Право на свободу слова
Подборка наиболее важных документов по запросу Право на свободу слова (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Права и свободы человека и гражданина в цифровую эпоху: государства versus IT-гиганты
(Виноградов В.А.)
("Журнал российского права", 2024, N 9)Ключевые слова: права, свободы, IT-гиганты, рекомендательные алгоритмы, утечки данных, цифровая трансформация.
(Виноградов В.А.)
("Журнал российского права", 2024, N 9)Ключевые слова: права, свободы, IT-гиганты, рекомендательные алгоритмы, утечки данных, цифровая трансформация.
Статья: Правовой статус личности в цифровую эпоху: эволюция, вызовы и перспективы развития
(Аверин А.В.)
("Журнал российского права", 2026, N 7)<19> См.: Лескина Э.И. Проблемы реализации права на свободу слова в эпоху Big Data // Журнал российского права. 2025. Т. 29. N 8. С. 52.
(Аверин А.В.)
("Журнал российского права", 2026, N 7)<19> См.: Лескина Э.И. Проблемы реализации права на свободу слова в эпоху Big Data // Журнал российского права. 2025. Т. 29. N 8. С. 52.
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2026 год: Статья 29 Конституции РФ"По смыслу статьи 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности."
Подборка судебных решений за 2024 год: Статья 152 "Защита чести, достоинства и деловой репутации" ГК РФНа основании изложенного суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что информация, содержащаяся в спорном отзыве, является субъективным мнением неизвестного лица и представляет собой его оценочное суждение. В оспариваемом высказывании отсутствуют конкретные факты, которые возможно было бы проверить. Субъективно-оценочный характер оспариваемого высказывания является реализацией права на свободу слова. Мнение, суждение и предположение не являются предметом судебной защиты и не могут быть в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации опровергнуты.
Нормативные акты
"Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016)Судами, рассматривающими данное дело, не было установлено, что оспариваемое сообщение содержит оскорбительные выражения, что являлось бы недопустимым злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения <1>.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016)Судами, рассматривающими данное дело, не было установлено, что оспариваемое сообщение содержит оскорбительные выражения, что являлось бы недопустимым злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения <1>.
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019)Факта злоупотребления ответчиком правом на свободу слова и свободу обращения в государственные органы суд апелляционной инстанции не установил, равно как не установил и того, что целью обращения ответчика к губернатору края и в прокуратуру являлось не устранение нарушений и недостатков, а причинение вреда истцу.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019)Факта злоупотребления ответчиком правом на свободу слова и свободу обращения в государственные органы суд апелляционной инстанции не установил, равно как не установил и того, что целью обращения ответчика к губернатору края и в прокуратуру являлось не устранение нарушений и недостатков, а причинение вреда истцу.
Статья: Соотношение понятий "право" и "свобода" в контексте исследования механизмов ограничения конституционных прав в период пандемии
(Грищенко Т.А., Когут В.Г.)
("Государственная власть и местное самоуправление", 2022, N 1)С начала распространения COVID-19 политические соображения столкнулись с правом на свободу слова. Власти многих стран заблокировали некоторые веб-сайты, приказали удалить нежелательный контент и, что самое вопиющее, в некоторых случаях полностью отключили доступ к Интернету. В ряде стран был усилен контроль за прессой, введена цензура различных категорий публичных дискуссий о новой болезни, санкции для активистов.
(Грищенко Т.А., Когут В.Г.)
("Государственная власть и местное самоуправление", 2022, N 1)С начала распространения COVID-19 политические соображения столкнулись с правом на свободу слова. Власти многих стран заблокировали некоторые веб-сайты, приказали удалить нежелательный контент и, что самое вопиющее, в некоторых случаях полностью отключили доступ к Интернету. В ряде стран был усилен контроль за прессой, введена цензура различных категорий публичных дискуссий о новой болезни, санкции для активистов.
Статья: Цифровые права граждан в России и зарубежных странах
(Анисимов А.П., Резванова Л.А.)
