Судебная практика по ст. 207 УК РФ
Подборка наиболее важных документов по запросу Судебная практика по ст. 207 УК РФ (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Дискуссионные вопросы квалификации заведомо ложного доноса (ст. 306 УК РФ)
(Кургузкина Е.Б., Власова Н.А.)
("Российский следователь", 2026, N 1)Данная позиция законодателя подтверждается, например, редакцией ст. 207 УК РФ, в которой он вполне сознательно не предусматривает требование о предупреждении об уголовной ответственности за заведомо ложное сообщение об акте терроризма, так же как и в ст. 306 УК РФ за заведомо ложный донос. При этом к уголовной ответственности по ст. 207 УК РФ лица привлекаются вне зависимости от предварительного предупреждения их об уголовной ответственности за заведомо ложные сообщения об акте терроризма.
(Кургузкина Е.Б., Власова Н.А.)
("Российский следователь", 2026, N 1)Данная позиция законодателя подтверждается, например, редакцией ст. 207 УК РФ, в которой он вполне сознательно не предусматривает требование о предупреждении об уголовной ответственности за заведомо ложное сообщение об акте терроризма, так же как и в ст. 306 УК РФ за заведомо ложный донос. При этом к уголовной ответственности по ст. 207 УК РФ лица привлекаются вне зависимости от предварительного предупреждения их об уголовной ответственности за заведомо ложные сообщения об акте терроризма.
Статья: Медицинский блогинг в России: предупреждение преступлений и проблемы практической реализации действующих механизмов уголовной ответственности
(Габай П.Г.)
("Российский следователь", 2024, N 11)Например, в 2020 г. Симоновский районный суд города Москвы признал виновным по ст. 207.1 УК РФ блогера Андрея Тюняева (Решение Симоновского районного суда г. Москвы N 01-0285/2020). В соцсетях он публиковал видеоролики, в которых сообщал, что под видом лечения от коронавируса у пациентов изымаются здоровые органы.
(Габай П.Г.)
("Российский следователь", 2024, N 11)Например, в 2020 г. Симоновский районный суд города Москвы признал виновным по ст. 207.1 УК РФ блогера Андрея Тюняева (Решение Симоновского районного суда г. Москвы N 01-0285/2020). В соцсетях он публиковал видеоролики, в которых сообщал, что под видом лечения от коронавируса у пациентов изымаются здоровые органы.
Нормативные акты
<Письмо> ФССП России от 18.09.2014 N 00043/14/56151-ВВ
"О Методических рекомендациях"
(вместе с "Методическими рекомендациями по порядку назначения и производства судебных экспертиз в рамках доследственных проверок и расследования преступлений, подследственных Федеральной службе судебных приставов", утв. ФССП России 15.09.2014 N 0004/22)В зависимости от оснований назначения экспертизы могут быть первоначальными, дополнительными, повторными (ст. 207 УПК РФ).
"О Методических рекомендациях"
(вместе с "Методическими рекомендациями по порядку назначения и производства судебных экспертиз в рамках доследственных проверок и расследования преступлений, подследственных Федеральной службе судебных приставов", утв. ФССП России 15.09.2014 N 0004/22)В зависимости от оснований назначения экспертизы могут быть первоначальными, дополнительными, повторными (ст. 207 УПК РФ).
Статья: Уголовная ответственность за публичное распространение заведомо ложной общественно значимой информации, повлекшее тяжкие последствия
(Ильяшенко Е.А.)
("Российский следователь", 2023, N 5)Статья посвящена исследованию уголовно-правовой характеристики состава публичного распространения заведомо ложной общественно значимой информации, повлекшего тяжкие последствия. Изучены признаки объекта данного преступления и с учетом достижений современной уголовно-правовой науки определено, что основной непосредственный объект состава распространения ложной информации образуют общественные отношения, складывающиеся в связи с обеспечением достоверности общественно значимой информации. Обязательным признаком данного состава преступления выступает его предмет, который образует информация, являющаяся ложной и способной вызвать негативные процессы в обществе. При этом такая информация должна преподноситься под видом достоверной, однако законодательство и судебная практика не связывают достоверность информации исключительно с ее официальными источниками. В числе особенностей объективной стороны состава преступления, предусмотренного статьей 207.2 Уголовного кодекса Российской Федерации, находится публичный способ распространения соответствующей общественно значимой информации. В статье сформулированы рекомендации правоприменителю по вопросу установления признака публичности распространения. Указано на юридическое значение общественно опасных последствий анализируемого преступления и причинно-следственную связь с деянием. Определено, что субъектом распространения заведомо ложной информации может быть, в том числе, лицо, наделенное служебными полномочиями. Раскрыты особенности субъективной стороны этого преступления.
