Психология адвоката
Подборка наиболее важных документов по запросу Психология адвоката (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Психологические причины сопротивления адвокатов внедрению цифровизации
(Скабелина Л.А.)
("Адвокатская практика", 2022, N 1)"Адвокатская практика", 2022, N 1
(Скабелина Л.А.)
("Адвокатская практика", 2022, N 1)"Адвокатская практика", 2022, N 1
Статья: Риск профессионального выгорания адвоката
(Марчева П.Е.)
("Адвокатская практика", 2023, N 4)<3> Бойко В.В. Синдром "эмоционального выгорания" в профессиональном общении. СПб.: Сударыня, 1999; Баксанский О.Е., Сафоничева О.Г. Указ. соч. С. 45 - 57; Кугук А.В. Психология адвоката (о некоторых психологических особенностях адвокатской деятельности): Практическое руководство. М.: Согласие, 2016; Молокоедов А.В., Слободчиков И.М., Удовик С.В. Эмоциональное выгорание в профессиональной деятельности: Монография. М.: Левъ, 2018 и др.
(Марчева П.Е.)
("Адвокатская практика", 2023, N 4)<3> Бойко В.В. Синдром "эмоционального выгорания" в профессиональном общении. СПб.: Сударыня, 1999; Баксанский О.Е., Сафоничева О.Г. Указ. соч. С. 45 - 57; Кугук А.В. Психология адвоката (о некоторых психологических особенностях адвокатской деятельности): Практическое руководство. М.: Согласие, 2016; Молокоедов А.В., Слободчиков И.М., Удовик С.В. Эмоциональное выгорание в профессиональной деятельности: Монография. М.: Левъ, 2018 и др.
Нормативные акты
"Обзор практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека N 3 (2025)"
(подготовлен Верховным Судом РФ)Комитет ООН по правам человека отметил, что автор заявил в суде, что он дал свои показания под психологическим давлением со стороны назначенных государством адвоката и следователя, которые угрожали ему лишением свободы на срок до 25 лет, если он не даст показания; следователь диктовал ему, что ему необходимо сказать. Вместе с тем Комитет ООН по правам человека отметил, что прокурор ходатайствовал об использовании протокола допроса для разъяснения несоответствий между показаниями, данными автором в ходе предварительного следствия и в суде. Комитету ООН по правам человека неизвестно, в каком контексте велись протоколы допросов и как они были оценены судом. Комитет ООН по правам человека счел, что в представленных материалах отсутствует информация о том, принуждали ли автора свидетельствовать против себя и признать свою вину по смыслу подпункта "g" пункта 3 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах (пункт 6.8 Решения).
(подготовлен Верховным Судом РФ)Комитет ООН по правам человека отметил, что автор заявил в суде, что он дал свои показания под психологическим давлением со стороны назначенных государством адвоката и следователя, которые угрожали ему лишением свободы на срок до 25 лет, если он не даст показания; следователь диктовал ему, что ему необходимо сказать. Вместе с тем Комитет ООН по правам человека отметил, что прокурор ходатайствовал об использовании протокола допроса для разъяснения несоответствий между показаниями, данными автором в ходе предварительного следствия и в суде. Комитету ООН по правам человека неизвестно, в каком контексте велись протоколы допросов и как они были оценены судом. Комитет ООН по правам человека счел, что в представленных материалах отсутствует информация о том, принуждали ли автора свидетельствовать против себя и признать свою вину по смыслу подпункта "g" пункта 3 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах (пункт 6.8 Решения).
