Терроризм это
Подборка наиболее важных документов по запросу Терроризм это (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Терроризм: понятие и противодействие
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Понятие террористической деятельности
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2026)Понятие террористической деятельности
Статья: Как банк следит за своими клиентами по "антиотмывочному" Закону (комментарий к Закону от 21.04.2025 N 88-ФЗ)
(Елина Л.А.)
("Главная книга", 2025, N 18)Банки обязаны отслеживать сомнительные операции клиентов, бороться с легализацией преступных доходов и с финансированием терроризма. Это предписывает делать "антиотмывочный" Закон N 115-ФЗ, а также масса методичек и указаний Центробанка. Вспомним, что на контроле у банков. А также разберем, как с 20 августа изменился перечень сомнительных операций, за которыми они должны следить.
(Елина Л.А.)
("Главная книга", 2025, N 18)Банки обязаны отслеживать сомнительные операции клиентов, бороться с легализацией преступных доходов и с финансированием терроризма. Это предписывает делать "антиотмывочный" Закон N 115-ФЗ, а также масса методичек и указаний Центробанка. Вспомним, что на контроле у банков. А также разберем, как с 20 августа изменился перечень сомнительных операций, за которыми они должны следить.
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 3 "Основные понятия" Федерального закона "О противодействии терроризму""Основные принципы противодействия терроризму, правовые и организационные основы профилактики терроризма и борьбы с ним, минимизации и (или) ликвидации последствий проявлений терроризма, а также правовые и организационные основы применения Вооруженных Сил Российской Федерации в борьбе с терроризмом установлены Федеральным законом от 06.03.2006 N 35-ФЗ "О противодействии терроризму", статьей 3 которого закреплено, что противодействие терроризму - это деятельность органов государственной власти и органов местного самоуправления, а также физических и юридических лиц по предупреждению терроризма, в том числе по выявлению и последующему устранению причин и условий, способствующих совершению террористических актов (профилактика терроризма).
Подборка судебных решений за 2026 год: Статья 3 "Основные понятия" Федерального закона "О противодействии терроризму""Исходя из пункта 6 статьи 3 Закона N 35-ФЗ антитеррористическая защищенность объекта (территории) - состояние защищенности здания, строения, сооружения, иного объекта, места массового пребывания людей, препятствующее совершению террористического акта. При этом под местом массового пребывания людей понимается территория общего пользования поселения или городского округа, либо специально отведенная территория за их пределами, либо место общего пользования в здании, строении, сооружении, на ином объекте, на которых при определенных условиях может одновременно находиться более пятидесяти человек.
Нормативные акты
Федеральный закон от 06.03.2006 N 35-ФЗ
(ред. от 25.05.2026)
"О противодействии терроризму"2) террористическая деятельность - деятельность, включающая в себя:
(ред. от 25.05.2026)
"О противодействии терроризму"2) террористическая деятельность - деятельность, включающая в себя:
Статья: О месте административного судопроизводства в механизме противодействия вовлечения молодежи в экстремистскую и террористическую деятельность
(Незнамов А.В., Незнамова З.А.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 6)Следовательно, построение правового механизма противодействия экстремизму и терроризму - это всегда поиск баланса между правами конкретного гражданина/объединения граждан (как материальными, так и процессуальными) и интересами всего общества. Если первые требуют максимально прозрачного и состязательного (а значит - сложного, продолжительного и дорогого) разбирательства, то вторые, напротив, требуют максимальной оперативности, что склоняет такую процедуру к следственным началам, простоте процедурных правил и непрозрачности. Как видно, создать процедуру, одновременно удовлетворяющую и тем и другим требованиям, довольно проблематично. Поэтому в случае с противодействием экстремизму и терроризму, полагаем, должен иметь место определенный компромисс.
