Новые объекты гражданских прав
Подборка наиболее важных документов по запросу Новые объекты гражданских прав (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Наследственный договор в системе правоотношений по охране и управлению наследством
(Дзюба А.Д.)
("Нотариус", 2026, N 1)Вопросы наследования и его правового обеспечения являются актуальными во все времена. Так, проблемы наследственного права волновали людей еще на заре цивилизации <1>, а с развитием гражданского оборота и появлением новых объектов гражданских прав усложняются правоотношения, связанные с передачей наследственной массы, так как некоторые объекты нуждаются в особой охране или управлении. Это касается как бизнес активов, так и активов, имеющих высокую волатильность коммерческой стоимости, что требует определенного внимания и профессионализма от лиц, которые управляют такими активами. Как указывают Е.Ю. Петров и И.Г. Ренц, увеличение стоимости наследственных масс, появление в их составе имущественных комплексов и корпоративных прав стали причиной появления частных фондов, совместных завещаний, наследственных договоров, соглашений супругов о перераспределении общего имущества на случай смерти, совершенствования мер по управлению наследственной массой до момента оформления наследственных прав <2>.
(Дзюба А.Д.)
("Нотариус", 2026, N 1)Вопросы наследования и его правового обеспечения являются актуальными во все времена. Так, проблемы наследственного права волновали людей еще на заре цивилизации <1>, а с развитием гражданского оборота и появлением новых объектов гражданских прав усложняются правоотношения, связанные с передачей наследственной массы, так как некоторые объекты нуждаются в особой охране или управлении. Это касается как бизнес активов, так и активов, имеющих высокую волатильность коммерческой стоимости, что требует определенного внимания и профессионализма от лиц, которые управляют такими активами. Как указывают Е.Ю. Петров и И.Г. Ренц, увеличение стоимости наследственных масс, появление в их составе имущественных комплексов и корпоративных прав стали причиной появления частных фондов, совместных завещаний, наследственных договоров, соглашений супругов о перераспределении общего имущества на случай смерти, совершенствования мер по управлению наследственной массой до момента оформления наследственных прав <2>.
Статья: Цифровая валюта как организационное обязательство и правовой статус ее добросовестного приобретателя
(Успенский М.А.)
("Закон", 2026, N 1)При этом, как справедливо отмечает М.Л. Башкатов, даже ЦФА требуют защиты добросовестных участников оборота <36>, и, по моему мнению, защита добросовестных приобретателей должна предоставляться держателям не только ЦФА, но и ЦВ и ИЦП (иностранных цифровых прав). Это должно стать первостепенным направлением для императивных законотворческих инициатив, тем более что участники хозяйственного оборота регулярно испытывают с этим проблемы, о чем в том числе свидетельствует и вал судебных дел о возврате неосновательного обогащения в форме цифровых валют. Таким образом, наполнение частноправового режима ЦВ (объектов права) в РФ следует начать именно с проработки правового статуса добросовестного приобретателя (субъекта права), тем более что это согласуется и с позицией ученых-цивилистов (как в РФ, так и за рубежом), и с реальной потребностью рынка, и с историческими традициями законотворчества при появлении новых объектов гражданских прав.
(Успенский М.А.)
("Закон", 2026, N 1)При этом, как справедливо отмечает М.Л. Башкатов, даже ЦФА требуют защиты добросовестных участников оборота <36>, и, по моему мнению, защита добросовестных приобретателей должна предоставляться держателям не только ЦФА, но и ЦВ и ИЦП (иностранных цифровых прав). Это должно стать первостепенным направлением для императивных законотворческих инициатив, тем более что участники хозяйственного оборота регулярно испытывают с этим проблемы, о чем в том числе свидетельствует и вал судебных дел о возврате неосновательного обогащения в форме цифровых валют. Таким образом, наполнение частноправового режима ЦВ (объектов права) в РФ следует начать именно с проработки правового статуса добросовестного приобретателя (субъекта права), тем более что это согласуется и с позицией ученых-цивилистов (как в РФ, так и за рубежом), и с реальной потребностью рынка, и с историческими традициями законотворчества при появлении новых объектов гражданских прав.
