Неоказание медицинской помощи
Подборка наиболее важных документов по запросу Неоказание медицинской помощи (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 59 "Экспертиза временной нетрудоспособности" Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"Кассационная инстанция поддерживает вывод суда первой инстанции, что в рассматриваемом случае имеется непосредственная причинно-следственная связь между нарушением порядка продления листков нетрудоспособности и выплатой пособия по временной нетрудоспособности застрахованному лицу за счет средств Фонда, квалифицируемой последним в качестве необоснованной, поскольку излишняя выплата произошла в связи с неправомерными действиями медицинской организации, связанными с несоблюдением установленного порядка продления листка нетрудоспособности. Кроме того, отсутствуют основания полагать, что допущенные нарушения носили формальный характер, учитывая, что в ходе проверки установлено фактическое неоказание медицинской помощи застрахованном лицу в период продления спорных листков нетрудоспособности, не прослеживается необходимость направления на МСЭ (в медкарте фиксировалось стабильное состояние пациента, положительная динамика, отсутствие обследований, изменений в ходе лечения), в связи с чем продление листков нетрудоспособности на период более 10 месяцев являлось неправомерным. Обратное ответчиком не доказано."
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Ситуация: Обязана ли частная медицинская клиника оказывать экстренную помощь бесплатно?
("Электронный журнал "Азбука права", 2026)За неоказание медицинской помощи в экстренной форме медицинские организации и медицинские работники несут ответственность (ч. 3 ст. 11 Закона N 323-ФЗ).
("Электронный журнал "Азбука права", 2026)За неоказание медицинской помощи в экстренной форме медицинские организации и медицинские работники несут ответственность (ч. 3 ст. 11 Закона N 323-ФЗ).
Нормативные акты
"Уголовный кодекс Российской Федерации" от 13.06.1996 N 63-ФЗ
(ред. от 20.02.2026)Статья 124. Неоказание помощи больному
(ред. от 20.02.2026)Статья 124. Неоказание помощи больному
Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ
(ред. от 29.12.2025)
"Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"Статья 11. Недопустимость отказа в оказании медицинской помощи
(ред. от 29.12.2025)
"Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"Статья 11. Недопустимость отказа в оказании медицинской помощи
Формы
Статья: Уголовно-правовая охрана права на охрану здоровья в странах - участниках и партнерах БРИКС+
(Платонова Н.И.)
("Юрист", 2026, N 1)Во вторую группу преступлений предлагается вынести ятрогенные преступления, особенность которых - в особом субъекте - медицинском работнике. Как правило, речь идет о незаконном осуществлении медицинской или фармацевтической деятельности (в отсутствие соответствующей лицензии / аккредитации / специального разрешения), неоказании медицинской помощи или оказании ее ненадлежащего качества. Критерии качества оказания медицинской помощи определяются обычно уполномоченными органами исполнительной власти. Как правило, к дефектам оказания медицинской помощи относят: постановку неправильного или неполного диагноза, ошибки выбора тактики лечения (консервативный метод лечения вместо оперативного), нарушение техники безопасности при использовании медицинского оборудования и т.д. Такие преступления имеют материальный состав. В ряде случаев некачественная медицинская помощь может быть оказана по причине, не зависящей от медицинского работника, например, когда третьи лица препятствуют возможности ее оказания. Проанализировав подобные случаи, российский законодатель включил в Уголовный кодекс в 2019 г. ст. 124.1 УК РФ о воспрепятствовании оказанию медицинской помощи. Субъектом преступления здесь является любое лицо, достигшее возраста уголовной ответственности. Основным объектом преступления выступает здоровье человека, дополнительным - законная деятельность медицинского работника по оказанию медицинской помощи. Объективная сторона заключается в воспрепятствовании любым способом законной деятельности медицинского работника по оказанию медицинской помощи. Состав материальный - уголовная ответственность наступает лишь при условии наличия тяжкого вреда здоровью или смерти пациента. При этом законодатель не конкретизирует, какой вид медицинской помощи имеется в виду. Буквальное толкование статьи позволяет предположить, что речь идет не только о скорой