Содержание под стражей коронавирус
Подборка наиболее важных документов по запросу Содержание под стражей коронавирус (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Обеспечение конституционных прав и свобод участников уголовного судопроизводства в условиях пандемии COVID-19
(Зайцев О.А.)
("Журнал российского права", 2022, N 11)Например, в Сербии принято несколько нормативных правовых актов, содержащих уголовно-процессуальные механизмы обеспечения прав и законных интересов различных субъектов судопроизводства. В целях недопущения распространения COVID-19 возможно проведение основного слушания уголовного дела судом первой инстанции без присутствия подсудимого, находящегося под стражей. При этом допускается использование современных технических средств передачи изображения и звука, если это возможно с учетом условий учреждения <15>.
(Зайцев О.А.)
("Журнал российского права", 2022, N 11)Например, в Сербии принято несколько нормативных правовых актов, содержащих уголовно-процессуальные механизмы обеспечения прав и законных интересов различных субъектов судопроизводства. В целях недопущения распространения COVID-19 возможно проведение основного слушания уголовного дела судом первой инстанции без присутствия подсудимого, находящегося под стражей. При этом допускается использование современных технических средств передачи изображения и звука, если это возможно с учетом условий учреждения <15>.
Статья: Дистанционное участие обвиняемого (подозреваемого) на стадии предварительного расследования как альтернатива приостановлению производства по уголовному делу
(Бондарцева О.Г.)
("Актуальные проблемы российского права", 2021, N 10)Несмотря на отсутствие в УПК РФ статьи, регламентирующей дистанционное участие обвиняемого (подозреваемого) в ходе досудебного производства, обвиняемый имеет возможность, согласно сложившейся судебной практике и разъяснениям Верховного Суда РФ, дистанционно, не покидая изолятор временного содержания или следственный изолятор, принимать участие в судебном заседании посредством видео-конференц-связи, например при рассмотрении вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, о продлении срока содержания под стражей. В данном случае дистанционное участие обвиняемого (подозреваемого) посредством видео-конференц-связи доказало свою эффективность для решения задач предотвращения фактов побега лиц, содержащихся в следственном изоляторе, сокращения и ресурсных затрат государства на этапирование, а в настоящее время - для предотвращения распространения коронавирусной инфекции и обеспечения санитарно-эпидемиологической безопасности участников уголовного судопроизводства.
(Бондарцева О.Г.)
("Актуальные проблемы российского права", 2021, N 10)Несмотря на отсутствие в УПК РФ статьи, регламентирующей дистанционное участие обвиняемого (подозреваемого) в ходе досудебного производства, обвиняемый имеет возможность, согласно сложившейся судебной практике и разъяснениям Верховного Суда РФ, дистанционно, не покидая изолятор временного содержания или следственный изолятор, принимать участие в судебном заседании посредством видео-конференц-связи, например при рассмотрении вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, о продлении срока содержания под стражей. В данном случае дистанционное участие обвиняемого (подозреваемого) посредством видео-конференц-связи доказало свою эффективность для решения задач предотвращения фактов побега лиц, содержащихся в следственном изоляторе, сокращения и ресурсных затрат государства на этапирование, а в настоящее время - для предотвращения распространения коронавирусной инфекции и обеспечения санитарно-эпидемиологической безопасности участников уголовного судопроизводства.
Нормативные акты
"Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 2"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.04.2020)Вопрос 19: Исходя из того, что мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении лица, подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления небольшой тяжести, может быть избрана или продлена лишь в исключительных случаях и при наличии оснований, предусмотренных частью 1 статьи 108 УПК РФ, вправе ли суд при наличии таких оснований принять решение об избрании иной, более мягкой, меры пресечения либо об изменении заключения под стражу на иную, более мягкую, меру с учетом ситуации, связанной с распространением на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) и рисков ее распространения в изоляторах временного содержания и в следственных изоляторах?
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.04.2020)Вопрос 19: Исходя из того, что мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении лица, подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления небольшой тяжести, может быть избрана или продлена лишь в исключительных случаях и при наличии оснований, предусмотренных частью 1 статьи 108 УПК РФ, вправе ли суд при наличии таких оснований принять решение об избрании иной, более мягкой, меры пресечения либо об изменении заключения под стражу на иную, более мягкую, меру с учетом ситуации, связанной с распространением на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) и рисков ее распространения в изоляторах временного содержания и в следственных изоляторах?
Статья: О возможностях применения цифровых технологий по уголовным делам в деятельности судов общей юрисдикции первого звена
(Лукьянова О.А.)