(Незнамов А.В., Незнамова З.А.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 6)Следовательно, построение правового механизма противодействия экстремизму и терроризму - это всегда поиск баланса между правами конкретного гражданина/объединения граждан (как материальными, так и процессуальными) и интересами всего общества. Если первые требуют максимально прозрачного и состязательного (а значит - сложного, продолжительного и дорогого) разбирательства, то вторые, напротив, требуют максимальной оперативности, что склоняет такую процедуру к следственным началам, простоте процедурных правил и непрозрачности. Как видно, создать процедуру, одновременно удовлетворяющую и тем и другим требованиям, довольно проблематично. Поэтому в случае с противодействием экстремизму и терроризму, полагаем, должен иметь место определенный компромисс.
Статья: Концептуальные основы и правовое регулирование противодействия дезинформации: сравнительный анализ через призму междисциплинарности
(Дискин Е.И.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2025, N 3)Перечисленные статьи УК РФ криминализуют распространение различных видов недостоверной информации, но каждый раз предлагается новое определение вместо использования единого понятия "дезинформация". В каких-то случаях, когда речь идет о пропаганде терроризма, это оправданно (ст. 205.1 УК РФ). В других ситуациях это явно избыточно и громоздко, например в статье 207.1 УК РФ: публичное распространение заведомо ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан; в статье 207.2: публичное распространение заведомо ложной общественно значимой информации, повлекшее тяжкие последствия.
(Дискин Е.И.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2025, N 3)Перечисленные статьи УК РФ криминализуют распространение различных видов недостоверной информации, но каждый раз предлагается новое определение вместо использования единого понятия "дезинформация". В каких-то случаях, когда речь идет о пропаганде терроризма, это оправданно (ст. 205.1 УК РФ). В других ситуациях это явно избыточно и громоздко, например в статье 207.1 УК РФ: публичное распространение заведомо ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан; в статье 207.2: публичное распространение заведомо ложной общественно значимой информации, повлекшее тяжкие последствия.
"Комментарий к Федеральному закону от 19 июля 2007 г. N 196-ФЗ "О ломбардах"
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Борисов А.Н.)
("Юстицинформ", 2025)Соответствующим актом является Указание Банка России от 5 декабря 2014 г. N 3470-У "О квалификационных требованиях к специальным должностным лицам, ответственным за реализацию правил внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма в некредитных финансовых организациях" <69>, которое согласно его вводной части (в ред. Указания Банка России от 24 декабря 2019 г. N 5372-У <70>) на основании Федерального закона "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (наименование в ред. Федерального закона от 30 октября 2002 г. N 131-ФЗ) и Закона о Банке России устанавливает квалификационные требования к специальным должностным лицам, ответственным за реализацию правил внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма (при этом в юридико-технических целях введено обозначение "ПОД/ФТ") в организациях, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, указанных в ст. 5 Федерального закона "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (за исключением кредитных организаций), регулирование, контроль и надзор за которыми в соответствии с законодательством РФ осуществляет Банк России.
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Борисов А.Н.)
("Юстицинформ", 2025)Соответствующим актом является Указание Банка России от 5 декабря 2014 г. N 3470-У "О квалификационных требованиях к специальным должностным лицам, ответственным за реализацию правил внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма в некредитных финансовых организациях" <69>, которое согласно его вводной части (в ред. Указания Банка России от 24 декабря 2019 г. N 5372-У <70>) на основании Федерального закона "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (наименование в ред. Федерального закона от 30 октября 2002 г. N 131-ФЗ) и Закона о Банке России устанавливает квалификационные требования к специальным должностным лицам, ответственным за реализацию правил внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма (при этом в юридико-технических целях введено обозначение "ПОД/ФТ") в организациях, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, указанных в ст. 5 Федерального закона "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (за исключением кредитных организаций), регулирование, контроль и надзор за которыми в соответствии с законодательством РФ осуществляет Банк России.
