Диспозитивность нормы
Подборка наиболее важных документов по запросу Диспозитивность нормы (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Характеристика проблем договора поставки медицинских изделий и медицинского оборудования в клинику пластической хирургии
(Ястремский И.А.)
("Современное право", 2025, N 10)Несмотря на диспозитивность норм ГК РФ, разрешающих сторонам составлять договор поставки в свободной форме, им следует учитывать ключевые условия договора во избежание нарушения своих интересов и возникновения конфликтов [4, с. 141].
(Ястремский И.А.)
("Современное право", 2025, N 10)Несмотря на диспозитивность норм ГК РФ, разрешающих сторонам составлять договор поставки в свободной форме, им следует учитывать ключевые условия договора во избежание нарушения своих интересов и возникновения конфликтов [4, с. 141].
Статья: Непропорциональность корпоративных прав в акционерном обществе
(Арнаутов Д.Р.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 5)На наш взгляд, широкая свобода при определении объема прав может усиливать и без того присущую АО конфликтогенность, вследствие чего степень потенциальных нарушений интересов возрастает многократно и требует вмешательства государства путем установления такого правового режима акций с разным объемом прав, который позволит защитить наиболее важные группы интересов. В доктрине общепринят подход, в соответствии с которым диспозитивность норм корпоративного права может ограничиваться в интересах слабой стороны, третьих лиц или в интересах публичного порядка <28>.
(Арнаутов Д.Р.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 5)На наш взгляд, широкая свобода при определении объема прав может усиливать и без того присущую АО конфликтогенность, вследствие чего степень потенциальных нарушений интересов возрастает многократно и требует вмешательства государства путем установления такого правового режима акций с разным объемом прав, который позволит защитить наиболее важные группы интересов. В доктрине общепринят подход, в соответствии с которым диспозитивность норм корпоративного права может ограничиваться в интересах слабой стороны, третьих лиц или в интересах публичного порядка <28>.
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 319.1 "Погашение требований по однородным обязательствам" ГК РФ"Принимая во внимание принцип диспозитивности норм гражданского законодательства, а также отсутствие в статьях 319.1 и 522 ГК РФ явно выраженного запрета на установление соглашением сторон условий договора, определяющих иные правила погашения однородных обязательств, следовательно, содержащиеся в названных статьях нормы не являются императивными и применяются тогда, когда сторонами не согласован иной порядок зачисления платежей."
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 5 "Цена договора" Федерального закона "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации""При этом доводы ответчика о диспозитивности нормы части 1 статьи 5 Федерального закона от 30 декабря 2004 года N 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" в части определения цены договора, с чем ответчик связывает свое право устанавливать особый порядок ее определения, основаны на неверном толковании закона."
Нормативные акты
Постановление Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16
"О свободе договора и ее пределах"При этом, если норма содержит прямое указание на возможность предусмотреть иное соглашением сторон, суд исходя из существа нормы и целей законодательного регулирования может истолковать такое указание ограничительно, то есть сделать вывод о том, что диспозитивность этой нормы ограничена определенными пределами, в рамках которых стороны договора свободны установить условие, отличное от содержащегося в ней правила.
"О свободе договора и ее пределах"При этом, если норма содержит прямое указание на возможность предусмотреть иное соглашением сторон, суд исходя из существа нормы и целей законодательного регулирования может истолковать такое указание ограничительно, то есть сделать вывод о том, что диспозитивность этой нормы ограничена определенными пределами, в рамках которых стороны договора свободны установить условие, отличное от содержащегося в ней правила.
