Продление лицензионного договора
Подборка наиболее важных документов по запросу Продление лицензионного договора (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Формы
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Готовое решение: Как подготовить закупку услуг по сопровождению программного обеспечения, чтобы избежать проблем с ненадлежащим исполнителем
(КонсультантПлюс, 2026)Законом N 44-ФЗ данный вопрос прямо не урегулирован. При этом не рекомендуем отклонять заявку, если срок действующего лицензионного договора (лицензии), представленного участником в составе заявки, истекает ранее срока исполнения контракта. Отклонение заявки по данному основанию могут признать нарушением положений Закона N 44-ФЗ, так как если в ходе исполнения контракта срок лицензионного договора (лицензии) заканчивается, участник может продлить его. Это следует из анализа практики, например Решений ФАС России от 26.11.2015 по делу N КГОЗ-488/15, от 30.09.2019 по делу N 19/44/99/491.
(КонсультантПлюс, 2026)Законом N 44-ФЗ данный вопрос прямо не урегулирован. При этом не рекомендуем отклонять заявку, если срок действующего лицензионного договора (лицензии), представленного участником в составе заявки, истекает ранее срока исполнения контракта. Отклонение заявки по данному основанию могут признать нарушением положений Закона N 44-ФЗ, так как если в ходе исполнения контракта срок лицензионного договора (лицензии) заканчивается, участник может продлить его. Это следует из анализа практики, например Решений ФАС России от 26.11.2015 по делу N КГОЗ-488/15, от 30.09.2019 по делу N 19/44/99/491.
Готовое решение: Сохраняется ли за работником право на авторское вознаграждение после увольнения
(КонсультантПлюс, 2026)Прекращение обязанности по уплате вознаграждения после увольнения может вытекать из договора с работником, если это не противоречит закону и иным правовым актам (п. 4 ст. 421 ГК РФ). Например, если лицензионный договор предусматривал, что работник предоставил работодателю возможность использовать объект лишь на срок действия своего трудового договора, и при увольнении лицензию не продлили. Если работодатель далее будет без законных оснований использовать объект, у работника будет право применить к нему меры ответственности.
(КонсультантПлюс, 2026)Прекращение обязанности по уплате вознаграждения после увольнения может вытекать из договора с работником, если это не противоречит закону и иным правовым актам (п. 4 ст. 421 ГК РФ). Например, если лицензионный договор предусматривал, что работник предоставил работодателю возможность использовать объект лишь на срок действия своего трудового договора, и при увольнении лицензию не продлили. Если работодатель далее будет без законных оснований использовать объект, у работника будет право применить к нему меры ответственности.
Судебная практика
Важнейшая практика по ст. 1363 ГК РФПри продлении патента лицензионный договор, заключенный на срок его действия, продлевается автоматически >>>
Вопрос: Является ли COVID-19 и последствия его распространения обстоятельством, существенно отличающим от тех, при которых лицензия была предоставлена? Необходимо ли предоставление других обоснований для продления срока действия лицензии и сроков исполнения лицензионных соглашений?
("Официальный сайт Роснедр", 2021)"Официальный сайт Роснедр www.rosnedra.gov.ru", 2021
("Официальный сайт Роснедр", 2021)"Официальный сайт Роснедр www.rosnedra.gov.ru", 2021
Статья: Особенности приобретения прав на программное обеспечение по Закону N 44-ФЗ
(Губарь Д.)
("Прогосзаказ.рф", 2026, N 2)Услуги по обновлению операционных систем, уже установленных на оборудовании заказчика, и продление действующих лицензионных соглашений не рассматриваются как закупка нового программного продукта <32>.
(Губарь Д.)
("Прогосзаказ.рф", 2026, N 2)Услуги по обновлению операционных систем, уже установленных на оборудовании заказчика, и продление действующих лицензионных соглашений не рассматриваются как закупка нового программного продукта <32>.
Тематический выпуск: Актуальные вопросы применения ФСБУ 14/2022 из практики нашего консалтинга
(под ред. А.В. Брызгалина)
("Налоги и финансовое право", 2024, N 6)Ежегодное продление лицензионного договора и доработка ПО
(под ред. А.В. Брызгалина)
("Налоги и финансовое право", 2024, N 6)Ежегодное продление лицензионного договора и доработка ПО
"Защита авторских и смежных прав"
(Братусь Д.А.)
