Неосвобождение от долгов
Подборка наиболее важных документов по запросу Неосвобождение от долгов (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Банкротство. Правовое регулирование: научно-практическое пособие"
(3-е изд., переработанное и дополненное)
(Попондопуло В.Ф.)
("Проспект", 2025)2. В целях предотвращения недобросовестного банкротства в течение 5 лет после признания гражданина банкротом по его заявлению повторно не может быть возбуждено дело о банкротстве. Если же дело о банкротстве в пределах указанного срока будет возбуждено по заявлению кредитора, гражданин, признанный банкротом, не освобождается от долгов. Неудовлетворенные требования кредиторов могут быть предъявлены в общем порядке, установленном гражданским законодательством. После завершения реализации имущества гражданина на неудовлетворенные требования кредиторов, по которым наступил срок исполнения, судом выдаются исполнительные листы.
(3-е изд., переработанное и дополненное)
(Попондопуло В.Ф.)
("Проспект", 2025)2. В целях предотвращения недобросовестного банкротства в течение 5 лет после признания гражданина банкротом по его заявлению повторно не может быть возбуждено дело о банкротстве. Если же дело о банкротстве в пределах указанного срока будет возбуждено по заявлению кредитора, гражданин, признанный банкротом, не освобождается от долгов. Неудовлетворенные требования кредиторов могут быть предъявлены в общем порядке, установленном гражданским законодательством. После завершения реализации имущества гражданина на неудовлетворенные требования кредиторов, по которым наступил срок исполнения, судом выдаются исполнительные листы.
Статья: Об обязательности трудоустройства как критерии освобождения от долгов
(Попелюк А.С.)
("Закон", 2024, N 10)В статье исследуется проблема заслуженности гражданином освобождения от долгов. Автор анализирует положения немецкого права об обязанности должника зарабатывать и российскую судебную практику неосвобождения от долгов по причине отказа от трудоустройства или сокрытия доходов и заключает, что такой подход вполне допустим, если принимать во внимание понятие о честном гражданине-должнике, но законодательное закрепление такого подхода является прежде всего политическим вопросом.
(Попелюк А.С.)
("Закон", 2024, N 10)В статье исследуется проблема заслуженности гражданином освобождения от долгов. Автор анализирует положения немецкого права об обязанности должника зарабатывать и российскую судебную практику неосвобождения от долгов по причине отказа от трудоустройства или сокрытия доходов и заключает, что такой подход вполне допустим, если принимать во внимание понятие о честном гражданине-должнике, но законодательное закрепление такого подхода является прежде всего политическим вопросом.
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2026 год: Статья 213.28 "Завершение расчетов с кредиторами и освобождение гражданина от обязательств" Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)""При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения гражданина от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.
Подборка судебных решений за 2026 год: Статья 13 "Нормативные правовые акты, применяемые при рассмотрении дел" АПК РФТем не менее, это не означает, что подобное отсутствие законодательного регулирования не может быть восполнено посредством применения положений пункта 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве к ситуациям не освобождения от обычных долгов по аналогии (пункт 6 статьи 13 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Нормативные акты
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019)В соответствии с п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, воспрепятствованию деятельности арбитражного управляющего и т.п.). При этом по смыслу названной нормы принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019)В соответствии с п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, воспрепятствованию деятельности арбитражного управляющего и т.п.). При этом по смыслу названной нормы принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.
"Обзор судебной практики по делам о банкротстве граждан"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025)
(ред. от 29.04.2026)Суд апелляционной инстанции данное определение отменил в части неосвобождения от долгов и освободил гражданина от обязательств перед обществом по следующим причинам.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025)
(ред. от 29.04.2026)Суд апелляционной инстанции данное определение отменил в части неосвобождения от долгов и освободил гражданина от обязательств перед обществом по следующим причинам.
