О правовой помощи казахстан
Подборка наиболее важных документов по запросу О правовой помощи казахстан (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Некоторые аспекты реализации международных договоров о правовой помощи по уголовным делам в международном и казахстанском уголовном процессе
(Акпарова Р.Н.)
("Российский юридический журнал", 2010, N 6)НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ РЕАЛИЗАЦИИ МЕЖДУНАРОДНЫХ ДОГОВОРОВ
(Акпарова Р.Н.)
("Российский юридический журнал", 2010, N 6)НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ РЕАЛИЗАЦИИ МЕЖДУНАРОДНЫХ ДОГОВОРОВ
Статья: Договор о правовой помощи Россия - Индия 2000 года (вопросы извещения сторон, получения доказательств и признания и исполнения судебных и арбитражных (третейских) решений)
(Костин А.А.)
("Закон", 2025, N 8)В то же время в Договоре о правовой помощи между Индией и Казахстаном от 16 апреля 2011 года применяется термин "правовая помощь по гражданским делам" <25>.
(Костин А.А.)
("Закон", 2025, N 8)В то же время в Договоре о правовой помощи между Индией и Казахстаном от 16 апреля 2011 года применяется термин "правовая помощь по гражданским делам" <25>.
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2023 год: Статья 115 "Наложение ареста на имущество" УПК РФВ запросе об оказании правовой помощи по уголовному делу N не содержится просьбы запрашивающей Договаривающейся Стороны о применении норм законодательства Республики Казахстан при разрешении вопроса о наложении ареста на имущество.
Нормативные акты
Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 96
<Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов>Следовательно, суд первой инстанции, отказав в удовлетворении заявления о признании и приведении в исполнение решения суда Республики Казахстан, нарушил положения Соглашения 1992 года.
<Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов>Следовательно, суд первой инстанции, отказав в удовлетворении заявления о признании и приведении в исполнение решения суда Республики Казахстан, нарушил положения Соглашения 1992 года.
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2017)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2017)Вопрос существа: пытки; оперативное и беспристрастное расследование; произвольный арест и задержание; справедливое судебное разбирательство; правовая помощь; право на судебное рассмотрение дела в своем присутствии.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2017)Вопрос существа: пытки; оперативное и беспристрастное расследование; произвольный арест и задержание; справедливое судебное разбирательство; правовая помощь; право на судебное рассмотрение дела в своем присутствии.
Статья: Правовая помощь по уголовным делам в цифровом обществе
(Антонович Е.К.)
("Актуальные проблемы российского права", 2021, N 11)Так, законодательство некоторых иностранных государств допускает возможность депонирования показаний и производство дистанционного допроса с использованием информационных технологий не только в рамках уголовного судопроизводства своего государства, но и в соответствии с запросом в рамках оказания правовой помощи. Причем такая процедура допускается в отношении не только свидетелей и потерпевших, но и обвиняемых. Соответствующие нормы закреплены, например, в ст. 468 УПК Эстонии <9> и ст. 576 УПК Казахстана. Законодательство о международных договорах Канады также предусматривает возможность показаний свидетелей, в том числе при помощи видео- или аудиосредств <10>. Думается, что положительный опыт иностранного законодателя и практика применения такого дистанционного допроса могли бы быть полезными при рассмотрении вопроса о разработке проекта федерального закона, предусматривающего внесение изменений в уголовно-процессуальное законодательство Российской Федерации в части, касающейся регламентации процедуры дистанционного допроса.
(Антонович Е.К.)
("Актуальные проблемы российского права", 2021, N 11)Так, законодательство некоторых иностранных государств допускает возможность депонирования показаний и производство дистанционного допроса с использованием информационных технологий не только в рамках уголовного судопроизводства своего государства, но и в соответствии с запросом в рамках оказания правовой помощи. Причем такая процедура допускается в отношении не только свидетелей и потерпевших, но и обвиняемых. Соответствующие нормы закреплены, например, в ст. 468 УПК Эстонии <9> и ст. 576 УПК Казахстана. Законодательство о международных договорах Канады также предусматривает возможность показаний свидетелей, в том числе при помощи видео- или аудиосредств <10>. Думается, что положительный опыт иностранного законодателя и практика применения такого дистанционного допроса могли бы быть полезными при рассмотрении вопроса о разработке проекта федерального закона, предусматривающего внесение изменений в уголовно-процессуальное законодательство Российской Федерации в части, касающейся регламентации процедуры дистанционного допроса.