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2020)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020)
(ред. от 25.04.2025)Диспозитивный характер положений чч. 2 и 5 ст. 7 Закона N 214-ФЗ, на который сослались суды, допускающий указание в договоре участия в долевом строительстве иных условий, определяющих действия сторон в упомянутых случаях, ограничен Законом N 2300-1, гарантирующий потребителям определенный объем их прав. Право на установление иных условий договора не может рассматриваться как основание к ограничению предусмотренных законом прав потребителя. Диспозитивность специальных норм, регулирующих отношения в области долевого строительства, направлена, прежде всего, на защиту более слабой стороны отношений в строительстве, в частности физического лица - участника долевого строительства, и может применяться в этих целях, устанавливая для указанных лиц больший объем прав, чем предусмотрено законодательством о защите прав потребителей, улучшая тем самым положение потребителя, а не ухудшая его.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020)
(ред. от 25.04.2025)Диспозитивный характер положений чч. 2 и 5 ст. 7 Закона N 214-ФЗ, на который сослались суды, допускающий указание в договоре участия в долевом строительстве иных условий, определяющих действия сторон в упомянутых случаях, ограничен Законом N 2300-1, гарантирующий потребителям определенный объем их прав. Право на установление иных условий договора не может рассматриваться как основание к ограничению предусмотренных законом прав потребителя. Диспозитивность специальных норм, регулирующих отношения в области долевого строительства, направлена, прежде всего, на защиту более слабой стороны отношений в строительстве, в частности физического лица - участника долевого строительства, и может применяться в этих целях, устанавливая для указанных лиц больший объем прав, чем предусмотрено законодательством о защите прав потребителей, улучшая тем самым положение потребителя, а не ухудшая его.
Статья: Актуальные проблемы судебной практики по вопросу корпоративных договоров с участием третьих лиц
(Матвеева П.Г.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 6)Дело N А23-885/2025 <9>, которое будет проанализировано далее, является важным для вышеупомянутой дискуссии, поскольку в нем судом не только был признан факт заключения договора с участием общества, но и был квалифицирован данный договор как квазикорпоративный. Более того, арбитражный суд в очередной раз установил диспозитивность норм, содержащихся в ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - ФЗ об АО), не содержащих оговорку об их императивности.
(Матвеева П.Г.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 6)Дело N А23-885/2025 <9>, которое будет проанализировано далее, является важным для вышеупомянутой дискуссии, поскольку в нем судом не только был признан факт заключения договора с участием общества, но и был квалифицирован данный договор как квазикорпоративный. Более того, арбитражный суд в очередной раз установил диспозитивность норм, содержащихся в ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - ФЗ об АО), не содержащих оговорку об их императивности.
Путеводитель по судебной практике: Общие положения о подряде.
Можно ли в договоре подряда установить, что нормы об удержании подрядчиком результата работ не применяются
(КонсультантПлюс, 2026)Соглашение сторон, изложенное в пункте 21.8 договора, о том, что подрядчик не будет иметь прав, предусмотренных статьей 712 Гражданского кодекса, не противоречит статье 9 Гражданского кодекса в силу диспозитивности норм статей 359, 712 Гражданского кодекса.
Можно ли в договоре подряда установить, что нормы об удержании подрядчиком результата работ не применяются
(КонсультантПлюс, 2026)Соглашение сторон, изложенное в пункте 21.8 договора, о том, что подрядчик не будет иметь прав, предусмотренных статьей 712 Гражданского кодекса, не противоречит статье 9 Гражданского кодекса в силу диспозитивности норм статей 359, 712 Гражданского кодекса.
Статья: Правовые формы прекращения государством права собственности и других имущественных прав в одностороннем порядке в правопорядках России и иностранных государств
(Налетов К.И.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2025, N 5)Диспозитивность норм не является, по выражению известного цивилиста О.А. Красавчикова, "эндемиком" частного права <24>. То есть метод диспозитивности вполне может использоваться и для регулирования отношений публично-правовой природы, не исключая принудительное отчуждение государством объектов гражданских прав.
(Налетов К.И.)
("Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения", 2025, N 5)Диспозитивность норм не является, по выражению известного цивилиста О.А. Красавчикова, "эндемиком" частного права <24>. То есть метод диспозитивности вполне может использоваться и для регулирования отношений публично-правовой природы, не исключая принудительное отчуждение государством объектов гражданских прав.
"Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации: в 2 т."
