Акт агрессии
Подборка наиболее важных документов по запросу Акт агрессии (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Неукоснительное соблюдение принципа верховенства международного права в контексте взаимодействия государств - фундаментальное условие выживания и развития человеческой цивилизации
(Оганесян В.А.)
("Российский юридический журнал", 2026, N 3)Когда в 1945 г. принимался Устав ООН, человечество еще мало знало о масштабе разрушительного потенциала ядерного оружия. Основатели Организации Объединенных Наций, используя в тексте Устава такие выражения, как "избавить от бедствий войны", "вооруженные силы", "подавление актов агрессии", "угрозы силой" и др., подразумевали те средства ведения войны, которые были известны им по опыту Второй мировой войны.
(Оганесян В.А.)
("Российский юридический журнал", 2026, N 3)Когда в 1945 г. принимался Устав ООН, человечество еще мало знало о масштабе разрушительного потенциала ядерного оружия. Основатели Организации Объединенных Наций, используя в тексте Устава такие выражения, как "избавить от бедствий войны", "вооруженные силы", "подавление актов агрессии", "угрозы силой" и др., подразумевали те средства ведения войны, которые были известны им по опыту Второй мировой войны.
"Комментарий к Федеральному закону от 31 июля 2025 г. N 283-ФЗ "О деятельности по предоставлению сервиса рассрочки"
(постатейный)
(Борисов А.Н.)
("Юстицинформ", 2026)8) наличие сведений о юридическом лице, намеревающемся стать оператором сервиса рассрочки, в предусмотренном Законом о противодействии легализации доходов перечне организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму, или в составляемых в рамках реализации полномочий, предусмотренных гл. VII "Действия в отношении угрозы миру, нарушений мира и актов агрессии" Устава ООН, Советом Безопасности ООН или органами, специально созданными решениями Совета Безопасности ООН, перечнях организаций и физических лиц, связанных с террористическими организациями и террористами или с распространением оружия массового уничтожения.
(постатейный)
(Борисов А.Н.)
("Юстицинформ", 2026)8) наличие сведений о юридическом лице, намеревающемся стать оператором сервиса рассрочки, в предусмотренном Законом о противодействии легализации доходов перечне организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму, или в составляемых в рамках реализации полномочий, предусмотренных гл. VII "Действия в отношении угрозы миру, нарушений мира и актов агрессии" Устава ООН, Советом Безопасности ООН или органами, специально созданными решениями Совета Безопасности ООН, перечнях организаций и физических лиц, связанных с террористическими организациями и террористами или с распространением оружия массового уничтожения.
Нормативные акты
Статья: Современные проблемы рассмотрения преступлений агрессии Международным уголовным судом
(Кудрявцев В.Л., Спектор Л.А., Гончаров В.В.)
("Российский следователь", 2026, N 7)Война как явление социальной действительности свойственна человечеству во все эпохи его существования. В национальных и международной правовых доктринах делались попытки классификации действий воюющих государств, их коалиций, физических лиц, которые непосредственно осуществляют те или иные боевые действия, на допустимые и недопустимые во время войны. К недопустимому (неправомерному, деструктивному, преступному) поведению относят такие деяния, которые противоречат нормам международного права либо межгосударственным договорам, соглашениям (воюющих сторон). Если же данные деяния не противоречат вышеназванным международно-правовым нормам (что в действительности является крайне редким явлением), то их нельзя считать преступлениями. При этом следует различать преступления агрессии, совершаемые государствами и физическими лицами. Преступление агрессии, совершаемое государством (их группой), должно иметь признак использования незаконного применения силы, форма ее применения должна представлять серьезную опасность для человечества, а характер и масштабы применения являться грубым нарушением Устава ООН <9>. Физические лица могут считаться совершающими преступление агрессии, если они имели фактические полномочия по руководству или контролю политических либо военных действий государства-агрессора, сами непосредственно планировали, подготавливали, инициировали или осуществляли данный акт агрессии.
(Кудрявцев В.Л., Спектор Л.А., Гончаров В.В.)