"Обзор практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека N 2 (2018)"
(подготовлен Верховным Судом РФ)Что касается второго аспекта жалобы автора, а именно гендерной дискриминации и гендерных стереотипов в рамках системы судебных и других органов государства-участника, то силы обороны поверили обещанию партнера автора и сочли, что, он и в самом деле более не станет избивать автора. Комитет далее отмечает, что правоохранительные органы государства-участника не предоставили автору медицинской помощи после ареста, не проинформировали ее о ее правах, не предоставили адвоката при первом интервью и не приняли мер в целях сбора доказательств, которые могли бы способствовать защите интересов автора; содержали автора под стражей значительно дольше, чем это предусмотрено законом, несмотря на ее положение кормящей матери; не предоставили автору психологической поддержки после ареста, соответствующей тому состоянию, в котором пребывает человек, заявляющий о том, что он подвергся нападению и совершил убийство в порядке самообороны; не позаботились о том, чтобы назначенный адвокат предпринял необходимые действия для эффективной защиты автора (например, возразил против досудебного содержания кормящей матери под стражей, проконсультировал автора по вопросам правовой защиты или помог ей в плане подготовки защиты в ходе судебных разбирательств); и, наконец, что судьи, несмотря на то, что повторное разбирательство было назначено на том основании, что заявлению автора о том, что она действовала в порядке самообороны, в ходе первого разбирательства не было уделено должного внимания, позволили возобладать гендерным стереотипам и предубеждениям при оценке доказательств в ходе второго судебного разбирательства, о чем, в частности, свидетельствует тот факт, что судьи сочли показания автора заслуживающими меньшего доверия, чем показания ее племянника, который был свидетелем лишь части произошедших событий. В настоящее время Комитет не занимается подробным изучением обстоятельств первого судебного разбирательства, однако, с учетом того, что принятое по его итогам решение было отменено Апелляционным судом, становится очевидно, что, поскольку самооборона при тех условиях, в которых находилась автор, абсолютно оправдана и действия автора невозможно квалифицировать как преднамеренное убийство, повторное разбирательство не устранило предыдущих нарушений, и информация о первом слушании, в ходе которого автору было сказано, что "жена обязана оберегать мужа", указывает на существование систематических и глубоко укоренившихся предубеждений, которые также проявились в ходе повторного судебного разбирательства и повлекли за собой чрезвычайно пагубные последствия для жизни автора и ее сына. Серьезность подобных нарушений принципов надлежащего судопроизводства невозможно переоценить (пункт 6.5 Мнений).
(подготовлен Верховным Судом РФ)Что касается второго аспекта жалобы автора, а именно гендерной дискриминации и гендерных стереотипов в рамках системы судебных и других органов государства-участника, то силы обороны поверили обещанию партнера автора и сочли, что, он и в самом деле более не станет избивать автора. Комитет далее отмечает, что правоохранительные органы государства-участника не предоставили автору медицинской помощи после ареста, не проинформировали ее о ее правах, не предоставили адвоката при первом интервью и не приняли мер в целях сбора доказательств, которые могли бы способствовать защите интересов автора; содержали автора под стражей значительно дольше, чем это предусмотрено законом, несмотря на ее положение кормящей матери; не предоставили автору психологической поддержки после ареста, соответствующей тому состоянию, в котором пребывает человек, заявляющий о том, что он подвергся нападению и совершил убийство в порядке самообороны; не позаботились о том, чтобы назначенный адвокат предпринял необходимые действия для эффективной защиты автора (например, возразил против досудебного содержания кормящей матери под стражей, проконсультировал автора по вопросам правовой защиты или помог ей в плане подготовки защиты в ходе судебных разбирательств); и, наконец, что судьи, несмотря на то, что повторное разбирательство было назначено на том основании, что заявлению автора о том, что она действовала в порядке самообороны, в ходе первого разбирательства не было уделено должного внимания, позволили возобладать гендерным стереотипам и предубеждениям при оценке доказательств в ходе второго судебного разбирательства, о чем, в частности, свидетельствует тот факт, что судьи сочли показания автора заслуживающими меньшего доверия, чем показания ее племянника, который был свидетелем лишь части произошедших событий. В настоящее время Комитет не занимается подробным изучением обстоятельств первого судебного разбирательства, однако, с учетом того, что принятое по его итогам решение было отменено Апелляционным судом, становится очевидно, что, поскольку самооборона при тех условиях, в которых находилась автор, абсолютно оправдана и действия автора невозможно квалифицировать как преднамеренное убийство, повторное разбирательство не устранило предыдущих нарушений, и информация о первом слушании, в ходе которого автору было сказано, что "жена обязана оберегать мужа", указывает на существование систематических и глубоко укоренившихся предубеждений, которые также проявились в ходе повторного судебного разбирательства и повлекли за собой чрезвычайно пагубные последствия для жизни автора и ее сына. Серьезность подобных нарушений принципов надлежащего судопроизводства невозможно переоценить (пункт 6.5 Мнений).