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2024 год: Статья 44 "Особенности осуществления государственного кадастрового учета части объекта недвижимости и государственной регистрации обременений объекта недвижимости" Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости"Осуществление кадастрового учета в данном случае не приводит к появлению нового объекта недвижимости как объекта гражданских прав, поэтому для осуществления кадастрового учета соответствующей части здания или помещения не требуется, чтобы она обладала свойствами обособленности и изолированности. При этом описание соответствующей части объекта недвижимости (помещения, здания) является лишь дополнительной характеристикой данного объекта."
Нормативные акты
"Обзор судебной практики по делам, связанным с оспариванием отказа в осуществлении кадастрового учета"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.11.2016)Учет части помещения в целях фиксации ограничения (обременения) вещного права при сохранении права собственности на помещение в целом, равно как учет помещения как части здания, не приводит к появлению нового объекта недвижимости как объекта гражданских прав, даже если соответствующая переданная в пользование часть нежилого помещения или нежилого здания обладает свойствами обособленности и изолированности. Описание части объекта недвижимости (помещения, здания) является лишь дополнительной характеристикой данного объекта.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.11.2016)Учет части помещения в целях фиксации ограничения (обременения) вещного права при сохранении права собственности на помещение в целом, равно как учет помещения как части здания, не приводит к появлению нового объекта недвижимости как объекта гражданских прав, даже если соответствующая переданная в пользование часть нежилого помещения или нежилого здания обладает свойствами обособленности и изолированности. Описание части объекта недвижимости (помещения, здания) является лишь дополнительной характеристикой данного объекта.
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018)
(ред. от 25.04.2025)Соответствующие разъяснения даны в п. 9 Обзора судебной практики по делам, связанным с оспариванием отказа в осуществлении кадастрового учета, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 ноября 2016 г. (далее - Обзор), согласно которому учет части помещения в целях фиксации ограничения (обременения) вещного права при сохранении права собственности на помещение в целом, равно как учет помещения как части здания, не приводит к появлению нового объекта недвижимости как объекта гражданских прав, даже если соответствующая переданная в пользование часть нежилого помещения или нежилого здания обладает свойствами обособленности и изолированности. Описание части объекта недвижимости (помещения, здания) является лишь дополнительной характеристикой данного объекта. Указанным пунктом Обзора уже был разрешен вопрос о том, что отсутствие в государственном кадастре недвижимости сведений о части передаваемого в аренду объекта недвижимости не является препятствием для осуществления государственной регистрации договора аренды части здания (помещения). Учет переданной в пользование части объекта недвижимости является правом, а не обязанностью собственника или иного лица, в пользу которых установлены или устанавливаются ограничения (обременение) вещных прав на такие объекты недвижимости.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018)
(ред. от 25.04.2025)Соответствующие разъяснения даны в п. 9 Обзора судебной практики по делам, связанным с оспариванием отказа в осуществлении кадастрового учета, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 ноября 2016 г. (далее - Обзор), согласно которому учет части помещения в целях фиксации ограничения (обременения) вещного права при сохранении права собственности на помещение в целом, равно как учет помещения как части здания, не приводит к появлению нового объекта недвижимости как объекта гражданских прав, даже если соответствующая переданная в пользование часть нежилого помещения или нежилого здания обладает свойствами обособленности и изолированности. Описание части объекта недвижимости (помещения, здания) является лишь дополнительной характеристикой данного объекта. Указанным пунктом Обзора уже был разрешен вопрос о том, что отсутствие в государственном кадастре недвижимости сведений о части передаваемого в аренду объекта недвижимости не является препятствием для осуществления государственной регистрации договора аренды части здания (помещения). Учет переданной в пользование части объекта недвижимости является правом, а не обязанностью собственника или иного лица, в пользу которых установлены или устанавливаются ограничения (обременение) вещных прав на такие объекты недвижимости.