медицинской помощи, но и первичной медико-санитарной, специализированной или даже паллиативной. Данная статья имеет большое значение для осуществления правовой защиты прав медицинских работников, ибо они не будут подлежать уголовной ответственности за неоказание медицинской помощи или несвоевременность ее оказания, так как их бездействие сопряжено с уважительной причиной <1>. Между тем общественно опасные последствия в виде тяжкого вреда или смерти пациента не находятся или не всегда находятся в непосредственной причинной связи с деянием по воспрепятствованию осуществлению медицинской помощи <2>, потому к сегодняшнему дню практика применения данной статьи не сложилась. Аналогичных статей в законодательстве стран - участников / партнеров БРИКС+ сегодня нет. Однако существуют определенные нормы, предусматривающие уголовно-правовую защиту медицинского оборудования, имущества медицинских организаций как государственных, так и частных (ОАЭ) <3>, что также связано с возможностью оказания качественной медицинской помощи, однако в данном случае состав формальный, не требует наступления общественно опасных последствий для конкретного пациента. Ряд стран предусматривают меры уголовной ответственности за воспрепятствование деятельности отдельных медицинских работников, например деятельности медицинской службы Вооруженных сил Египта <4>, сотрудников Красного Креста в период стихийных бедствий (Китай) <5>. Интересен опыт Бразилии, где в ст. 257 Уголовного кодекса предусматривается уголовная ответственность за "кражу, сокрытие или порчу оборудования или любых иных средств, предназначенных для борьбы с опасностью, работы экстренных служб, создание препятствий для работы таким службам" <6>. Подобный подход видится более широким, предоставляя уголовно-правовую защиту деятельности всех экстренных служб страны. Потому полагаем обоснованным предложение профессора Талан М.В. о необходимости включения подобной нормы в Уголовный кодекс Российской Федерации <7>. Однако стоит отметить, что здесь объектом охраны становится уже не жизнь и здоровье человека, а общественное здоровье, состав преступления формальный и не требует наступления общественно опасных последствий.
(Платонова Н.И.)
("Юрист", 2026, N 1)Во вторую группу преступлений предлагается вынести ятрогенные преступления, особенность которых - в особом субъекте - медицинском работнике. Как правило, речь идет о незаконном осуществлении медицинской или фармацевтической деятельности (в отсутствие соответствующей лицензии / аккредитации / специального разрешения), неоказании медицинской помощи или оказании ее ненадлежащего качества. Критерии качества оказания медицинской помощи определяются обычно уполномоченными органами исполнительной власти. Как правило, к дефектам оказания медицинской помощи относят: постановку неправильного или неполного диагноза, ошибки выбора тактики лечения (консервативный метод лечения вместо оперативного), нарушение техники безопасности при использовании медицинского оборудования и т.д. Такие преступления имеют материальный состав. В ряде случаев некачественная медицинская помощь может быть оказана по причине, не зависящей от медицинского работника, например, когда третьи лица препятствуют возможности ее оказания. Проанализировав подобные случаи, российский законодатель включил в Уголовный кодекс в 2019 г. ст. 124.1 УК РФ о воспрепятствовании оказанию медицинской помощи. Субъектом преступления здесь является любое лицо, достигшее возраста уголовной ответственности. Основным объектом преступления выступает здоровье человека, дополнительным - законная деятельность медицинского работника по оказанию медицинской помощи. Объективная сторона заключается в воспрепятствовании любым способом законной деятельности медицинского работника по оказанию медицинской помощи. Состав материальный - уголовная ответственность наступает лишь при условии наличия тяжкого вреда здоровью или смерти пациента. При этом законодатель не конкретизирует, какой вид медицинской помощи имеется в виду. Буквальное толкование статьи позволяет предположить, что речь идет не только о скорой медицинской помощи, но и первичной медико-санитарной, специализированной или даже паллиативной. Данная статья имеет большое значение для осуществления правовой защиты прав медицинских работников, ибо они не будут подлежать уголовной ответственности за неоказание медицинской помощи или несвоевременность ее оказания, так как их бездействие сопряжено с уважительной