Статья: Некоторые вопросы наследования недвижимого имущества в советский и постсоветский периоды (на примере России и Казахстана)
(Зайцева Ю.А.)
("Нотариальный вестник", 2025, N 9)<11> См.: п. 1 - 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 14.07.1992 N 3301-1 "О регулировании гражданских правоотношений в период проведения экономической реформы"; ст. 4 Конституционного закона Республики Казахстан от 16.12.1991 N 1007-XII "О государственной независимости Республики Казахстан"; п. 1, 3 Постановления Верховного Совета Республики Казахстан от 30.01.1993 N 1948-XII "О регулировании гражданских правоотношений в период проведения экономической реформы"; ст. 2 Постановления Верховного Совета Республики Казахстан от 16.12.1991 N 1008-XII "О порядке введения в действие Конституционного Закона Республики Казахстан "О государственной независимости Республики Казахстан".
(Зайцева Ю.А.)
("Нотариальный вестник", 2025, N 9)<11> См.: п. 1 - 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 14.07.1992 N 3301-1 "О регулировании гражданских правоотношений в период проведения экономической реформы"; ст. 4 Конституционного закона Республики Казахстан от 16.12.1991 N 1007-XII "О государственной независимости Республики Казахстан"; п. 1, 3 Постановления Верховного Совета Республики Казахстан от 30.01.1993 N 1948-XII "О регулировании гражданских правоотношений в период проведения экономической реформы"; ст. 2 Постановления Верховного Совета Республики Казахстан от 16.12.1991 N 1008-XII "О порядке введения в действие Конституционного Закона Республики Казахстан "О государственной независимости Республики Казахстан".
Статья: Сравнительное правоведение и международное право: точки соприкосновения
(Каширкина А.А.)
("Международное публичное и частное право", 2026, N 2)При этом, коль скоро мы говорим о кризисе либо прогрессе международного права, любая точка зрения должна быть обоснована и подкреплена аргументированными выводами. Сравнительное правоведение позволяет обоснованно говорить о том, что международное право необходимо для государств и сегодня, в эпоху глобальных кризисов, поскольку большинство конституций государств мира закрепляют уважительное отношение к общепризнанным принципам и нормам международного права, а ряд конституций, в том числе Конституция Российской Федерации <4>, закрепляют приоритет общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации перед национальным законодательством. При этом ни одно из современных демократических государств не отказывается от учета международных правовых норм в своих национальных правовых системах. Международная конфликтогенность, и это мы также видим с помощью сравнительного правоведения, побуждает государства к поиску оптимального баланса между национальными интересами и международным правом. И такие "развилки", способствующие конструктивному нахождению международного права в ядре правовой системы государства, обязательно находятся. Так, в российской Конституции появилась поправка к ст. 79, которая вносит новую трактовку в понимание исполнимости решений международных организаций, принятых в отношении Российской Федерации. С помощью сравнительного правоведения объективно удалось доказать, что подобная норма не является отходом от соблюдения международно-правовых обязательств Российской Федерацией, а многие государства мира имеют подобные или близкие "охранительные" механизмы в своих национальных правовых системах <5>. Например, в Республике Казахстан не могут быть признаны в качестве обязательных для Казахстана решения международных организаций и их органов, нарушающие положения п. 2 ст. 2, п. 3 ст. 4 и п. 2 ст. 91 Конституции Республики Казахстан <6>.
(Каширкина А.А.)