Статья: ФНС РФ информирует
("Арбитражный управляющий", 2023, N 4)В каких случаях банкротство не освобождает от долгов
("Арбитражный управляющий", 2023, N 4)В каких случаях банкротство не освобождает от долгов
Статья: Требования кредиторов, указанные в п. 5 ст. 213.28 Закона о банкротстве, как объективные основания неосвобождения гражданина-должника от исполнения обязательств
(Ильченко И.В.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 3)В качестве одной из ключевых особенностей необходимо выделить социально-реабилитационный характер процедур банкротства граждан-должников. Важнейшим для должника проявлением этой особенности является возможность избавиться от долгов. Нужно заметить, что именно такое понимание нормы абз. 1 п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве, предусматривающей в качестве последствия завершения процедуры банкротства в отношении гражданина-должника освобождение от дальнейшего исполнения требований кредиторов, имеет место у подавляющего большинства граждан-должников: освобождение от долгов. Значительно меньшее число граждан должным образом осведомлено об условиях применения указанной нормы и о том, что это пресловутое освобождение от долгов имеет свои особенности и вовсе не гарантировано гражданину. И здесь можно отметить еще одну специфическую особенность процедур банкротства граждан. Она заключается в том, что после завершения процедуры банкротства не наступает последствие в виде ликвидации гражданина-должника, как в случае классического (коммерческого) банкротства, что вполне естественно. Субъект-должник продолжает существовать и никуда не исчезает из правовой действительности. Иными словами, для кредиторов сохраняются возможности для последующего взыскания непогашенных долгов. Эта особенность, в свою очередь, влечет за собой следующую, а именно: в отношении гражданина-должника возможно применение такого последствия завершения процедуры банкротства, как неосвобождение от долгов. Основания неосвобождения от долгов, предусмотренные Законом о банкротстве, их виды и особенности представляют для нас интерес.
(Ильченко И.В.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 3)В качестве одной из ключевых особенностей необходимо выделить социально-реабилитационный характер процедур банкротства граждан-должников. Важнейшим для должника проявлением этой особенности является возможность избавиться от долгов. Нужно заметить, что именно такое понимание нормы абз. 1 п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве, предусматривающей в качестве последствия завершения процедуры банкротства в отношении гражданина-должника освобождение от дальнейшего исполнения требований кредиторов, имеет место у подавляющего большинства граждан-должников: освобождение от долгов. Значительно меньшее число граждан должным образом осведомлено об условиях применения указанной нормы и о том, что это пресловутое освобождение от долгов имеет свои особенности и вовсе не гарантировано гражданину. И здесь можно отметить еще одну специфическую особенность процедур банкротства граждан. Она заключается в том, что после завершения процедуры банкротства не наступает последствие в виде ликвидации гражданина-должника, как в случае классического (коммерческого) банкротства, что вполне естественно. Субъект-должник продолжает существовать и никуда не исчезает из правовой действительности. Иными словами, для кредиторов сохраняются возможности для последующего взыскания непогашенных долгов. Эта особенность, в свою очередь, влечет за собой следующую, а именно: в отношении гражданина-должника возможно применение такого последствия завершения процедуры банкротства, как неосвобождение от долгов. Основания неосвобождения от долгов, предусмотренные Законом о банкротстве, их виды и особенности представляют для нас интерес.
Статья: Когда банкрота не освобождают от долгов?
(Управление Росреестра по Республике Марий Эл)
("Арбитражный управляющий", 2025, N 6)"Арбитражный управляющий", 2025, N 6
(Управление Росреестра по Республике Марий Эл)
("Арбитражный управляющий", 2025, N 6)"Арбитражный управляющий", 2025, N 6
Статья: Принцип добросовестности в банкротстве
(Сергеева С.Л.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 11)Верховный Суд РФ в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 31 октября 2022 г. N 307-ЭС22-12512 по делу N А05-11/2021 <26> разграничил недобросовестность и неразумность поведения должника-гражданина: "...принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является". Аналогичный вывод содержится в п. 57 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18 июня 2025 г.): "Неразумность поведения должника в отличие от недобросовестности не может являться препятствием для освобождения от долгов" <27>.
(Сергеева С.Л.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 11)Верховный Суд РФ в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 31 октября 2022 г. N 307-ЭС22-12512 по делу N А05-11/2021 <26> разграничил недобросовестность и неразумность поведения должника-гражданина: "...принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является". Аналогичный вывод содержится в п. 57 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18 июня 2025 г.): "Неразумность поведения должника в отличие от недобросовестности не может являться препятствием для освобождения от долгов" <27>.
Статья: Убытки арбитражного управляющего: актуальная судебная практика
(Апухтин Ю.В., Кудинова М.С.)
("Арбитражные споры", 2026, N 2)В-третьих, недобросовестные действия самого должника могут повлечь неосвобождение от долгов, что не исключает ответственности управляющего, который не обеспечил надлежащий контроль за сохранностью имущества, за причинение убытков. В результате бездействия управляющего из конкурсной массы выбыло имущество, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов (Постановление АС Уральского округа от 10.10.2023).