(постатейный)
(том 1)
(2-е издание, исправленное и дополненное)
(отв. ред. Е.А. Павлова)
("Статут", 2025)Диспозитивность этой нормы дает соправообладателям возможность:
(постатейный)
(том 1)
(2-е издание, исправленное и дополненное)
(отв. ред. Е.А. Павлова)
("Статут", 2025)Диспозитивность этой нормы дает соправообладателям возможность:
Статья: К вопросу об основаниях освобождения продавца от ответственности за недостатки товара: обзор судебной практики
(Деркач И.Г.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, NN 11, 12)Подспорьем для ответа на первый вопрос может послужить исторический контекст: наряду с моделью продажи emptio rei speratae (продажа будущей вещи) в римском праве существовала конструкция emptio spei (покупка надежды), классическим примером которой являлась покупка будущего улова рыбы <48>. Даже если улов не был получен либо составлял менее ожидаемого количества рыбы, покупатель обязан был уплатить установленную договором цену. В сущности, такая модель купли-продажи обладала основными чертами алеаторной сделки, поскольку не позволяла сторонам в момент заключения договора определить размер встречных предоставлений, а их неэквивалентность могла оказаться разумным экономическим риском, который принимал на себя покупатель <49>. По этой причине продажа вещи с качественными или количественными недостатками (вернее сказать, рисками, которые могут актуализироваться) по соглашению сторон представляется вполне допустимой (по меньшей мере в отношениях равных сторон) <50>, поскольку не выходит за пределы диспозитивности норм ст. 460, 461 и 475, 476 ГК РФ, а также косвенно признается в судебной практике <51>.
(Деркач И.Г.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, NN 11, 12)Подспорьем для ответа на первый вопрос может послужить исторический контекст: наряду с моделью продажи emptio rei speratae (продажа будущей вещи) в римском праве существовала конструкция emptio spei (покупка надежды), классическим примером которой являлась покупка будущего улова рыбы <48>. Даже если улов не был получен либо составлял менее ожидаемого количества рыбы, покупатель обязан был уплатить установленную договором цену. В сущности, такая модель купли-продажи обладала основными чертами алеаторной сделки, поскольку не позволяла сторонам в момент заключения договора определить размер встречных предоставлений, а их неэквивалентность могла оказаться разумным экономическим риском, который принимал на себя покупатель <49>. По этой причине продажа вещи с качественными или количественными недостатками (вернее сказать, рисками, которые могут актуализироваться) по соглашению сторон представляется вполне допустимой (по меньшей мере в отношениях равных сторон) <50>, поскольку не выходит за пределы диспозитивности норм ст. 460, 461 и 475, 476 ГК РФ, а также косвенно признается в судебной практике <51>.
Статья: Свобода договора
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Между тем суд при толковании условий договора и смысла диспозитивной нормы может прийти к выводу о том, что диспозитивность нормы ограничена определенными пределами, в рамках которых стороны договора свободны установить условие, отличное от содержащегося в ней правила (абз. 2 п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16).
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Между тем суд при толковании условий договора и смысла диспозитивной нормы может прийти к выводу о том, что диспозитивность нормы ограничена определенными пределами, в рамках которых стороны договора свободны установить условие, отличное от содержащегося в ней правила (абз. 2 п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16).
Статья: Актуальные вопросы строительного саморегулирования
(Скогорева М.А.)
("Хозяйство и право", 2025, N 8)Важными представляются положения законопроекта N 779131-8, направленные на усиление ответственности специалистов по организации строительства (проектирования, изысканий), а также способствующие прозрачности и актуализации сведений единого реестра специалистов (далее также - НРС). Имеются в виду изменения в ст. 55.5-1 ГрК РФ, которая дополняется ч. 15 и 16. Так, в случае расторжения специалистом, включенным в национальный реестр специалистов (далее - НРС), трудового контракта с юридическим лицом - членом СРО такой специалист вправе уведомить национальное объединение в течение 10 дней с момента прекращения трудовых отношений. Мера призвана актуализировать сведения реестра в случае, если недобросовестный работодатель не сообщил об увольнении работника. Исходя из формулировок возникает вопрос: если это право, то почему устанавливается срок и что будет, если, например, уведомить в течение месяца? Очевидно, что санкций не может быть предусмотрено ввиду диспозитивности нормы для работника.
(Скогорева М.А.)