("Международное публичное и частное право", 2026, N 2)При этом, коль скоро мы говорим о кризисе либо прогрессе международного права, любая точка зрения должна быть обоснована и подкреплена аргументированными выводами. Сравнительное правоведение позволяет обоснованно говорить о том, что международное право необходимо для государств и сегодня, в эпоху глобальных кризисов, поскольку большинство конституций государств мира закрепляют уважительное отношение к общепризнанным принципам и нормам международного права, а ряд конституций, в том числе Конституция Российской Федерации <4>, закрепляют приоритет общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации перед национальным законодательством. При этом ни одно из современных демократических государств не отказывается от учета международных правовых норм в своих национальных правовых системах. Международная конфликтогенность, и это мы также видим с помощью сравнительного правоведения, побуждает государства к поиску оптимального баланса между национальными интересами и международным правом. И такие "развилки", способствующие конструктивному нахождению международного права в ядре правовой системы государства, обязательно находятся. Так, в российской Конституции появилась поправка к ст. 79, которая вносит новую трактовку в понимание исполнимости решений международных организаций, принятых в отношении Российской Федерации. С помощью сравнительного правоведения объективно удалось доказать, что подобная норма не является отходом от соблюдения международно-правовых обязательств Российской Федерацией, а многие государства мира имеют подобные или близкие "охранительные" механизмы в своих национальных правовых системах <5>. Например, в Республике Казахстан не могут быть признаны в качестве обязательных для Казахстана решения международных организаций и их органов, нарушающие положения п. 2 ст. 2, п. 3 ст. 4 и п. 2 ст. 91 Конституции Республики Казахстан <6>.
Статья: Практика использования нотариальных актов о денежных обязательствах в международном гражданском процессе
(Ярков В.В.)
("Нотариальный вестник", 2025, N 11)Здесь важно определиться с предметным критерием признания нотариальных актов, имея в виду различия в компетенции нотариусов в разных странах. Доступная для изучения судебная практика, которая находится в системе "КонсультантПлюс", практически вся касается исполнительных надписей нотариусов, совершенных нотариусами Республики Беларусь, и совсем немного - Республики Казахстан. Так, за период 2019 - 2025 годов в системе "КонсультантПлюс" удалось обнаружить более 400 определений судов общей юрисдикции, вынесенных по вопросу о признании и принудительном исполнении исполнительных надписей нотариусов Республики Беларусь на основании Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (г. Минск, 22.01.1993) (далее - Минская конвенция) и Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (г. Кишинев, 07.10.2002) (далее - Кишиневская конвенция), ряд определений кассационных и апелляционных судов общей юрисдикции и одно постановление Арбитражного суда Центрального округа, вынесенное в рамках применения Минской конвенции.
(Ярков В.В.)
("Нотариальный вестник", 2025, N 11)Здесь важно определиться с предметным критерием признания нотариальных актов, имея в виду различия в компетенции нотариусов в разных странах. Доступная для изучения судебная практика, которая находится в системе "КонсультантПлюс", практически вся касается исполнительных надписей нотариусов, совершенных нотариусами Республики Беларусь, и совсем немного - Республики Казахстан. Так, за период 2019 - 2025 годов в системе "КонсультантПлюс" удалось обнаружить более 400 определений судов общей юрисдикции, вынесенных по вопросу о признании и принудительном исполнении исполнительных надписей нотариусов Республики Беларусь на основании Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (г. Минск, 22.01.1993) (далее - Минская конвенция) и Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (г. Кишинев, 07.10.2002) (далее - Кишиневская конвенция), ряд определений кассационных и апелляционных судов общей юрисдикции и одно постановление Арбитражного суда Центрального округа, вынесенное в рамках применения Минской конвенции.
Статья: Правовые основы признания и приведения в исполнение российских судебных решений на территории иностранных государств: вопросы теории и практики
(Ведерников В.В., Шахназарян Э.Ф.)
("Российская юстиция", 2024, N 9)Одними из наиболее распространенных документов, регулирующих вопросы реализации прав граждан и юридических лиц, осложненных иностранным элементом, являются международные договоры о взаимоотношениях России со странами СНГ. Речь, в частности, идет о Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 года (далее - Конвенция 1993 года) <8>, которая действует во взаимоотношениях России с Грузией, Молдовой, Туркменистаном и Украиной, и Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 2002 года <9>, которая с 28 июня 2023 г. действует во взаимоотношениях России с Азербайджаном, Арменией, Беларусью, Казахстаном, Киргизией, Таджикистаном и Узбекистаном.
(Ведерников В.В., Шахназарян Э.Ф.)
