Передача имущества в хоз ведение
Подборка наиболее важных документов по запросу Передача имущества в хоз ведение (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Доказательства и доказывание в арбитражном суде: Споры, связанные с признанием права собственности: Истец хочет признать право собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности
(КонсультантПлюс, 2026)постановлением администрации города о передаче имущества в хозяйственное ведение >>>
(КонсультантПлюс, 2026)постановлением администрации города о передаче имущества в хозяйственное ведение >>>
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Имущество, находящееся на праве хозяйственного ведения
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Передача имущества в хозяйственное ведение
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Передача имущества в хозяйственное ведение
Нормативные акты
"Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая)" от 30.11.1994 N 51-ФЗ
(ред. от 31.07.2025, с изм. от 25.03.2026)
(с изм. и доп., вступ. в силу с 01.08.2025)1. Право хозяйственного ведения или право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия или учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника.
(ред. от 31.07.2025, с изм. от 25.03.2026)
(с изм. и доп., вступ. в силу с 01.08.2025)1. Право хозяйственного ведения или право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия или учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника.
Федеральный закон от 14.11.2002 N 161-ФЗ
(ред. от 15.12.2025)
"О государственных и муниципальных унитарных предприятиях"2. Право на имущество, закрепляемое за унитарным предприятием на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления собственником этого имущества, возникает с момента передачи такого имущества унитарному предприятию, если иное не предусмотрено федеральным законом или не установлено решением собственника о передаче имущества унитарному предприятию.
(ред. от 15.12.2025)
"О государственных и муниципальных унитарных предприятиях"2. Право на имущество, закрепляемое за унитарным предприятием на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления собственником этого имущества, возникает с момента передачи такого имущества унитарному предприятию, если иное не предусмотрено федеральным законом или не установлено решением собственника о передаче имущества унитарному предприятию.
Формы
Статья: Субсидирование деятельности государственных и муниципальных учреждений в контексте применения бюджетного и антимонопольного законодательства
(Истомин В.Г.)
("Финансовое право", 2025, N 2)Вместе с тем указанная, казалось бы, частная проблема подводит нас к более серьезному вопросу о пределах применения положений антимонопольного законодательства к отношениям, регулируемым нормами различных отраслей права. Другими словами, каким образом должны разрешаться возможные коллизии законодательства о защите конкуренции и иного, в частности гражданского и бюджетного, законодательства? Дело в том, что такие ситуации, помимо рассматриваемой в настоящей работе, имели место и ранее. В частности, в соответствии с Письмом ФАС РФ от 13 января 2011 г. N АЦ/422 согласие уполномоченного государственного либо муниципального органа на распоряжение унитарным предприятием закрепленным за ним имуществом само по себе предлагалось рассматривать как преференцию, что, в свою очередь, предполагало необходимость предварительного согласования данного действия с антимонопольным органом. Его отсутствие следовало расценивать как нарушение ст. 15 Закона о защите конкуренции. Однако гражданское законодательство не предусматривает наличие согласия антимонопольного органа в качестве необходимого условия осуществления публичным собственником своих полномочий в отношении закрепленного за унитарным предприятием либо учреждением имущества. В связи с этим в судебной практике стали появляться решения, где акты антимонопольных органов, в соответствии с которыми дача согласия на распоряжение имуществом рассматривалась как предоставление преференции, признавались недействительными <11>. В дальнейшем ФАС РФ изменила свою позицию по указанному вопросу: в соответствии с подп. "а" п. 1.1 Разъяснений ФАС России от 29 сентября 2022 г. N 22 "Об особенностях осуществления государственного антимонопольного контроля за предоставлением государственных или муниципальных преференций" установлено, что как таковое согласие собственника государственного либо муниципального имущества на его отчуждение преференцией не является, поскольку фактического предоставления имущества в этом случае не происходит. Поэтому на практике противоправной в настоящее время признается не дача согласия на распоряжение имуществом, а совокупность действий, которые включают передачу имущества в хозяйственное ведение или оперативное управление и последующее его отчуждение частному хозяйствующему субъекту и в целом могут рассматриваться как обход законодательства о приватизации. Помимо указанного можно привести и другие примеры коллизий антимонопольного и иного законодательства <12>.
(Истомин В.Г.)