("Администратор суда", 2022, N 2)Таким образом, оба приведенных примера свидетельствуют о том, что действующая процессуальная форма не учитывает реалии времени и, по сути, тормозит внедрение технологических достижений в уголовное судопроизводство. По данному поводу мы тоже провели опрос коллег из судов Свердловской области, которые тоже привели не один десяток подобных примеров в пользу этого утверждения. В этой связи нам представляется, что уже созрели объективные предпосылки к тому, чтобы внести в ст. 247 УПК РФ соответствующие изменения, которые бы позволяли суду рассматривать уголовные дела по ходатайству обвиняемых (особенно содержащихся под стражей) и привлекаемых к уголовной ответственности за преступления небольшой и средней тяжести, с согласия других участников процесса, посредством ВКС. К тому же, если учитывать сложившуюся ситуацию с пандемией новой коронавирусной инфекции, вопреки процессуальной форме уже сложилась судебная практика, в соответствии с которой ходатайство о продлении срока содержания лиц под стражей суды рассматривают посредством ВКС. В этом мы видим не только процессуальную, но и объективную необходимость. В дальнейшем можно было бы распространить рассмотрение уголовных дел с применением ВКС касательно участия эксперта, специалиста, педагога, переводчика и т.д.
(Лукьянова О.А.)
("Администратор суда", 2022, N 2)Таким образом, оба приведенных примера свидетельствуют о том, что действующая процессуальная форма не учитывает реалии времени и, по сути, тормозит внедрение технологических достижений в уголовное судопроизводство. По данному поводу мы тоже провели опрос коллег из судов Свердловской области, которые тоже привели не один десяток подобных примеров в пользу этого утверждения. В этой связи нам представляется, что уже созрели объективные предпосылки к тому, чтобы внести в ст. 247 УПК РФ соответствующие изменения, которые бы позволяли суду рассматривать уголовные дела по ходатайству обвиняемых (особенно содержащихся под стражей) и привлекаемых к уголовной ответственности за преступления небольшой и средней тяжести, с согласия других участников процесса, посредством ВКС. К тому же, если учитывать сложившуюся ситуацию с пандемией новой коронавирусной инфекции, вопреки процессуальной форме уже сложилась судебная практика, в соответствии с которой ходатайство о продлении срока содержания лиц под стражей суды рассматривают посредством ВКС. В этом мы видим не только процессуальную, но и объективную необходимость. В дальнейшем можно было бы распространить рассмотрение уголовных дел с применением ВКС касательно участия эксперта, специалиста, педагога, переводчика и т.д.
"Доказывание и принятие решений в состязательном уголовном судопроизводстве: монография"
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(отв. ред. Л.Н. Масленникова)
("НОРМА", "ИНФРА-М", 2022)В связи с пандемией в мире в 2020 г. и принятием государственными органами ограничительных мер, связанных с распространением на территории России новой коронавирусной инфекции (COVID-19), многие судьи стали рассматривать ходатайства о продлении срока содержания под стражей в отсутствие обвиняемых, поскольку доставление их в суд из СИЗО оказалось невозможным. Решение о рассмотрении таких ходатайств без присутствия обвиняемых, но с обязательным участием защитников суды мотивировали ссылкой на ч. 13 ст. 109 УПК РФ как на "иное обстоятельство, исключающее возможность доставления обвиняемого в суд" <353>. Такая практика вызывает серьезные нарекания, поскольку с учетом имеющихся технологий вполне можно было бы обеспечить участие обвиняемых в судебном заседании хотя бы посредством использования системы видео-конференц-связи с учетом необходимых процессуальных гарантий обеспечения права на защиту. Вместе с тем уголовно-процессуальный закон на сегодняшний день не предусматривает рассмотрение как ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, так и ходатайств о продлении срока содержания под стражей в отсутствие обвиняемого (подозреваемого) либо при обеспечении его участия в судебном заседании с использованием видео-конференц-связи.
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(отв. ред. Л.Н. Масленникова)
("НОРМА", "ИНФРА-М", 2022)В связи с пандемией в мире в 2020 г. и принятием государственными органами ограничительных мер, связанных с распространением на территории России новой коронавирусной инфекции (COVID-19), многие судьи стали рассматривать ходатайства о продлении срока содержания под стражей в отсутствие обвиняемых, поскольку доставление их в суд из СИЗО оказалось невозможным. Решение о рассмотрении таких ходатайств без присутствия обвиняемых, но с обязательным участием защитников суды мотивировали ссылкой на ч. 13 ст. 109 УПК РФ как на "иное обстоятельство, исключающее возможность доставления обвиняемого в суд" <353>. Такая практика вызывает серьезные нарекания, поскольку с учетом имеющихся технологий вполне можно было бы обеспечить участие обвиняемых в судебном заседании хотя бы посредством использования системы видео-конференц-связи с учетом необходимых процессуальных гарантий обеспечения права на защиту. Вместе с тем уголовно-процессуальный закон на сегодняшний день не предусматривает рассмотрение как ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, так и ходатайств о продлении срока содержания под стражей в отсутствие обвиняемого (подозреваемого) либо при обеспечении его участия в судебном заседании с использованием видео-конференц-связи.