("Российская юстиция", 2024, N 9)Одними из наиболее распространенных документов, регулирующих вопросы реализации прав граждан и юридических лиц, осложненных иностранным элементом, являются международные договоры о взаимоотношениях России со странами СНГ. Речь, в частности, идет о Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 года (далее - Конвенция 1993 года) <8>, которая действует во взаимоотношениях России с Грузией, Молдовой, Туркменистаном и Украиной, и Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 2002 года <9>, которая с 28 июня 2023 г. действует во взаимоотношениях России с Азербайджаном, Арменией, Беларусью, Казахстаном, Киргизией, Таджикистаном и Узбекистаном.
Статья: Правовое регулирование суррогатного материнства: обзор законодательства стран СНГ
(Корнакова С.В., Полетаева Е.Л., Чигрина Е.В.)
("Семейное и жилищное право", 2022, N 3)Правовое регулирование суррогатного материнства в Республике Казахстан не идеально, но содержит общие основы, которые помогают избежать правовых проблем. В Кодексе Республики Казахстан "О здоровье народа и системе здравоохранения" <6>, а также в Кодексе "О браке и семье" <7> закреплены основные положения суррогатного материнства. Представлены правовые определения понятий "суррогатная мать", "суррогатное материнство", "суррогатный договор" и их содержание. Одним из главных условий последнего является согласие между супругами и женщиной - суррогатной матерью. Положениями указанного Закона однозначно решается вопрос о том, кому принадлежат права на родившегося ребенка. Согласно п. 2 ст. 54 Закона заключение договора суррогатного материнства заведомо предполагает не только родительские права, но и соответствующие обязанности супругов (заказчиков). Также законодательство Казахстана содержит условие о том, что параллельно с соглашением суррогатного материнства должен заключаться договор между заказчиками и медицинским учреждением, которое будет реализовывать процедуру ВРТ и предоставлять соответствующие медицинские услуги, что следует оценить положительно.
(Корнакова С.В., Полетаева Е.Л., Чигрина Е.В.)
("Семейное и жилищное право", 2022, N 3)Правовое регулирование суррогатного материнства в Республике Казахстан не идеально, но содержит общие основы, которые помогают избежать правовых проблем. В Кодексе Республики Казахстан "О здоровье народа и системе здравоохранения" <6>, а также в Кодексе "О браке и семье" <7> закреплены основные положения суррогатного материнства. Представлены правовые определения понятий "суррогатная мать", "суррогатное материнство", "суррогатный договор" и их содержание. Одним из главных условий последнего является согласие между супругами и женщиной - суррогатной матерью. Положениями указанного Закона однозначно решается вопрос о том, кому принадлежат права на родившегося ребенка. Согласно п. 2 ст. 54 Закона заключение договора суррогатного материнства заведомо предполагает не только родительские права, но и соответствующие обязанности супругов (заказчиков). Также законодательство Казахстана содержит условие о том, что параллельно с соглашением суррогатного материнства должен заключаться договор между заказчиками и медицинским учреждением, которое будет реализовывать процедуру ВРТ и предоставлять соответствующие медицинские услуги, что следует оценить положительно.
Статья: Меры административного предупреждения правонарушений, связанных с семейно-бытовым насилием, предусмотренные в законодательстве зарубежных стран
(Сейдахметова А.У.)
("Административное право и процесс", 2024, N 7)В соответствии со ст. 10.1 Закона Грузии сотрудник полиции может устанавливать за насильником электронный надзор для обеспечения временной меры по защите жертвы <10>. Этот способ принудительного воздействия применяется не только как уголовно-правовая мера, но и как административно-правовая. Считаем, что вышеуказанный опыт по применению электронных средств слежения целесообразно использовать в отношении лиц, к поведению которых установлены особые требования. Применение электронных средств слежения положительно отразится на профилактике правонарушений, связанных с семейно-бытовым насилием. К примеру, в практической деятельности сотрудников полиции имеются случаи семейно-бытовых конфликтов между бывшими супругами (совместно не проживающими), когда правонарушитель приходит домой к жертве и применяет в отношение нее физическое насилие либо психологическое насилие. В таких случаях в ранее указанных зарубежных странах выносится защитное предписание, устанавливающее запреты на преследование и посещение потерпевшего лица, но данные запреты невозможно контролировать. Применение электронных средств слежения даст возможность своевременно отследить правонарушителя и не допустить повторного правонарушения. В своем диссертационном исследовании М.А. Нерода на основании рассмотрения зарубежного опыта по противодействию домашнего насилия приходит к выводу, что "необходимо постепенно к мероприятиям в сфере предотвращения и противодействия домашнему насилию прибавить использование специальных электронных GPS-браслетов, с помощью которых полиция получает сигнал о том, что к потерпевшему лицу приближается обидчик, который требует немедленной реакции" <11>. Е.С. Акимжанов также отмечает: "Эффективными в условиях казахстанской правовой системы могут стать: 1) применение в рамках осуществления специальных мер административно-правовой защиты от домашнего насилия электронных браслетов..." <12>.