причиной <1>. Между тем общественно опасные последствия в виде тяжкого вреда или смерти пациента не находятся или не всегда находятся в непосредственной причинной связи с деянием по воспрепятствованию осуществлению медицинской помощи <2>, потому к сегодняшнему дню практика применения данной статьи не сложилась. Аналогичных статей в законодательстве стран - участников / партнеров БРИКС+ сегодня нет. Однако существуют определенные нормы, предусматривающие уголовно-правовую защиту медицинского оборудования, имущества медицинских организаций как государственных, так и частных (ОАЭ) <3>, что также связано с возможностью оказания качественной медицинской помощи, однако в данном случае состав формальный, не требует наступления общественно опасных последствий для конкретного пациента. Ряд стран предусматривают меры уголовной ответственности за воспрепятствование деятельности отдельных медицинских работников, например деятельности медицинской службы Вооруженных сил Египта <4>, сотрудников Красного Креста в период стихийных бедствий (Китай) <5>. Интересен опыт Бразилии, где в ст. 257 Уголовного кодекса предусматривается уголовная ответственность за "кражу, сокрытие или порчу оборудования или любых иных средств, предназначенных для борьбы с опасностью, работы экстренных служб, создание препятствий для работы таким службам" <6>. Подобный подход видится более широким, предоставляя уголовно-правовую защиту деятельности всех экстренных служб страны. Потому полагаем обоснованным предложение профессора Талан М.В. о необходимости включения подобной нормы в Уголовный кодекс Российской Федерации <7>. Однако стоит отметить, что здесь объектом охраны становится уже не жизнь и здоровье человека, а общественное здоровье, состав преступления формальный и не требует наступления общественно опасных последствий.
"Научно-практический комментарий судебной практики по спорам в сфере труда и социального обеспечения медицинских работников"
(под ред. М.А. Жильцова)
("Проспект", 2024)Е. обратился с иском к ФКУЗ "Медико-санитарная часть N 66" Федеральной службы исполнения наказаний (далее - МСЧ), обжалуя приказ работодателя о привлечении к материальной ответственности в размере 25 000 руб. в счет возмещения материального ущерба федеральному бюджету, из которого взыскана компенсация морального вреда 50 000 руб. в связи с неоказанием медицинской помощи лицу при нахождении в местах лишения свободы.
(под ред. М.А. Жильцова)
("Проспект", 2024)Е. обратился с иском к ФКУЗ "Медико-санитарная часть N 66" Федеральной службы исполнения наказаний (далее - МСЧ), обжалуя приказ работодателя о привлечении к материальной ответственности в размере 25 000 руб. в счет возмещения материального ущерба федеральному бюджету, из которого взыскана компенсация морального вреда 50 000 руб. в связи с неоказанием медицинской помощи лицу при нахождении в местах лишения свободы.
Статья: Отмена усыновления (удочерения): правовая природа, основания, порядок и правовые последствия
(Матвеев Д.И.)
("Современное право", 2025, N 6)Помимо рассмотренных выше невиновных оснований для отмены усыновления основанием для отмены усыновления является виновное поведение усыновителей, а именно их жестокое обращение с ребенком, под которым можно понимать активные действия или бездействие в виде физического или психологического насилия, причиняющие ущерб здоровью ребенка. Проявлением жестокого обращения можно считать оставление ребенка, особенно в возрасте от рождения и как минимум до семи - десяти лет, одного на долгое время, лишение еды и воды, неоказание медицинской помощи, а ст. 69 СК РФ, посвященная лишению родительских прав, причисляет к жестокому обращению с детьми также "покушение на их половую неприкосновенность".
(Матвеев Д.И.)
("Современное право", 2025, N 6)Помимо рассмотренных выше невиновных оснований для отмены усыновления основанием для отмены усыновления является виновное поведение усыновителей, а именно их жестокое обращение с ребенком, под которым можно понимать активные действия или бездействие в виде физического или психологического насилия, причиняющие ущерб здоровью ребенка. Проявлением жестокого обращения можно считать оставление ребенка, особенно в возрасте от рождения и как минимум до семи - десяти лет, одного на долгое время, лишение еды и воды, неоказание медицинской помощи, а ст. 69 СК РФ, посвященная лишению родительских прав, причисляет к жестокому обращению с детьми также "покушение на их половую неприкосновенность".