("Финансовое право", 2025, N 2)Вместе с тем указанная, казалось бы, частная проблема подводит нас к более серьезному вопросу о пределах применения положений антимонопольного законодательства к отношениям, регулируемым нормами различных отраслей права. Другими словами, каким образом должны разрешаться возможные коллизии законодательства о защите конкуренции и иного, в частности гражданского и бюджетного, законодательства? Дело в том, что такие ситуации, помимо рассматриваемой в настоящей работе, имели место и ранее. В частности, в соответствии с Письмом ФАС РФ от 13 января 2011 г. N АЦ/422 согласие уполномоченного государственного либо муниципального органа на распоряжение унитарным предприятием закрепленным за ним имуществом само по себе предлагалось рассматривать как преференцию, что, в свою очередь, предполагало необходимость предварительного согласования данного действия с антимонопольным органом. Его отсутствие следовало расценивать как нарушение ст. 15 Закона о защите конкуренции. Однако гражданское законодательство не предусматривает наличие согласия антимонопольного органа в качестве необходимого условия осуществления публичным собственником своих полномочий в отношении закрепленного за унитарным предприятием либо учреждением имущества. В связи с этим в судебной практике стали появляться решения, где акты антимонопольных органов, в соответствии с которыми дача согласия на распоряжение имуществом рассматривалась как предоставление преференции, признавались недействительными <11>. В дальнейшем ФАС РФ изменила свою позицию по указанному вопросу: в соответствии с подп. "а" п. 1.1 Разъяснений ФАС России от 29 сентября 2022 г. N 22 "Об особенностях осуществления государственного антимонопольного контроля за предоставлением государственных или муниципальных преференций" установлено, что как таковое согласие собственника государственного либо муниципального имущества на его отчуждение преференцией не является, поскольку фактического предоставления имущества в этом случае не происходит. Поэтому на практике противоправной в настоящее время признается не дача согласия на распоряжение имуществом, а совокупность действий, которые включают передачу имущества в хозяйственное ведение или оперативное управление и последующее его отчуждение частному хозяйствующему субъекту и в целом могут рассматриваться как обход законодательства о приватизации. Помимо указанного можно привести и другие примеры коллизий антимонопольного и иного законодательства <12>.
"НДС: практика исчисления и уплаты"
(9-е издание, переработанное и дополненное)
(Крутякова Т.Л.)
("АйСи Групп", 2024)Пример. Унитарное предприятие, созданное муниципальным образованием, осуществляет деятельность, связанную с ремонтом и содержанием муниципального имущества, переданного предприятию в хозяйственное ведение.
(9-е издание, переработанное и дополненное)
(Крутякова Т.Л.)
("АйСи Групп", 2024)Пример. Унитарное предприятие, созданное муниципальным образованием, осуществляет деятельность, связанную с ремонтом и содержанием муниципального имущества, переданного предприятию в хозяйственное ведение.
Путеводитель по судебной практике. Купля-продажа. Общие положения11.1. Можно ли передать право хозяйственного ведения имуществом по сделке купли-продажи между унитарными предприятиями
Статья: О восприятии распорядительных сделок в российской судебной практике
(Кашуба Е.С.)
("Право и экономика", 2023, N 7)Так, в Постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2015 по делу N А81-4063/2011 отмечено, что, "как указано в п. 5 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 29.04.2010 N 10/22, право хозяйственного ведения и право оперативного управления на недвижимое имущество возникают с момента их государственной регистрации. Вместе с тем регистрации права хозяйственного ведения предшествует гражданско-правовая сделка по передаче имущества в хозяйственное ведение (распорядительная сделка собственника)... То есть при наличии распорядительного акта о передаче имущества и фактической передаче имущества предприятию последнее становится законным владельцем имущества, которое вправе защищать свое имущество даже от собственника".
(Кашуба Е.С.)
("Право и экономика", 2023, N 7)Так, в Постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2015 по делу N А81-4063/2011 отмечено, что, "как указано в п. 5 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 29.04.2010 N 10/22, право хозяйственного ведения и право оперативного управления на недвижимое имущество возникают с момента их государственной регистрации. Вместе с тем регистрации права хозяйственного ведения предшествует гражданско-правовая сделка по передаче имущества в хозяйственное ведение (распорядительная сделка собственника)... То есть при наличии распорядительного акта о передаче имущества и фактической передаче имущества предприятию последнее становится законным владельцем имущества, которое вправе защищать свое имущество даже от собственника".
