Экстрадиция в международном праве
Подборка наиболее важных документов по запросу Экстрадиция в международном праве (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Межсистемные (комплексные) правоотношения в сфере международного сотрудничества по уголовным делам
(Клевцов К.К.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2024, N 4)10. Нефедов Б.И. Правовой фронтир в регулировании трансграничных отношений / Б.И. Нефедов // Московский журнал международного права. 2023. N 3. С. 6 - 16.
(Клевцов К.К.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2024, N 4)10. Нефедов Б.И. Правовой фронтир в регулировании трансграничных отношений / Б.И. Нефедов // Московский журнал международного права. 2023. N 3. С. 6 - 16.
Статья: "Фактор доверия" как основное препятствие признания и исполнения иностранных судебных решений
(Барциц В.И.)
("Юрист", 2023, N 4)б) в уголовном праве государства предпочитают использовать инструменты экстрадиции правонарушителей и решают далее все вопросы в соответствии с национальным уголовным и уголовно-процессуальным законодательством. Примеры международного уголовного преследования широко освещаются в средствах массовой информации, имеют, как правило, политический контекст. Даже в рамках интеграционных объединений вопросы признания и исполнения уголовных наказаний решаются с трудом. Примером служит "Зеленая книга" Комиссии Европейских сообществ по сближению, взаимному признанию и приведению в исполнение уголовных санкций в Европейском союзе 2004 г. <2>.
(Барциц В.И.)
("Юрист", 2023, N 4)б) в уголовном праве государства предпочитают использовать инструменты экстрадиции правонарушителей и решают далее все вопросы в соответствии с национальным уголовным и уголовно-процессуальным законодательством. Примеры международного уголовного преследования широко освещаются в средствах массовой информации, имеют, как правило, политический контекст. Даже в рамках интеграционных объединений вопросы признания и исполнения уголовных наказаний решаются с трудом. Примером служит "Зеленая книга" Комиссии Европейских сообществ по сближению, взаимному признанию и приведению в исполнение уголовных санкций в Европейском союзе 2004 г. <2>.
Судебная практика
Апелляционное определение Московского городского суда от 19.03.2025 по делу N 10-2509/2025 (УИД 77RS0026-02-2024-000126-85)
Приговор: По ч. 4 ст. 159, п. "а" ч. 3 ст. 193.1 УК РФ (мошенничество; совершение валютных операций по переводу денежных средств в иностранной валюте или валюте России на счета нерезидентов...).
Определение: Приговор оставлен без изменения.Осужденному С.А. инкриминируется совершение тяжких преступлений, он по указанному в обвинительном заключении адресу регистрации не проживает, длительное время находится в международном розыске, осуществить его экстрадицию в Российскую Федерацию стало невозможным, он пребывает на территории иностранного государства, в связи с чем вызвать его в суд официально не представилось возможным, сам фио, зная о судебном процессе, уклонился от явки в российский суд, что свидетельствует об его отказе от осуществления права лично участвовать в рассмотрении дела; фио не был привлечен по данному уголовному делу к ответственности на территории иностранного государства.
Приговор: По ч. 4 ст. 159, п. "а" ч. 3 ст. 193.1 УК РФ (мошенничество; совершение валютных операций по переводу денежных средств в иностранной валюте или валюте России на счета нерезидентов...).
Определение: Приговор оставлен без изменения.Осужденному С.А. инкриминируется совершение тяжких преступлений, он по указанному в обвинительном заключении адресу регистрации не проживает, длительное время находится в международном розыске, осуществить его экстрадицию в Российскую Федерацию стало невозможным, он пребывает на территории иностранного государства, в связи с чем вызвать его в суд официально не представилось возможным, сам фио, зная о судебном процессе, уклонился от явки в российский суд, что свидетельствует об его отказе от осуществления права лично участвовать в рассмотрении дела; фио не был привлечен по данному уголовному делу к ответственности на территории иностранного государства.