"Научно-практический комментарий к Федеральному конституционному закону "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации"
(постатейный)
(под ред. Т.Н. Москальковой)
("Проспект", 2025)В связи с жалобой Д. на неоказание медицинской помощи в период содержания в ИВС МО МВД России "Тобольский" Уполномоченный обратилась с административным иском в Тобольский городской суд Тюменской области. Судом установлено бездействие МО МВД России "Тобольский", выразившееся в отказе Д. в вызове скорой медицинской помощи, в несоблюдении требований об изоляции Д. с подозрением на инфекционное заболевание и невыполнении рекомендации об экстренной его госпитализации в соответствующее лечебно-профилактическое учреждение. Решением от 15 сентября 2022 года исковые требования Уполномоченного в интересах Д. удовлетворены <1>.
(постатейный)
(под ред. Т.Н. Москальковой)
("Проспект", 2025)В связи с жалобой Д. на неоказание медицинской помощи в период содержания в ИВС МО МВД России "Тобольский" Уполномоченный обратилась с административным иском в Тобольский городской суд Тюменской области. Судом установлено бездействие МО МВД России "Тобольский", выразившееся в отказе Д. в вызове скорой медицинской помощи, в несоблюдении требований об изоляции Д. с подозрением на инфекционное заболевание и невыполнении рекомендации об экстренной его госпитализации в соответствующее лечебно-профилактическое учреждение. Решением от 15 сентября 2022 года исковые требования Уполномоченного в интересах Д. удовлетворены <1>.
"Вред при медицинском вмешательстве: проблемы компенсации и предотвращения (сравнительно-правовое исследование)"
(Кратенко М.В.)
("НОРМА", "ИНФРА-М", 2024)Если ориентироваться на практику ЕСПЧ по ст. 2 Конвенции о праве на жизнь и обязанности государства предоставить соответствующие гарантии гражданам, можно дать положительный ответ. УК РФ содержит необходимые составы преступлений, позволяющие потерпевшим инициировать уголовное преследование в отношении медицинских работников, допустивших грубое нарушение профессиональных обязанностей: неоказание медицинской помощи (ст. 124); предоставление медицинских услуг, заведомо не отвечающих требованиям безопасности для жизни и здоровья потребителя (ст. 238). Более того, российским гражданам доступны средства правовой защиты в рамках гражданского судопроизводства. Относительно длительные сроки рассмотрения гражданских "врачебных дел" и, соответственно, отдаленность во времени получения пострадавшим пациентом (потерпевшим) справедливой компенсации снижают эффект данного способа защиты. И в этой части, безусловно, задачей государства является стимулирование внесудебных механизмов урегулирования претензий пациентов, более оперативных и не сопряженных со значительными финансовыми затратами. Функционирование подобных юридических механизмов может само по себе существенно снизить количество обращений пациентов в следственные органы.
(Кратенко М.В.)
("НОРМА", "ИНФРА-М", 2024)Если ориентироваться на практику ЕСПЧ по ст. 2 Конвенции о праве на жизнь и обязанности государства предоставить соответствующие гарантии гражданам, можно дать положительный ответ. УК РФ содержит необходимые составы преступлений, позволяющие потерпевшим инициировать уголовное преследование в отношении медицинских работников, допустивших грубое нарушение профессиональных обязанностей: неоказание медицинской помощи (ст. 124); предоставление медицинских услуг, заведомо не отвечающих требованиям безопасности для жизни и здоровья потребителя (ст. 238). Более того, российским гражданам доступны средства правовой защиты в рамках гражданского судопроизводства. Относительно длительные сроки рассмотрения гражданских "врачебных дел" и, соответственно, отдаленность во времени получения пострадавшим пациентом (потерпевшим) справедливой компенсации снижают эффект данного способа защиты. И в этой части, безусловно, задачей государства является стимулирование внесудебных механизмов урегулирования претензий пациентов, более оперативных и не сопряженных со значительными финансовыми затратами. Функционирование подобных юридических механизмов может само по себе существенно снизить количество обращений пациентов в следственные органы.