(Ильяшенко Е.А.)
("Российский следователь", 2023, N 5)Статья посвящена исследованию уголовно-правовой характеристики состава публичного распространения заведомо ложной общественно значимой информации, повлекшего тяжкие последствия. Изучены признаки объекта данного преступления и с учетом достижений современной уголовно-правовой науки определено, что основной непосредственный объект состава распространения ложной информации образуют общественные отношения, складывающиеся в связи с обеспечением достоверности общественно значимой информации. Обязательным признаком данного состава преступления выступает его предмет, который образует информация, являющаяся ложной и способной вызвать негативные процессы в обществе. При этом такая информация должна преподноситься под видом достоверной, однако законодательство и судебная практика не связывают достоверность информации исключительно с ее официальными источниками. В числе особенностей объективной стороны состава преступления, предусмотренного статьей 207.2 Уголовного кодекса Российской Федерации, находится публичный способ распространения соответствующей общественно значимой информации. В статье сформулированы рекомендации правоприменителю по вопросу установления признака публичности распространения. Указано на юридическое значение общественно опасных последствий анализируемого преступления и причинно-следственную связь с деянием. Определено, что субъектом распространения заведомо ложной информации может быть, в том числе, лицо, наделенное служебными полномочиями. Раскрыты особенности субъективной стороны этого преступления.
Статья: О некоторых проблемах, возникающих при назначении и производстве судебной лингвистической экспертизы при расследовании преступлений, предусмотренных ст. 207.3 УК РФ
(Кульпин А.А.)
("Вестник Университета прокуратуры Российской Федерации", 2025, N 3)В качестве оптимального решения рассматриваемой проблемы представляется целесообразным инициировать проведение координационного совещания в порядке, предусмотренном п. 2 ст. 8 Федерального закона от 17.01.1992 N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации", с участием не только представителей правоохранительных органов, но и сотрудников Центра судебной экспертизы при Минюсте России, а также представителей научного сообщества. Целью такого совещания должна стать разработка единой, консолидированной позиции относительно методологии и практики производства лингвистических экспертиз при расследовании преступлений, предусмотренных ст. 207.3 УК РФ, в том числе и для повышения эффективности борьбы с ними.
(Кульпин А.А.)
("Вестник Университета прокуратуры Российской Федерации", 2025, N 3)В качестве оптимального решения рассматриваемой проблемы представляется целесообразным инициировать проведение координационного совещания в порядке, предусмотренном п. 2 ст. 8 Федерального закона от 17.01.1992 N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации", с участием не только представителей правоохранительных органов, но и сотрудников Центра судебной экспертизы при Минюсте России, а также представителей научного сообщества. Целью такого совещания должна стать разработка единой, консолидированной позиции относительно методологии и практики производства лингвистических экспертиз при расследовании преступлений, предусмотренных ст. 207.3 УК РФ, в том числе и для повышения эффективности борьбы с ними.
"Комментарий к Федеральному закону от 27.07.2006 N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации"
(постатейный)
(Чурилов А.Ю.)
("Юстицинформ", 2024)6) Принцип достоверности информации и своевременности ее предоставления, исходя из своей формулировки, может иметь довольно широкое применение. В соответствии с ч. 9 ст. 14 комментируемого Закона, государственные органы обязаны обеспечить достоверность и актуальность информации, содержащейся в государственной информационной системе, доступ к указанной информации в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством, а также защиту указанной информации от неправомерных доступа, уничтожения, модифицирования, блокирования, копирования, предоставления, распространения и иных неправомерных действий. В соответствии с этим принципом на участников информационного взаимодействия в случаях, прямо предусмотренных законом, может быть возложена обязанность обеспечить достоверность информации, размещенной в таких информационных системах. Более того, в некоторых случаях установлена ответственность за распространение недостоверной информации. К примеру, ст. 207.1 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан, и (или) о принимаемых мерах по обеспечению безопасности населения и территорий, приемах и способах защиты от указанных обстоятельств.