"Комментарий к отдельным положениям Уголовного кодекса Российской Федерации в решениях Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ"
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Х. распространил среди знакомых ему, в том числе А., с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети Интернет, материалы и информацию, направленные на формирование у них идеологии терроризма, убежденности в ее привлекательности и представления о допустимости осуществления террористической деятельности. Судебная коллегия приговор изменила: исключила из приговора осуждение Х. по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ, смягчив наказание за каждое преступление и по их совокупности, указав следующее. Признавая Х. виновным в пропаганде терроризма с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети Интернет, суд исходил из того, что осужденный распространял среди четырех лиц, в том числе А., материалы и информацию, направленные на формирование у названных лиц идеологии терроризма, убежденности в ее привлекательности и представления о допустимости осуществления террористической деятельности. Виновность осужденного в инкриминируемом ему деянии суд обосновал показаниями свидетелей о том, что Х. в ходе переписки с ними посредством электронных сетей направлял им различные материалы и информацию о привлекательности идей радикального ислама, необходимости поддержки лиц, принимавших участие в боевых действиях в Сирии на стороне международной террористической организации "ИГИЛ". Согласно заключениям экспертов осужденный, кроме того, оставлял положительные и одобрительные отзывы и комментарии к направленным материалам, высказывал собственное мнение о правильности и целесообразности деятельности участников и руководства незаконных вооруженных формирований и запрещенных в РФ международных террористических организаций, демонстрировал собственный интерес к деятельности международных террористических организаций и лиц, осуществлявших и осуществляющих террористические акты и вооруженную религиозную борьбу, выражал свою приверженность идеологии запрещенной международной террористической организации "ИГИЛ", а также свое желание и готовность совершить джихад. Суд пришел к правильному выводу о том, что Х. пропагандировал среди своих знакомых, за исключением А., терроризм. При этом суд правомерно исходил из того, что под пропагандой терроризма понимается деятельность по распространению материалов и (или) информации, направленных на формирование у лица идеологии терроризма, убежденности в ее привлекательности либо представления о допустимости осуществления террористической деятельности, как это изложено в примечании 1.1 к ст. 205.2 УК РФ. Содержание данного примечания указывает на то, что пропаганда терроризма не требует установления публичности, в отличие от публичных призывов к осуществлению террористической деятельности и публичного оправдания терроризма, входящих в объективную сторону преступления. Следовательно, уголовная ответственность за пропаганду терроризма может иметь место и в том случае, если указанные действия направлены на формирование идеологии терроризма и соответствующие мировоззренческие установки даже у одного человека. При этом согласно примечанию 1.1 к ст. 205.2 УК РФ действия лица, пропагандирующего терроризм, направлены на лиц, у которых идеология терроризма и убежденность в ее привлекательности не сформированы, а представление о допустимости осуществления террористической деятельности отсутствует. Именно в возможности изменения мировоззрения лиц, на которых направлена пропаганда терроризма, заключается общественная опасность данного преступления. В свою очередь, лица, у которых названная идеология сформирована, убеждены в ее привлекательности и допускают осуществление террористической деятельности, не могут являться участниками данных правоотношений, поскольку эта система взглядов и идей сформирована не субъектом данного конкретного преступления и до него. Между тем на момент начала переписки Х. с А. последний имел ярко выраженную систему взглядов и идей террористической направленности. При таких данных вывод суда о пропаганде Х. терроризма в отношении А. не подтверждается доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, в связи с чем приговор в части осуждения Х. по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ (эпизод в отношении А.) нельзя признать законным, приговор в этой части подлежит изменению, а указанное обвинение - исключению (Определение N 201-АПУ19-36) <1000>.
