспроизведено в ст. 57 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".
Статья: Институт соучастия в преступлении: некоторые вопросы доктринальной и судебной интерпретации
(Яцеленко Б.В.)
("Российский следователь", 2024, N 1)На фоне продолжающегося интенсивного обновления отечественного уголовного законодательства, отражающего преимущественно тенденцию расширения пределов уголовной противоправности, нельзя не отметить новеллы, встроенные законодателем в нормативное поле института соучастия. Исторически сформировавшийся с акцентом на нормы, образующие подсистему предписаний Общей части уголовного закона, институт соучастия содержит в себе также ряд уголовно-правовых запретов, фиксирующих определенные формы совместного совершения преступления несколькими лицами в рамках его Особенной части. В настоящее время инфраструктура предписаний, образующих институт соучастия, значительно увеличилась в своем объеме за счет появления в нем подсистемы специальных уголовно-правовых норм, криминализировавших деяния организатора, подстрекателя и пособника в качестве самостоятельных преступлений. Эти ролевые функции соучастников материализованы в ряде составов преступлений, помещенных в разные главы и разделы Особенной части УК РФ. Не ставя перед собой задачу их детального анализа, отметим, что в целом они представляют собой отпочковавшуюся по воле законодателя от норм ст. 33 УК РФ законодательную модель соучастников с акцентом на их специальные разновидности.
(Яцеленко Б.В.)
("Российский следователь", 2024, N 1)На фоне продолжающегося интенсивного обновления отечественного уголовного законодательства, отражающего преимущественно тенденцию расширения пределов уголовной противоправности, нельзя не отметить новеллы, встроенные законодателем в нормативное поле института соучастия. Исторически сформировавшийся с акцентом на нормы, образующие подсистему предписаний Общей части уголовного закона, институт соучастия содержит в себе также ряд уголовно-правовых запретов, фиксирующих определенные формы совместного совершения преступления несколькими лицами в рамках его Особенной части. В настоящее время инфраструктура предписаний, образующих институт соучастия, значительно увеличилась в своем объеме за счет появления в нем подсистемы специальных уголовно-правовых норм, криминализировавших деяния организатора, подстрекателя и пособника в качестве самостоятельных преступлений. Эти ролевые функции соучастников материализованы в ряде составов преступлений, помещенных в разные главы и разделы Особенной части УК РФ. Не ставя перед собой задачу их детального анализа, отметим, что в целом они представляют собой отпочковавшуюся по воле законодателя от норм ст. 33 УК РФ законодательную модель соучастников с акцентом на их специальные разновидности.
Статья: Актуальные вопросы приоритета специальных норм в административно-деликтном и уголовном законах
(Смоляков П.Н.)
("Законность", 2021, N 2)В УК РФ названный принцип закреплен в ч. 3 ст. 17, гласящей, что, если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупности преступлений нет и уголовная ответственность наступает по специальной норме.
(Смоляков П.Н.)
("Законность", 2021, N 2)В УК РФ названный принцип закреплен в ч. 3 ст. 17, гласящей, что, если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупности преступлений нет и уголовная ответственность наступает по специальной норме.
Статья: Преступления в сфере банкротства физических лиц: вопросы разграничения
(Александров С.А.)
("Российский следователь", 2023, N 6)Правоприменителю в этой ситуации надлежит решить вопрос о квалификации такого деяния по совокупности либо определить норму, подлежащую приоритетному применению. Последнее возможно, например, при конкуренции уголовно-правовых норм, когда содеянное одновременно охватывается признаками двух норм уголовного закона, одна из которых полнее, детальнее описывает признаки конкретного деяния. При этом выделяются конкуренция общей и специальной нормы, когда последняя выступает своего рода специальным случаем относительно первой нормы, и конкуренция части и целого, когда под самостоятельный уголовно-правовой запрет поставлено деяние, которое может выступать компонентом другого общественно опасного деяния.
(Александров С.А.)
("Российский следователь", 2023, N 6)Правоприменителю в этой ситуации надлежит решить вопрос о квалификации такого деяния по совокупности либо определить норму, подлежащую приоритетному применению. Последнее возможно, например, при конкуренции уголовно-правовых норм, когда содеянное одновременно охватывается признаками двух норм уголовного закона, одна из которых полнее, детальнее описывает признаки конкретного деяния. При этом выделяются конкуренция общей и специальной нормы, когда последняя выступает своего рода специальным случаем относительно первой нормы, и конкуренция части и целого, когда под самостоятельный уголовно-правовой запрет поставлено деяние, которое может выступать компонентом другого общественно опасного деяния.