Статья: Статус адвоката в уголовно-правовых отношениях при оказании юридической помощи осужденным
(Соловьева Ю.И., Смирнов А.М.)
("Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление", 2022, N 2)Конституционный Суд РФ в Постановлении от 26 декабря 2003 г. N 20-П указал, что право на помощь адвоката (защитника) должно обеспечиваться на всех стадиях уголовного процесса, в том числе при исполнении приговора; обвиняемый - вне зависимости от стадии уголовного судопроизводства - имеет право пользоваться помощью защитника и иметь с ним свидания наедине и конфиденциально, а защитник, в свою очередь, вправе иметь свидания с подзащитным, знакомиться с материалами уголовного дела, подготавливать и подавать жалобы в защиту его интересов <6>. Как справедливо отмечает О.Б. Буслаева, все общие полномочия адвоката, перечисленные в ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" <7>, распространяются и на отношения адвоката с подзащитным, отбывающим наказание в исправительном учреждении <8>. Безусловно, базовым полномочием адвоката, оказывающего помощь подзащитному, отбывающему наказание в исправительном учреждении, является право на встречи с подзащитным. Согласно ч. 4 ст. 89 для получения юридической помощи осужденным предоставляются свидания с адвокатами или иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи <9>. При этом данное право на практике может не обеспечиваться под разными предлогами: так, адвокат Ирина Бирюкова, осуществлявшая защиту прав Евгения Макарова, Руслана Вахапова и Ивана Непомнящих, подвергшихся пыткам в одном из исправительных учреждений Ярославской области, указывает на "невозможность попасть к доверителям в выходные и праздничные дни, а в некоторых случаях - длительные праздничные каникулы - как, например, новогодние или майские праздники". Как отмечает адвокат, поскольку на протяжении длительного времени к ее доверителям применялись различные формы насилия - от психологического до физического, возникали опасения за их состояние на время новогодних праздников, когда доступ в исправительное учреждение закрыт. В данном случае проблема была решена при помощи коммуникации с уполномоченным по правам человека в Ярославской области, который по просьбе адвоката осуществил выезд к осужденным для того, чтобы проверить их состояние. Но такое сотрудничество возможно далеко не в каждом регионе <10>.
(Соловьева Ю.И., Смирнов А.М.)
("Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление", 2022, N 2)Конституционный Суд РФ в Постановлении от 26 декабря 2003 г. N 20-П указал, что право на помощь адвоката (защитника) должно обеспечиваться на всех стадиях уголовного процесса, в том числе при исполнении приговора; обвиняемый - вне зависимости от стадии уголовного судопроизводства - имеет право пользоваться помощью защитника и иметь с ним свидания наедине и конфиденциально, а защитник, в свою очередь, вправе иметь свидания с подзащитным, знакомиться с материалами уголовного дела, подготавливать и подавать жалобы в защиту его интересов <6>. Как справедливо отмечает О.Б. Буслаева, все общие полномочия адвоката, перечисленные в ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" <7>, распространяются и на отношения адвоката с подзащитным, отбывающим наказание в исправительном учреждении <8>. Безусловно, базовым полномочием адвоката, оказывающего помощь подзащитному, отбывающему наказание в исправительном учреждении, является право на встречи с подзащитным. Согласно ч. 4 ст. 89 для получения юридической помощи осужденным предоставляются свидания с адвокатами или иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи <9>. При этом данное право на практике может не обеспечиваться под разными предлогами: так, адвокат Ирина Бирюкова, осуществлявшая защиту прав Евгения Макарова, Руслана Вахапова и Ивана Непомнящих, подвергшихся пыткам в одном из исправительных учреждений Ярославской области, указывает на "невозможность попасть к доверителям в выходные и праздничные дни, а в некоторых случаях - длительные праздничные каникулы - как, например, новогодние или майские праздники". Как отмечает адвокат, поскольку на протяжении длительного времени к ее доверителям применялись различные формы насилия - от психологического до физического, возникали опасения за их состояние на время новогодних праздников, когда доступ в исправительное учреждение закрыт. В данном случае проблема была решена при помощи коммуникации с уполномоченным по правам человека в Ярославской области, который по просьбе адвоката осуществил выезд к осужденным для того, чтобы проверить их состояние. Но такое сотрудничество возможно далеко не в каждом регионе <10>.