("Хозяйство и право", 2025, N 8)Важными представляются положения законопроекта N 779131-8, направленные на усиление ответственности специалистов по организации строительства (проектирования, изысканий), а также способствующие прозрачности и актуализации сведений единого реестра специалистов (далее также - НРС). Имеются в виду изменения в ст. 55.5-1 ГрК РФ, которая дополняется ч. 15 и 16. Так, в случае расторжения специалистом, включенным в национальный реестр специалистов (далее - НРС), трудового контракта с юридическим лицом - членом СРО такой специалист вправе уведомить национальное объединение в течение 10 дней с момента прекращения трудовых отношений. Мера призвана актуализировать сведения реестра в случае, если недобросовестный работодатель не сообщил об увольнении работника. Исходя из формулировок возникает вопрос: если это право, то почему устанавливается срок и что будет, если, например, уведомить в течение месяца? Очевидно, что санкций не может быть предусмотрено ввиду диспозитивности нормы для работника.
Статья: Совокупный залог. Часть II: раздробление заложенного имущества
(Зикун И.И.)
("Вестник гражданского права", 2025, N 4)Учитывая, что залогодатель обычно имеет слабую преддоговорную позицию при получении кредита, случаи использования этой продебиторской договорной оговорки в практике не выявлены, в связи с чем вряд ли такое опрометчивое законодательное решение нанесло много вреда, поэтому пока оно выглядит просто странным. Не просто так в ст. 133 ГК РФ в отношении неделимых вещей не сделана оговорка о диспозитивности нормы, а ст. 135 ГК РФ в отношении главных вещей и принадлежностей начинается именно с такой оговорки. Это приводит к выводу, что неделимость вещи обусловлена физическими и природными свойствами вещи и не зависит от воли сторон, их субъективного восприятия, знания или незнания о неделимости. Режим принадлежности, напротив, диспозитивен и в большей степени подвержен влиянию субъективного восприятия.
(Зикун И.И.)
("Вестник гражданского права", 2025, N 4)Учитывая, что залогодатель обычно имеет слабую преддоговорную позицию при получении кредита, случаи использования этой продебиторской договорной оговорки в практике не выявлены, в связи с чем вряд ли такое опрометчивое законодательное решение нанесло много вреда, поэтому пока оно выглядит просто странным. Не просто так в ст. 133 ГК РФ в отношении неделимых вещей не сделана оговорка о диспозитивности нормы, а ст. 135 ГК РФ в отношении главных вещей и принадлежностей начинается именно с такой оговорки. Это приводит к выводу, что неделимость вещи обусловлена физическими и природными свойствами вещи и не зависит от воли сторон, их субъективного восприятия, знания или незнания о неделимости. Режим принадлежности, напротив, диспозитивен и в большей степени подвержен влиянию субъективного восприятия.
Готовое решение: Как согласовать в договоре аренды транспортного средства условия о состоянии передаваемого арендатору транспортного средства
(КонсультантПлюс, 2026)В силу диспозитивности нормы п. 1 ст. 611 ГК РФ стороны также могут согласовать передачу транспортного средства с недостатками, наличие которых не препятствует его эксплуатации в соответствии с нормативно-правовыми актами. Арендатору следует учитывать, что при указании таких недостатков в договоре или акте приема-передачи он в силу п. 2 ст. 612 ГК РФ в дальнейшем не сможет ссылаться на непригодное для эксплуатации состояние транспортного средства и отказываться на этом основании от внесения арендной платы.
(КонсультантПлюс, 2026)В силу диспозитивности нормы п. 1 ст. 611 ГК РФ стороны также могут согласовать передачу транспортного средства с недостатками, наличие которых не препятствует его эксплуатации в соответствии с нормативно-правовыми актами. Арендатору следует учитывать, что при указании таких недостатков в договоре или акте приема-передачи он в силу п. 2 ст. 612 ГК РФ в дальнейшем не сможет ссылаться на непригодное для эксплуатации состояние транспортного средства и отказываться на этом основании от внесения арендной платы.