("Современное право", 2026, N 1)В статье доказывается, что цифровые права - это совокупность признанных в конституциях и законах отдельных государств, а также вновь формирующихся субъективных прав и свобод человека и гражданина, содержание и режим защиты которых осуществляется с использованием интернет-технологий в цифровой (информационной) среде. Можно говорить о цифровых правах двух видов: классические права в цифровой форме и цифровые права, не имеющие прямых аналогов офлайн. Первые означают придание цифровой формы общепризнанным правам (свобода слова, доступ к информации). Вторая группа включает специальные права и свободы, не имеющие прямых аналогов офлайн (право на забвение, цифровое молчание и др.). Проанализировав российский и зарубежный опыт, авторы предлагают правовые меры регламентации цифровых прав в России.
(Анисимов А.П., Резванова Л.А.)
("Современное право", 2026, N 1)В статье доказывается, что цифровые права - это совокупность признанных в конституциях и законах отдельных государств, а также вновь формирующихся субъективных прав и свобод человека и гражданина, содержание и режим защиты которых осуществляется с использованием интернет-технологий в цифровой (информационной) среде. Можно говорить о цифровых правах двух видов: классические права в цифровой форме и цифровые права, не имеющие прямых аналогов офлайн. Первые означают придание цифровой формы общепризнанным правам (свобода слова, доступ к информации). Вторая группа включает специальные права и свободы, не имеющие прямых аналогов офлайн (право на забвение, цифровое молчание и др.). Проанализировав российский и зарубежный опыт, авторы предлагают правовые меры регламентации цифровых прав в России.
Статья: Пределы и способы защиты чести, достоинства и деловой репутации
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Статья 29 Конституции РФ гарантирует каждому право свободы мысли и слова, а также право на распространение информации любым законным способом. Вместе с тем ч. 3 ст. 17 Конституции РФ установлено правило, по которому реализация прав одним лицом не должна нарушать прав других лиц. Другими словами, право автора и распространителя информации не должно нарушать прав лица, о котором он размещает информацию.
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Статья 29 Конституции РФ гарантирует каждому право свободы мысли и слова, а также право на распространение информации любым законным способом. Вместе с тем ч. 3 ст. 17 Конституции РФ установлено правило, по которому реализация прав одним лицом не должна нарушать прав других лиц. Другими словами, право автора и распространителя информации не должно нарушать прав лица, о котором он размещает информацию.
Статья: Современная концепция прав человека: кризис забытой истории
(Лесив Б.В.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2026, N 1)Конечно, невозможно отрицать, что права человека не являются застывшей сущностью и должны соответствовать условиям развивающегося общества. Обратное противоречило бы самой идее этого института, предназначенного, как было показано, "на будущее": если они должны выступать сдерживающим механизмом для предотвращения недопустимых властных практик, то им придется адаптироваться к новым реалиям, которые возникают из-за развития самих этих практик. Здесь справедлива формула: новые властные технологии объективно - рано или поздно - потребуют адаптивной интерпретации прав, чтобы они могли продолжать выполнять свою изначальную функцию. Жесткая и сугубо формальная привязка их к практикам, существовавшим больше 70 лет назад (ригидный оригинализм), означала бы постепенную утрату ими своей эффективности по мере отмирания или видоизменения используемых государствами методов и средств, а следовательно, и невозможность достижения поставленной для них цели. К примеру, со времени принятия Международного билля о правах произошла настоящая технологическая революция в средствах массовой информации, связи и коммуникации, повлекшая закономерное развитие соответствующих общественных практик и государственного регулирования этого сектора. Если бы гарантии соответствующих прав (свобода мысли, слова и выражения, неприкосновенность частной жизни) остались "на месте" без адаптации к новым практикам, то это означало бы попросту их отмену de facto, поскольку сегодня ни обмен письмами, ни телеграфы уже практически не применяются, а газеты с каждым годом уступают Интернету и без того уже не столь значительное влияние.