Нормативные акты
"Обзор практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека N 2 (2018)"
(подготовлен Верховным Судом РФ)Европейский Суд установил, что "...в момент пропажи заявителя из Москвы он находился в розыске в Узбекистане по подозрению в совершении преступлений, связанных с религиозным экстремизмом...[З]аявление о применении обеспечительных мер и сама жалоба были поданы уже после предполагаемого похищения заявителя в Москве...[В] момент исчезновения заявителя в его отношении в России не было открытого дела об экстрадиции или выдворении...Более того...УФМС по г. Москве находилось под обязательством признать заявителя беженцем согласно решению районного суда" (пункты 137 - 138 постановления).
(подготовлен Верховным Судом РФ)Европейский Суд установил, что "...в момент пропажи заявителя из Москвы он находился в розыске в Узбекистане по подозрению в совершении преступлений, связанных с религиозным экстремизмом...[З]аявление о применении обеспечительных мер и сама жалоба были поданы уже после предполагаемого похищения заявителя в Москве...[В] момент исчезновения заявителя в его отношении в России не было открытого дела об экстрадиции или выдворении...Более того...УФМС по г. Москве находилось под обязательством признать заявителя беженцем согласно решению районного суда" (пункты 137 - 138 постановления).
"Обзор практики применения судами общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации при рассмотрении уголовных дел"
(утв. Президиумом Верховного суда 08.12.2021)Европейский Суд неоднократно отмечал, что, несмотря на указание в международных докладах на серьезные проблемы в отношении прав человека в Республике Казахстан, нет указаний на то, что данная ситуация является достаточно безнадежной, чтобы призвать к полному запрету экстрадиции в данное государство. При этом Судебная коллегия сослалась на постановления Европейского Суда по делам: "Шарипов против Российской Федерации" от 11 октября 2011 года; "Ефимов против Российской Федерации" от 19 февраля 2013 года; "Ошлаков против Российской Федерации" от 3 апреля 2014 года.
(утв. Президиумом Верховного суда 08.12.2021)Европейский Суд неоднократно отмечал, что, несмотря на указание в международных докладах на серьезные проблемы в отношении прав человека в Республике Казахстан, нет указаний на то, что данная ситуация является достаточно безнадежной, чтобы призвать к полному запрету экстрадиции в данное государство. При этом Судебная коллегия сослалась на постановления Европейского Суда по делам: "Шарипов против Российской Федерации" от 11 октября 2011 года; "Ефимов против Российской Федерации" от 19 февраля 2013 года; "Ошлаков против Российской Федерации" от 3 апреля 2014 года.
"Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации"
(постатейный)
(16-е издание, переработанное и дополненное)
(Безлепкин Б.Т.)
("Проспект", 2023)3. Как это явствует из прямого указания, содержащегося в частях первой и третьей комментируемой статьи, право письменного обязательства об экстрадиции на основе принципа взаимности, а также право обращения к иностранному государству с запросом о выдаче лица предоставлено только Генеральному прокурору России и больше никому. Данная прерогатива основывается на положении статьи 2 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации", где говорится, что Генеральная прокуратура Российской Федерации в пределах своей компетенции осуществляет прямые связи с соответствующими органами других государств и международными организациями, сотрудничает с ними, заключает соглашения по вопросам правовой помощи в борьбе с преступностью.
(постатейный)
(16-е издание, переработанное и дополненное)
(Безлепкин Б.Т.)
("Проспект", 2023)3. Как это явствует из прямого указания, содержащегося в частях первой и третьей комментируемой статьи, право письменного обязательства об экстрадиции на основе принципа взаимности, а также право обращения к иностранному государству с запросом о выдаче лица предоставлено только Генеральному прокурору России и больше никому. Данная прерогатива основывается на положении статьи 2 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации", где говорится, что Генеральная прокуратура Российской Федерации в пределах своей компетенции осуществляет прямые связи с соответствующими органами других государств и международными организациями, сотрудничает с ними, заключает соглашения по вопросам правовой помощи в борьбе с преступностью.