(постатейный)
(Чурилов А.Ю.)
("Юстицинформ", 2024)6) Принцип достоверности информации и своевременности ее предоставления, исходя из своей формулировки, может иметь довольно широкое применение. В соответствии с ч. 9 ст. 14 комментируемого Закона, государственные органы обязаны обеспечить достоверность и актуальность информации, содержащейся в государственной информационной системе, доступ к указанной информации в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством, а также защиту указанной информации от неправомерных доступа, уничтожения, модифицирования, блокирования, копирования, предоставления, распространения и иных неправомерных действий. В соответствии с этим принципом на участников информационного взаимодействия в случаях, прямо предусмотренных законом, может быть возложена обязанность обеспечить достоверность информации, размещенной в таких информационных системах. Более того, в некоторых случаях установлена ответственность за распространение недостоверной информации. К примеру, ст. 207.1 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан, и (или) о принимаемых мерах по обеспечению безопасности населения и территорий, приемах и способах защиты от указанных обстоятельств.
Статья: Общественно значимая информация: проблемы терминологии в российском законодательстве
(Мотрович И.Д., Васильева Н.Л.)
("Административное право и процесс", 2022, N 10)Однозначно к общественно значимой информации, исходя из системного толкования ч. 9 - 10.2 ст. 13.15 КоАП РФ, а также ст. 207.1 и 207.2 УК РФ, относится информация об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан. Данный вывод подтверждается правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1 <10>, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2020 г.
(Мотрович И.Д., Васильева Н.Л.)
("Административное право и процесс", 2022, N 10)Однозначно к общественно значимой информации, исходя из системного толкования ч. 9 - 10.2 ст. 13.15 КоАП РФ, а также ст. 207.1 и 207.2 УК РФ, относится информация об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан. Данный вывод подтверждается правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1 <10>, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2020 г.
"Комментарий к отдельным положениям Уголовного кодекса Российской Федерации в решениях Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ"
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)По смыслу уголовного закона предмет преступления, предусмотренного ст. 207.2 УК РФ, является более широким по отношению к предмету преступления, предусмотренного ст. 207.1 УК РФ. В частности, согласно ч. 1.1 ст. 15.3 Федерального закона от 27.07.2006 N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" (в ред. от 03.04.2020) общественно значимой признается информация, которая создает угрозу причинения вреда жизни и (или) здоровью граждан, имуществу, угрозу массового нарушения общественного порядка и (или) общественной безопасности либо угрозу создания помех функционированию или прекращения функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи. Поэтому к общественно значимой информации может быть отнесена также информация об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан, и (или) о принимаемых в связи с этим мерах по обеспечению безопасности населения и территорий, приемах и способах защиты от указанных обстоятельств. С учетом этого публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, о которой идет речь в примечании к ст. 207.1 УК РФ, повлекшее по неосторожности причинение вреда здоровью человека, смерть человека или иные тяжкие последствия, квалифицируется по соответствующей части ст. 207.2 УК РФ. Если в результате этих действий указанные последствия не наступили, содеянное надлежит квалифицировать по ст. 207.1 УК РФ <1016>.
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)По смыслу уголовного закона предмет преступления, предусмотренного ст. 207.2 УК РФ, является более широким по отношению к предмету преступления, предусмотренного ст. 207.1 УК РФ. В частности, согласно ч. 1.1 ст. 15.3 Федерального закона от 27.07.2006 N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" (в ред. от 03.04.2020) общественно значимой признается информация, которая создает угрозу причинения вреда жизни и (или) здоровью граждан, имуществу, угрозу массового нарушения общественного порядка и (или) общественной безопасности либо угрозу создания помех функционированию или прекращения функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи. Поэтому к общественно значимой информации может быть отнесена также информация об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан, и (или) о принимаемых в связи с этим мерах по обеспечению безопасности населения и территорий, приемах и способах защиты от указанных обстоятельств. С учетом этого публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, о которой идет речь в примечании к ст. 207.1 УК РФ, повлекшее по неосторожности причинение вреда здоровью человека, смерть человека или иные тяжкие последствия, квалифицируется по соответствующей части ст. 207.2 УК РФ. Если в результате этих действий указанные последствия не наступили, содеянное надлежит квалифицировать по ст. 207.1 УК РФ <1016>.