(Лесив Б.В.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2026, N 1)Конечно, невозможно отрицать, что права человека не являются застывшей сущностью и должны соответствовать условиям развивающегося общества. Обратное противоречило бы самой идее этого института, предназначенного, как было показано, "на будущее": если они должны выступать сдерживающим механизмом для предотвращения недопустимых властных практик, то им придется адаптироваться к новым реалиям, которые возникают из-за развития самих этих практик. Здесь справедлива формула: новые властные технологии объективно - рано или поздно - потребуют адаптивной интерпретации прав, чтобы они могли продолжать выполнять свою изначальную функцию. Жесткая и сугубо формальная привязка их к практикам, существовавшим больше 70 лет назад (ригидный оригинализм), означала бы постепенную утрату ими своей эффективности по мере отмирания или видоизменения используемых государствами методов и средств, а следовательно, и невозможность достижения поставленной для них цели. К примеру, со времени принятия Международного билля о правах произошла настоящая технологическая революция в средствах массовой информации, связи и коммуникации, повлекшая закономерное развитие соответствующих общественных практик и государственного регулирования этого сектора. Если бы гарантии соответствующих прав (свобода мысли, слова и выражения, неприкосновенность частной жизни) остались "на месте" без адаптации к новым практикам, то это означало бы попросту их отмену de facto, поскольку сегодня ни обмен письмами, ни телеграфы уже практически не применяются, а газеты с каждым годом уступают Интернету и без того уже не столь значительное влияние.
"Объекты гражданских прав: научно-практический комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации"
(под ред. Г.А. Гаджиева)
("Статут", 2025)Равным образом не может считаться противоправной и реализация принадлежащего лицу субъективного права. Применительно к спорам о взыскании компенсации за причиненный моральный вред указанное обстоятельство приобретает особое значение в делах, связанных с распространением о гражданине сведений, порочащих его честь, достоинство, деловую репутацию, или иных сведений, распространение которых может причинить моральный вред. В таком случае права истца на защиту чести, достоинства и деловой репутации, на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну сталкиваются с принадлежащими ответчику правами на свободу мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом <1>. В подобной ситуации грань между правомерной реализацией права и противоправным причинением морального вреда может оказаться крайне зыбкой.
(под ред. Г.А. Гаджиева)
("Статут", 2025)Равным образом не может считаться противоправной и реализация принадлежащего лицу субъективного права. Применительно к спорам о взыскании компенсации за причиненный моральный вред указанное обстоятельство приобретает особое значение в делах, связанных с распространением о гражданине сведений, порочащих его честь, достоинство, деловую репутацию, или иных сведений, распространение которых может причинить моральный вред. В таком случае права истца на защиту чести, достоинства и деловой репутации, на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну сталкиваются с принадлежащими ответчику правами на свободу мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом <1>. В подобной ситуации грань между правомерной реализацией права и противоправным причинением морального вреда может оказаться крайне зыбкой.
Статья: Моральный вред для сотрудника от коллег, компании. И моральный вред для компании от действий сотрудников, партнеров компании. Есть ли прецеденты и как вести себя сторонам?
(Алферова В.)
("Трудовое право", 2024, N 3)- если работник оставил свое мнение на сайте с отзывами, поскольку общий контекст спорной информации, а также целевое назначение соответствующих интернет-страниц указывают на субъективно-оценочный характер высказываний, являющихся реализацией права на свободу слова (определение Верховного Суда РФ от 29.07.2019 N 305-ЭС19-11059 по делу N А41-79586/2018);
(Алферова В.)
("Трудовое право", 2024, N 3)- если работник оставил свое мнение на сайте с отзывами, поскольку общий контекст спорной информации, а также целевое назначение соответствующих интернет-страниц указывают на субъективно-оценочный характер высказываний, являющихся реализацией права на свободу слова (определение Верховного Суда РФ от 29.07.2019 N 305-ЭС19-11059 по делу N А41-79586/2018);
Статья: Эволюция датского конституционализма: от абсолютизма к современному социальному государству
(Мошин В.А.)
