Бремя доказывания мнимости сделки
Подборка наиболее важных документов по запросу Бремя доказывания мнимости сделки (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Определение Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 27.11.2024 N 88-25815/2024 (УИД 78RS0003-01-2023-000189-57)
Категория спора: Продажа недвижимости.
Требования продавца: О признании договора недействительным.
Обстоятельства: Истцом пропущен срок исковой давности.
Решение: Отказано.Поскольку бремя доказывания мнимости совершенной сделки в данном случае возложена на истца, однако доказательств, подтверждающих, что воля обеих сторон, как истца, так и ответчика, была направлена на создание лишь видимости заключения сделки, и воля обоих сторон была направлена лишь на обеспечение исполнения обязательств третьего лица ФИО5 перед ответчиком, суду, в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, также не представлено, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что само по себе наличие между третьим лицом ФИО5 и ответчиком ФИО4 заемных правоотношений, на неподтвержденность которых ссылается истец в апелляционной жалобе, не свидетельствует ни о мнимости, ни о недействительности сделки, по основаниям, предусмотренным статьями 170, 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Категория спора: Продажа недвижимости.
Требования продавца: О признании договора недействительным.
Обстоятельства: Истцом пропущен срок исковой давности.
Решение: Отказано.Поскольку бремя доказывания мнимости совершенной сделки в данном случае возложена на истца, однако доказательств, подтверждающих, что воля обеих сторон, как истца, так и ответчика, была направлена на создание лишь видимости заключения сделки, и воля обоих сторон была направлена лишь на обеспечение исполнения обязательств третьего лица ФИО5 перед ответчиком, суду, в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, также не представлено, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что само по себе наличие между третьим лицом ФИО5 и ответчиком ФИО4 заемных правоотношений, на неподтвержденность которых ссылается истец в апелляционной жалобе, не свидетельствует ни о мнимости, ни о недействительности сделки, по основаниям, предусмотренным статьями 170, 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 02.07.2024 N 88-10529/2024 (УИД 54RS0010-01-2021-004023-04)
Категория спора: Заем.
Требования займодавца: 1) О взыскании основного долга по договору займа; 2) О взыскании процентов.
Обстоятельства: Истец указал, что между сторонами был заключен договор займа, по условиям которого заимодавец предоставил заемщику денежные средства, ответчик истцу денежные средства не вернул.
Решение: 1) Дело направлено на новое рассмотрение; 2) Дело направлено на новое рассмотрение.Суд апелляционной инстанции, признав аффилированность сторон по настоящему спору и обладая информацией о банкротстве должника, не применил при рассмотрении спора повышенный стандарт доказывания и не предложил стороне истца представить соответствующие доказательства, возложив бремя доказывания мнимости сделки на подателя апелляционной жалобы, что нельзя признать правильным, поскольку именно истец при таких обстоятельствах обязан опровергнуть указанные сомнения и должен располагать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником. В данном случае повышенные требования о доказывании обстоятельств, на которых основаны исковые требования, относятся к истцу, так как именно он состоит в правоотношениях с должником.
Категория спора: Заем.
Требования займодавца: 1) О взыскании основного долга по договору займа; 2) О взыскании процентов.
Обстоятельства: Истец указал, что между сторонами был заключен договор займа, по условиям которого заимодавец предоставил заемщику денежные средства, ответчик истцу денежные средства не вернул.
Решение: 1) Дело направлено на новое рассмотрение; 2) Дело направлено на новое рассмотрение.Суд апелляционной инстанции, признав аффилированность сторон по настоящему спору и обладая информацией о банкротстве должника, не применил при рассмотрении спора повышенный стандарт доказывания и не предложил стороне истца представить соответствующие доказательства, возложив бремя доказывания мнимости сделки на подателя апелляционной жалобы, что нельзя признать правильным, поскольку именно истец при таких обстоятельствах обязан опровергнуть указанные сомнения и должен располагать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником. В данном случае повышенные требования о доказывании обстоятельств, на которых основаны исковые требования, относятся к истцу, так как именно он состоит в правоотношениях с должником.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Спор о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения (на основании судебной практики Московского городского суда)
("Электронный журнал "Помощник адвоката", 2026)Бремя доказывания мнимого характера сделки возлагается на лицо, обратившееся с указанными требованиями.