Статья: Уголовный закон в реалиях информационного общества: новости фейковые - наказание реальное
(Терских А.И.)
("Законность", 2022, N 8)Возникает вопрос и в толковании термина "публичное". Верховный Суд РФ в ранее упомянутом Обзоре обозначил в качестве средств распространения информации, например, популярные мессенджеры (WhatsApp, Viber и др.). Но что, если сообщение с ложной информацией распространяется не неопределенным адресатам в формате рассылок, а скажем, в закрытом групповом чате или публикуется в социальной сети на закрытой странице пользователя, где к ней имеет доступ строго ограниченный круг лиц? Сколько нужно пользователей для признания факта публичного распространения? В судебной практике подходы к определению публичного распространения весьма противоречивы.
(Терских А.И.)
("Законность", 2022, N 8)Возникает вопрос и в толковании термина "публичное". Верховный Суд РФ в ранее упомянутом Обзоре обозначил в качестве средств распространения информации, например, популярные мессенджеры (WhatsApp, Viber и др.). Но что, если сообщение с ложной информацией распространяется не неопределенным адресатам в формате рассылок, а скажем, в закрытом групповом чате или публикуется в социальной сети на закрытой странице пользователя, где к ней имеет доступ строго ограниченный круг лиц? Сколько нужно пользователей для признания факта публичного распространения? В судебной практике подходы к определению публичного распространения весьма противоречивы.
Статья: Спортивные "фейки": уголовно-правовой и криминологический аспекты в разрезе ст. 207.2 УК РФ
(Сараев В.В.)
("Российский следователь", 2023, N 1)И.Д. Мотрович, Н.Л. Васильева высказывают мнение, что при конструировании правовых норм, устанавливающих уголовную (ст. 207.1, 207.2 УК РФ) и административную (ст. 13.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях <21> (далее - КоАП РФ)) ответственность, законодатель не дал четкого определения понятию "общественно значимая информация". Последнее приводит правоприменителя к излишне широкому пониманию понятия, "сложностям при квалификации совершенных противоправных действий" <22>. В результате исследования нормативных правовых и муниципальных правовых актов данные правоведы выявляют наряду с "общественно значимой информацией" похожую и в большей части совпадающую с ней "социально значимую информацию" <23>.
(Сараев В.В.)
("Российский следователь", 2023, N 1)И.Д. Мотрович, Н.Л. Васильева высказывают мнение, что при конструировании правовых норм, устанавливающих уголовную (ст. 207.1, 207.2 УК РФ) и административную (ст. 13.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях <21> (далее - КоАП РФ)) ответственность, законодатель не дал четкого определения понятию "общественно значимая информация". Последнее приводит правоприменителя к излишне широкому пониманию понятия, "сложностям при квалификации совершенных противоправных действий" <22>. В результате исследования нормативных правовых и муниципальных правовых актов данные правоведы выявляют наряду с "общественно значимой информацией" похожую и в большей части совпадающую с ней "социально значимую информацию" <23>.
Статья: Значение объекта преступления при установлении общего умысла лица и квалификации отклонения действия
(Хилюта В.В.)
("Уголовное право", 2023, N 5)Вместе с тем порой квалификация подобных действий действительно зависит от того, что является объектом преступления. И если это не жизнь и здоровье, а, например, собственность, то оценка подобных ситуаций происходит по тому основанию, что, даже если имел место оконченный состав преступления, но лицо ошиблось в объекте, содеянное следует расценивать как покушение или приготовление на совершение задуманного преступления. Показателен в этом случае пример с разбойным нападением из правоприменительной практики Беларуси.
(Хилюта В.В.)