("Российский следователь", 2026, N 7)Война как явление социальной действительности свойственна человечеству во все эпохи его существования. В национальных и международной правовых доктринах делались попытки классификации действий воюющих государств, их коалиций, физических лиц, которые непосредственно осуществляют те или иные боевые действия, на допустимые и недопустимые во время войны. К недопустимому (неправомерному, деструктивному, преступному) поведению относят такие деяния, которые противоречат нормам международного права либо межгосударственным договорам, соглашениям (воюющих сторон). Если же данные деяния не противоречат вышеназванным международно-правовым нормам (что в действительности является крайне редким явлением), то их нельзя считать преступлениями. При этом следует различать преступления агрессии, совершаемые государствами и физическими лицами. Преступление агрессии, совершаемое государством (их группой), должно иметь признак использования незаконного применения силы, форма ее применения должна представлять серьезную опасность для человечества, а характер и масштабы применения являться грубым нарушением Устава ООН <9>. Физические лица могут считаться совершающими преступление агрессии, если они имели фактические полномочия по руководству или контролю политических либо военных действий государства-агрессора, сами непосредственно планировали, подготавливали, инициировали или осуществляли данный акт агрессии.
"Правовые аспекты разработки и коммерциализации программного обеспечения"
(Савельев А.И.)
("Статут", 2024)В случае если такой участник предъявит лицензиату претензию, вытекающую из нарушения его патентных прав (совершит акт "патентной агрессии"), это будет квалифицировано как нарушение условий GPL ver. 3 и лицензия такого участника на программу, включая все полученные патентные лицензии от других участников, прекращается вместе с самой лицензией GPL. Данное последствие следует из положений ст. 10 GPL ver. 3, согласно которой лицензиат не может добавлять какие-либо ограничения, не предусмотренные лицензией, в том числе инициировать судебный процесс, связанный с нарушением патентов, предоставленных в рамках лицензии.
(Савельев А.И.)
("Статут", 2024)В случае если такой участник предъявит лицензиату претензию, вытекающую из нарушения его патентных прав (совершит акт "патентной агрессии"), это будет квалифицировано как нарушение условий GPL ver. 3 и лицензия такого участника на программу, включая все полученные патентные лицензии от других участников, прекращается вместе с самой лицензией GPL. Данное последствие следует из положений ст. 10 GPL ver. 3, согласно которой лицензиат не может добавлять какие-либо ограничения, не предусмотренные лицензией, в том числе инициировать судебный процесс, связанный с нарушением патентов, предоставленных в рамках лицензии.
"Методологические проблемы толкования уголовного закона и судейского усмотрения при его применении: монография"
(Кузнецов А.Ю.)
("Проспект", 2025)Е.И. Галяшина отмечает, что язык, являясь объектом изучения именно языкознания, как абстрактная семиотическая система не может выступать в качестве конкретного объекта судебно-экспертного исследования. Разъяснение значений лексических единиц языка, составляющих разряды оскорбления, а также описание семантических признаков типичных речевых актов агрессии, угрозы, призыва и т.п. входит не в функции судебного эксперта, а в функции специалиста, который дает письменную (заключение специалиста) или устную (разъяснение) консультацию по вопросам, относящимся к компетенции лингвиста и поставленным перед специалистом-лингвистом судом <1>. Это означает, что, во-первых, в ряде случаев правоприменитель, хотя и может обратиться к помощи профессионального лингвиста для уяснения возможных значений используемого в законе текста, но, как правило, делает это сам, и, во-вторых, наиболее часто правоприменитель не имеет такой возможности, поскольку уяснение значения текста, к примеру, норм о назначении наказания, освобождении от него или от уголовной ответственности - задача, стоящая сугубо перед юристом. В силу этого юрист должен сам выступать своего рода специалистом-лингвистом.
(Кузнецов А.Ю.)
("Проспект", 2025)Е.И. Галяшина отмечает, что язык, являясь объектом изучения именно языкознания, как абстрактная семиотическая система не может выступать в качестве конкретного объекта судебно-экспертного исследования. Разъяснение значений лексических единиц языка, составляющих разряды оскорбления, а также описание семантических признаков типичных речевых актов агрессии, угрозы, призыва и т.п. входит не в функции судебного эксперта, а в функции специалиста, который дает письменную (заключение специалиста) или устную (разъяснение) консультацию по вопросам, относящимся к компетенции лингвиста и поставленным перед специалистом-лингвистом судом <1>. Это означает, что, во-первых, в ряде случаев правоприменитель, хотя и может обратиться к помощи профессионального лингвиста для уяснения возможных значений используемого в законе текста, но, как правило, делает это сам, и, во-вторых, наиболее часто правоприменитель не имеет такой возможности, поскольку уяснение значения текста, к примеру, норм о назначении наказания, освобождении от него или от уголовной ответственности - задача, стоящая сугубо перед юристом. В силу этого юрист должен сам выступать своего рода специалистом-лингвистом.