(Сейдахметова А.У.)
("Административное право и процесс", 2024, N 7)В соответствии со ст. 10.1 Закона Грузии сотрудник полиции может устанавливать за насильником электронный надзор для обеспечения временной меры по защите жертвы <10>. Этот способ принудительного воздействия применяется не только как уголовно-правовая мера, но и как административно-правовая. Считаем, что вышеуказанный опыт по применению электронных средств слежения целесообразно использовать в отношении лиц, к поведению которых установлены особые требования. Применение электронных средств слежения положительно отразится на профилактике правонарушений, связанных с семейно-бытовым насилием. К примеру, в практической деятельности сотрудников полиции имеются случаи семейно-бытовых конфликтов между бывшими супругами (совместно не проживающими), когда правонарушитель приходит домой к жертве и применяет в отношение нее физическое насилие либо психологическое насилие. В таких случаях в ранее указанных зарубежных странах выносится защитное предписание, устанавливающее запреты на преследование и посещение потерпевшего лица, но данные запреты невозможно контролировать. Применение электронных средств слежения даст возможность своевременно отследить правонарушителя и не допустить повторного правонарушения. В своем диссертационном исследовании М.А. Нерода на основании рассмотрения зарубежного опыта по противодействию домашнего насилия приходит к выводу, что "необходимо постепенно к мероприятиям в сфере предотвращения и противодействия домашнему насилию прибавить использование специальных электронных GPS-браслетов, с помощью которых полиция получает сигнал о том, что к потерпевшему лицу приближается обидчик, который требует немедленной реакции" <11>. Е.С. Акимжанов также отмечает: "Эффективными в условиях казахстанской правовой системы могут стать: 1) применение в рамках осуществления специальных мер административно-правовой защиты от домашнего насилия электронных браслетов..." <12>.
"Проблемы унификации международного частного права: монография"
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(отв. ред. Н.Г. Доронина)
("ИЗиСП", "Юриспруденция", 2023)Представляется целесообразной унификация коллизионных норм в рамках ЕАЭС. Модельный гражданский кодекс для стран СНГ <1> в этой части не соответствует современным тенденциям коллизионного регулирования представительства, предусматривая коллизионную привязку к праву страны места выдачи доверенности для определения статута внешних отношений представительства, который, в свою очередь, ограничен формой и сроком действия доверенности. В целом аналогичные нормы содержит и законодательство стран СНГ (в том числе одновременно являющихся членами ЕАЭС). Эта норма воспроизведена в гражданском законодательстве Армении (ст. 1282) <2>, Белоруссии (ст. 1117) <3>, Казахстана (ст. 1105) <4>, Киргизии (ст. 1191) <5>, Таджикистана (ст. 1211) <6>, Узбекистана (ст. 1182) <7>. Аналогичная норма закреплена в ст. 40 Минской конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 г. <8> и ст. 43 Кишиневской конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 7 октября 2002 г. <9>. Эта привязка до 1 ноября 2013 г. <10> была закреплена в ст. 1217 Гражданского кодекса РФ для определения права, подлежащего применению к сроку действия и основаниям прекращения доверенности. Однако она имеет ряд недостатков, поскольку место выдачи доверенности может быть выбрано случайно и не иметь тесной связи с отношениями представительства; место выдачи доверенности не является обязательным реквизитом этого документа в большинстве правопорядков; полномочия представителя могут быть основаны не на доверенности. В Модельном гражданском кодексе для стран СНГ отсутствует порядок определения применимого права к содержанию доверенности, допустимости выдачи доверенности в порядке передоверия, последствиям совершения сделки при отсутствии или превышении полномочий и т.д. <11>.