Статья: Допрос свидетеля в налоговой инспекции
(Шишкин Р.)
("Юридический справочник руководителя", 2021, N 12)Скорее всего, вызываемое лицо не имеет опыта взаимодействия с ИФНС и может опасаться нарушения своих прав. Поэтому желательно, чтобы его подготовил юрист или адвокат. Он может как проконсультировать до похода в налоговую, так и сопровождать и оказывать юридическую помощь на самом допросе. Также участие профессионального юриста, адвоката ставит инспектора в определенные рамки и не позволяет оказать психологическое давление.
(Шишкин Р.)
("Юридический справочник руководителя", 2021, N 12)Скорее всего, вызываемое лицо не имеет опыта взаимодействия с ИФНС и может опасаться нарушения своих прав. Поэтому желательно, чтобы его подготовил юрист или адвокат. Он может как проконсультировать до похода в налоговую, так и сопровождать и оказывать юридическую помощь на самом допросе. Также участие профессионального юриста, адвоката ставит инспектора в определенные рамки и не позволяет оказать психологическое давление.
Статья: Совершенствование организации деятельности адвокатуры по защите прав коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока
(Квач И.В.)
("Адвокатская практика", 2022, N 2)Статья является апробацией некоторых основных результатов комплексного научного исследования проблем совершенствования адвокатской деятельности по защите прав коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока (далее - КМНС). В работе изложено авторское видение перспектив совершенствования деятельности адвокатуры по защите прав представителей КМНС по различным направлениям, отражены результаты опроса более ста адвокатов из семи регионов России. Приведенные в статье предложения являются результатом анализа существующих проблем организации и правового обеспечения деятельности адвоката по делам, связанным с представлением интересов КМНС. Важнейшим элементом системы предоставления правовой помощи представителям КМНС адвокатом является наличие у него специальных знаний в области психологии, культуры и традиций КМНС. В работе предлагается внесение изменений в ряд окружных нормативно-правовых актов ХМАО-Югры.
(Квач И.В.)
("Адвокатская практика", 2022, N 2)Статья является апробацией некоторых основных результатов комплексного научного исследования проблем совершенствования адвокатской деятельности по защите прав коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока (далее - КМНС). В работе изложено авторское видение перспектив совершенствования деятельности адвокатуры по защите прав представителей КМНС по различным направлениям, отражены результаты опроса более ста адвокатов из семи регионов России. Приведенные в статье предложения являются результатом анализа существующих проблем организации и правового обеспечения деятельности адвоката по делам, связанным с представлением интересов КМНС. Важнейшим элементом системы предоставления правовой помощи представителям КМНС адвокатом является наличие у него специальных знаний в области психологии, культуры и традиций КМНС. В работе предлагается внесение изменений в ряд окружных нормативно-правовых актов ХМАО-Югры.
Статья: Представительство несовершеннолетнего потерпевшего в уголовном судопроизводстве: анализ федерального и регионального (ставропольского) законодательства
(Артамонова Е.А.)
("Правосудие/Justice", 2024, N 1)<15> Помимо дополнительных мер юридической помощи, несовершеннолетним потерпевшим на территории Ставропольского края бесплатно оказываются дополнительные меры психологической помощи.
(Артамонова Е.А.)
("Правосудие/Justice", 2024, N 1)<15> Помимо дополнительных мер юридической помощи, несовершеннолетним потерпевшим на территории Ставропольского края бесплатно оказываются дополнительные меры психологической помощи.
Статья: Следственная ситуация как критерий принятия прокурором решения о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве
(Андреева В.А.)
("Российский судья", 2024, N 3)Также необходимо отметить, что опыт работы автора в органах прокуратуры в должности помощника прокурора Центрального района г. Волгограда, в том числе при поддержании государственного обвинения по уголовным делам в отношении подсудимых, с которыми заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, говорит о том, что суды при рассмотрении уголовных дел указанной категории уделяют особое значение при установлении добровольного характера заключения досудебного соглашения о сотрудничестве. В судебном заседании подлежит обязательному выяснению у обвиняемого (подсудимого), не оказывалось ли в отношении него психологическое или физическое воздействие со стороны следователя, адвоката или иных лиц в целях побудить воспользоваться правом на заявление ходатайства о рассмотрении дела в особом порядке.