Статья: Поддержание международного мира и безопасности: от формального к "реальному" Уставу ООН
(Русинова В.Н.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 3)Уже в начале деятельности ООН стало понятно, что заложенная в "букве" этого договора модель, основанная на разделении мер по мирному разрешению споров (гл. VI) и принудительных мер, включая применение силы, в случае "нарушения мира", "угрозы миру" и "акта агрессии" (гл. VII), неработоспособна. Во время "холодной войны" любые решения по гл. VII блокировались по политическим причинам, а предусмотренных для мирного времени мер по гл. VI в ситуациях нарушения международного мира и безопасности было явно недостаточно. Выходом из ситуации стало проведение ООН "операций по поддержанию мира" (англ. "peacekeeping operations"), инициированных как Советом Безопасности, так и Генеральной Ассамблеей, действующей в рамках Резолюции "Единство в пользу мира". Этот вид уполномочивания на применение силы прямо не указан в Уставе ООН и, не укладываясь в предусмотренные гл. VI рамки, на первых этапах применения, когда данные операции не наделялись мандатом по гл. VII, основывался на "растягивании" гл. VI и "креативном" толковании ст. 24 в совокупности с гл. VII. Это позволило, вслед за Генеральным секретарем ООН Д. Хаммаршельдом, образно именовать такие операции действиями по "главе VI с половиной" <29>. Характерной чертой "операций по поддержанию мира", отличающей их от других оснований для применения силы, включая принудительные меры по гл. VII Устава ООН, является консенсуальность - наличие согласия принимающего государства или основных сторон вооруженного конфликта немеждународного характера <30>.
(Русинова В.Н.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 3)Уже в начале деятельности ООН стало понятно, что заложенная в "букве" этого договора модель, основанная на разделении мер по мирному разрешению споров (гл. VI) и принудительных мер, включая применение силы, в случае "нарушения мира", "угрозы миру" и "акта агрессии" (гл. VII), неработоспособна. Во время "холодной войны" любые решения по гл. VII блокировались по политическим причинам, а предусмотренных для мирного времени мер по гл. VI в ситуациях нарушения международного мира и безопасности было явно недостаточно. Выходом из ситуации стало проведение ООН "операций по поддержанию мира" (англ. "peacekeeping operations"), инициированных как Советом Безопасности, так и Генеральной Ассамблеей, действующей в рамках Резолюции "Единство в пользу мира". Этот вид уполномочивания на применение силы прямо не указан в Уставе ООН и, не укладываясь в предусмотренные гл. VI рамки, на первых этапах применения, когда данные операции не наделялись мандатом по гл. VII, основывался на "растягивании" гл. VI и "креативном" толковании ст. 24 в совокупности с гл. VII. Это позволило, вслед за Генеральным секретарем ООН Д. Хаммаршельдом, образно именовать такие операции действиями по "главе VI с половиной" <29>. Характерной чертой "операций по поддержанию мира", отличающей их от других оснований для применения силы, включая принудительные меры по гл. VII Устава ООН, является консенсуальность - наличие согласия принимающего государства или основных сторон вооруженного конфликта немеждународного характера <30>.
Статья: Юридическая сила резолюций Генеральной Ассамблеи ООН и их значение для российского уголовного права
(Лущаева М.Д.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2026, N 2)В действующем УК РФ содержатся две статьи (ст. 353 и ст. 354), в которых упоминается агрессивная война. В связи с этим возникает закономерный вопрос: подразумевает ли это скрытую отсылку к Резолюции ГА ООН 1974 г.? В доктрине одни авторы дают положительный ответ на него <18>, другие ученые отрицают возможность обращения к Резолюции при толковании признаков данного состава преступления, поскольку определение агрессии характеризует действия государства, а не физического лица; однако отмечают, что в ст. 3 Резолюции ГА ООН 1974 г. закреплен примерный перечень действий, которые могут быть квалифицированы как акты агрессии <19>. Некоторые специалисты полагают, что хотя в Резолюции определение агрессии дается применительно к государствам, при квалификации по национальному законодательству необходимо исходить из принципа индивидуальной ответственности; на основании ст. 3 Резолюции ученые формулируют соответствующие деяния применительно к субъекту - физическому лицу, напоминая, что представленный перечень не является исчерпывающим <20>. В целом вопрос о том, применимо ли определение агрессии, приведенное в Резолюции, к деяниям, совершенным отдельными лицами, длительное время оставался открытым <21>. И, наконец, отдельные авторы избегают конкретного ответа и лишь отмечают, что Резолюция является международным актом, "имеющим отношение к рассматриваемому составу преступления" <22>.
