1.3. Эпидемиология заболевания или состояния (группы заболеваний или состояний)

Недостаточность питания (НП) у детей продолжает оставаться актуальной проблемой мирового здравоохранения. По данным ВОЗ, в мире в 2022 г. истощение определялось у 45 млн. (6,8%) детей в возрасте до 5 лет, в том числе тяжелой степени у 13,6 млн., задержка роста отмечалась у 148,1 млн. (22,3%) детей [11].

В экономически развитых странах Европейского союза распространенность НП среди пациентов, обращающихся за медицинской помощью в педиатрические клиники колеблется от 2,4% до 26% [12, 13].

По данным метаанализа 22 опубликованных обзоров - в детских стационарах хирургического профиля риски развития нутритивной недостаточности имели место у 25 - 90% госпитализированных пациентов [14, 15].

Распространенность НП, ассоциированной с заболеваниями, зависит от характера нозологии. Лидирующие позиции принадлежат пациентам онкологического профиля, а также - с врожденной патологией ЦНС, среди которых НП составляет от 40% до 80% [16].

По результатам оценки распространенности дефицита массы тела у детей и подростков в России с использованием мета-анализа опубликованных данных научных исследований за 2011 - 2023 год в РФ установлено, что в встречаемость дефицита массы тела среди различных групп детского населения варьирует от 3% до 29%; недостаточности питания - от 0,6% до 12,5% [17].

Белково-энергетическая недостаточность - один из вариантов недостаточности питания, которая может быть представлена более широким симптомокомплексом и нередко сопровождается другими пищевыми дефицитами, например, дефицитом микронутриентов и др. Наиболее часто у таких пациентов выявляется дефицит железа, жирорастворимых витаминов, и цинка. При белково-энергетической недостаточности также может наблюдаться дефицит водорастворимых витаминов, минералов и микроэлементов, что определяется как региональными особенностями, так и длительностью недостаточности питания [18].

По данным проведенного в ФГАУ "НМИЦ здоровья детей" Минздрава России исследования, ассоциированная с соматическими, неврологическими и хирургическими заболеваниями недостаточность питания имеет высокую частоту - 14,6% и зависит от нозологии и возраста детей. Высокая частота НП определяется у пациентов с болезнями нервной системы (43,8%), кардиологическими заболеваниями (33,3%), болезнями ЖКТ (19,5%). Наличие НП - неблагоприятный фактор увеличения продолжительности госпитализации, которая в 1,3 раза выше, чем у детей с адекватным нутритивным статусом [19].

Особую группу представляют пациенты с заболеваниями нервной системы

У этих пациентов отмечаются гипорексия, нарушения аппетита, нарушение процесса кормления (оромоторная дисфункция), нарушения функционирования ЖКТ (ферментопатии, мальабсорбция, в т.ч., ятрогенная, ГЭР и др.) (Приложение А3.1)

В исследовании Гандаевой Л.А. (2016) показано, что НП выявлялась почти у половины (45%) детей с хронической сердечной недостаточностью (ХСН). Острая НП наблюдалась у 55% детей с кардиомиопатиями (КМП), у 28% пациентов с врожденными пороками сердца (ВПС), хроническая НП - у 3% и 14% детей, соответственно [20]

Среди пациентов с аганглиозом толстой кишки, поступивших на хирургическое лечение, недостаточность питания выявлена у 54% больных, при этом острая НП - у 38% пациентов, хроническая - у 16% детей [21].

Соколовым И. установлено, что при поступлении в стационар у 60% детей с муковисцидозом выявлена недостаточность питания, при этом острая форма НП - у 41%, хроническая - у 19% [22].

По данным проведенного Федорушкиной Н.А. исследования (2023), у большинства детей со спастическими формами детского церебрального паралича выявлена недостаточность питания - 53% (легкая 6,2%, умеренная 8,8%, тяжелая 38%), задержка роста у 25% пациентов. У пациентов с тяжелыми двигательными нарушениями (GMFCS IV - V) недостаточность питания встречалась в 2,2 раза чаще (p < 0,001), чем у детей с легкими и умеренными двигательными нарушениями (GMFCS I - III) - 72% и 32%, соответственно [23].