"Судебные расходы: научно-практическое исследование"
(Бортникова Н.А., Резников Е.В.)
("Издательство ВолГУ", 2025)Само понятие "имущество" в законодательстве четко не определено. Оно имеет многовариантное толкование, причем не только в разных нормативно-правовых актах, но и в содержании одного и того же нормативно-правового акта; является саморазвивающейся категорией (дополняется новыми объектами гражданских прав); имеет внутреннюю видовую дифференциацию <72>. В гражданском праве в широком смысле имущество представляет собой совокупность принадлежащих субъекту вещей и имущественных прав (актив имущества) и обязанностей (пассив имущества); в узком смысле - только актив имущества (наличное имущество); в еще более узком смысле - только вещи <73>.
(Бортникова Н.А., Резников Е.В.)
("Издательство ВолГУ", 2025)Само понятие "имущество" в законодательстве четко не определено. Оно имеет многовариантное толкование, причем не только в разных нормативно-правовых актах, но и в содержании одного и того же нормативно-правового акта; является саморазвивающейся категорией (дополняется новыми объектами гражданских прав); имеет внутреннюю видовую дифференциацию <72>. В гражданском праве в широком смысле имущество представляет собой совокупность принадлежащих субъекту вещей и имущественных прав (актив имущества) и обязанностей (пассив имущества); в узком смысле - только актив имущества (наличное имущество); в еще более узком смысле - только вещи <73>.
"Правовое регулирование оборота прав на результаты интеллектуальной деятельности в цифровой экономике: монография"
(Кирсанова Е.Е.)
("Юстицинформ", 2022)2.1. Возникновение новых объектов гражданских прав в сфере
(Кирсанова Е.Е.)
("Юстицинформ", 2022)2.1. Возникновение новых объектов гражданских прав в сфере
Статья: Экзистенциальные особенности гражданско-правового режима объектов авторского права и смежных прав
(Щербак Н.В.)
("Вестник гражданского права", 2021, N 6)Вместе с тем было бы ошибочно считать, что все технологические прорывы влекут за собой трансформацию авторского права или смежных прав. Одни творческие и технические достижения влекут трансформацию привычных правовых институтов, а другие - нет. Например, для охраны микросхем был создан новый правовой институт, а компьютерные программы было решено вписать в классическое авторское право. Федеральным законом от 18 марта 2019 г. N 34-ФЗ "О внесении изменений в части первую, вторую и статью 1124 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" в качестве самостоятельного объекта гражданского оборота были признаны цифровые права (ст. 141.1 ГК РФ), не создав при этом какого-либо содержательного регулирования этого вида объекта <4>. Е.А. Суханов справедливо указывает, что главный и практически единственный квалифицирующий признак этих новых объектов гражданских прав составляет необходимость прямого указания в каком-либо федеральном законе на их "цифровой" характер, из чего следует возможность законодателя объявить "цифровым" любое гражданское право - и корпоративное, и вещное, и интеллектуальное. Но придание объекту гражданских прав какой-либо новой формы, хотя бы и цифровой, само по себе не способно определить или изменить его юридическую природу. При этом содержательная сторона этого нового гражданско-правового режима, в особенности его защитная функция, остается terra incognita и нуждается в более глубоком и тщательном изучении. Можно лишь констатировать, пишет ученый, что вытекающая из п. 1 ст. 141.1 ГК РФ невозможность использования "цифровых прав" третьими лицами, за рамками информационной системы, в которой эти права возникли и существуют, во всяком случае, исключает их признание вещными или интеллектуальными правами (абсолютными по своей юридической природе, т.е. неизбежно распространяющими свое действие на "всех третьих лиц") <5>.