(Лущаева М.Д.)
("Международное уголовное право и международная юстиция", 2026, N 2)В действующем УК РФ содержатся две статьи (ст. 353 и ст. 354), в которых упоминается агрессивная война. В связи с этим возникает закономерный вопрос: подразумевает ли это скрытую отсылку к Резолюции ГА ООН 1974 г.? В доктрине одни авторы дают положительный ответ на него <18>, другие ученые отрицают возможность обращения к Резолюции при толковании признаков данного состава преступления, поскольку определение агрессии характеризует действия государства, а не физического лица; однако отмечают, что в ст. 3 Резолюции ГА ООН 1974 г. закреплен примерный перечень действий, которые могут быть квалифицированы как акты агрессии <19>. Некоторые специалисты полагают, что хотя в Резолюции определение агрессии дается применительно к государствам, при квалификации по национальному законодательству необходимо исходить из принципа индивидуальной ответственности; на основании ст. 3 Резолюции ученые формулируют соответствующие деяния применительно к субъекту - физическому лицу, напоминая, что представленный перечень не является исчерпывающим <20>. В целом вопрос о том, применимо ли определение агрессии, приведенное в Резолюции, к деяниям, совершенным отдельными лицами, длительное время оставался открытым <21>. И, наконец, отдельные авторы избегают конкретного ответа и лишь отмечают, что Резолюция является международным актом, "имеющим отношение к рассматриваемому составу преступления" <22>.
Последние изменения: Порядок проведения закупки у единственного поставщика по Закону N 44-ФЗ
(КонсультантПлюс, 2026)закупки (включая приобретение, аренду недвижимости) для физлиц, которые пострадали и (или) жилые помещения, иное имущество которых повреждены или утрачены в результате боевых действий, актов агрессии против РФ, а также для физлиц, которые вынужденно покинули территории РФ, где введено военное положение, территории субъектов РФ, перечисленных в п. 3 Указа Президента РФ от 19.10.2022 N 757;
(КонсультантПлюс, 2026)закупки (включая приобретение, аренду недвижимости) для физлиц, которые пострадали и (или) жилые помещения, иное имущество которых повреждены или утрачены в результате боевых действий, актов агрессии против РФ, а также для физлиц, которые вынужденно покинули территории РФ, где введено военное положение, территории субъектов РФ, перечисленных в п. 3 Указа Президента РФ от 19.10.2022 N 757;
Статья: Применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, при совершении преступлений против собственности
(Шмыгина О.В.)
("Власть Закона", 2026, N 2)Таким образом, судебная инстанция пришла к выводу об отсутствии реального, внезапного акта агрессии со стороны собаки, направленного на потерпевшую, а следовательно, об отсутствии угрозы применения насилия посредством животного. Потерпевшая испугалась не применения собаки, а факта проникновения в ночное время в ее жилище знакомых для нее лиц, требующих денег или спиртного <6>. Эта детализация позволила суду разграничить реальную уголовно наказуемую угрозу применения насилия и эмоциональную реакцию жертвы на неприемлемое, но невооруженное вторжение.
(Шмыгина О.В.)
("Власть Закона", 2026, N 2)Таким образом, судебная инстанция пришла к выводу об отсутствии реального, внезапного акта агрессии со стороны собаки, направленного на потерпевшую, а следовательно, об отсутствии угрозы применения насилия посредством животного. Потерпевшая испугалась не применения собаки, а факта проникновения в ночное время в ее жилище знакомых для нее лиц, требующих денег или спиртного <6>. Эта детализация позволила суду разграничить реальную уголовно наказуемую угрозу применения насилия и эмоциональную реакцию жертвы на неприемлемое, но невооруженное вторжение.
Статья: Вопросы квалификации пиратства (ст. 227 УК РФ)
(Чернышев Д.Б.)
("Уголовное право", 2026, N 2)Должно ли пиратское нападение осуществляться только извне, т.е. с другого судна, либо может быть совершено лицами, заблаговременно правомерно проникшими на борт (например, путем приобретения пассажирских проездных билетов с последующим захватом судна)? Исследователь морского пиратства Д. Джилфойл, ссылаясь на сложившуюся в британском законодательстве практику, предлагает признавать пиратством любой акт вооруженного насилия на море <19>. Поддерживающий его А.А. Тодоров отмечает, что в случае нападения на членов экипажа и пассажиров лиц, уже находящихся на борту судна, данное нападение и насилие будут составлять единый акт агрессии <20>.