Статья: Международное сотрудничество в сфере противодействия отмыванию денег и финансированию терроризма в Республике Индия: правовое регулирование
(Карпович В.Э.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2025, N 1)<35> Шестак В.А., Карпович В.Э. Институт выдачи лиц для уголовного преследования: опыт Республики Индия // Международное уголовное право и международная юстиция. 2022. N 3. С. 18 - 22.
(Карпович В.Э.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2025, N 1)<35> Шестак В.А., Карпович В.Э. Институт выдачи лиц для уголовного преследования: опыт Республики Индия // Международное уголовное право и международная юстиция. 2022. N 3. С. 18 - 22.
Статья: Институт международной правовой помощи по уголовным делам в национальной системе права
(Самарин В.И.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2026, N 1)Введение. Развитие транснациональной преступности, цифровизация уголовного процесса и новые формы трансграничного сотрудничества в последние десятилетия усилили значение международной правовой помощи по уголовным делам как ключевого элемента современного правосудия. Если еще 30 лет назад данный институт воспринимался преимущественно как предмет международного регулирования, то сегодня он все более системно закрепляется в национальных уголовно-процессуальных кодексах и специальных законах. Отдельные элементы такого внедрения начали проявляться еще в конце XIX в.: примером может служить бельгийский Закон от 15 марта 1874 г. "Об экстрадиции", однако систематическое закрепление этих норм в национальных источниках права приобрело устойчивый характер лишь во второй половине XX в. Эта тенденция прослеживается не только в УПК Беларуси, но и в Уголовно-процессуальных кодексах России, Казахстана, Кыргызстана, Молдовы, Украины, Эстонии, Латвии, Польши и Словакии. Мы условно обозначаем данный процесс как "переход", поскольку он характеризуется невозможностью механического переноса всех международных обязательств Республики Беларусь в уголовно-процессуальное законодательство. Более того, международное право, если не брать в расчет нормы международного уголовного процесса, в целом демонстрирует дефицит детализированных уголовно-процессуальных предписаний. Тем не менее в силу доминирования международно-правовой парадигмы в сфере уголовного процесса белорусский законодатель объективно оказался вовлеченным в общеевропейскую и общемировую тенденцию нормативного оформления трансграничного сотрудничества.
(Самарин В.И.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2026, N 1)Введение. Развитие транснациональной преступности, цифровизация уголовного процесса и новые формы трансграничного сотрудничества в последние десятилетия усилили значение международной правовой помощи по уголовным делам как ключевого элемента современного правосудия. Если еще 30 лет назад данный институт воспринимался преимущественно как предмет международного регулирования, то сегодня он все более системно закрепляется в национальных уголовно-процессуальных кодексах и специальных законах. Отдельные элементы такого внедрения начали проявляться еще в конце XIX в.: примером может служить бельгийский Закон от 15 марта 1874 г. "Об экстрадиции", однако систематическое закрепление этих норм в национальных источниках права приобрело устойчивый характер лишь во второй половине XX в. Эта тенденция прослеживается не только в УПК Беларуси, но и в Уголовно-процессуальных кодексах России, Казахстана, Кыргызстана, Молдовы, Украины, Эстонии, Латвии, Польши и Словакии. Мы условно обозначаем данный процесс как "переход", поскольку он характеризуется невозможностью механического переноса всех международных обязательств Республики Беларусь в уголовно-процессуальное законодательство. Более того, международное право, если не брать в расчет нормы международного уголовного процесса, в целом демонстрирует дефицит детализированных уголовно-процессуальных предписаний. Тем не менее в силу доминирования международно-правовой парадигмы в сфере уголовного процесса белорусский законодатель объективно оказался вовлеченным в общеевропейскую и общемировую тенденцию нормативного оформления трансграничного сотрудничества.