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Х. распространил среди знакомых ему, в том числе А., с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети Интернет, материалы и информацию, направленные на формирование у них идеологии терроризма, убежденности в ее привлекательности и представления о допустимости осуществления террористической деятельности. Судебная коллегия приговор изменила: исключила из приговора осуждение Х. по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ, смягчив наказание за каждое преступление и по их совокупности, указав следующее. Признавая Х. виновным в пропаганде терроризма с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети Интернет, суд исходил из того, что осужденный распространял среди четырех лиц, в том числе А., материалы и информацию, направленные на формирование у названных лиц идеологии терроризма, убежденности в ее привлекательности и представления о допустимости осуществления террористической деятельности. Виновность осужденного в инкриминируемом ему деянии суд обосновал показаниями свидетелей о том, что Х. в ходе переписки с ними посредством электронных сетей направлял им различные материалы и информацию о привлекательности идей радикального ислама, необходимости поддержки лиц, принимавших участие в боевых действиях в Сирии на стороне международной террористической организации "ИГИЛ". Согласно заключениям экспертов осужденный, кроме того, оставлял положительные и одобрительные отзывы и комментарии к направленным материалам, высказывал собственное мнение о правильности и целесообразности деятельности участников и руководства незаконных вооруженных формирований и запрещенных в РФ международных террористических организаций, демонстрировал собственный интерес к деятельности международных террористических организаций и лиц, осуществлявших и осуществляющих террористические акты и вооруженную религиозную борьбу, выражал свою приверженность идеологии запрещенной международной террористической организации "ИГИЛ", а также свое желание и готовность совершить джихад. Суд пришел к правильному выводу о том, что Х. пропагандировал среди своих знакомых, за исключением А., терроризм. При этом суд правомерно исходил из того, что под пропагандой терроризма понимается деятельность по распространению материалов и (или) информации, направленных на формирование у лица идеологии терроризма, убежденности в ее привлекательности либо представления о допустимости осуществления террористической деятельности, как это изложено в примечании 1.1 к ст. 205.2 УК РФ. Содержание данного примечания указывает на то, что пропаганда терроризма не требует установления публичности, в отличие от публичных призывов к осуществлению террористической деятельности и публичного оправдания терроризма, входящих в объективную сторону преступления. Следовательно, уголовная ответственность за пропаганду терроризма может иметь место и в том случае, если указанные действия направлены на формирование идеологии терроризма и соответствующие мировоззренческие установки даже у одного человека. При этом согласно примечанию 1.1 к ст. 205.2 УК РФ действия лица, пропагандирующего терроризм, направлены на лиц, у которых идеология терроризма и убежденность в ее привлекательности не сформированы, а представление о допустимости осуществления террористической деятельности отсутствует. Именно в возможности изменения мировоззрения лиц, на которых направлена пропаганда терроризма, заключается общественная опасность данного преступления. В свою очередь, лица, у которых названная идеология сформирована, убеждены в ее привлекательности и допускают осуществление террористической деятельности, не могут являться участниками данных правоотношений, поскольку эта система взглядов и идей сформирована не субъектом данного конкретного преступления и до него. Между тем на момент начала переписки Х. с А. последний имел ярко выраженную систему взглядов и идей террористической направленности. При таких данных вывод суда о пропаганде Х. терроризма в отношении А. не подтверждается доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, в связи с чем приговор в части осуждения Х. по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ (эпизод в отношении А.) нельзя признать законным, приговор в этой части подлежит изменению, а указанное обвинение - исключению (Определение N 201-АПУ19-36) <1000>.
Статья: Совершение преступления с публичной демонстрацией: анализ законодательных новелл
(Дубовиченко С.В.)
("Российская юстиция", 2026, N 2)Довольно спорным видится включение признака публичной демонстрации в качестве квалифицирующего в состав похищения человека и незаконного лишения свободы. Публичность не является характерной чертой этих преступлений, похитители, как правило, пытаются избежать распространения информации о факте похищения. Типично требование к родственникам похищенного не обращаться в полицию и никому не сообщать о факте похищения; публичное обнародование факта похищения скорее свидетельствует о провале плана преступления. Вместе с тем публичный характер действий свойствен объективной стороне захвата заложника, где террористы, напротив, пытаются максимально широко освещать свои действия и заинтересованы в публичном распространении информации о заложниках, чтобы добиться выполнения своих требований. Не случайно в научной литературе в качестве одного из признаков, позволяющих разграничить похищение человека и захват заложника, предложена форма предъявления требований: для похищения человека требования предъявляются тайно, а при захвате заложника - публично. Терроризм - это театр насилия, где главная цель - не только жертвы, а реакция общества и власти. Терроризм рассчитан на зрителя, поэтому для него характерны демонстративность, использование СМИ и современных средств коммуникации. Обычные похитители, наоборот, всячески пытаются избежать огласки, чтобы не сорвать переговоры о выкупе. Включение признака публичной демонстрации в нормы о похищении человека и незаконном лишении свободы стирают границы этих преступлений и норм об ответственности за захват заложника, поскольку похищение с публичной демонстрацией, по сути, превращается в захват заложника. Похищение человека и незаконное лишение свободы - менее опасные преступления, чем захват заложника, а признак публичности в этих составах создает риск переквалификации захвата заложника на менее опасное. Таким образом, законодатель, ставя цель ужесточить ответственность за похищение человека и незаконное лишение свободы, сопряженное с публичной демонстрацией, добился снижения ответственности и усложнения процесса разграничения смежных составов преступлений.