"Медицинское уголовное право: монография"
(отв. ред. А.И. Рарог)
("Проспект", 2022)Глава 3. НЕОКАЗАНИЕ ПОМОЩИ БОЛЬНОМУ И ВОСПРЕПЯТСТВОВАНИЕ
(отв. ред. А.И. Рарог)
("Проспект", 2022)Глава 3. НЕОКАЗАНИЕ ПОМОЩИ БОЛЬНОМУ И ВОСПРЕПЯТСТВОВАНИЕ
Статья: Обеспечение безопасности несовершеннолетних уголовно-правовыми средствами (на примере статьи 156 Уголовного кодекса Российской Федерации)
(Писаревская Е.А., Дворжицкая М.А.)
("Российский следователь", 2025, N 4)Толкование данного термина можно найти в одном из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации <11>. Учитывая данное разъяснение, судебную практику, а также представленные в юридической литературе точки зрения по данному поводу, полагаем, что жестокость может проявляться в физическом (побои, иные насильственные действия, ограничение свободы, истязание, причинение любой степени вреда жизни и здоровью несовершеннолетнего) или психическом насилии (унижение, оскорбление, высмеивание, высказывание угроз, запугивание, травля, клевета, совершение половых актов с сожителем при ребенке) в процессе воспитания, а также в применении недопустимых пренебрежительных способов воспитания ребенка, не охватывающихся насилием (лишение нормальных условий для полноценного развития, оставление в опасности, лишение одежды, запрет осуществлять гигиенические процедуры, лишение сна, отдыха, неоказание медицинской помощи, препятствие в оказании медицинской помощи, антисанитарные условия в месте проживания, запрет на посещение образовательного учреждения, привитие искаженных жизненных ценностей).
(Писаревская Е.А., Дворжицкая М.А.)
("Российский следователь", 2025, N 4)Толкование данного термина можно найти в одном из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации <11>. Учитывая данное разъяснение, судебную практику, а также представленные в юридической литературе точки зрения по данному поводу, полагаем, что жестокость может проявляться в физическом (побои, иные насильственные действия, ограничение свободы, истязание, причинение любой степени вреда жизни и здоровью несовершеннолетнего) или психическом насилии (унижение, оскорбление, высмеивание, высказывание угроз, запугивание, травля, клевета, совершение половых актов с сожителем при ребенке) в процессе воспитания, а также в применении недопустимых пренебрежительных способов воспитания ребенка, не охватывающихся насилием (лишение нормальных условий для полноценного развития, оставление в опасности, лишение одежды, запрет осуществлять гигиенические процедуры, лишение сна, отдыха, неоказание медицинской помощи, препятствие в оказании медицинской помощи, антисанитарные условия в месте проживания, запрет на посещение образовательного учреждения, привитие искаженных жизненных ценностей).
Ситуация: Какая ответственность предусмотрена за совершение врачебной ошибки?
("Электронный журнал "Азбука права", 2026)Неоказание или некачественное оказание медицинской помощи может повлечь следующие виды ответственности для врача и медицинской организации (ее должностных лиц).
("Электронный журнал "Азбука права", 2026)Неоказание или некачественное оказание медицинской помощи может повлечь следующие виды ответственности для врача и медицинской организации (ее должностных лиц).
Статья: Легитимизация обновления основного категориального ряда российского уголовного права
(Кленова Т.В.)