("Электронный журнал "Помощник адвоката", 2026)Бремя доказывания мнимого характера сделки возлагается на лицо, обратившееся с указанными требованиями.
Статья: Брачный договор - инструмент защиты или способ обойти закон?
(Чудиновская Н.А.)
("Имущественные отношения в Российской Федерации", 2025, N 4)Также следует обратить внимание на распределение бремени доказывания по искам о признании брачного договора недействительным. Применительно к мнимым сделкам в литературе представлена обоснованная позиция, согласно которой бремя доказывания отсутствия у супругов намерения в действительности изменить режим имущества супругов не может быть возложено исключительно на истца, поскольку в этом случае речь идет о доказывании отрицательного факта <7>.
(Чудиновская Н.А.)
("Имущественные отношения в Российской Федерации", 2025, N 4)Также следует обратить внимание на распределение бремени доказывания по искам о признании брачного договора недействительным. Применительно к мнимым сделкам в литературе представлена обоснованная позиция, согласно которой бремя доказывания отсутствия у супругов намерения в действительности изменить режим имущества супругов не может быть возложено исключительно на истца, поскольку в этом случае речь идет о доказывании отрицательного факта <7>.
Нормативные акты
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017)20. Если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017)20. Если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.
"Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020)Арбитражный суд округа указал на неправильное распределение судами бремени доказывания. Так, суды, с одной стороны, не учли, что являющиеся сторонами договора аффилированные лица (в отличие от обычных участников гражданского оборота, вступающих в обязательственные отношения с должником) имеют гораздо больше возможностей осуществить формальное исполнение мнимой сделки лишь для вида (п. 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"). С другой стороны, суды не приняли во внимание объективную сложность получения не связанным с должником кредитором, заявившим в деле о банкротстве возражения, отсутствующих у него прямых доказательств мнимости.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020)Арбитражный суд округа указал на неправильное распределение судами бремени доказывания. Так, суды, с одной стороны, не учли, что являющиеся сторонами договора аффилированные лица (в отличие от обычных участников гражданского оборота, вступающих в обязательственные отношения с должником) имеют гораздо больше возможностей осуществить формальное исполнение мнимой сделки лишь для вида (п. 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"). С другой стороны, суды не приняли во внимание объективную сложность получения не связанным с должником кредитором, заявившим в деле о банкротстве возражения, отсутствующих у него прямых доказательств мнимости.
Статья: Изменение характера требований кредиторов как способ субординации
(Родина Н.В.)
("Вестник арбитражной практики", 2021, N 3)Принцип добросовестности участников гражданских правоотношений в ситуации банкротства не обладает характером презумпции <4>. Согласно правовому подходу, закрепленному в п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5(2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также - "дружественный" кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора <5>. В связи с данными обстоятельствами Верховным Судом РФ предписано перераспределять бремя доказывания при наличии обоснованных сомнений в реальности совершенной сделки, лежащей в основе требования кредитора, на стороны, в добросовестности которых высказано сомнение. Повышенный стандарт доказывания призван обеспечить защиту прав и интересов кредиторов и должника.
(Родина Н.В.)
("Вестник арбитражной практики", 2021, N 3)Принцип добросовестности участников гражданских правоотношений в ситуации банкротства не обладает характером презумпции <4>. Согласно правовому подходу, закрепленному в п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5(2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также - "дружественный" кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора <5>. В связи с данными обстоятельствами Верховным Судом РФ предписано перераспределять бремя доказывания при наличии обоснованных сомнений в реальности совершенной сделки, лежащей в основе требования кредитора, на стороны, в добросовестности которых высказано сомнение. Повышенный стандарт доказывания призван обеспечить защиту прав и интересов кредиторов и должника.
Статья: Разработка единой методики определения действительных налоговых обязательств
(Тихонова А.В.)
