Возбуждение дела о клевете
Подборка наиболее важных документов по запросу Возбуждение дела о клевете (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Важнейшая практика по ст. 128.1 УК РФМожно заявить иск о защите чести, достоинства, деловой репутации, даже если в возбуждении уголовного дела о клевете отказано, дело прекращено или по нему вынесен приговор >>>
Позиции судов по спорным вопросам. Административная ответственность и проверки: Административная ответственность за клевету
(КонсультантПлюс, 2026)Привлечение гражданина к уголовной ответственности по ст. 128.1 УК РФ за клевету не препятствует возбуждению дела об административном правонарушении по ст. 5.61.1 КоАП РФ в отношении юридического лица - СМИ, разместившего информацию
(КонсультантПлюс, 2026)Привлечение гражданина к уголовной ответственности по ст. 128.1 УК РФ за клевету не препятствует возбуждению дела об административном правонарушении по ст. 5.61.1 КоАП РФ в отношении юридического лица - СМИ, разместившего информацию
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Ситуация: Что делать, если в СМИ размещены сведения, порочащие честь и достоинство гражданина?
("Электронный журнал "Азбука права", 2026)Так, в частности, если действия лица, распространившего в СМИ не соответствующие действительности порочащие сведения, содержат признаки преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 128.1 УК РФ, вы вправе обратиться в органы внутренних дел (полицию) с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту клеветы (ч. 2 ст. 128.1 УК РФ; п. 1 ч. 1 ст. 40, п. 1 ч. 3 ст. 150 УПК РФ).
("Электронный журнал "Азбука права", 2026)Так, в частности, если действия лица, распространившего в СМИ не соответствующие действительности порочащие сведения, содержат признаки преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 128.1 УК РФ, вы вправе обратиться в органы внутренних дел (полицию) с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту клеветы (ч. 2 ст. 128.1 УК РФ; п. 1 ч. 1 ст. 40, п. 1 ч. 3 ст. 150 УПК РФ).
Статья: Право быть забытым: Европейский суд по правам человека в поисках необходимого баланса
(Оганесян Т.Д.)
("Международное правосудие", 2022, N 1)Г-н Эйнарссон возбудил дело о клевете в окружном суде Рейкьявика в декабре 2012 года, добиваясь наказания X в соответствии с Уголовным кодексом за изменение изображения и публикацию его в Instagram с соответствующей подписью. Окружной суд отклонил иск г-на Эйнарссона в ноябре 2013 года. Решение было оставлено в силе Верховным судом в ноябре 2014 года. Верховный суд пришел к выводу, что замечания X были не констатацией факта, а оценочным суждением.
(Оганесян Т.Д.)
("Международное правосудие", 2022, N 1)Г-н Эйнарссон возбудил дело о клевете в окружном суде Рейкьявика в декабре 2012 года, добиваясь наказания X в соответствии с Уголовным кодексом за изменение изображения и публикацию его в Instagram с соответствующей подписью. Окружной суд отклонил иск г-на Эйнарссона в ноябре 2013 года. Решение было оставлено в силе Верховным судом в ноябре 2014 года. Верховный суд пришел к выводу, что замечания X были не констатацией факта, а оценочным суждением.
Статья: Ответственность за клевету и диффамацию в сенатской практике 1870 - 1890-х годов
(Верещагин А.Н.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2022, N 3)Дальнейшее смягчение позиции Сената по вопросу о преследовании за клевету можно видеть в его решении по делу Шанявского с Дорном (1892 год N 10). Если в деле Федорова профессиональную привилегию получили редакторы, то в деле Дорна Сенат распространил ее на адвокатов. Фактическая основа дела Дорна может быть сведена к следующему. Присяжный поверенный Дорн защищал интересы вдовы Шестовой против опеки, учрежденной над делами золотопромышленной компании Шестова и Колесникова. Членом опеки был генерал-майор А.Л. Шанявский (именем которого впоследствии назовут известный "народный университет", открытый на его средства). В своей речи, произнесенной перед Московским окружным судом, Дорн обвинил опеку в злоупотреблениях и просил о передаче дела в уголовный суд, полагая Шанявского видным участником этих злоупотреблений. Речь Дорна была стенографирована, стенограмма им исправлена и затем с его ведома и желания опубликована в газете "Новости" <45>. После этого Шанявский возбудил против Дорна дело о клевете. Главный вопрос, стало быть, заключался в том, каковы пределы свободы адвокатского слова. Окружной суд Дорна оправдал; судебная палата, напротив, приговорила к тюремному заключению на три месяца <46>. По кассационной жалобе защитника Дорна, В.Д. Спасовича, дело поступило в Сенат, где и слушалось 18 февраля 1892 года при огромном стечении публики. По словам репортера "Судебной газеты", "в деле Дорна подсудимым являлся не он один - вся адвокатура чувствовала себя отданною на суд Сената" <47>. К тому же пресса находила, что адвокатура находится в неравном положении с обвинением: "Спрашивается, - в каком положении оказалось бы дело правосудия, если бы все те прокуроры, которые громят своими речами подсудимых, знали, что оправданный подсудимый может привлечь их к суду за клевету? Ведь прокуроры, не всегда свободные от увлечений и гипербол, до сих пор были свободны от этого страха и, конечно, нельзя сказать, чтобы их отзывы о подсудимых грешили излишнею мягкостью. <...> Нам кажется, что звание присяжного поверенного должно было бы пользоваться теми же гарантиями в глазах каждого, а в особенности - в глазах суда" <48>.