"Комментарий к отдельным положениям Уголовного кодекса Российской Федерации в решениях Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ"
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)П. совершил злостное неисполнение решения АРБИТРАЖНОГО суда, которым с предприятия и администрации муниципального образования в солидарном порядке за счет казны муниципального образования взысканы задолженность в пользу АО "А." по договору энергосбережения в размере 636 237 руб. 57 коп., пени и судебные расходы по уплате государственной пошлины, не исполнил возложенные на него судом обязанности при наличии у возглавляемого им предприятия возможности и денежных средств погасить эту задолженность. Кроме того, П. воспрепятствовал его исполнению тем, что от имени предприятия заключил с ООО "Ф.Г." договор уступки права требования дебиторской задолженности на сумму 1 394 808 руб. 17 коп., уступив дебиторскую задолженность в явно заниженном размере - за 262 428 руб., которой, как и другими находившимися на счете предприятия денежными средствами, распорядился по своему усмотрению - на нужды предприятия. При этом злостное неисполнение судебного решения суд усмотрел в том, что П. проигнорировал требование судебного пристава-исполнителя, предъявившего ему постановление о возбуждении исполнительного производства и сделавшего предупреждение об уголовной ответственности за неисполнение решения суда, и при наличии установленной проверкой кассы предприятия возможности его исполнения расходовал денежные средства на другие цели, минуя выплату задолженности по решению суда в пользу АО "А.". Судебная коллегия приговор отменила, прекратив уголовное дело на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, указав следующее. В приговоре не приведены доказательства, которые бы свидетельствовали об умышленном заключении П. указанного договора уступки права требования дебиторской задолженности с целью неисполнения вступившего в законную силу решения суда либо воспрепятствования его исполнению. Заключение между предприятием и ООО "Ф.Г." договора уступки права требования дебиторской задолженности на указанную сумму было вызвано тем, что предприятие никак не могло получить задолженность от должников - граждан, уклонявшихся от оплаты коммунальных услуг, предоставленных им предприятием. При этом решение о заключении договора уступки права требования дебиторской задолженности было принято по согласованию с администрацией, в собственности которой находилось имущество, переданное в хозяйственное ведение предприятия. П. лично обращался к администрации как к солидарному должнику с просьбой изыскать денежные средства на погашение задолженности по судебному решению перед АО "А.", поскольку договор был заключен сторонами в рамках исполнения муниципального контракта на энергосбережение для нужд администрации, а предприятие в то время испытывало финансовые трудности, связанные с необходимостью выполнения долговых обязательств перед контрагентом - поставщиком угля для нужд населения муниципального образования, а также выплатой заработной платы работникам предприятия, закупкой необходимого оборудования, в том числе приобретением горюче-смазочных материалов и запасных частей, без которых невозможно было оказать надлежащие услуги гражданам по тепло- и водоснабжению, а также вывозу бытовых отходов. Об отсутствии в действиях П. признака злостного неисполнения судебного решения свидетельствует также непродолжительный период, прошедший после предъявления ему судебным приставом-исполнителем требований о погашении задолженности по исполнительному листу. Данные требования судебного пристава-исполнителя были предъявлены П. 14 июня 2019 г. (в этот же день он был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 315 УК РФ за неисполнение судебного решения), а инкриминируемый ему период уклонения от исполнения судебного решения указан с 30 апреля 2019 г. (с момента вступления решения суда в законную силу) по 4 июля 2019 г. (день его увольнения с должности руководителя предприятия) <1320>.
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)П. совершил злостное неисполнение решения АРБИТРАЖНОГО суда, которым с предприятия и администрации муниципального образования в солидарном порядке за счет казны муниципального образования взысканы задолженность в пользу АО "А." по договору энергосбережения в размере 636 237 руб. 57 коп., пени и судебные расходы по уплате государственной пошлины, не исполнил возложенные на него судом обязанности при наличии у возглавляемого им предприятия возможности и денежных средств погасить эту задолженность. Кроме того, П. воспрепятствовал его исполнению тем, что от имени предприятия заключил с ООО "Ф.Г." договор уступки права требования дебиторской задолженности на сумму 1 394 808 руб. 17 коп., уступив дебиторскую задолженность в явно заниженном размере - за 262 428 руб., которой, как и другими находившимися на счете предприятия денежными средствами, распорядился по своему усмотрению - на нужды предприятия. При этом злостное неисполнение судебного решения суд усмотрел в том, что П. проигнорировал требование судебного пристава-исполнителя, предъявившего ему постановление о возбуждении исполнительного производства и сделавшего предупреждение об уголовной ответственности за неисполнение решения суда, и при наличии установленной проверкой кассы предприятия возможности его исполнения расходовал денежные средства на другие цели, минуя выплату задолженности по решению суда в пользу АО "А.". Судебная коллегия приговор отменила, прекратив уголовное дело на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, указав следующее. В приговоре не приведены доказательства, которые бы свидетельствовали об умышленном заключении П. указанного договора уступки права требования дебиторской задолженности с целью неисполнения вступившего в законную силу решения суда либо воспрепятствования его исполнению. Заключение между предприятием и ООО "Ф.