(Дубовиченко С.В.)
("Российская юстиция", 2026, N 2)Довольно спорным видится включение признака публичной демонстрации в качестве квалифицирующего в состав похищения человека и незаконного лишения свободы. Публичность не является характерной чертой этих преступлений, похитители, как правило, пытаются избежать распространения информации о факте похищения. Типично требование к родственникам похищенного не обращаться в полицию и никому не сообщать о факте похищения; публичное обнародование факта похищения скорее свидетельствует о провале плана преступления. Вместе с тем публичный характер действий свойствен объективной стороне захвата заложника, где террористы, напротив, пытаются максимально широко освещать свои действия и заинтересованы в публичном распространении информации о заложниках, чтобы добиться выполнения своих требований. Не случайно в научной литературе в качестве одного из признаков, позволяющих разграничить похищение человека и захват заложника, предложена форма предъявления требований: для похищения человека требования предъявляются тайно, а при захвате заложника - публично. Терроризм - это театр насилия, где главная цель - не только жертвы, а реакция общества и власти. Терроризм рассчитан на зрителя, поэтому для него характерны демонстративность, использование СМИ и современных средств коммуникации. Обычные похитители, наоборот, всячески пытаются избежать огласки, чтобы не сорвать переговоры о выкупе. Включение признака публичной демонстрации в нормы о похищении человека и незаконном лишении свободы стирают границы этих преступлений и норм об ответственности за захват заложника, поскольку похищение с публичной демонстрацией, по сути, превращается в захват заложника. Похищение человека и незаконное лишение свободы - менее опасные преступления, чем захват заложника, а признак публичности в этих составах создает риск переквалификации захвата заложника на менее опасное. Таким образом, законодатель, ставя цель ужесточить ответственность за похищение человека и незаконное лишение свободы, сопряженное с публичной демонстрацией, добился снижения ответственности и усложнения процесса разграничения смежных составов преступлений.
Готовое решение: Как пользоваться цифровым рублем и отражать в учете операции с ним
(КонсультантПлюс, 2026)могут отказать в совершении операции, если есть подозрения, что она осуществляется в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма. Однако по этой причине участник платформы не вправе отказать в выводе средств со счета цифрового рубля на банковский счет (направлении их на увеличение остатка ЭДС) (п. 11 ст. 7 указанного Закона).
(КонсультантПлюс, 2026)могут отказать в совершении операции, если есть подозрения, что она осуществляется в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма. Однако по этой причине участник платформы не вправе отказать в выводе средств со счета цифрового рубля на банковский счет (направлении их на увеличение остатка ЭДС) (п. 11 ст. 7 указанного Закона).
"Легализация результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовном процессе Российской Федерации: монография"
(под общ. ред. Д.В. Фетищева)
("Проспект", 2025)И лишь в одной научной публикации обнаруживаем попытку разграничения между понятиями "экстремизм" и "терроризм": "Экстремизм и терроризм соотносятся между собой следующим образом: экстремизм предполагает убежденность в "правоте" положений определенной экстремистской идеологии и готовность к действию, а терроризм - это стратегия претворения в действительность положений такой идеологии с использованием террора" <1>.
(под общ. ред. Д.В. Фетищева)
("Проспект", 2025)И лишь в одной научной публикации обнаруживаем попытку разграничения между понятиями "экстремизм" и "терроризм": "Экстремизм и терроризм соотносятся между собой следующим образом: экстремизм предполагает убежденность в "правоте" положений определенной экстремистской идеологии и готовность к действию, а терроризм - это стратегия претворения в действительность положений такой идеологии с использованием террора" <1>.