("Конституционное и муниципальное право", 2025, N 7)Конституция закрепляет широкий перечень прав и свобод человека, гарантируемых государством. К ним относятся гражданские и политические права - свобода слова, объединений, религии, право на личную неприкосновенность; экономические и социальные права - право на труд, на образование, на социальное обеспечение. Для их защиты в Дании существуют различные механизмы, включая судебную защиту и институт омбудсмена - уполномоченного по правам человека при Фолькетинге. Омбудсмен рассматривает жалобы на действия государственных органов и способствует восстановлению нарушенных прав. Примечательно, что впервые данный институт был учрежден в 1809 г. в соседней Швеции. Существуют различные некоммерческие организации для защиты прав человека; одной из крупнейших является Датский институт по правам человека (дат. Institut for Menneskerettigheder), осуществляющий мониторинг, анализ и другие исследования в этой сфере. В частности, Институт публикует ежегодные подробные отчеты, отражающие достижения в этой области, а также стоящие перед обществом вызовы <12>.
(Мошин В.А.)
("Конституционное и муниципальное право", 2025, N 7)Конституция закрепляет широкий перечень прав и свобод человека, гарантируемых государством. К ним относятся гражданские и политические права - свобода слова, объединений, религии, право на личную неприкосновенность; экономические и социальные права - право на труд, на образование, на социальное обеспечение. Для их защиты в Дании существуют различные механизмы, включая судебную защиту и институт омбудсмена - уполномоченного по правам человека при Фолькетинге. Омбудсмен рассматривает жалобы на действия государственных органов и способствует восстановлению нарушенных прав. Примечательно, что впервые данный институт был учрежден в 1809 г. в соседней Швеции. Существуют различные некоммерческие организации для защиты прав человека; одной из крупнейших является Датский институт по правам человека (дат. Institut for Menneskerettigheder), осуществляющий мониторинг, анализ и другие исследования в этой сфере. В частности, Институт публикует ежегодные подробные отчеты, отражающие достижения в этой области, а также стоящие перед обществом вызовы <12>.
"Эволюция права под воздействием цифровых технологий"
(Амелин Р.В., Чаннов С.Е.)
("НОРМА", 2023)2.2. Право на свободу слова
(Амелин Р.В., Чаннов С.Е.)
("НОРМА", 2023)2.2. Право на свободу слова
Статья: Нравственные рамки свободы слова в средствах массовой информации в современных реалиях России
(Омарова З.Н.)
("Конституционное и муниципальное право", 2023, N 6)Однако существуют определенные проблемы, касающиеся, в частности, нравственных границ свободы слова в СМИ в современный период. Одной из самых значимых проблем в России является вопрос о соотношении свободы слова и нравственности. Прежде всего следует назвать злоупотребление свободой слова. Наиболее распространенным видом такого злоупотребления является нецензурная брань. Использование ненормативной лексики довольно распространено в СМИ, несмотря на то что в Законе о средствах массовой информации содержится статья, прямо указывающая на недопустимость этого. Дискуссии ведутся и относительно пределов выражения собственного мнения и оценки поступков других лиц. Как считает А.А. Коростиев, если высказывание своего мнения относительно лица либо его поступков осуществляется в оскорбительной форме, такие действия также могут быть квалифицированы как злоупотребление правом на свободу слова <5>. Думается, данная позиция заслуживает внимания, так как собственное мнение следует выражать, не умаляя чести, достоинства и деловой репутации другого человека в целях охраны его нравственности. В связи со сказанным хочется спросить: а если нецензурные выражения используются в виде комментария текста других лиц, будут ли они квалифицироваться как нарушение? В современном обществе из-за отсутствия прямого запрета на применение нецензурных слов в СМИ они не воспринимаются как недопустимые. Однако, по нашему мнению, использование нецензурных выражений в СМИ отражается на нравственном состоянии граждан, оказывая негативное воздействие на окружающих.