("Финансы", 2024, N 4)1. Признание базового метода определения ДНО. В данном случае для каждого направления необходимо установить, возможно ли применять расчетный метод формирования ДНО, либо ДНО должны формироваться только исходя из фактических и достоверных данных налогоплательщика. Выбор метода должен учитывать характер выявленных правонарушений. Как отмечается в Письме ФНС России, расчетный способ определения налоговой обязанности применим, если допущенное нарушение сводится к документальной неподтвержденности совершенной операции или нарушению правил учета, что является следствием непроявления должной осмотрительности при выборе контрагента и взаимодействии с ним <9>. Например, в случае раскрытия схем дробления бизнеса учет расходов и применение расчетных методов могут быть регламентированы на методологическом уровне, так как при таком виде правонарушений фактический характер деятельности, как правило, имеет место всегда, что ведет к наличию обоснованных расходов. В то же время при схемах с подменой сути хозяйственных операций или фиктивных сделках реальная деятельность налогоплательщика может не осуществляться в принципе, что обосновывает отказ от применения расчетного метода.
(Тихонова А.В.)
("Финансы", 2024, N 4)1. Признание базового метода определения ДНО. В данном случае для каждого направления необходимо установить, возможно ли применять расчетный метод формирования ДНО, либо ДНО должны формироваться только исходя из фактических и достоверных данных налогоплательщика. Выбор метода должен учитывать характер выявленных правонарушений. Как отмечается в Письме ФНС России, расчетный способ определения налоговой обязанности применим, если допущенное нарушение сводится к документальной неподтвержденности совершенной операции или нарушению правил учета, что является следствием непроявления должной осмотрительности при выборе контрагента и взаимодействии с ним <9>. Например, в случае раскрытия схем дробления бизнеса учет расходов и применение расчетных методов могут быть регламентированы на методологическом уровне, так как при таком виде правонарушений фактический характер деятельности, как правило, имеет место всегда, что ведет к наличию обоснованных расходов. В то же время при схемах с подменой сути хозяйственных операций или фиктивных сделках реальная деятельность налогоплательщика может не осуществляться в принципе, что обосновывает отказ от применения расчетного метода.
Статья: Чтобы помнили: о каких трендах говорит Обзор ВС РФ по банкротству за 2022 год
(Савченко Д., Данилов Д.)
("Юридическая работа в кредитной организации", 2023, N 2)Суды могут ссылаться на то, что все обстоятельства были исследованы и проверены при рассмотрении спора в первой инстанции. ВС РФ, напротив, указал на необходимость исследовать новые доводы конкурсного кредитора и представленные доказательства. Более того, ВС РФ указал на распределение бремени доказывания на дружественного кредитора и должника в случае заявления довода о мнимости сделки.
(Савченко Д., Данилов Д.)
("Юридическая работа в кредитной организации", 2023, N 2)Суды могут ссылаться на то, что все обстоятельства были исследованы и проверены при рассмотрении спора в первой инстанции. ВС РФ, напротив, указал на необходимость исследовать новые доводы конкурсного кредитора и представленные доказательства. Более того, ВС РФ указал на распределение бремени доказывания на дружественного кредитора и должника в случае заявления довода о мнимости сделки.
Статья: Последствия досрочного прекращения аренды при наличии субаренды
(Громов А.А.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2021, NN 7, 8)Как правило, подобные злоупотребления должны блокироваться посредством признания соглашения между арендодателем или арендатором ничтожным (как мнимой, притворной сделки или сделки в обход закона). Они также могут ограничиваться посредством возложения на арендодателя и арендатора бремени доказывания того, что их действия были объективно добросовестными (отход от общей презумпции добросовестности).
(Громов А.А.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2021, NN 7, 8)Как правило, подобные злоупотребления должны блокироваться посредством признания соглашения между арендодателем или арендатором ничтожным (как мнимой, притворной сделки или сделки в обход закона). Они также могут ограничиваться посредством возложения на арендодателя и арендатора бремени доказывания того, что их действия были объективно добросовестными (отход от общей презумпции добросовестности).
"Адвокат-налогоплательщик"
(Сасов К.А.)