Статья: Пропаганда терроризма (ст. 205.2 УК РФ): некоторые особенности объективной стороны
(Днепровская М.А., Абрамитов С.А.)
("Уголовное право", 2025, N 10)В какой момент пропаганда терроризма считается оконченной и является ли публичность обязательным признаком, ее характеризующим? Имеет ли значение количество лиц, у которых сформировалась убежденность в привлекательности идеологии терроризма либо представление о допустимости осуществления террористической деятельности? Пропаганда терроризма - это совокупность действий, деятельность, совершаемая системно по распространению информации, направленной на формирование у лица идеологии терроризма, убежденности в ее привлекательности либо представления о допустимости осуществления террористической деятельности, или же действие такого рода, совершенное однократно? Влияет ли на квалификацию деяния по признакам преступления, предусмотренного в ч. 2 ст. 205.2 УК РФ, удаление материалов, которые могли сформировать у лица идеологию терроризма, убежденность в ее привлекательности либо представление о допустимости осуществления террористической деятельности, в информационно-телекоммуникационных сетях и средствах массовой информации?
(Днепровская М.А., Абрамитов С.А.)
("Уголовное право", 2025, N 10)В какой момент пропаганда терроризма считается оконченной и является ли публичность обязательным признаком, ее характеризующим? Имеет ли значение количество лиц, у которых сформировалась убежденность в привлекательности идеологии терроризма либо представление о допустимости осуществления террористической деятельности? Пропаганда терроризма - это совокупность действий, деятельность, совершаемая системно по распространению информации, направленной на формирование у лица идеологии терроризма, убежденности в ее привлекательности либо представления о допустимости осуществления террористической деятельности, или же действие такого рода, совершенное однократно? Влияет ли на квалификацию деяния по признакам преступления, предусмотренного в ч. 2 ст. 205.2 УК РФ, удаление материалов, которые могли сформировать у лица идеологию терроризма, убежденность в ее привлекательности либо представление о допустимости осуществления террористической деятельности, в информационно-телекоммуникационных сетях и средствах массовой информации?
"Комментарий к Федеральному закону от 31 июля 2025 г. N 283-ФЗ "О деятельности по предоставлению сервиса рассрочки"
(постатейный)
(Борисов А.Н.)
("Юстицинформ", 2026)На основании данных положений Постановлением Правительства РФ от 6 августа 2015 г. N 804 утверждены Правила определения перечня организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму, и доведения этого перечня до сведения организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, других юридических лиц, а также физических лиц (наименование в ред. Постановления Правительства РФ от 15 октября 2020 г. N 1692) <48>;
(постатейный)
(Борисов А.Н.)
("Юстицинформ", 2026)На основании данных положений Постановлением Правительства РФ от 6 августа 2015 г. N 804 утверждены Правила определения перечня организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму, и доведения этого перечня до сведения организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, других юридических лиц, а также физических лиц (наименование в ред. Постановления Правительства РФ от 15 октября 2020 г. N 1692) <48>;
Тематический выпуск: Налог на имущество, земельный и транспортный налог: Актуальные вопросы из практики консультирования
(под ред. А.В. Брызгалина)
("Налоги и финансовое право", 2024, N 10)Вместе с тем согласно п. 2.1 ст. 7.1 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (далее - Закон) аудиторские организации, индивидуальные аудиторы при оказании аудиторских услуг при наличии любых оснований полагать, что сделки или финансовые операции аудируемого лица могли или могут быть осуществлены в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма, обязаны уведомить об этом уполномоченный орган.
(под ред. А.В. Брызгалина)
("Налоги и финансовое право", 2024, N 10)Вместе с тем согласно п. 2.1 ст. 7.1 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (далее - Закон) аудиторские организации, индивидуальные аудиторы при оказании аудиторских услуг при наличии любых оснований полагать, что сделки или финансовые операции аудируемого лица могли или могут быть осуществлены в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма, обязаны уведомить об этом уполномоченный орган.