Статья: Виртуальное игровое имущество как объект гражданских правоотношений
(Федоров М.В., Пономарченко А.Е., Лунева А.В.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 3)2. Квалификация виртуального игрового имущества в качестве "иного имущества". С точки зрения А.И. Савельева, виртуальные объекты, обладающие качеством товара, т.е. которые приобретаются за реальные деньги и имеют коммерческую ценность, характеризуются необходимыми признаками для включения в категорию "иное имущество" объектов гражданских прав. Рассматриваемая квалификация позволит защитить отношения, складывающиеся между пользователем и разработчиком по поводу этих объектов, с помощью закона и внесет в гражданское законодательство больше ясности и стабильности <16>. Часть первая Гражданского кодекса РФ не закрепляет дефиницию "виртуальное игровое имущество". Согласно ст. 128 ГК РФ к объектам гражданских прав относятся: "вещи (включая наличные деньги и документарные ценные бумаги), иное имущество, в том числе имущественные права (включая безналичные денежные средства, в том числе цифровые рубли, бездокументарные ценные бумаги, цифровые права); результаты работ и оказание услуг; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага". Это дает возможность использовать принцип аналогии права. В ч. 2 ст. 6 ГК РФ закреплено: "При невозможности использования аналогии закона права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства и требований добросовестности, разумности и справедливости". В связи с пробелом нормативного регулирования возникающих в этой сфере отношений и невозможностью отнести виртуальное игровое имущество к категории, например, цифровых прав по причине расхождения данных определений в содержании, целесообразнее было бы классифицировать объекты указанного имущества как "иное имущество". Так в своей практике поступил Девятый арбитражный апелляционный суд г. Москвы, отнесший криптовалюту, статус которой не определен законодательством, к перечню "иное имущество", пояснив, что "в силу диспозитивности норм гражданского права в гражданском законодательстве Российской Федерации отсутствует закрытый перечень объектов гражданских прав, более того, в связи с тем, что полной расшифровки понятия "иное имущество" в действующем законодательстве не содержится, допустимо максимально широкое его толкование" <17>. Учитывая современные цифровые реалии и основываясь на судебной практике, можно сделать вывод, что отнесение понятия "виртуальное игровое имущество" к категории "иное имущество", допускающей широкое толкование применительно к разным сферам, вполне обосновано и допустимо для использования в судебной практике.
(Федоров М.В., Пономарченко А.Е., Лунева А.В.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 3)2. Квалификация виртуального игрового имущества в качестве "иного имущества". С точки зрения А.И. Савельева, виртуальные объекты, обладающие качеством товара, т.е. которые приобретаются за реальные деньги и имеют коммерческую ценность, характеризуются необходимыми признаками для включения в категорию "иное имущество" объектов гражданских прав. Рассматриваемая квалификация позволит защитить отношения, складывающиеся между пользователем и разработчиком по поводу этих объектов, с помощью закона и внесет в гражданское законодательство больше ясности и стабильности <16>. Часть первая Гражданского кодекса РФ не закрепляет дефиницию "виртуальное игровое имущество". Согласно ст. 128 ГК РФ к объектам гражданских прав относятся: "вещи (включая наличные деньги и документарные ценные бумаги), иное имущество, в том числе имущественные права (включая безналичные денежные средства, в том числе цифровые рубли, бездокументарные ценные бумаги, цифровые права); результаты работ и оказание услуг; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага". Это дает возможность использовать принцип аналогии права. В ч. 2 ст. 6 ГК РФ закреплено: "При невозможности использования аналогии закона права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства и требований добросовестности, разумности и справедливости". В связи с пробелом нормативного регулирования возникающих в этой сфере отношений и невозможностью отнести виртуальное игровое имущество к категории, например, цифровых прав по причине расхождения данных определений в содержании, целесообразнее было бы классифицировать объекты указанного имущества как "иное имущество". Так в своей практике поступил Девятый арбитражный апелляционный суд г. Москвы, отнесший криптовалюту, статус которой не определен законодательством, к перечню "иное имущество", пояснив, что "в силу диспозитивности норм гражданского права в гражданском законодательстве Российской Федерации отсутствует закрытый перечень объектов гражданских прав, более того, в связи с тем, что полной расшифровки понятия "иное имущество" в действующем законодательстве не содержится, допустимо максимально широкое его толкование" <17>. Учитывая современные цифровые реалии и основываясь на судебной практике, можно сделать вывод, что отнесение понятия "виртуальное игровое имущество" к категории "иное имущество", допускающей широкое толкование применительно к разным сферам, вполне обосновано и допустимо для использования в судебной практике.