(Чернышев Д.Б.)
("Уголовное право", 2026, N 2)Должно ли пиратское нападение осуществляться только извне, т.е. с другого судна, либо может быть совершено лицами, заблаговременно правомерно проникшими на борт (например, путем приобретения пассажирских проездных билетов с последующим захватом судна)? Исследователь морского пиратства Д. Джилфойл, ссылаясь на сложившуюся в британском законодательстве практику, предлагает признавать пиратством любой акт вооруженного насилия на море <19>. Поддерживающий его А.А. Тодоров отмечает, что в случае нападения на членов экипажа и пассажиров лиц, уже находящихся на борту судна, данное нападение и насилие будут составлять единый акт агрессии <20>.
Статья: Основания освобождения страховщика от страхового возмещения при реализации военных рисков: предписание публичного права или одна из ключевых особенностей страхования?
(Аристов В.В., Лаврова А.М.)
("Юрист", 2025, NN 11, 12)<19> Выводы судов кажутся противоречивыми: так, в рамках ППВС N 11 вооруженный конфликт, боевые и военные действия определены крайне широко (применение Вооруженных Сил Российской Федерации в военном конфликте, охватывающем все виды вооруженного противоборства, подавление актов агрессии) и не обязательно связаны с их формальной констатацией на уровне закона (п. 2 указанного Постановления).
(Аристов В.В., Лаврова А.М.)
("Юрист", 2025, NN 11, 12)<19> Выводы судов кажутся противоречивыми: так, в рамках ППВС N 11 вооруженный конфликт, боевые и военные действия определены крайне широко (применение Вооруженных Сил Российской Федерации в военном конфликте, охватывающем все виды вооруженного противоборства, подавление актов агрессии) и не обязательно связаны с их формальной констатацией на уровне закона (п. 2 указанного Постановления).
Статья: Субъекты международного юридического процесса
(Федоров И.В.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 6)Вовлеченность международных организаций в процессуальные международные отношения во многом задается их производной, если так можно сказать, "инструментальной" субъектностью в международном праве. Это утверждение справедливо как для классических организаций консенсуального типа (например, п. 1 ст. 1 Устава ООН предусматривает, что организация преследует цели "поддерживать международный мир и безопасность и с этой целью принимать эффективные коллективные меры для предотвращения и устранения угрозы миру и подавления актов агрессии или других нарушений мира и проводить мирными средствами, в согласии с принципами справедливости и международного права, улаживание или разрешение международных споров или ситуаций, которые могут привести к нарушению мира"), так и для наднациональных образований (в частности, п. 5 ст. 3 Договора о Европейском союзе 1992 г. устанавливает, что "в своих отношениях с остальным миром Союз утверждает и продвигает свои ценности и интересы и содействует защите своих граждан. Он способствует миру, безопасности, устойчивому развитию планеты, солидарности и взаимному уважению народов, свободной и справедливой торговле, искоренению бедности и защите прав человека, в том числе прав ребенка, а также неукоснительному соблюдению и развитию международного права, особенно соблюдению принципов Устава Организации Объединенных Наций").
(Федоров И.В.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 6)Вовлеченность международных организаций в процессуальные международные отношения во многом задается их производной, если так можно сказать, "инструментальной" субъектностью в международном праве. Это утверждение справедливо как для классических организаций консенсуального типа (например, п. 1 ст. 1 Устава ООН предусматривает, что организация преследует цели "поддерживать международный мир и безопасность и с этой целью принимать эффективные коллективные меры для предотвращения и устранения угрозы миру и подавления актов агрессии или других нарушений мира и проводить мирными средствами, в согласии с принципами справедливости и международного права, улаживание или разрешение международных споров или ситуаций, которые могут привести к нарушению мира"), так и для наднациональных образований (в частности, п. 5 ст. 3 Договора о Европейском союзе 1992 г. устанавливает, что "в своих отношениях с остальным миром Союз утверждает и продвигает свои ценности и интересы и содействует защите своих граждан. Он способствует миру, безопасности, устойчивому развитию планеты, солидарности и взаимному уважению народов, свободной и справедливой торговле, искоренению бедности и защите прав человека, в том числе прав ребенка, а также неукоснительному соблюдению и развитию международного права, особенно соблюдению принципов Устава Организации Объединенных Наций").