(Верещагин А.Н.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2022, N 3)Дальнейшее смягчение позиции Сената по вопросу о преследовании за клевету можно видеть в его решении по делу Шанявского с Дорном (1892 год N 10). Если в деле Федорова профессиональную привилегию получили редакторы, то в деле Дорна Сенат распространил ее на адвокатов. Фактическая основа дела Дорна может быть сведена к следующему. Присяжный поверенный Дорн защищал интересы вдовы Шестовой против опеки, учрежденной над делами золотопромышленной компании Шестова и Колесникова. Членом опеки был генерал-майор А.Л. Шанявский (именем которого впоследствии назовут известный "народный университет", открытый на его средства). В своей речи, произнесенной перед Московским окружным судом, Дорн обвинил опеку в злоупотреблениях и просил о передаче дела в уголовный суд, полагая Шанявского видным участником этих злоупотреблений. Речь Дорна была стенографирована, стенограмма им исправлена и затем с его ведома и желания опубликована в газете "Новости" <45>. После этого Шанявский возбудил против Дорна дело о клевете. Главный вопрос, стало быть, заключался в том, каковы пределы свободы адвокатского слова. Окружной суд Дорна оправдал; судебная палата, напротив, приговорила к тюремному заключению на три месяца <46>. По кассационной жалобе защитника Дорна, В.Д. Спасовича, дело поступило в Сенат, где и слушалось 18 февраля 1892 года при огромном стечении публики. По словам репортера "Судебной газеты", "в деле Дорна подсудимым являлся не он один - вся адвокатура чувствовала себя отданною на суд Сената" <47>. К тому же пресса находила, что адвокатура находится в неравном положении с обвинением: "Спрашивается, - в каком положении оказалось бы дело правосудия, если бы все те прокуроры, которые громят своими речами подсудимых, знали, что оправданный подсудимый может привлечь их к суду за клевету? Ведь прокуроры, не всегда свободные от увлечений и гипербол, до сих пор были свободны от этого страха и, конечно, нельзя сказать, чтобы их отзывы о подсудимых грешили излишнею мягкостью. <...> Нам кажется, что звание присяжного поверенного должно было бы пользоваться теми же гарантиями в глазах каждого, а в особенности - в глазах суда" <48>.
Статья: Латентная диффамация: правонарушение с "творческим" подходом
(Парыгина Н.Н.)
("Закон", 2024, N 7)Литературное очернение образа конкретного ныне здравствующего или жившего ранее субъекта возможно и тогда, когда он лишь упоминается рассказчиком или его персонажами. В 2010 году в Казани было возбуждено уголовное дело по факту клеветы в пьесе, опубликованной в научно-популярном журнале. Авторы пьесы представили Героя Советского Союза, известного татарского поэта Мусу Залилова (Мусу Джалиля по литературному псевдониму) как пособника Гитлера. Утверждения о вступлении поэта в фашистскую партию, его назначении депутатом Третьего рейха, о создании им хвалебных сочинений в честь фюрера и о его мнимом избавлении от казни за заслуги перед последним были вложены в уста действующих лиц произведения. Специалисты Института языка, литературы и искусства имени Г. Ибрагимова, исследовавшие текст пьесы, признали отраженные в ней сведения заведомо ложными, порочащими честь и достоинство героя войны, подрывающими его репутацию <4>.
(Парыгина Н.Н.)
("Закон", 2024, N 7)Литературное очернение образа конкретного ныне здравствующего или жившего ранее субъекта возможно и тогда, когда он лишь упоминается рассказчиком или его персонажами. В 2010 году в Казани было возбуждено уголовное дело по факту клеветы в пьесе, опубликованной в научно-популярном журнале. Авторы пьесы представили Героя Советского Союза, известного татарского поэта Мусу Залилова (Мусу Джалиля по литературному псевдониму) как пособника Гитлера. Утверждения о вступлении поэта в фашистскую партию, его назначении депутатом Третьего рейха, о создании им хвалебных сочинений в честь фюрера и о его мнимом избавлении от казни за заслуги перед последним были вложены в уста действующих лиц произведения. Специалисты Института языка, литературы и искусства имени Г. Ибрагимова, исследовавшие текст пьесы, признали отраженные в ней сведения заведомо ложными, порочащими честь и достоинство героя войны, подрывающими его репутацию <4>.