(Андреева В.А.)
("Российский судья", 2024, N 3)Также необходимо отметить, что опыт работы автора в органах прокуратуры в должности помощника прокурора Центрального района г. Волгограда, в том числе при поддержании государственного обвинения по уголовным делам в отношении подсудимых, с которыми заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, говорит о том, что суды при рассмотрении уголовных дел указанной категории уделяют особое значение при установлении добровольного характера заключения досудебного соглашения о сотрудничестве. В судебном заседании подлежит обязательному выяснению у обвиняемого (подсудимого), не оказывалось ли в отношении него психологическое или физическое воздействие со стороны следователя, адвоката или иных лиц в целях побудить воспользоваться правом на заявление ходатайства о рассмотрении дела в особом порядке.
Интервью: Нам нужно определиться с моделью уголовного процесса для его дальнейшего развития
("Закон", 2024, N 4)- Надо принципиально отличать злоупотребление от других нарушений, имея в виду, что злоупотребление - это злонамеренность, а не просто ошибка. При его совершении есть умысел, поэтому мы не можем анализировать это явление как общее применительно к частным и публичным субъектам. Возьмем публично-правовых субъектов (следователя, суд, прокурора). Они находятся под жесточайшим прессом уголовного закона, любое злоупотребление полномочиями - это уголовное преступление, которое влечет специальную уголовную ответственность. Также к ним могут быть применены меры дисциплинарной ответственности, и поскольку они обязаны выносить мотивированные решения, то процессуальная система построена на том, что все их решения подлежат разным видам контроля: прокурорскому надзору, ведомственному, судебному, для судов - инстанционному контролю, и эти решения можно оспаривать. Частное лицо находится в иных условиях, оно никакой ответственности за свои действия не несет, может защищаться как угодно, а также совершенно не обязано мотивировать свои решения, оно действует в своей свободной воле. Соответственно и естественно, что решения частных лиц никакому обжалованию не подлежат. Именно в отношении действий этих лиц возникает необходимость специальной конструкции, которая очень похожа на гражданско-правовую шикану. Если раньше, лет сто назад, институт злоупотребления правом развивался только в рамках гражданского права, то сейчас в связи с тем, что прав в уголовном процессе становится все больше, возникает необходимость в аналогичной конструкции в уголовном процессе. Мы предоставляем право, но понимаем, что мы его признаем тогда, когда оно используется по своему назначению, для реализации законного интереса, а если правом начинают манипулировать, то должна быть возможность в такой реализации права отказать. Хрестоматийный пример злоупотребления правом в уголовном процессе - затягивание процесса, пользуясь, допустим, правом поменять защитника, поменять не потому, что человек недоволен им, а в целях затянуть процесс и дождаться истечения срока давности по делу. Для этого обвиняемый, например, каждый день приглашает нового защитника. Или другой пример. Когда защитник заявляет ходатайство о допросе свидетеля защиты, то он вправе присутствовать на таком допросе, чтобы проконтролировать, что следователь выполнил ходатайство не формально и по-настоящему допросил свидетеля. Но возник новый феномен: нередко защитник ходатайствует о допросе в качестве свидетеля якобы защиты тех лиц, о наличии которых узнал от обвиняемого и которые в действительности являются свидетелями обвинения, поскольку были, например, очевидцами преступления. Следователь и так их собирается допросить, исходя из своего графика. Адвокат присутствует на таком допросе и, по сути, оказывает на свидетеля психологическое давление, свидетель начинает теряться в присутствии представителя обвиняемого. И преодолеть эту ситуацию можно только через конструкцию злоупотребления правом. Само право легитимно, оно должно существовать, но оно должно использоваться для допроса именно свидетелей защиты, а не для давления на свидетелей обвинения. При такой искаженной форме реализации этого права также возникает проблема с тайной следствия, так как, присутствуя на допросе, защитник получает дополнительную информацию, которую в иных условиях он бы получил при ознакомлении с делом по окончании следствия. Единственной внятной концептуальной основой для отказа в удовлетворении ходатайства о допросе свидетеля в таком случае, чтобы это не было произволом, будет обоснование того, что имеет место злоупотребление правом, для чего следователь должен показать логику такого злоупотребления. Это не всегда просто, требует культуры правоприменения, но такие техники необходимы, так как для частных лиц нет и не должно быть никаких иных механизмов, ни административных, ни дисциплинарных, для ограничения реализации их прав.