(под общ. ред. Б.М. Гонгало)
("Статут", 2024)В Постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 21 ноября 2019 г. по делу N СИП-326/2019 в развитие единообразной судебной практики, посвященной фундаментальному началу добросовестности <1>, включая состоявшиеся судебные позиции о злоупотреблении правами <2>, закреплен актуальный подход к определению значения запрета противоречивого поведения участников правоотношений ("принцип эстоппель"), конкретизируется содержание этого запрета, уточняются неблагоприятные материально-правовые и процессуальные последствия его нарушения. Эстоппель как политико-правовая идея является утилитарным продолжением или, по терминологии комментируемого Постановления, "частным случаем проявления" принципа добросовестности: действие стороны вопреки своему предыдущему поведению не считается добросовестным. Определение не формулируется через отрицание. В анализируемом казуальном толковании содержание противоречивого поведения раскрывается в положительном смысле, как одна из базовых форм злоупотребления правом <3>: непоследовательное поведение создает выгоду злоупотребляющей и ущерб добросовестной стороне. Этот логичный вывод сопровождается оговоркой: не подлежит признанию противоречивым разумно ожидаемое поведение. Исключение из общего правила иллюстрируется фактами, получившими судебную оценку по ранее рассмотренным делам: патентообладатель вправе уточнить формулу изобретения для сохранения действия патента и в то же время отстаивать соответствие первоначальной формулы условиям патентоспособности <4>; использование спорного товарного знака не препятствует лицензиату оспаривать охрану товарного знака в ответ на отказ правообладателя продлить срок лицензионного договора <5> и т.д. Рассматриваемая форма злоупотребления не совпадает с шиканой, при которой поведение лица, злоупотребляющего правом, нацелено исключительно на причинение вреда другой стороне. Злоупотребление может не ограничиваться только имущественными интересами, но выражаться в стремлении злоупотребляющей стороны к процессуальным и к другим нематериальным преимуществам, связанным, например, с организационными возможностями правообладателя <6>. В свете изложенного суждение о том, что "злоупотребление правом в иных формах всегда связано с осуществлением права в имущественных интересах злоупотребляющего" <7> (курсив наш. - Б.Г., Д.Б.), нуждается в уточнении. Не случайно, раскрывая механизм защиты субъективного гражданского права, специалисты акцентируют внимание на взаимосвязанном комплексе материальных и процессуальных норм <8>. Традиционными неблагоприятными последствиями злоупотребления правом являются полный или частичный отказ в судебной защите и возмещение убытков потерпевшему. Из комментируемого Постановления вытекают и такие меры воздействия на злоупотребляющую сторону, как возложение на нее по итогам судебного разбирательства расходов по делу, а также отказ в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.
(Братусь Д.А.)
(под общ. ред. Б.М. Гонгало)
("Статут", 2024)В Постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 21 ноября 2019 г. по делу N СИП-326/2019 в развитие единообразной судебной практики, посвященной фундаментальному началу добросовестности <1>, включая состоявшиеся судебные позиции о злоупотреблении правами <2>, закреплен актуальный подход к определению значения запрета противоречивого поведения участников правоотношений ("принцип эстоппель"), конкретизируется содержание этого запрета, уточняются неблагоприятные материально-правовые и процессуальные последствия его нарушения. Эстоппель как политико-правовая идея является утилитарным продолжением или, по терминологии комментируемого Постановления, "частным случаем проявления" принципа добросовестности: действие стороны вопреки своему предыдущему поведению не считается добросовестным. Определение не формулируется через отрицание. В анализируемом казуальном толковании содержание противоречивого поведения раскрывается в положительном смысле, как одна из базовых форм злоупотребления правом <3>: непоследовательное поведение создает выгоду злоупотребляющей и ущерб добросовестной стороне. Этот логичный вывод сопровождается оговоркой: не подлежит признанию противоречивым разумно ожидаемое поведение. Исключение из общего правила иллюстрируется фактами, получившими судебную оценку по ранее рассмотренным делам: патентообладатель вправе уточнить формулу изобретения для сохранения действия патента и в то же время отстаивать соответствие первоначальной формулы условиям патентоспособности <4>; использование спорного товарного знака не препятствует лицензиату оспаривать охрану товарного знака в ответ на отказ правообладателя продлить срок лицензионного договора <5> и т.д. Рассматриваемая форма злоупотребления не совпадает с шиканой, при которой поведение лица, злоупотребляющего правом, нацелено исключительно на причинение вреда другой стороне. Злоупотребление может не ограничиваться только имущественными интересами, но выражаться в стремлении злоупотребляющей стороны к процессуальным и к другим нематериальным преимуществам, связанным, например, с организационными возможностями правообладателя <6>. В свете изложенного суждение о том, что "злоупотребление правом в иных формах всегда связано с осуществлением права в имущественных интересах злоупотребляющего" <7> (курсив наш. - Б.Г., Д.Б.), нуждается в уточнении. Не случайно, раскрывая механизм защиты субъективного гражданского права, специалисты акцентируют внимание на взаимосвязанном комплексе материальных и процессуальных норм <8>. Традиционными неблагоприятными последствиями злоупотребления правом являются полный или частичный отказ в судебной защите и возмещение убытков потерпевшему. Из комментируемого Постановления вытекают и такие меры воздействия на злоупотребляющую сторону, как возложение на нее по итогам судебного разбирательства расходов по делу, а также отказ в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.
