Охранительные обязательства
Подборка наиболее важных документов по запросу Охранительные обязательства (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Система оснований прекращения обязательства
(Груздев В.В.)
("Законы России: опыт, анализ, практика", 2026, N 3)Непоименованными основаниями, прекращающими обязательственное правоотношение, являются либо сами непоименованные двух-, многосторонние сделки - пресекательные договоры (например, соглашение о расторжении охранительного обязательства), либо обстоятельства, предусмотренные сделками или решениями гражданско-правовых сообществ.
(Груздев В.В.)
("Законы России: опыт, анализ, практика", 2026, N 3)Непоименованными основаниями, прекращающими обязательственное правоотношение, являются либо сами непоименованные двух-, многосторонние сделки - пресекательные договоры (например, соглашение о расторжении охранительного обязательства), либо обстоятельства, предусмотренные сделками или решениями гражданско-правовых сообществ.
Статья: Сущность прекращения обязательства
(Груздев В.В.)
("Законы России: опыт, анализ, практика", 2026, N 1)Невозможность исполнения является самостоятельным основанием прекращения обязательственной связи. Невозможность исполнения - абсолютное или относительное событие в зависимости от того, что к ней привело (силы природы или поведение человека, в том числе ненормативный правовой акт). В случаях, когда невозможность исполнения обязательства представляет собой относительное событие, она как таковая влечет за собой прекращение обязательственного правоотношения. Вместе с тем обстоятельства, которые привели к невозможности исполнения, зачастую одновременно порождают другой ряд гражданско-правовых последствий, в частности возникновение охранительного обязательства в пользу кредитора прекратившегося обязательства.
(Груздев В.В.)
("Законы России: опыт, анализ, практика", 2026, N 1)Невозможность исполнения является самостоятельным основанием прекращения обязательственной связи. Невозможность исполнения - абсолютное или относительное событие в зависимости от того, что к ней привело (силы природы или поведение человека, в том числе ненормативный правовой акт). В случаях, когда невозможность исполнения обязательства представляет собой относительное событие, она как таковая влечет за собой прекращение обязательственного правоотношения. Вместе с тем обстоятельства, которые привели к невозможности исполнения, зачастую одновременно порождают другой ряд гражданско-правовых последствий, в частности возникновение охранительного обязательства в пользу кредитора прекратившегося обязательства.
Статья: Виды производств в гражданском и арбитражном процессах
(Решетникова И.В.)
("Вестник гражданского процесса", 2026, N 2)В зависимости от нарушенных регулятивных правоотношений выделяются: гражданско-правовые (частные) охранительные правоотношения, включая охранительные обязательства; административные охранительные правоотношения; охранительные налоговые правоотношения; трудовые и иные охранительные правоотношения. Комплексный характер правоотношений не может не сказываться как на специфике метода правового регулирования, так и на особенностях рассмотрения дел о несостоятельности, что можно рассматривать в качестве предпосылки выделения дел о несостоятельности (банкротстве) в самостоятельный вид производства. В рамках дел о несостоятельности (банкротстве) рассматривается большое количество различных категорий дел (установление требований, введение конкурсного производства и пр.). Поэтому дела о несостоятельности (банкротстве) представляют собой различные категории дел, которые могут носить как гражданско-правовой, так и публично-правовой характер.
(Решетникова И.В.)
("Вестник гражданского процесса", 2026, N 2)В зависимости от нарушенных регулятивных правоотношений выделяются: гражданско-правовые (частные) охранительные правоотношения, включая охранительные обязательства; административные охранительные правоотношения; охранительные налоговые правоотношения; трудовые и иные охранительные правоотношения. Комплексный характер правоотношений не может не сказываться как на специфике метода правового регулирования, так и на особенностях рассмотрения дел о несостоятельности, что можно рассматривать в качестве предпосылки выделения дел о несостоятельности (банкротстве) в самостоятельный вид производства. В рамках дел о несостоятельности (банкротстве) рассматривается большое количество различных категорий дел (установление требований, введение конкурсного производства и пр.). Поэтому дела о несостоятельности (банкротстве) представляют собой различные категории дел, которые могут носить как гражданско-правовой, так и публично-правовой характер.