("Статут", 2024)2) реальность хозяйственной операции (отсутствие притворной и мнимой сделки) с контрагентом и наличие деловой цели в ее совершении (с налогоплательщика не снимается бремя доказывания);
(Сасов К.А.)
("Статут", 2024)2) реальность хозяйственной операции (отсутствие притворной и мнимой сделки) с контрагентом и наличие деловой цели в ее совершении (с налогоплательщика не снимается бремя доказывания);
Статья: Стандарты доказывания факта незаконного установления контроля иностранного инвестора над стратегическим хозяйственным обществом
(Мильчакова О.В.)
("Российское конкурентное право и экономика", 2023, N 2)2. Пониженный стандарт доказывания ("минимально необходимая степень достоверности"): применяется при обосновании затруднительности представления одной стороной всего необходимого объема доказательств по причине их нахождения у другой стороны спора, недобросовестно их не раскрывающей. В этом случае обязанность по раскрытию доказательств перед судом переходит к противной стороне и при непредставлении ею доказательств, подтверждающих ее возражения или опровергающих доводы первой стороны, суд может сделать вывод о существовании того обстоятельства, на котором настаивает первая сторона, реализовавшая бремя доказывания утверждаемых обстоятельств с минимально необходимой степенью достоверности. Например, независимому кредитору в рамках дела о банкротстве достаточно аргументированно со ссылкой на прямые или косвенные доказательства породить у суда разумные сомнения в действительности наличия долга у общества перед другим кредитором или в действительности (мнимости) сделки, и в целях выравнивания диспропорциональности доступа к доказательственным ресурсам бремя доказывания реальности долга или сделки возлагается на другую сторону спора. Для применения судом обеспечительных мер заявителю также достаточно подтвердить свои разумные подозрения в наличии возможности противной стороны затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта либо причинить значительный ущерб заявителю в случае непринятия обеспечительных мер.
(Мильчакова О.В.)
("Российское конкурентное право и экономика", 2023, N 2)2. Пониженный стандарт доказывания ("минимально необходимая степень достоверности"): применяется при обосновании затруднительности представления одной стороной всего необходимого объема доказательств по причине их нахождения у другой стороны спора, недобросовестно их не раскрывающей. В этом случае обязанность по раскрытию доказательств перед судом переходит к противной стороне и при непредставлении ею доказательств, подтверждающих ее возражения или опровергающих доводы первой стороны, суд может сделать вывод о существовании того обстоятельства, на котором настаивает первая сторона, реализовавшая бремя доказывания утверждаемых обстоятельств с минимально необходимой степенью достоверности. Например, независимому кредитору в рамках дела о банкротстве достаточно аргументированно со ссылкой на прямые или косвенные доказательства породить у суда разумные сомнения в действительности наличия долга у общества перед другим кредитором или в действительности (мнимости) сделки, и в целях выравнивания диспропорциональности доступа к доказательственным ресурсам бремя доказывания реальности долга или сделки возлагается на другую сторону спора. Для применения судом обеспечительных мер заявителю также достаточно подтвердить свои разумные подозрения в наличии возможности противной стороны затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта либо причинить значительный ущерб заявителю в случае непринятия обеспечительных мер.
Статья: О некоторых вопросах оспаривания в делах о банкротстве брачных договоров
(Гусев А.О.)
("Арбитражные споры", 2021, N 4)Как следует из материалов дела, должником и его супругой 05.10.2004 был заключен брачный договор, согласно которому должник обязался в случае развода выплачивать супруге пожизненную ежемесячную денежную компенсацию в размере 4 000 долларов США. Стороны расторгли брак 15.09.2015, а 25.07.2017 должник был признан банкротом. Суды апелляционной и кассационной инстанций установили, что в период с 2000 по 2011 год среднемесячная заработная плата должника не превышала 700 долларов США и что на момент заключения брачного договора должник не имел финансовой возможности в случае расторжения брака выплачивать бывшей супруге согласованную денежную сумму. Кроме того, с момента расторжения брака и до момента признания должника банкротом данное условие брачного договора не исполнялось, а бывшая супруга должника в суд с заявлением о взыскании задолженности не обращалась. На основании указанных обстоятельств суды признали брачный договор мнимой сделкой и констатировали его недействительность по статье 170 ГК РФ.