Г." договора уступки права требования дебиторской задолженности на указанную сумму было вызвано тем, что предприятие никак не могло получить задолженность от должников - граждан, уклонявшихся от оплаты коммунальных услуг, предоставленных им предприятием. При этом решение о заключении договора уступки права требования дебиторской задолженности было принято по согласованию с администрацией, в собственности которой находилось имущество, переданное в хозяйственное ведение предприятия. П. лично обращался к администрации как к солидарному должнику с просьбой изыскать денежные средства на погашение задолженности по судебному решению перед АО "А.", поскольку договор был заключен сторонами в рамках исполнения муниципального контракта на энергосбережение для нужд администрации, а предприятие в то время испытывало финансовые трудности, связанные с необходимостью выполнения долговых обязательств перед контрагентом - поставщиком угля для нужд населения муниципального образования, а также выплатой заработной платы работникам предприятия, закупкой необходимого оборудования, в том числе приобретением горюче-смазочных материалов и запасных частей, без которых невозможно было оказать надлежащие услуги гражданам по тепло- и водоснабжению, а также вывозу бытовых отходов. Об отсутствии в действиях П. признака злостного неисполнения судебного решения свидетельствует также непродолжительный период, прошедший после предъявления ему судебным приставом-исполнителем требований о погашении задолженности по исполнительному листу. Данные требования судебного пристава-исполнителя были предъявлены П. 14 июня 2019 г. (в этот же день он был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 315 УК РФ за неисполнение судебного решения), а инкриминируемый ему период уклонения от исполнения судебного решения указан с 30 апреля 2019 г. (с момента вступления решения суда в законную силу) по 4 июля 2019 г. (день его увольнения с должности руководителя предприятия) <1320>.
Вопрос: О налоге на прибыль при перечислении унитарным предприятием в бюджет муниципального образования средств от сдачи в аренду имущества, переданного ему на праве хозяйственного ведения.
(Письмо ФНС России от 25.08.2023 N СД-4-3/10888)Вопрос: О налоге на прибыль при перечислении унитарным предприятием в бюджет муниципального образования средств от сдачи в аренду имущества, переданного ему на праве хозяйственного ведения.
(Письмо ФНС России от 25.08.2023 N СД-4-3/10888)Вопрос: О налоге на прибыль при перечислении унитарным предприятием в бюджет муниципального образования средств от сдачи в аренду имущества, переданного ему на праве хозяйственного ведения.
Путеводитель по судебной практике. Аренда. Общие положения2. Сдача в аренду имущества, переданного в оперативное управление (хозяйственное ведение)
Статья: Обзор правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации по вопросам частного права за декабрь 2024 года
(Гуна А.Н., Гвоздева С.В., Карапетов А.Г., Саргсян Т.А., Сбитнев Ю.В., Трофимов С.В., Фетисова Е.М.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, N 2)1. Право у арендатора на выкуп арендованного имущества в соответствии со ст. 3 Федерального закона от 22 июля 2008 года N 159-ФЗ возникает по истечении двух лет непрерывного владения и пользования имуществом. Однако этот срок подлежит исчислению с момента передачи имущества в фактическое владение арендатора и не может исчисляться с момента передачи имущества в хозяйственное ведение третьего лица, которая сама по себе не повлияла на арендные правоотношения.
(Гуна А.Н., Гвоздева С.В., Карапетов А.Г., Саргсян Т.А., Сбитнев Ю.В., Трофимов С.В., Фетисова Е.М.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, N 2)1. Право у арендатора на выкуп арендованного имущества в соответствии со ст. 3 Федерального закона от 22 июля 2008 года N 159-ФЗ возникает по истечении двух лет непрерывного владения и пользования имуществом. Однако этот срок подлежит исчислению с момента передачи имущества в фактическое владение арендатора и не может исчисляться с момента передачи имущества в хозяйственное ведение третьего лица, которая сама по себе не повлияла на арендные правоотношения.
Готовое решение: Как унитарному предприятию продать государственное или муниципальное имущество в хозяйственном ведении
(КонсультантПлюс, 2026)Отметим, ФАС России указала также, что последовательная передача государственного или муниципального имущества в хозяйственное ведение и дальнейшее отчуждение этого имущества без торгов, несмотря на отсутствие формальных признаков нарушения законодательства о приватизации, может расцениваться как обход конкурентных процедур и являться нарушением ст. ст. 15, 16 Закона о защите конкуренции (Письмо от 29.12.2021 N ГМ/112800/21).
(КонсультантПлюс, 2026)Отметим, ФАС России указала также, что последовательная передача государственного или муниципального имущества в хозяйственное ведение и дальнейшее отчуждение этого имущества без торгов, несмотря на отсутствие формальных признаков нарушения законодательства о приватизации, может расцениваться как обход конкурентных процедур и являться нарушением ст. ст. 15, 16 Закона о защите конкуренции (Письмо от 29.12.2021 N ГМ/112800/21).