"Объекты гражданских прав: научно-практический комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации"
(под ред. Г.А. Гаджиева)
("Статут", 2025)В других же вещах обычно важны их индивидуальные свойства, их индивидуальность, которая и определяет их значение и ценность для оборота: конкретные земельный участок, дом, квартира, гараж, автомобиль, скульптура или картина. Такие индивидуальные (или незаменимые) вещи обычно и определяются в договоре путем указания их индивидуальных признаков: конкретный земельный участок с таким-то местоположением и кадастровым номером, конкретная квартира по такому-то адресу. Последствием индивидуальной определенности вещи является то, что исполнено обязательство может быть только данной конкретной вещью и никакой другой (именно в этом смысле говорят о незаменимых вещах), поэтому в случае гибели этой вещи обязательство или прекращается, или во всяком случае становится неисполнимым в натуре (преобразуясь в последнем случае в охранительное обязательство возмещения убытков); при сохранении же индивидуально-определенной вещи в натуре и неисполнении должником обязательства по ее предоставлению право кредитора подлежит, в отличие от случая с родовыми вещами, специфической защите в виде возможности требовать отобрания этой вещи у должника и ее передачи кредитору (ст. 398 ГК РФ).
(под ред. Г.А. Гаджиева)
("Статут", 2025)В других же вещах обычно важны их индивидуальные свойства, их индивидуальность, которая и определяет их значение и ценность для оборота: конкретные земельный участок, дом, квартира, гараж, автомобиль, скульптура или картина. Такие индивидуальные (или незаменимые) вещи обычно и определяются в договоре путем указания их индивидуальных признаков: конкретный земельный участок с таким-то местоположением и кадастровым номером, конкретная квартира по такому-то адресу. Последствием индивидуальной определенности вещи является то, что исполнено обязательство может быть только данной конкретной вещью и никакой другой (именно в этом смысле говорят о незаменимых вещах), поэтому в случае гибели этой вещи обязательство или прекращается, или во всяком случае становится неисполнимым в натуре (преобразуясь в последнем случае в охранительное обязательство возмещения убытков); при сохранении же индивидуально-определенной вещи в натуре и неисполнении должником обязательства по ее предоставлению право кредитора подлежит, в отличие от случая с родовыми вещами, специфической защите в виде возможности требовать отобрания этой вещи у должника и ее передачи кредитору (ст. 398 ГК РФ).
Статья: Нормативная цессия, не являющаяся судебным переводом права и суброгацией
(Груздев В.В., Сауляк О.П.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 4)Суброгацией является и переход к стороне, возместившей в силу соответствующего соглашения потери своему контрагенту, требования последнего о взыскании убытков с третьего лица, неправомерными действиями которого причинены такие потери (п. 4 ст. 406.1 ГК РФ). В этом случае, относящемся к так называемому внутреннему страхованию, отношения сильно напоминают переход в силу п. 1 ст. 965 ГК РФ к страховщику права требования к лицу, ответственному за наступление страхового случая. Возместившая потери сторона автоматически становится на место кредитора в охранительном обязательстве, которое возникло из противоправного поведения третьего лица, не являющегося участником соглашения о возмещении потерь.
(Груздев В.В., Сауляк О.П.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 4)Суброгацией является и переход к стороне, возместившей в силу соответствующего соглашения потери своему контрагенту, требования последнего о взыскании убытков с третьего лица, неправомерными действиями которого причинены такие потери (п. 4 ст. 406.1 ГК РФ). В этом случае, относящемся к так называемому внутреннему страхованию, отношения сильно напоминают переход в силу п. 1 ст. 965 ГК РФ к страховщику права требования к лицу, ответственному за наступление страхового случая. Возместившая потери сторона автоматически становится на место кредитора в охранительном обязательстве, которое возникло из противоправного поведения третьего лица, не являющегося участником соглашения о возмещении потерь.
Статья: Сальдирование - неологизм зачета? Границы применения правил о зачете к институту сальдирования
(Григорьев В.И., Колядинский В.К.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, NN 9, 10)В этой части учеными справедливо отмечается, что суды допускают сальдирование требований и в тех случаях, когда условия договора свидетельствуют лишь о наличии у кредитора права на зачет и не содержат указание на какой-либо автоматический характер прекращения обязательств <46>. При этом указывается, что такая интерпретация судами договорных условий приводит к тому, что суд вторгается в автономию воли одной из сторон, квалифицируя ординарное секундарное (преобразовательное) право одной из сторон в качестве некоего автоматически (т.е. без волеизъявления такой стороны) действующего механизма прекращения обязательств <47>. Например, применительно к Определению СКЭС ВС РФ от 23 июня 2021 года N 305-ЭС19-17221(2), где ВС РФ допустил применение "автоматического" сальдирования к требованию об уплате убытков или неустойки <48>. Критикуя такой подход, исследователи верно пишут, что "право не может присудить покупателю или заказчику убытки или неустойку помимо их воли, только сам кредитор вправе осуществить свое право требования в отношении охранительного обязательства и объявить зачет" <49>.