Вопрос: Истек срок действия лицензионного договора об использовании неисключительных прав на произведение. Подлежит ли лицензионный договор автоматической пролонгации? Какие санкции возможны со стороны правообладателя при использовании неисключительных прав без продления лицензионного договора?
(Консультация эксперта, 2024)Вопрос: Истек срок действия лицензионного договора об использовании неисключительных прав на произведение. Подлежит ли лицензионный договор автоматической пролонгации? Какие санкции возможны со стороны правообладателя при использовании неисключительных прав без продления лицензионного договора?
(Консультация эксперта, 2024)Вопрос: Истек срок действия лицензионного договора об использовании неисключительных прав на произведение. Подлежит ли лицензионный договор автоматической пролонгации? Какие санкции возможны со стороны правообладателя при использовании неисключительных прав без продления лицензионного договора?
Путеводитель по сделкам. Лицензионный договор. Общая информация4. Срок, на который заключается лицензионный договор, не может превышать срок действия исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (п. 4 ст. 1235 ГК РФ). Поэтому договор, содержащий условие о сроке его действия, превышающем срок действия исключительного права, считается заключенным на срок, равный сроку действия исключительного права. Если срок действия исключительного права продлевается после заключения лицензионного договора, то срок действия такого договора определяется исходя из его условий и нового срока действия исключительного права (п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10).
"Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации: в 2 т."
(постатейный)
(том 1)
(2-е издание, исправленное и дополненное)
(отв. ред. Е.А. Павлова)
("Статут", 2025)3. В п. 3 комментируемой статьи установлено, что если сублицензионный договор заключен на срок, превышающий срок действия лицензионного договора, то он считается заключенным на срок действия лицензионного договора, остающийся к моменту заключения сублицензионного договора. При этом исходя из указания п. 5 комментируемой статьи о применении к сублицензионному договору правил о лицензионном договоре в ситуации, когда в связи с продлением срока действия исключительного права срок действия лицензионного договора, заключенного ранее такого продления, будет считаться продленным (абз. 2 п. 39 Постановления Пленума ВС РФ N 10), аналогичным образом может быть продлен срок действия сублицензионного договора, заключенного ранее продления срока действия исключительного права на весь срок действия соответствующего лицензионного договора.
(постатейный)
(том 1)
(2-е издание, исправленное и дополненное)
(отв. ред. Е.А. Павлова)
("Статут", 2025)3. В п. 3 комментируемой статьи установлено, что если сублицензионный договор заключен на срок, превышающий срок действия лицензионного договора, то он считается заключенным на срок действия лицензионного договора, остающийся к моменту заключения сублицензионного договора. При этом исходя из указания п. 5 комментируемой статьи о применении к сублицензионному договору правил о лицензионном договоре в ситуации, когда в связи с продлением срока действия исключительного права срок действия лицензионного договора, заключенного ранее такого продления, будет считаться продленным (абз. 2 п. 39 Постановления Пленума ВС РФ N 10), аналогичным образом может быть продлен срок действия сублицензионного договора, заключенного ранее продления срока действия исключительного права на весь срок действия соответствующего лицензионного договора.