Статья: Медицинский пропуск и обязательная вакцинация в свете решения Европейского суда по делу "Замбрано против Франции" от 21 сентября 2021 г., жалоба N 41994/21
(Боднарчук О.В.)
("Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание", 2022, N 2)Настоящее решение Европейского суда по правам человека (далее - Европейский суд) касается самого актуального на сегодняшний день вопроса для жителей 47 государств - участников Европейской конвенции по правам человека (далее - Конвенция) - пандемии коронавирусной инфекции COVID-19. Прежде всего следует отметить, что пандемия коронавирусной инфекции самыми различными способами затронула не только рядовых граждан, юридические лица и государственные институты, но также и Европейский суд. Так, множество жалоб, посвященных данному вопросу, находятся на рассмотрении Европейского суда. Они касаются самых различных аспектов пандемии коронавирусной инфекции, в частности материального ущерба вследствие закрытия фитнес-клуба в период самоизоляции <1>, запрета демонстраций <2>, религиозных собраний <3> и коллективных богослужений <4>, наказания за распространение заведомо ложной информации о пандемии коронавирусной инфекции <5>, продолжительного запрета на предоставление осужденным лицам свиданий <6>, отсутствия публичного судебного разбирательства <7>, продолжительного содержания под стражей <8> и автоматического продления срока содержания под стражей при отсутствии судебного решения в контексте чрезвычайного законодательства в начале пандемии <9>. Следует также отметить, что целый ряд жалоб, связанных с пандемией коронавирусной инфекции, затрагивает вопросы условий содержания или отбывания наказания в местах лишения свободы, а именно условия содержания под стражей ВИЧ-инфицированных заявителей в свете пандемии коронавирусной инфекции <10>, риск заражения коронавирусной инфекцией заявителя, отбывающего наказание и страдающего многочисленными заболеваниями <11>, заражение заявителя коронавирусной инфекцией в тюрьме вследствие ее переполненности <12>, отсутствие в тюрьме защитных мер против распространения коронавирусной инфекции <13>, условия содержания заявителя в случае его экстрадиции в США <14>, а также запрет на посещение церкви за пределами тюрьмы в связи мерами, принятыми для борьбы с пандемией коронавирусной инфекции <15>.
(Боднарчук О.В.)
("Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание", 2022, N 2)Настоящее решение Европейского суда по правам человека (далее - Европейский суд) касается самого актуального на сегодняшний день вопроса для жителей 47 государств - участников Европейской конвенции по правам человека (далее - Конвенция) - пандемии коронавирусной инфекции COVID-19. Прежде всего следует отметить, что пандемия коронавирусной инфекции самыми различными способами затронула не только рядовых граждан, юридические лица и государственные институты, но также и Европейский суд. Так, множество жалоб, посвященных данному вопросу, находятся на рассмотрении Европейского суда. Они касаются самых различных аспектов пандемии коронавирусной инфекции, в частности материального ущерба вследствие закрытия фитнес-клуба в период самоизоляции <1>, запрета демонстраций <2>, религиозных собраний <3> и коллективных богослужений <4>, наказания за распространение заведомо ложной информации о пандемии коронавирусной инфекции <5>, продолжительного запрета на предоставление осужденным лицам свиданий <6>, отсутствия публичного судебного разбирательства <7>, продолжительного содержания под стражей <8> и автоматического продления срока содержания под стражей при отсутствии судебного решения в контексте чрезвычайного законодательства в начале пандемии <9>. Следует также отметить, что целый ряд жалоб, связанных с пандемией коронавирусной инфекции, затрагивает вопросы условий содержания или отбывания наказания в местах лишения свободы, а именно условия содержания под стражей ВИЧ-инфицированных заявителей в свете пандемии коронавирусной инфекции <10>, риск заражения коронавирусной инфекцией заявителя, отбывающего наказание и страдающего многочисленными заболеваниями <11>, заражение заявителя коронавирусной инфекцией в тюрьме вследствие ее переполненности <12>, отсутствие в тюрьме защитных мер против распространения коронавирусной инфекции <13>, условия содержания заявителя в случае его экстрадиции в США <14>, а также запрет на посещение церкви за пределами тюрьмы в связи мерами, принятыми для борьбы с пандемией коронавирусной инфекции <15>.