(Апухтин Ю.В., Кудинова М.С.)
("Арбитражные споры", 2026, N 2)В-третьих, недобросовестные действия самого должника могут повлечь неосвобождение от долгов, что не исключает ответственности управляющего, который не обеспечил надлежащий контроль за сохранностью имущества, за причинение убытков. В результате бездействия управляющего из конкурсной массы выбыло имущество, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов (Постановление АС Уральского округа от 10.10.2023).
"Законодательство о банкротстве: преемственность и новации: монография"
(Абдуллаева П.Р., Бандурина Н.В., Воронина Ю.М. и др.)
(отв. ред. С.А. Карелина, И.В. Фролов)
("Юстицинформ", 2023)Исторически в системе отечественного права на различных этапах его развития вопросам неторговой несостоятельности граждан уделялось большое внимание. Так, в праве Российской империи еще с 1722 года начался процесс систематизации и правовой институционализации правил личной неторговой несостоятельности подданных империи. В законодательстве указанного периода произошло выделение двух видов несостоятельности просроченного должника: несчастная (невиновная) несостоятельность, возникшая не по вине должника, а в случае наступления различного рода форс-мажорных обстоятельств: пожара, стихийного бедствия, эпидемий, военных нападений; злонамеренная (виновная) несостоятельность, которая могла наступить, к примеру, в случае легкомысленного поведения человека, например, растратившего вверенные средства, потерявшего имущество в результате пьянства или других подобных действий. Подход к несостоятельности должников, обозначенный еще в Русской Правде, сохранился и в более позднем законодательстве имперского периода <113>, существенной новеллой в законодательстве о личной несостоятельности того периода явилось введение мер по обеспечению иска в отношении предполагаемого должника. Данные меры применялись как по отношению к личности самого должника, так и по отношению к его имуществу (например, арест имущества должника, выражающийся в опечатывании не только самого имущества должника, но и документации, связанной с его деятельностью) <114>. В российском законодательстве имперского периода было введено правило, согласно которому после объявления лица несостоятельным должником все его имущество включалось в конкурсную массу, за исключением имущества, сданного должнику на хранение, находящегося у должника по договору комиссии, относящегося к личным вещам и находящегося в залоге. В праве рассматриваемого периода нашла широкое применение система долговых обязательств, оформляемая через выдачу "заемных писем" - долговых расписок, применявшихся главным образом в случае некоммерческих долгов, которые, в свою очередь, подразделялись на "крепостные заемные письма" <115>, а также "домовые заемные письма" <116>. Кроме того, денежные долговые обязательства оформлялись посредством "закладных крепостей" двух типов, для каждого из которых были свои реестры: реестр заложенной сельской собственности (имения с крепостными помещиков; незаселенные земли во владении купцов и состоятельных крестьян); реестр городской собственности (дома, лавки и пустующие земельные участки) <117>. В 1884 году Сенатом указанное правило было уточнено, и решающее слово в совете по банкротству было передано меньшинству кредиторов, являвшихся держателями большинства долговых обязательств <118>. Вместе с тем следует обратить внимание на тот факт, что при рассмотрении достаточно редких для того времени дел о неоплатности и несостоятельности лиц правоприменитель того времени очень часто применял иностранное право, правила деловых обыкновений или отдельные указы Сената. Так, С.В. Панов приводит пример, согласно которому "в деле о неоплате должником кредиторам Сенат дал санкцию суду руководствоваться амстердамским конкурсным правом, чтобы принудить меньшинство кредиторов подчиниться воле большинства. Для обеспечения пропорционального распределения имущества между кредиторами было предложено руководствоваться "купеческим обыкновением". Более того, в указанный период (1740 - 1745 гг.) Сенат своим распоряжением устанавливал сроки для предъявления кредиторами своих требований в конкурс, по истечении которых претензии не принимаются (один месяц - для кредиторов из Санкт-Петербурга, шесть месяцев - для иногородних и иностранных кредиторов). Весьма примечательными выглядят нормативные акты указанного периода о признании граждан дееспособными по отношению к имущественным сделкам, а следовательно, к возможности признания их банкротами. Так, в Московском государстве лица мужского пола по достижении 15-летнего возраста и поступлении на царскую службу считались юридически дееспособными по отношению к принятым ими долговым обязательствам. При правлении Петра I возраст наступления совершеннолетия был повышен