(Щербак Н.В.)
("Вестник гражданского права", 2021, N 6)Вместе с тем было бы ошибочно считать, что все технологические прорывы влекут за собой трансформацию авторского права или смежных прав. Одни творческие и технические достижения влекут трансформацию привычных правовых институтов, а другие - нет. Например, для охраны микросхем был создан новый правовой институт, а компьютерные программы было решено вписать в классическое авторское право. Федеральным законом от 18 марта 2019 г. N 34-ФЗ "О внесении изменений в части первую, вторую и статью 1124 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" в качестве самостоятельного объекта гражданского оборота были признаны цифровые права (ст. 141.1 ГК РФ), не создав при этом какого-либо содержательного регулирования этого вида объекта <4>. Е.А. Суханов справедливо указывает, что главный и практически единственный квалифицирующий признак этих новых объектов гражданских прав составляет необходимость прямого указания в каком-либо федеральном законе на их "цифровой" характер, из чего следует возможность законодателя объявить "цифровым" любое гражданское право - и корпоративное, и вещное, и интеллектуальное. Но придание объекту гражданских прав какой-либо новой формы, хотя бы и цифровой, само по себе не способно определить или изменить его юридическую природу. При этом содержательная сторона этого нового гражданско-правового режима, в особенности его защитная функция, остается terra incognita и нуждается в более глубоком и тщательном изучении. Можно лишь констатировать, пишет ученый, что вытекающая из п. 1 ст. 141.1 ГК РФ невозможность использования "цифровых прав" третьими лицами, за рамками информационной системы, в которой эти права возникли и существуют, во всяком случае, исключает их признание вещными или интеллектуальными правами (абсолютными по своей юридической природе, т.е. неизбежно распространяющими свое действие на "всех третьих лиц") <5>.
Статья: Проблема квалификации цифровых финансовых активов в системе объектов гражданских прав и ее влияние на режим их оборота
(Мамедов И.Ф. оглы)
("Предпринимательское право", 2026, N 1)<3> Василевская Л.Ю. Токен как новый объект гражданских прав: проблемы юридической квалификации цифрового права // Актуальные проблемы российского права. 2019. N 5 (102).
(Мамедов И.Ф. оглы)
("Предпринимательское право", 2026, N 1)<3> Василевская Л.Ю. Токен как новый объект гражданских прав: проблемы юридической квалификации цифрового права // Актуальные проблемы российского права. 2019. N 5 (102).
Статья: Квалификация GameFi-преступлений: в поисках новых концептуальных и методологических парадигм
(Сидоренко Э.Л.)
("Журнал российского права", 2026, N 4)<11> См.: Лисаченко А.В. Право виртуальных миров: новые объекты гражданских прав // Российский юридический журнал. 2014. N 2. С. 104 - 110.
(Сидоренко Э.Л.)
("Журнал российского права", 2026, N 4)<11> См.: Лисаченко А.В. Право виртуальных миров: новые объекты гражданских прав // Российский юридический журнал. 2014. N 2. С. 104 - 110.
"Объекты гражданских прав: научно-практический комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации"
(под ред. Г.А. Гаджиева)
("Статут", 2025)На примере энергии можно проследить, как протекает процесс признания новых объектов гражданских прав по мере развития науки, как удается "вместить" в уже сложившиеся юридические конструкции то новое, что появляется в социальной жизни.
(под ред. Г.А. Гаджиева)
("Статут", 2025)На примере энергии можно проследить, как протекает процесс признания новых объектов гражданских прав по мере развития науки, как удается "вместить" в уже сложившиеся юридические конструкции то новое, что появляется в социальной жизни.
Статья: Основные элементы цифровых объектов гражданского оборота
(Тумаков А.В.)
("Российская юстиция", 2026, N 5)<1> Василевская Л.Ю. Токен как новый объект гражданских прав: проблемы юридической квалификации цифрового права // Актуальные проблемы российского права. 2019. N 5. С. 113.