(Григорьев В.И., Колядинский В.К.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, NN 9, 10)В этой части учеными справедливо отмечается, что суды допускают сальдирование требований и в тех случаях, когда условия договора свидетельствуют лишь о наличии у кредитора права на зачет и не содержат указание на какой-либо автоматический характер прекращения обязательств <46>. При этом указывается, что такая интерпретация судами договорных условий приводит к тому, что суд вторгается в автономию воли одной из сторон, квалифицируя ординарное секундарное (преобразовательное) право одной из сторон в качестве некоего автоматически (т.е. без волеизъявления такой стороны) действующего механизма прекращения обязательств <47>. Например, применительно к Определению СКЭС ВС РФ от 23 июня 2021 года N 305-ЭС19-17221(2), где ВС РФ допустил применение "автоматического" сальдирования к требованию об уплате убытков или неустойки <48>. Критикуя такой подход, исследователи верно пишут, что "право не может присудить покупателю или заказчику убытки или неустойку помимо их воли, только сам кредитор вправе осуществить свое право требования в отношении охранительного обязательства и объявить зачет" <49>.
"Перемена лиц в обязательстве и ответственность за нарушение обязательства: комментарий к статьям 330 - 333, 380 - 381, 382 - 406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации"
(отв. ред. А.Г. Карапетов)
("М-Логос", 2022)1.7. Динамика охранительного обязательства при освобождении
(отв. ред. А.Г. Карапетов)
("М-Логос", 2022)1.7. Динамика охранительного обязательства при освобождении
"Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью в результате ДТП: научно-практическое пособие"
(5-е издание)
(Колесниченко О.В.)
("РИОР", "ИНФРА-М", 2026)Примечательно, что многие авторы в целом возражают против применения правовой конструкции убытков к внедоговорным отношениям. Так, например, Д.А. Гришин указывает на то, что гражданско-правовая ответственность должна носить характер эквивалентного возмещения вреда или убытков, с одной стороны, и выражаться в каком-либо дополнительном обременении, отрицательных последствиях для нарушителя - с другой <1>. Подобной позиции придерживается и Д.В. Боброва, полагая, что особенность деликтного обязательства состоит в том, что оно возникает при нарушении абсолютных прав (право собственности, личные неимущественные права и т.д.), и именно с помощью указанного признака можно отличать деликтную ответственность от охранительного обязательства по возмещению убытков <2>.
(5-е издание)
(Колесниченко О.В.)
("РИОР", "ИНФРА-М", 2026)Примечательно, что многие авторы в целом возражают против применения правовой конструкции убытков к внедоговорным отношениям. Так, например, Д.А. Гришин указывает на то, что гражданско-правовая ответственность должна носить характер эквивалентного возмещения вреда или убытков, с одной стороны, и выражаться в каком-либо дополнительном обременении, отрицательных последствиях для нарушителя - с другой <1>. Подобной позиции придерживается и Д.В. Боброва, полагая, что особенность деликтного обязательства состоит в том, что оно возникает при нарушении абсолютных прав (право собственности, личные неимущественные права и т.д.), и именно с помощью указанного признака можно отличать деликтную ответственность от охранительного обязательства по возмещению убытков <2>.
Статья: К вопросу о разграничении внедоговорной и деликтной ответственности
(Овчинников И.В.)
("Гражданское право", 2026, N 3)Помимо обязательств из причинения вреда нам знаком лишь один вид внедоговорных и в широком смысле охранительных обязательств - это обязательства из неосновательного обогащения, возврат которого, как известно, не является формой ответственности. О.С. Иоффе в этой связи указывал, что меры юридической ответственности в гражданском праве проявляют себя или в последствиях нарушения существующего обязательства (договорная ответственность), или в порождающих новое обязательство последствиях самого правонарушения (деликтная ответственность) <3>.
(Овчинников И.В.)