("Журнал российского права", 2025, N 8)Как можно предположить, вопрос трактовки принципа демократизма в свете легитимизации актуализируется так же, как и проблема "пропуска в правосознание" законодательных новелл. В качестве одного из характерных примеров может служить введенная в 2019 г. ст. 124.1 "Воспрепятствование оказанию медицинской помощи" УК РФ. Случаев осуждения по этой статье нет, хотя в ее социальной и моральной обоснованности мало кто сомневается (с точки зрения отражения в составе преступления причинения вреда важнейшим личным конституционным правам, общественной безопасности, здоровью населения и общественной нравственности, а также вины субъекта). В условиях спорной конкуренции норм ст. 124.1 УК РФ и ст. 6.36 КоАП РФ для правоприменителей приоритетной стала последняя норма, хотя это не соответствует иерархии названных Кодексов, а главное - реальной опасности и нарастающей практике умышленного воспрепятствования оказанию медицинской помощи. Это убедительно показала Д.М. Гараева с учетом результатов проведенного ею анкетного опроса 253 медицинских работников: "91,6% респондентов ответили положительно на вопрос "Известно ли Вам о случаях создания препятствий медицинским работникам при выполнении ими своих профессиональных обязанностей?"; из них 39,6% указали, что лично сталкивались с подобными фактами, 30% - что о таких фактах известно от коллег, их личного опыта, 2% заявили, что были свидетелями подобных фактов" <13>. Д.М. Гараева выявила, что ключевым фактором высокой латентности воспрепятствования оказанию медицинской помощи является нежелание врачей обращаться в правоохранительные органы: "Сами респонденты такую тенденцию связывают с низким уровнем поддержки со стороны администраций лечебных учреждений, низким уровнем доверия правосудию и с большим количеством затрачиваемого на это времени... и трактуют нормы УК РФ как направленные против интересов медицинских работников" <14>. И это несмотря на то, что воспрепятствование оказанию медицинской помощи (ст. 124.1 УК РФ) исключает уголовную ответственность за неоказание медицинской помощи пациенту (ст. 124 УК РФ). Это специальное обстоятельство, исключающее преступность деяния, должно было стать источником мотивации для заявления медицинскими работниками о фактах воспрепятствования оказанию медицинской помощи. Ясно, что взаимосвязанные задачи защиты законных интересов пациентов и медицинских работников не могут быть выполнены без восстановления доверия медицинских работников к уголовному закону и судебной власти.
(Кленова Т.В.)
("Журнал российского права", 2025, N 8)Как можно предположить, вопрос трактовки принципа демократизма в свете легитимизации актуализируется так же, как и проблема "пропуска в правосознание" законодательных новелл. В качестве одного из характерных примеров может служить введенная в 2019 г. ст. 124.1 "Воспрепятствование оказанию медицинской помощи" УК РФ. Случаев осуждения по этой статье нет, хотя в ее социальной и моральной обоснованности мало кто сомневается (с точки зрения отражения в составе преступления причинения вреда важнейшим личным конституционным правам, общественной безопасности, здоровью населения и общественной нравственности, а также вины субъекта). В условиях спорной конкуренции норм ст. 124.1 УК РФ и ст. 6.36 КоАП РФ для правоприменителей приоритетной стала последняя норма, хотя это не соответствует иерархии названных Кодексов, а главное - реальной опасности и нарастающей практике умышленного воспрепятствования оказанию медицинской помощи. Это убедительно показала Д.М. Гараева с учетом результатов проведенного ею анкетного опроса 253 медицинских работников: "91,6% респондентов ответили положительно на вопрос "Известно ли Вам о случаях создания препятствий медицинским работникам при выполнении ими своих профессиональных обязанностей?"; из них 39,6% указали, что лично сталкивались с подобными фактами, 30% - что о таких фактах известно от коллег, их личного опыта, 2% заявили, что были свидетелями подобных фактов" <13>. Д.М. Гараева выявила, что ключевым фактором высокой латентности воспрепятствования оказанию медицинской помощи является нежелание врачей обращаться в правоохранительные органы: "Сами респонденты такую тенденцию связывают с низким уровнем поддержки со стороны администраций лечебных учреждений, низким уровнем доверия правосудию и с большим количеством затрачиваемого на это времени... и трактуют нормы УК РФ как направленные против интересов медицинских работников" <14>. И это несмотря на то, что воспрепятствование оказанию медицинской помощи (ст. 124.1 УК РФ) исключает уголовную ответственность за неоказание медицинской помощи пациенту (ст. 124 УК РФ). Это специальное обстоятельство, исключающее преступность деяния, должно было стать источником мотивации для заявления медицинскими работниками о фактах воспрепятствования оказанию медицинской помощи. Ясно, что взаимосвязанные задачи защиты законных интересов пациентов и медицинских работников не могут быть выполнены без восстановления доверия медицинских работников к уголовному закону и судебной власти.