("Уголовное право", 2023, N 5)Вместе с тем порой квалификация подобных действий действительно зависит от того, что является объектом преступления. И если это не жизнь и здоровье, а, например, собственность, то оценка подобных ситуаций происходит по тому основанию, что, даже если имел место оконченный состав преступления, но лицо ошиблось в объекте, содеянное следует расценивать как покушение или приготовление на совершение задуманного преступления. Показателен в этом случае пример с разбойным нападением из правоприменительной практики Беларуси.
Статья: Ложная информация в уголовном праве: категории заведомой ложности и недостоверности
(Алексеева Т.С.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 12)Разъяснения Верховного Суда, данные в названных Обзорах по отдельным вопросам судебной практики, предлагается распространять и на ч. 1 - 2 ст. 207.3 УК РФ в силу сходной конструкции составов <41>. Уникальной особенностью ст. 207.1 - 207.3 УК РФ является наличие также признака распространения информации под видом достоверной, что повышает необходимость точного установления признаков субъективной стороны, а именно осознанного использования особой формы изложения материала, которая повышала бы доверие реципиента к информации.
(Алексеева Т.С.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 12)Разъяснения Верховного Суда, данные в названных Обзорах по отдельным вопросам судебной практики, предлагается распространять и на ч. 1 - 2 ст. 207.3 УК РФ в силу сходной конструкции составов <41>. Уникальной особенностью ст. 207.1 - 207.3 УК РФ является наличие также признака распространения информации под видом достоверной, что повышает необходимость точного установления признаков субъективной стороны, а именно осознанного использования особой формы изложения материала, которая повышала бы доверие реципиента к информации.
Статья: О квалификации распространения недостоверных сведений о Вооруженных силах Российской Федерации
(Шипунова М.Н.)
("Российский следователь", 2024, N 3)При направленности действий в отношении конкретного человека закономерно возникает вопрос о конкуренции ст. 207.3 УК РФ с клеветой (ст. 128.1 УК РФ). В правоприменительной практике иногда это становится предметом спора. Так, по одному из дел осужденный, изготовивший и расклеивший листовки рядом с местом жительства лица, принимающего участие в специальной военной операции, ссылался на то, что никаких сведений, компрометирующих сотрудников Вооруженных сил Российской Федерации, он не распространял, а выразил свое мнение о конкретном человеке, к которому имел личную неприязнь, что может расцениваться как личное оскорбление или клевета, но не дискредитация Вооруженных сил Российской Федерации в целом. Суд, справедливо отвергая эти доводы, указал, что об умысле на публичное распространение заведомо ложной информации, содержащей данные именно о Вооруженных силах Российской Федерации, свидетельствует утверждение в листовках о том, что Ф. является военным преступником и убийцей детей, т.е. совершает преступления в процессе военных действий, которые проводятся Вооруженными силами РФ. Также виновный использовал на листовках символы Z и V, которые хотя и не являются официальными символами Вооруженных сил РФ, однако наносятся на военную технику Министерства обороны РФ, задействованную в специальной военной операции <10>.
(Шипунова М.Н.)
("Российский следователь", 2024, N 3)При направленности действий в отношении конкретного человека закономерно возникает вопрос о конкуренции ст. 207.3 УК РФ с клеветой (ст. 128.1 УК РФ). В правоприменительной практике иногда это становится предметом спора. Так, по одному из дел осужденный, изготовивший и расклеивший листовки рядом с местом жительства лица, принимающего участие в специальной военной операции, ссылался на то, что никаких сведений, компрометирующих сотрудников Вооруженных сил Российской Федерации, он не распространял, а выразил свое мнение о конкретном человеке, к которому имел личную неприязнь, что может расцениваться как личное оскорбление или клевета, но не дискредитация Вооруженных сил Российской Федерации в целом. Суд, справедливо отвергая эти доводы, указал, что об умысле на публичное распространение заведомо ложной информации, содержащей данные именно о Вооруженных силах Российской Федерации, свидетельствует утверждение в листовках о том, что Ф. является военным преступником и убийцей детей, т.е. совершает преступления в процессе военных действий, которые проводятся Вооруженными силами РФ. Также виновный использовал на листовках символы Z и V, которые хотя и не являются официальными символами Вооруженных сил РФ, однако наносятся на военную технику Министерства обороны РФ, задействованную в специальной военной операции <10>.