("Гражданское право", 2026, N 3)Помимо обязательств из причинения вреда нам знаком лишь один вид внедоговорных и в широком смысле охранительных обязательств - это обязательства из неосновательного обогащения, возврат которого, как известно, не является формой ответственности. О.С. Иоффе в этой связи указывал, что меры юридической ответственности в гражданском праве проявляют себя или в последствиях нарушения существующего обязательства (договорная ответственность), или в порождающих новое обязательство последствиях самого правонарушения (деликтная ответственность) <3>.
Статья: Правоприменительный формализм в сфере государственного и муниципального заказа: поиск баланса
(Фролова С.М.)
("Юрист", 2025, N 11)<3> Фролов А.И. Основания трансформации регулятивного обязательства в охранительное обязательство при невозможности его исполнения // Юридический мир. 2017. N 1. С. 54 - 58.
(Фролова С.М.)
("Юрист", 2025, N 11)<3> Фролов А.И. Основания трансформации регулятивного обязательства в охранительное обязательство при невозможности его исполнения // Юридический мир. 2017. N 1. С. 54 - 58.
Статья: Субъектный состав по делам о взыскании неосновательного обогащения: структура участников и процессуальные последствия их замены
(Шашлов Д.С.)
("Legal Bulletin", 2026, N 1)В доктрине существует несколько подходов к определению юридической природы таких обязательств. Одни авторы считают их особой разновидностью охранительных обязательств, не связанных с деликтом [10]. Другие подчеркивают их интегративную функцию, видя в них средство приобретения имущества вне рамок договора [11]. Третья позиция предполагает, что институт неосновательного обогащения выполняет корректирующую роль - устраняет случаи, когда закон не предусмотрел специального механизма возврата имущества, тем самым дополняя общую систему обязательственного права [12]. Как указывает В.С. Гербутов, категория обогащения в кондикционных обязательствах требует самостоятельного догматического осмысления, поскольку традиционное деление на приобретение и сбережение имущества не всегда позволяет адекватно объяснить механизм возникновения обязанности возврата имущественного приращения [1].
(Шашлов Д.С.)
("Legal Bulletin", 2026, N 1)В доктрине существует несколько подходов к определению юридической природы таких обязательств. Одни авторы считают их особой разновидностью охранительных обязательств, не связанных с деликтом [10]. Другие подчеркивают их интегративную функцию, видя в них средство приобретения имущества вне рамок договора [11]. Третья позиция предполагает, что институт неосновательного обогащения выполняет корректирующую роль - устраняет случаи, когда закон не предусмотрел специального механизма возврата имущества, тем самым дополняя общую систему обязательственного права [12]. Как указывает В.С. Гербутов, категория обогащения в кондикционных обязательствах требует самостоятельного догматического осмысления, поскольку традиционное деление на приобретение и сбережение имущества не всегда позволяет адекватно объяснить механизм возникновения обязанности возврата имущественного приращения [1].
Статья: Автономия воли в трансграничных деликтных правоотношениях
(Монастырский Ю.Э.)
("Юрист", 2025, N 9)После 8 марта 2015 г. так называемое охранительное обязательство, как довольно давний доктринальный термин, который охватывает также необходимость возмещения убытков, нужно признать устаревшим. Требования об убытках сегодня не могут быть регулируемыми условиями норм ГК РФ: о напоминании произвести предоставление, без чего сроки исполнения обязательств не начинают исчисляться (ст. 314 ГК РФ), о возможности не принимать исполнение по частям (ст. 311 ГК РФ), о праве приостановить последующее исполнение, если к своему первым не приступает контрагент (ст. 328 ГК РФ), равным образом как и ст. 310, 313, 315, 317 ГК РФ.
(Монастырский Ю.Э.)
("Юрист", 2025, N 9)После 8 марта 2015 г. так называемое охранительное обязательство, как довольно давний доктринальный термин, который охватывает также необходимость возмещения убытков, нужно признать устаревшим. Требования об убытках сегодня не могут быть регулируемыми условиями норм ГК РФ: о напоминании произвести предоставление, без чего сроки исполнения обязательств не начинают исчисляться (ст. 314 ГК РФ), о возможности не принимать исполнение по частям (ст. 311 ГК РФ), о праве приостановить последующее исполнение, если к своему первым не приступает контрагент (ст. 328 ГК РФ), равным образом как и ст. 310, 313, 315, 317 ГК РФ.