(Тумаков А.В.)
("Российская юстиция", 2026, N 5)<1> Василевская Л.Ю. Токен как новый объект гражданских прав: проблемы юридической квалификации цифрового права // Актуальные проблемы российского права. 2019. N 5. С. 113.
Статья: Перспективы развития общего учения об объектах гражданских прав в условиях цифровизации
(Щелокова А.А., Яковлев В.И.)
("Юрист", 2022, N 8)Не так давно (с 01.10.2019) в Гражданский кодекс Российской Федерации (далее - ГК РФ), а именно в ст. 128, были приняты поправки, вводящие новый объект гражданских прав - цифровые права <2>.
(Щелокова А.А., Яковлев В.И.)
("Юрист", 2022, N 8)Не так давно (с 01.10.2019) в Гражданский кодекс Российской Федерации (далее - ГК РФ), а именно в ст. 128, были приняты поправки, вводящие новый объект гражданских прав - цифровые права <2>.
Статья: Цифровые права как объекты инвестиционной деятельности
(Лаптева А.М.)
("Российский юридический журнал", 2024, N 1)Отечественный законодатель пошел по пути прямого регулирования ЦП, выделив этот феномен в качестве самостоятельного объекта гражданских прав, который не сводится к существующим объектам и имеет собственный правовой режим <19>. В юридической литературе к избранной законодателем модели ЦП относятся отрицательно. Так, некоторые авторы полагают, что цифровые права фактически стали не новым объектом гражданских прав, а новой формой удостоверения имущественных прав <20>. На первый взгляд, с этим суждением нельзя не согласиться. Однако при таком подходе возникает ряд вопросов. Во-первых, что представляют собой цифровые права, которые не привязаны к реальным активам, не удостоверяют традиционные объекты гражданских прав? В пример можно привести невзаимозаменяемый токен (NFT), активы виртуального мира. Во-вторых, российское законодательство позволяет выпускать "гибридные" ЦП, состоящие из ЦФА и УЦП. Если рассматривать эти цифровые права только как форму фиксации существующих объектов гражданских прав, то возникает вопрос о наличии у такой совокупности объектов единой юридической судьбы.
(Лаптева А.М.)
("Российский юридический журнал", 2024, N 1)Отечественный законодатель пошел по пути прямого регулирования ЦП, выделив этот феномен в качестве самостоятельного объекта гражданских прав, который не сводится к существующим объектам и имеет собственный правовой режим <19>. В юридической литературе к избранной законодателем модели ЦП относятся отрицательно. Так, некоторые авторы полагают, что цифровые права фактически стали не новым объектом гражданских прав, а новой формой удостоверения имущественных прав <20>. На первый взгляд, с этим суждением нельзя не согласиться. Однако при таком подходе возникает ряд вопросов. Во-первых, что представляют собой цифровые права, которые не привязаны к реальным активам, не удостоверяют традиционные объекты гражданских прав? В пример можно привести невзаимозаменяемый токен (NFT), активы виртуального мира. Во-вторых, российское законодательство позволяет выпускать "гибридные" ЦП, состоящие из ЦФА и УЦП. Если рассматривать эти цифровые права только как форму фиксации существующих объектов гражданских прав, то возникает вопрос о наличии у такой совокупности объектов единой юридической судьбы.
Статья: Виртуальное игровое имущество как объект гражданских правоотношений
(Федоров М.В., Пономарченко А.Е., Лунева А.В.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 3)<7> Лисаченко А.В. Право виртуальных миров: новые объекты гражданских прав // Российский юридический журнал. 2014. N 2. С. 105.
(Федоров М.В., Пономарченко А.Е., Лунева А.В.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 3)<7> Лисаченко А.В. Право виртуальных миров: новые объекты гражданских прав // Российский юридический журнал. 2014. N 2. С. 105.