Статья: Зарождение и современность международного обязательства "или выдавать, или осуществлять судебное преследование" (aut dedere aut judicare)
(Сливинская Н.Ю.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2026, N 2)Первым двусторонним договором, положения которого касались выдачи лиц, совершивших общеуголовные преступления, и где впервые было использовано понятие extradition, стал договор между Францией и Нидерландами, а первым многосторонним договором является Амьенский мирный договор 1802 г. <6>
(Сливинская Н.Ю.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2026, N 2)Первым двусторонним договором, положения которого касались выдачи лиц, совершивших общеуголовные преступления, и где впервые было использовано понятие extradition, стал договор между Францией и Нидерландами, а первым многосторонним договором является Амьенский мирный договор 1802 г. <6>
Статья: Предпосылки и результаты переговорного процесса по Люблянско-Гаагской конвенции о сотрудничестве в расследовании и судебном преследовании за международные преступления
(Пузырева Ю.В.)
("Современное право", 2025, N 12)Итоговый текст Конвенции вызывает ряд вопросов, обусловленных его правовым содержанием. В первую очередь это связано с тем, что договор из первоначальной концепции как соглашения об оказании правовой помощи и экстрадиции по делам о международных преступлениях был трансформирован в соглашение по достаточно обширному перечню вопросов не только процессуального характера, но и материального права. Как отмечают некоторые зарубежные авторы, положения Конвенции выходят далеко за рамки регулирования межгосударственной помощи и создают внутренние режимы, требующие судебного преследования предполагаемых преступников и возмещения ущерба жертвам, что накладывает на государства более существенные обязательства [2].
(Пузырева Ю.В.)
("Современное право", 2025, N 12)Итоговый текст Конвенции вызывает ряд вопросов, обусловленных его правовым содержанием. В первую очередь это связано с тем, что договор из первоначальной концепции как соглашения об оказании правовой помощи и экстрадиции по делам о международных преступлениях был трансформирован в соглашение по достаточно обширному перечню вопросов не только процессуального характера, но и материального права. Как отмечают некоторые зарубежные авторы, положения Конвенции выходят далеко за рамки регулирования межгосударственной помощи и создают внутренние режимы, требующие судебного преследования предполагаемых преступников и возмещения ущерба жертвам, что накладывает на государства более существенные обязательства [2].
Статья: Международный опыт уголовно-правового противодействия преступности незаконных мигрантов: современные тенденции и вызовы
(Расторопов С.В., Яковлева В.М.)
("Миграционное право", 2026, N 2)Успех в данной сфере будет определяться способностью государств сочетать жесткость в отношении организованной преступности с гибкостью и соблюдением правовых стандартов в отношении индивидуальных случаев, что остается сложной, но необходимой задачей современной уголовной политики. Дальнейшее развитие, как представляется, пойдет по пути большей автоматизации и интеллектуализации систем обмена данными, усиления финансового мониторинга и разработки международно-правовых стандартов, регулирующих вопросы юрисдикции и экстрадиции в киберпространстве. При этом ключевым фактором останется сохранение баланса между безопасностью и защитой прав человека, что требует постоянного диалога между законодателями, правоприменителями и научным сообществом. Перспективным направлением видится углубление исследований, направленных на оценку эффективности конкретных мер, таких как конфискация активов или программы реинтеграции депортированных преступников, с целью выработки доказательно обоснованной политики. Только на основе такого комплексного, взвешенного и технологически оснащенного подхода возможно адекватное противодействие сложным вызовам, порождаемым взаимосвязью незаконной миграции и преступности в условиях глобализации.
(Расторопов С.В., Яковлева В.М.)
("Миграционное право", 2026, N 2)Успех в данной сфере будет определяться способностью государств сочетать жесткость в отношении организованной преступности с гибкостью и соблюдением правовых стандартов в отношении индивидуальных случаев, что остается сложной, но необходимой задачей современной уголовной политики. Дальнейшее развитие, как представляется, пойдет по пути большей автоматизации и интеллектуализации систем обмена данными, усиления финансового мониторинга и разработки международно-правовых стандартов, регулирующих вопросы юрисдикции и экстрадиции в киберпространстве. При этом ключевым фактором останется сохранение баланса между безопасностью и защитой прав человека, что требует постоянного диалога между законодателями, правоприменителями и научным сообществом. Перспективным направлением видится углубление исследований, направленных на оценку эффективности конкретных мер, таких как конфискация активов или программы реинтеграции депортированных преступников, с целью выработки доказательно обоснованной политики. Только на основе такого комплексного, взвешенного и технологически оснащенного подхода возможно адекватное противодействие сложным вызовам, порождаемым взаимосвязью незаконной миграции и преступности в условиях глобализации.