(Омарова З.Н.)
("Конституционное и муниципальное право", 2023, N 6)Однако существуют определенные проблемы, касающиеся, в частности, нравственных границ свободы слова в СМИ в современный период. Одной из самых значимых проблем в России является вопрос о соотношении свободы слова и нравственности. Прежде всего следует назвать злоупотребление свободой слова. Наиболее распространенным видом такого злоупотребления является нецензурная брань. Использование ненормативной лексики довольно распространено в СМИ, несмотря на то что в Законе о средствах массовой информации содержится статья, прямо указывающая на недопустимость этого. Дискуссии ведутся и относительно пределов выражения собственного мнения и оценки поступков других лиц. Как считает А.А. Коростиев, если высказывание своего мнения относительно лица либо его поступков осуществляется в оскорбительной форме, такие действия также могут быть квалифицированы как злоупотребление правом на свободу слова <5>. Думается, данная позиция заслуживает внимания, так как собственное мнение следует выражать, не умаляя чести, достоинства и деловой репутации другого человека в целях охраны его нравственности. В связи со сказанным хочется спросить: а если нецензурные выражения используются в виде комментария текста других лиц, будут ли они квалифицироваться как нарушение? В современном обществе из-за отсутствия прямого запрета на применение нецензурных слов в СМИ они не воспринимаются как недопустимые. Однако, по нашему мнению, использование нецензурных выражений в СМИ отражается на нравственном состоянии граждан, оказывая негативное воздействие на окружающих.
"Право и виртуальное пространство: монография"
(отв. ред. Ю.А. Тихомиров)
("Проспект", 2025)Вместе с тем можно отметить, что каталог прав человека не только расширяется за счет внесения в него конкретных прав и свобод, дополнения их содержания, появления новых форм защиты, обусловленных их применением в цифровой среде, но и развивается путем гибридизации некоторых прав либо их отдельных характеристик в виртуальном пространстве. Например, можно прогнозировать дальнейшее сращивание права на образование и права на доступ к Интернету; права на доступ к знаниям, получаемым в сети Интернет, и права на участие в культурной жизни; права на конфиденциальность, свободу от наблюдения и шифрования и права на неприкосновенность частной жизни; многие из этих прав отражены в Хартии прав человека в Интернете <1>. Такой прогноз основывается также на динамике появления новых позитивных прав, таких как право доступа к Интернету и одновременно права на защиту персональных данных и права на забвение. При этом изменяются формы реализации прав: "...право на свободу слова может отныне реализовываться посредством новых средств коммуникации (веерная рассылка на электронные адреса или создание персональных блогов)... эти явления, несомненно, оказывают влияние на реальные права человека" <2>.
(отв. ред. Ю.А. Тихомиров)
("Проспект", 2025)Вместе с тем можно отметить, что каталог прав человека не только расширяется за счет внесения в него конкретных прав и свобод, дополнения их содержания, появления новых форм защиты, обусловленных их применением в цифровой среде, но и развивается путем гибридизации некоторых прав либо их отдельных характеристик в виртуальном пространстве. Например, можно прогнозировать дальнейшее сращивание права на образование и права на доступ к Интернету; права на доступ к знаниям, получаемым в сети Интернет, и права на участие в культурной жизни; права на конфиденциальность, свободу от наблюдения и шифрования и права на неприкосновенность частной жизни; многие из этих прав отражены в Хартии прав человека в Интернете <1>. Такой прогноз основывается также на динамике появления новых позитивных прав, таких как право доступа к Интернету и одновременно права на защиту персональных данных и права на забвение. При этом изменяются формы реализации прав: "...право на свободу слова может отныне реализовываться посредством новых средств коммуникации (веерная рассылка на электронные адреса или создание персональных блогов)... эти явления, несомненно, оказывают влияние на реальные права человека" <2>.