("Закон", 2024, N 4)- Надо принципиально отличать злоупотребление от других нарушений, имея в виду, что злоупотребление - это злонамеренность, а не просто ошибка. При его совершении есть умысел, поэтому мы не можем анализировать это явление как общее применительно к частным и публичным субъектам. Возьмем публично-правовых субъектов (следователя, суд, прокурора). Они находятся под жесточайшим прессом уголовного закона, любое злоупотребление полномочиями - это уголовное преступление, которое влечет специальную уголовную ответственность. Также к ним могут быть применены меры дисциплинарной ответственности, и поскольку они обязаны выносить мотивированные решения, то процессуальная система построена на том, что все их решения подлежат разным видам контроля: прокурорскому надзору, ведомственному, судебному, для судов - инстанционному контролю, и эти решения можно оспаривать. Частное лицо находится в иных условиях, оно никакой ответственности за свои действия не несет, может защищаться как угодно, а также совершенно не обязано мотивировать свои решения, оно действует в своей свободной воле. Соответственно и естественно, что решения частных лиц никакому обжалованию не подлежат. Именно в отношении действий этих лиц возникает необходимость специальной конструкции, которая очень похожа на гражданско-правовую шикану. Если раньше, лет сто назад, институт злоупотребления правом развивался только в рамках гражданского права, то сейчас в связи с тем, что прав в уголовном процессе становится все больше, возникает необходимость в аналогичной конструкции в уголовном процессе. Мы предоставляем право, но понимаем, что мы его признаем тогда, когда оно используется по своему назначению, для реализации законного интереса, а если правом начинают манипулировать, то должна быть возможность в такой реализации права отказать. Хрестоматийный пример злоупотребления правом в уголовном процессе - затягивание процесса, пользуясь, допустим, правом поменять защитника, поменять не потому, что человек недоволен им, а в целях затянуть процесс и дождаться истечения срока давности по делу. Для этого обвиняемый, например, каждый день приглашает нового защитника. Или другой пример. Когда защитник заявляет ходатайство о допросе свидетеля защиты, то он вправе присутствовать на таком допросе, чтобы проконтролировать, что следователь выполнил ходатайство не формально и по-настоящему допросил свидетеля. Но возник новый феномен: нередко защитник ходатайствует о допросе в качестве свидетеля якобы защиты тех лиц, о наличии которых узнал от обвиняемого и которые в действительности являются свидетелями обвинения, поскольку были, например, очевидцами преступления. Следователь и так их собирается допросить, исходя из своего графика. Адвокат присутствует на таком допросе и, по сути, оказывает на свидетеля психологическое давление, свидетель начинает теряться в присутствии представителя обвиняемого. И преодолеть эту ситуацию можно только через конструкцию злоупотребления правом. Само право легитимно, оно должно существовать, но оно должно использоваться для допроса именно свидетелей защиты, а не для давления на свидетелей обвинения. При такой искаженной форме реализации этого права также возникает проблема с тайной следствия, так как, присутствуя на допросе, защитник получает дополнительную информацию, которую в иных условиях он бы получил при ознакомлении с делом по окончании следствия. Единственной внятной концептуальной основой для отказа в удовлетворении ходатайства о допросе свидетеля в таком случае, чтобы это не было произволом, будет обоснование того, что имеет место злоупотребление правом, для чего следователь должен показать логику такого злоупотребления. Это не всегда просто, требует культуры правоприменения, но такие техники необходимы, так как для частных лиц нет и не должно быть никаких иных механизмов, ни административных, ни дисциплинарных, для ограничения реализации их прав.
Статья: Цифровые ценные бумаги и защита прав их обладателей
(Бушев А.Ю.)
("Закон", 2021, N 10)<1> См., напр.: Иеринг Р. фон. Серьезное и смешное в юриспруденции // Иеринг Р. фон. Юридическая техника: сб. М., 2008. О причинах психологических особенностей мышления и эмоционального состояния юристов см. работу американского психоаналитика, ранее практикующего адвоката и корпоративного юриста: Селлс Б. Душа закона. Глубинная психология о законе, юристах и юриспруденции. М., 2016.