до 18 лет применительно к сделкам с движимым имуществом и до 20 лет - с недвижимостью <119>, что существенным образом пресекало возможную несостоятельность молодых лиц. В соответствии с Петровским Указом о единонаследии 1714 года документы по принятию денежных обязательств, подписанные лицами, не достигшими 20-летнего возраста, не имели законной силы. Кроме того, в 1752, 1821, 1826 и 1830 годах данное правило было подтверждено и включено в Свод законов 1832 года. Согласно данным правилам несовершеннолетний, достигший 17-летнего возраста (возраст наступления ответственности за уголовные преступления <120>), мог брать в долг, но лишь с согласия своего опекуна <121>. Полное право распоряжаться или закладывать принадлежащей лицу недвижимостью без опекуна с 1785 года Указом Екатерины II было разрешено только лицам, достигшим 21-летнего возраста <122>. Если лицо приняло на себя денежные обязательства, не достигнув установленного возраста, введя в заблуждение кредиторов, то согласно действующему на то время законодательству данное лицо должно было подвергнуться уголовному преследованию, а само денежное обязательство признавалось недействительным <123>. Но если собственность уже находилась в безнадежном состоянии или если родственники опекаемого не давали согласия на предполагаемую стратегию управления ею, то следующим шагом за учреждением опеки могла последовать процедура признания лица неплатежеспособным. Следует отметить, что до реформы 1864 года важным фактором, влияющим на решение об освобождении банкрота от долгов, служили такие черты характера должника, как честность, преданность семье и трезвость. Для выявления указанных черт личности производство по банкротству включало такую процедуру, как "повальный обыск", суть которой состояла в том, что судом производился опрос двенадцати, а иногда и больше представителей местного общества с тем же сословным статусом (то есть купцов, крестьян и т.п.) о поведении и характере банкрота, его образе жизни и отношении к кредиторам, после чего принималось решение о его освобождении или не освобождении от долгов <124>.
(Абдуллаева П.Р., Бандурина Н.В., Воронина Ю.М. и др.)
(отв. ред. С.А. Карелина, И.В. Фролов)
("Юстицинформ", 2023)Исторически в системе отечественного права на различных этапах его развития вопросам неторговой несостоятельности граждан уделялось большое внимание. Так, в праве Российской империи еще с 1722 года начался процесс систематизации и правовой институционализации правил личной неторговой несостоятельности подданных империи. В законодательстве указанного периода произошло выделение двух видов несостоятельности просроченного должника: несчастная (невиновная) несостоятельность, возникшая не по вине должника, а в случае наступления различного рода форс-мажорных обстоятельств: пожара, стихийного бедствия, эпидемий, военных нападений; злонамеренная (виновная) несостоятельность, которая могла наступить, к примеру, в случае легкомысленного поведения человека, например, растратившего вверенные средства, потерявшего имущество в результате пьянства или других подобных действий. Подход к несостоятельности должников, обозначенный еще в Русской Правде, сохранился и в более позднем законодательстве имперского периода <113>, существенной новеллой в законодательстве о личной несостоятельности того периода явилось введение мер по обеспечению иска в отношении предполагаемого должника. Данные меры применялись как по отношению к личности самого должника, так и по отношению к его имуществу (например, арест имущества должника, выражающийся в опечатывании не только самого имущества должника, но и документации, связанной с его деятельностью) <114>. В российском законодательстве имперского периода было введено правило, согласно которому после объявления лица несостоятельным должником все его имущество включалось в конкурсную массу, за исключением имущества, сданного должнику на хранение, находящегося у должника по договору комиссии, относящегося к личным вещам и находящегося в залоге. В праве рассматриваемого периода нашла широкое применение система долговых обязательств, оформляемая через выдачу "заемных писем" - долговых расписок, применявшихся главным образом в случае некоммерческих долгов, которые, в свою очередь, подразделялись на "крепостные заемные письма" <115>, а также "домовые заемные письма" <116>. Кроме того, денежные долговые обязательства оформлялись посредством "закладных крепостей" двух типов, для каждого из которых были свои реестры: реестр заложенной сельской собственности (имения с крепостными помещиков; незаселенные земли во владении купцов и состоятельных крестьян); реестр городской собственности (дома, лавки и пустующие земельные участки) <117>. В 1884 году Сенатом указанное правило было уточнено, и решающее слово в совете по банкротству было передано меньшинству кредиторов, являвшихся держателями большинства долговых обязательств <118>. Вместе с тем следует обратить внимание на тот факт, что при рассмотрении достаточно редких для того времени дел о неоплатности и несостоятельности лиц правоприменитель того времени очень часто применял иностранное право, правила деловых обыкновений или отдельные указы Сената. Так, С.