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(отв. ред. Н.Г. Доронина)
("ИЗиСП", "Юриспруденция", 2023)Представляется целесообразной унификация коллизионных норм в рамках ЕАЭС. Модельный гражданский кодекс для стран СНГ <1> в этой части не соответствует современным тенденциям коллизионного регулирования представительства, предусматривая коллизионную привязку к праву страны места выдачи доверенности для определения статута внешних отношений представительства, который, в свою очередь, ограничен формой и сроком действия доверенности. В целом аналогичные нормы содержит и законодательство стран СНГ (в том числе одновременно являющихся членами ЕАЭС). Эта норма воспроизведена в гражданском законодательстве Армении (ст. 1282) <2>, Белоруссии (ст. 1117) <3>, Казахстана (ст. 1105) <4>, Киргизии (ст. 1191) <5>, Таджикистана (ст. 1211) <6>, Узбекистана (ст. 1182) <7>. Аналогичная норма закреплена в ст. 40 Минской конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 г. <8> и ст. 43 Кишиневской конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 7 октября 2002 г. <9>. Эта привязка до 1 ноября 2013 г. <10> была закреплена в ст. 1217 Гражданского кодекса РФ для определения права, подлежащего применению к сроку действия и основаниям прекращения доверенности. Однако она имеет ряд недостатков, поскольку место выдачи доверенности может быть выбрано случайно и не иметь тесной связи с отношениями представительства; место выдачи доверенности не является обязательным реквизитом этого документа в большинстве правопорядков; полномочия представителя могут быть основаны не на доверенности. В Модельном гражданском кодексе для стран СНГ отсутствует порядок определения применимого права к содержанию доверенности, допустимости выдачи доверенности в порядке передоверия, последствиям совершения сделки при отсутствии или превышении полномочий и т.д. <11>.
"Воинский учет в организациях"
(3-е издание, переработанное и дополненное)
(Погорельская М.Л., Аминов В.Л.)
("АйСи Групп", 2025)Один из примеров - Минская конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам. Подписана 22 января 1993 г.
(3-е издание, переработанное и дополненное)
(Погорельская М.Л., Аминов В.Л.)
("АйСи Групп", 2025)Один из примеров - Минская конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам. Подписана 22 января 1993 г.
Статья: "Один пояс, один путь": проблемы международного сотрудничества в области железнодорожного транспорта
(Чжан Ли Ин)
("Российский юридический журнал", 2021, N 6)С 2014 г. КНР подписала 82 документа о правовой помощи и взаимном обмене информацией в области таможенного сотрудничества с 51 государством и регионом, в том числе с Россией, Европейским союзом, Монголией, Казахстаном, Беларусью, Арменией, Польшей. Документы ориентированы на упрощение торговли, поддержку развития сообщения Китай - Европа, обеспечение безопасности маршрутных планов, управления рисками, борьбу с контрабандой, регулирование взаимодействия уполномоченных экономических операторов, взаимное признание результатов контроля. После взаимного признания уполномоченных экономических операторов Китаем, Европейским союзом и государствами Средней Азии почти 3 тыс. китайских сертифицированных уполномоченных экономических операторов стали оформлять экспорт товаров в Европу, что привело к снижению количества таможенных досмотров в среднем на 50%, ускорению таможенного оформления на 30 и более процентов <17>.
(Чжан Ли Ин)
("Российский юридический журнал", 2021, N 6)С 2014 г. КНР подписала 82 документа о правовой помощи и взаимном обмене информацией в области таможенного сотрудничества с 51 государством и регионом, в том числе с Россией, Европейским союзом, Монголией, Казахстаном, Беларусью, Арменией, Польшей. Документы ориентированы на упрощение торговли, поддержку развития сообщения Китай - Европа, обеспечение безопасности маршрутных планов, управления рисками, борьбу с контрабандой, регулирование взаимодействия уполномоченных экономических операторов, взаимное признание результатов контроля. После взаимного признания уполномоченных экономических операторов Китаем, Европейским союзом и государствами Средней Азии почти 3 тыс. китайских сертифицированных уполномоченных экономических операторов стали оформлять экспорт товаров в Европу, что привело к снижению количества таможенных досмотров в среднем на 50%, ускорению таможенного оформления на 30 и более процентов <17>.