Статья: Привлечение к уголовной ответственности на территории новых субъектов Российской Федерации
(Курсаев А.В.)
("Уголовное право", 2024, N 1)Кроме того, изменение пространственных пределов действия уголовного закона в результате изменения государственных границ является малоизученной темой как в научных исследованиях, так и в международном праве. Общепризнанного алгоритма применения уголовного закона при данных обстоятельствах не имеется. Во многом законодательное разрешение такой пространственной коллизии действия уголовного закона является вопросом конкретной ситуации, при которой сравнивается степень различия уголовных правопорядков государств, территория которых поменяла свою юрисдикцию.
(Курсаев А.В.)
("Уголовное право", 2024, N 1)Кроме того, изменение пространственных пределов действия уголовного закона в результате изменения государственных границ является малоизученной темой как в научных исследованиях, так и в международном праве. Общепризнанного алгоритма применения уголовного закона при данных обстоятельствах не имеется. Во многом законодательное разрешение такой пространственной коллизии действия уголовного закона является вопросом конкретной ситуации, при которой сравнивается степень различия уголовных правопорядков государств, территория которых поменяла свою юрисдикцию.
"Судебные и правоохранительные органы: курс лекций: в 2 т."
(том 2)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Загорский Г.И., Попов К.И.)
(под ред. Г.И. Загорского)
("Проспект", 2023)- Главное управление международно-правового сотрудничества, включающее управления экстрадиции, правовой помощи и правоохранительного содействия; отдел международного сотрудничества по особо важным делам (на правах управления); управление по сопровождению международных споров;
(том 2)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Загорский Г.И., Попов К.И.)
(под ред. Г.И. Загорского)
("Проспект", 2023)- Главное управление международно-правового сотрудничества, включающее управления экстрадиции, правовой помощи и правоохранительного содействия; отдел международного сотрудничества по особо важным делам (на правах управления); управление по сопровождению международных споров;
"Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: постатейный научно-практический комментарий: учебное пособие"
(постатейный)
(5-е издание, переработанное и дополненное)
(Гриненко А.В.)
("Проспект", 2026)14. В ч. 2 комментируемой статьи установлены основания, при наличии которых Российская Федерация имеет право отказать в выдаче лица для осуществления уголовного преследования, однако при определенных обстоятельствах может и произвести его выдачу.
(постатейный)
(5-е издание, переработанное и дополненное)
(Гриненко А.В.)
("Проспект", 2026)14. В ч. 2 комментируемой статьи установлены основания, при наличии которых Российская Федерация имеет право отказать в выдаче лица для осуществления уголовного преследования, однако при определенных обстоятельствах может и произвести его выдачу.
Статья: Международное полицейское сотрудничество: понятие, принципы, виды и формы
(Ситников К.А.)
("Административное право и процесс", 2025, N 2)При этом, как справедливо отмечается С.В. Зыковой, Г.М. Лановой, А.Г. Мамонтовым и И.Ю. Севостьяновым, рассматриваемые соглашения могут быть заключены как на длительный срок, так и срочно - для обеспечения конкретных мероприятий <25> (что прямо вытекает из общей теории права международных договоров) <26>.
(Ситников К.А.)
("Административное право и процесс", 2025, N 2)При этом, как справедливо отмечается С.В. Зыковой, Г.М. Лановой, А.Г. Мамонтовым и И.Ю. Севостьяновым, рассматриваемые соглашения могут быть заключены как на длительный срок, так и срочно - для обеспечения конкретных мероприятий <25> (что прямо вытекает из общей теории права международных договоров) <26>.