В. Панов приводит пример, согласно которому "в деле о неоплате должником кредиторам Сенат дал санкцию суду руководствоваться амстердамским конкурсным правом, чтобы принудить меньшинство кредиторов подчиниться воле большинства. Для обеспечения пропорционального распределения имущества между кредиторами было предложено руководствоваться "купеческим обыкновением". Более того, в указанный период (1740 - 1745 гг.) Сенат своим распоряжением устанавливал сроки для предъявления кредиторами своих требований в конкурс, по истечении которых претензии не принимаются (один месяц - для кредиторов из Санкт-Петербурга, шесть месяцев - для иногородних и иностранных кредиторов). Весьма примечательными выглядят нормативные акты указанного периода о признании граждан дееспособными по отношению к имущественным сделкам, а следовательно, к возможности признания их банкротами. Так, в Московском государстве лица мужского пола по достижении 15-летнего возраста и поступлении на царскую службу считались юридически дееспособными по отношению к принятым ими долговым обязательствам. При правлении Петра I возраст наступления совершеннолетия был повышен до 18 лет применительно к сделкам с движимым имуществом и до 20 лет - с недвижимостью <119>, что существенным образом пресекало возможную несостоятельность молодых лиц. В соответствии с Петровским Указом о единонаследии 1714 года документы по принятию денежных обязательств, подписанные лицами, не достигшими 20-летнего возраста, не имели законной силы. Кроме того, в 1752, 1821, 1826 и 1830 годах данное правило было подтверждено и включено в Свод законов 1832 года. Согласно данным правилам несовершеннолетний, достигший 17-летнего возраста (возраст наступления ответственности за уголовные преступления <120>), мог брать в долг, но лишь с согласия своего опекуна <121>. Полное право распоряжаться или закладывать принадлежащей лицу недвижимостью без опекуна с 1785 года Указом Екатерины II было разрешено только лицам, достигшим 21-летнего возраста <122>. Если лицо приняло на себя денежные обязательства, не достигнув установленного возраста, введя в заблуждение кредиторов, то согласно действующему на то время законодательству данное лицо должно было подвергнуться уголовному преследованию, а само денежное обязательство признавалось недействительным <123>. Но если собственность уже находилась в безнадежном состоянии или если родственники опекаемого не давали согласия на предполагаемую стратегию управления ею, то следующим шагом за учреждением опеки могла последовать процедура признания лица неплатежеспособным. Следует отметить, что до реформы 1864 года важным фактором, влияющим на решение об освобождении банкрота от долгов, служили такие черты характера должника, как честность, преданность семье и трезвость. Для выявления указанных черт личности производство по банкротству включало такую процедуру, как "повальный обыск", суть которой состояла в том, что судом производился опрос двенадцати, а иногда и больше представителей местного общества с тем же сословным статусом (то есть купцов, крестьян и т.п.) о поведении и характере банкрота, его образе жизни и отношении к кредиторам, после чего принималось решение о его освобождении или не освобождении от долгов <124>.
Статья: Неосвобождение гражданина от долгов при предоставлении кредитору заведомо ложных сведений: подходы судов
(Буторина Е.)
("Юридическая работа в кредитной организации", 2024, N 1)"Юридическая работа в кредитной организации", 2024, N 1
(Буторина Е.)
("Юридическая работа в кредитной организации", 2024, N 1)"Юридическая работа в кредитной организации", 2024, N 1
"Мораторные проценты в делах о банкротстве граждан: правовая природа, особенность начисления и уплаты: монография"
(Фролов И.В.)
("Юстицинформ", 2025)В указанном случае мораторные проценты начисляются за период с момента введения процедуры реструктуризации долгов гражданина до ее завершения в случае не освобождения гражданина-должника от дальнейшего исполнения обязательств по завершении процедуры реализации имущества гражданина <60>.
(Фролов И.В.)
("Юстицинформ", 2025)В указанном случае мораторные проценты начисляются за период с момента введения процедуры реструктуризации долгов гражданина до ее завершения в случае не освобождения гражданина-должника от дальнейшего исполнения обязательств по завершении процедуры реализации имущества гражданина <60>.