(Гусев А.О.)
("Арбитражные споры", 2021, N 4)Как следует из материалов дела, должником и его супругой 05.10.2004 был заключен брачный договор, согласно которому должник обязался в случае развода выплачивать супруге пожизненную ежемесячную денежную компенсацию в размере 4 000 долларов США. Стороны расторгли брак 15.09.2015, а 25.07.2017 должник был признан банкротом. Суды апелляционной и кассационной инстанций установили, что в период с 2000 по 2011 год среднемесячная заработная плата должника не превышала 700 долларов США и что на момент заключения брачного договора должник не имел финансовой возможности в случае расторжения брака выплачивать бывшей супруге согласованную денежную сумму. Кроме того, с момента расторжения брака и до момента признания должника банкротом данное условие брачного договора не исполнялось, а бывшая супруга должника в суд с заявлением о взыскании задолженности не обращалась. На основании указанных обстоятельств суды признали брачный договор мнимой сделкой и констатировали его недействительность по статье 170 ГК РФ.
Статья: Симулятивные сделки. Часть 1: общее понятие, эффект, соотношение со смежными категориями, вопросы давности
(Чупрунов И.С.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, N 9)Как было отмечено выше, бремя доказывания симулятивности лежит на том, кто о ней заявляет (раздел 2.9). Как следствие, продавец должен будет убедить суд в мнимом характере сделки, что едва ли будет просто сделать, особенно если владеть недвижимостью будет покупатель. Более того, вполне может обсуждаться использование того дополнительного инструмента, который существует в итальянском позитивном праве: в споре о симуляции стороны соответствующей сделки должны быть лишены возможности ссылаться на свидетельские показания (см. раздел 2.9). В таком случае в отсутствие у продавца письменных свидетельств мнимости (т.е. фактически отдельного соглашения, фиксирующего реальную волю сторон) покупатель сможет не волноваться насчет того, что суд, несмотря на прошедшие 30 лет с момента совершения сделки, по какой-то причине сочтет позицию продавца более убедительной.
(Чупрунов И.С.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, N 9)Как было отмечено выше, бремя доказывания симулятивности лежит на том, кто о ней заявляет (раздел 2.9). Как следствие, продавец должен будет убедить суд в мнимом характере сделки, что едва ли будет просто сделать, особенно если владеть недвижимостью будет покупатель. Более того, вполне может обсуждаться использование того дополнительного инструмента, который существует в итальянском позитивном праве: в споре о симуляции стороны соответствующей сделки должны быть лишены возможности ссылаться на свидетельские показания (см. раздел 2.9). В таком случае в отсутствие у продавца письменных свидетельств мнимости (т.е. фактически отдельного соглашения, фиксирующего реальную волю сторон) покупатель сможет не волноваться насчет того, что суд, несмотря на прошедшие 30 лет с момента совершения сделки, по какой-то причине сочтет позицию продавца более убедительной.
Статья: Защита прав кредитора от возможных злоупотреблений правом со стороны должника и финансового управляющего в деле о банкротстве физического лица
(Кудинова М.С.)
("Арбитражные споры", 2022, N 4)В Определении СКЭС ВС РФ от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784 сформулирована следующая правовая позиция: если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.
(Кудинова М.С.)
("Арбитражные споры", 2022, N 4)В Определении СКЭС ВС РФ от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784 сформулирована следующая правовая позиция: если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.
Статья: Процедура установления требований кредиторов в банкротстве: актуальные проблемы
(Стельмах А.В., Есманский А.А.)
("Арбитражные споры", 2021, N 3)2. В соответствии с позицией, выраженной в пункте 20 Обзора судебной практики ВС РФ N 5(2017), утвержденного Президиумом ВС РФ 27 декабря 2017 года, если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.
(Стельмах А.В., Есманский А.А.)
("Арбитражные споры", 2021, N 3)2. В соответствии с позицией, выраженной в пункте 20 Обзора судебной практики ВС РФ N 5(2017), утвержденного Президиумом ВС РФ 27 декабря 2017 года, если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.