(Бушев А.Ю.)
("Закон", 2021, N 10)<1> См., напр.: Иеринг Р. фон. Серьезное и смешное в юриспруденции // Иеринг Р. фон. Юридическая техника: сб. М., 2008. О причинах психологических особенностей мышления и эмоционального состояния юристов см. работу американского психоаналитика, ранее практикующего адвоката и корпоративного юриста: Селлс Б. Душа закона. Глубинная психология о законе, юристах и юриспруденции. М., 2016.
Статья: Тестирование как один из способов преодоления риска профессионального выгорания адвоката
(Марчева П.Е.)
("Адвокатская практика", 2024, N 1)<4> Скабелина Л.А. Психология личности адвоката. М.: Университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА), 2016. С. 27.
(Марчева П.Е.)
("Адвокатская практика", 2024, N 1)<4> Скабелина Л.А. Психология личности адвоката. М.: Университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА), 2016. С. 27.
Статья: Особенности психолого-правовых методов цивилистического познания
(Андреев Ю.Н.)
("Современное право", 2025, N 6)Цивилистам, законодателю, судьям-правоприменителям, прокурорам, адвокатам, самим участникам правовых отношений чрезвычайно важно знать основы психологии и психического поведения человека, особенности психического воздействия нормативных правовых актов на поведение людей, психическое отношение субъектов гражданского права к действующему гражданскому законодательству. От этого в немалой степени зависят эффективность действующих и принимаемых законов, качество правосудия и уровень правопорядка <3>. В любом случае исследователи гражданского права, законодатели, правоприменители и сами субъекты гражданских правоотношений должны учитывать функциональную роль человеческих эмоций и норм морали в познании, соблюдении, исполнении и применении общеобязательных правил поведения, стремиться урегулировать, упорядочить, гармонизировать взаимоотношения, находить разумные компромиссы в конфликтных ситуациях, баланс интересов, используя при этом не только правовые, но и эмоциональные (психические) средства урегулирования общественных отношений [1].
(Андреев Ю.Н.)
("Современное право", 2025, N 6)Цивилистам, законодателю, судьям-правоприменителям, прокурорам, адвокатам, самим участникам правовых отношений чрезвычайно важно знать основы психологии и психического поведения человека, особенности психического воздействия нормативных правовых актов на поведение людей, психическое отношение субъектов гражданского права к действующему гражданскому законодательству. От этого в немалой степени зависят эффективность действующих и принимаемых законов, качество правосудия и уровень правопорядка <3>. В любом случае исследователи гражданского права, законодатели, правоприменители и сами субъекты гражданских правоотношений должны учитывать функциональную роль человеческих эмоций и норм морали в познании, соблюдении, исполнении и применении общеобязательных правил поведения, стремиться урегулировать, упорядочить, гармонизировать взаимоотношения, находить разумные компромиссы в конфликтных ситуациях, баланс интересов, используя при этом не только правовые, но и эмоциональные (психические) средства урегулирования общественных отношений [1].
Статья: Причины адвокатской преступности
(Серов Н.Г.)
("Современное право", 2025, N 12)Цель исследования - выявление причин адвокатской преступности, достигаемая через решение перечня поставленных задач, а именно: изучение статистики совершения преступлений адвокатами в Российской Федерации; определение причин и условий, способствующих совершению преступлений адвокатами. В работе проводится анализ количества адвокатских преступлений за последние пять лет и делается вывод о росте их числа. Также анализируются причины адвокатской преступности, на основании чего делается вывод о наличии в профессии адвоката экономических, социально-психологических и организационно-управленческих детерминант, подталкивающих адвокатов к совершению преступлений.
(Серов Н.Г.)
("Современное право", 2025, N 12)Цель исследования - выявление причин адвокатской преступности, достигаемая через решение перечня поставленных задач, а именно: изучение статистики совершения преступлений адвокатами в Российской Федерации; определение причин и условий, способствующих совершению преступлений адвокатами. В работе проводится анализ количества адвокатских преступлений за последние пять лет и делается вывод о росте их числа. Также анализируются причины адвокатской преступности, на основании чего делается вывод о наличии в профессии адвоката экономических, социально-психологических и организационно-управленческих детерминант, подталкивающих адвокатов к совершению преступлений.