"Обзоры судебной практики за период с 1 января 2018 г. по 31 декабря 2025 г., представленные в Классификаторе постановлений президиума Суда по интеллектуальным правам"
(Кольздорф М.А., Осадчая О.А., Куликова (Ульянова) Е.В., Оганесян А.Н., Алимурадова И.К., Капырина Н.И., Аристова Я.А., Акопян А.К.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Судом принято во внимание то, что лицензиат длительное время использовал оспариваемый товарный знак на условиях лицензионного договора и не ставил под сомнение регистрацию товарного знака. Однако возражение лицензиатом было подано после отказа лицензиара в продлении срока действия лицензионного договора и последующего предъявления им требования о признании лицензионного договора на предоставление права использования оспариваемого товарного знака недействительным и применении последствий его недействительности.
(Кольздорф М.А., Осадчая О.А., Куликова (Ульянова) Е.В., Оганесян А.Н., Алимурадова И.К., Капырина Н.И., Аристова Я.А., Акопян А.К.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Судом принято во внимание то, что лицензиат длительное время использовал оспариваемый товарный знак на условиях лицензионного договора и не ставил под сомнение регистрацию товарного знака. Однако возражение лицензиатом было подано после отказа лицензиара в продлении срока действия лицензионного договора и последующего предъявления им требования о признании лицензионного договора на предоставление права использования оспариваемого товарного знака недействительным и применении последствий его недействительности.
Статья: На пути к балансу между охраной имущественных прав и свободой творчества (исторический анализ зарубежного развития института производных произведений)
(Никифоров А.А.)
("Вестник гражданского права", 2025, NN 3, 4)Автор производного произведения получает на него права, но не может использовать это произведение без достаточного основания (L112-3). Это рассматривается как намерение законодателя обеспечить преобладание прав автора исходного произведения <76>. В связи с этим французский закон вводит довольно много специального регулирования, призванного защитить права авторов оригиналов. К примеру, в силу юридической фикции автор первоисточника может рассматриваться с точки зрения права на вознаграждение как один из настоящих авторов аудиовизуального произведения (L113-7, послед. абз.), которое в свою очередь рассматривается как производное, если было сделано на основе другого произведения. Но при этом в обратную сторону это не работает, т.е., к примеру, авторы аудиовизуальных произведений по закону не могут ссылаться на указанную фикцию для того, чтобы распространить на такое произведение правило коллективных произведений, являющихся неделимыми, и тем самым преодолеть отказ автора оригинального произведения на продление лицензионного договора <77>. Автор оригинального произведения имеет право на долю от всего дохода, полученного продюсером, в виде процента или фиксированной суммы, вне зависимости от формы оплаты, т.е. вознаграждение должно быть пропорциональным, часто комбинироваться с минимально гарантированными суммами и начисляться за каждый способ использования адаптированного произведения (кассовые сборы, любые лицензионные отчисления, продажи на дисках и т.д.) (ст. L131-4).
(Никифоров А.А.)
("Вестник гражданского права", 2025, NN 3, 4)Автор производного произведения получает на него права, но не может использовать это произведение без достаточного основания (L112-3). Это рассматривается как намерение законодателя обеспечить преобладание прав автора исходного произведения <76>. В связи с этим французский закон вводит довольно много специального регулирования, призванного защитить права авторов оригиналов. К примеру, в силу юридической фикции автор первоисточника может рассматриваться с точки зрения права на вознаграждение как один из настоящих авторов аудиовизуального произведения (L113-7, послед. абз.), которое в свою очередь рассматривается как производное, если было сделано на основе другого произведения. Но при этом в обратную сторону это не работает, т.е., к примеру, авторы аудиовизуальных произведений по закону не могут ссылаться на указанную фикцию для того, чтобы распространить на такое произведение правило коллективных произведений, являющихся неделимыми, и тем самым преодолеть отказ автора оригинального произведения на продление лицензионного договора <77>. Автор оригинального произведения имеет право на долю от всего дохода, полученного продюсером, в виде процента или фиксированной суммы, вне зависимости от формы оплаты, т.е. вознаграждение должно быть пропорциональным, часто комбинироваться с минимально гарантированными суммами и начисляться за каждый способ использования адаптированного произведения (кассовые сборы, любые лицензионные отчисления, продажи на дисках и т.д.) (ст. L131-4).