Презумпция авторства
Подборка наиболее важных документов по запросу Презумпция авторства (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Авторство и искусственный интеллект: анализ российской судебной практики в сфере интеллектуальной собственности
(Бекишиев В.А.)
("Власть Закона", 2025, N 3)С учетом изложенного можно утверждать, что суды при оценке доводов ответчиков активно применяют презумпцию авторства, основанную на п. 1 ст. 1300 Гражданского кодекса (ГК) РФ, согласно которому "информацией об авторском праве признается любая информация, которая идентифицирует произведение, автора или иного правообладателя, либо информация об условиях использования произведения, которая содержится на оригинале или экземпляре произведения, приложена к нему или появляется в связи с сообщением в эфир или по кабелю либо доведением такого произведения до всеобщего сведения, а также любые цифры и коды, в которых содержится такая информация" <9>.
(Бекишиев В.А.)
("Власть Закона", 2025, N 3)С учетом изложенного можно утверждать, что суды при оценке доводов ответчиков активно применяют презумпцию авторства, основанную на п. 1 ст. 1300 Гражданского кодекса (ГК) РФ, согласно которому "информацией об авторском праве признается любая информация, которая идентифицирует произведение, автора или иного правообладателя, либо информация об условиях использования произведения, которая содержится на оригинале или экземпляре произведения, приложена к нему или появляется в связи с сообщением в эфир или по кабелю либо доведением такого произведения до всеобщего сведения, а также любые цифры и коды, в которых содержится такая информация" <9>.
Статья: Гражданско-правовые и коллизионные аспекты защиты авторских прав на хореографическое произведение: сравнительный анализ законодательства Российской Федерации и Республики Куба
(Лищук Л.П.)
("Журнал предпринимательского и корпоративного права", 2025, N 4)Оба законодательства отказались от требования обязательной письменной фиксации как условия возникновения авторских прав. Российское право, пункт 3 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривает, что произведение охраняется при условии его выражения в объективной форме [1]. Кубинский закон, статья 7 Закона N 154 от 2022 г., использует еще более абстрактную формулу, произведения выраженные или воспроизводимые любым средством [2], охватывая как материализованные, так и потенциально воспроизводимые произведения. Фиксация рассматривается не как юридическая предпосылка возникновения прав, а как практическое средство доказывания авторства при судебной защите. Добровольная регистрация в государственных реестрах обеспечивает презумпцию авторства, но не влияет на сам факт возникновения авторских прав. Это означает, что творчески созданное и исполненное, но не зафиксированное материально хореографическое произведение пользуется полной правовой охраной в обеих странах.
(Лищук Л.П.)
("Журнал предпринимательского и корпоративного права", 2025, N 4)Оба законодательства отказались от требования обязательной письменной фиксации как условия возникновения авторских прав. Российское право, пункт 3 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривает, что произведение охраняется при условии его выражения в объективной форме [1]. Кубинский закон, статья 7 Закона N 154 от 2022 г., использует еще более абстрактную формулу, произведения выраженные или воспроизводимые любым средством [2], охватывая как материализованные, так и потенциально воспроизводимые произведения. Фиксация рассматривается не как юридическая предпосылка возникновения прав, а как практическое средство доказывания авторства при судебной защите. Добровольная регистрация в государственных реестрах обеспечивает презумпцию авторства, но не влияет на сам факт возникновения авторских прав. Это означает, что творчески созданное и исполненное, но не зафиксированное материально хореографическое произведение пользуется полной правовой охраной в обеих странах.
Нормативные акты
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2023)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023)
(ред. от 25.04.2025)По делам о защите авторских и смежных прав истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав (с учетом закрепленной презумпции авторства) или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023)
(ред. от 25.04.2025)По делам о защите авторских и смежных прав истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав (с учетом закрепленной презумпции авторства) или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком.
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2025)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.04.2025)
(ред. от 19.11.2025)В силу статьи 1257 ГК РФ презумпция авторства действует только в отношении самого автора. Любые иные лица для доказывания своих прав должны представить доказательства перехода к ним первоначально возникших у автора имущественных авторских прав (наличие всей цепочки договоров или иных правовых оснований, обусловливающих переход таких прав от автора).
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.04.2025)
(ред. от 19.11.2025)В силу статьи 1257 ГК РФ презумпция авторства действует только в отношении самого автора. Любые иные лица для доказывания своих прав должны представить доказательства перехода к ним первоначально возникших у автора имущественных авторских прав (наличие всей цепочки договоров или иных правовых оснований, обусловливающих переход таких прав от автора).
"Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации: в 2 т."
(постатейный)
(том 2)
(2-е издание, исправленное и дополненное)
(отв. ред. Е.А. Павлова)
("Статут", 2025)3. Комментируемая статья устанавливает презумпцию авторства в отношении селекционного достижения, которая означает, что, пока не доказано иное, лицо, указанное в качестве автора в заявке на выдачу патента на селекционное достижение, считается таковым (см., например, Решение Суда по интеллектуальным правам от 17 декабря 2021 г. по делу N СИП-994/2020, в котором Суд указал, что на лицо, претендующее на авторство, возлагается бремя доказывания как того, что оно является автором селекционного достижения, так и того, что лицо, указанное в оспариваемом патенте, автором данного селекционного достижения не является. В этом же деле Суд отметил, что авторство селекционного достижения может быть подтверждено свидетельскими показаниями).
(постатейный)
(том 2)
(2-е издание, исправленное и дополненное)
(отв. ред. Е.А. Павлова)
("Статут", 2025)3. Комментируемая статья устанавливает презумпцию авторства в отношении селекционного достижения, которая означает, что, пока не доказано иное, лицо, указанное в качестве автора в заявке на выдачу патента на селекционное достижение, считается таковым (см., например, Решение Суда по интеллектуальным правам от 17 декабря 2021 г. по делу N СИП-994/2020, в котором Суд указал, что на лицо, претендующее на авторство, возлагается бремя доказывания как того, что оно является автором селекционного достижения, так и того, что лицо, указанное в оспариваемом патенте, автором данного селекционного достижения не является. В этом же деле Суд отметил, что авторство селекционного достижения может быть подтверждено свидетельскими показаниями).
"Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации: в 2 т."
(постатейный)
(том 1)
(2-е издание, исправленное и дополненное)
(отв. ред. Е.А. Павлова)
("Статут", 2025)2. Второе, не менее важное положение комментируемой статьи направлено на установление презумпции авторства лица, которое указано в качестве автора на самом произведении или в связи с его использованием. Эта презумпция упрощает осуществление прав автора, поскольку позволяет ему не представлять доказательства своего авторства в случаях, когда требуется признание или защита его прав, если при этом его авторство никем не оспаривается.
(постатейный)
(том 1)
(2-е издание, исправленное и дополненное)
(отв. ред. Е.А. Павлова)
("Статут", 2025)2. Второе, не менее важное положение комментируемой статьи направлено на установление презумпции авторства лица, которое указано в качестве автора на самом произведении или в связи с его использованием. Эта презумпция упрощает осуществление прав автора, поскольку позволяет ему не представлять доказательства своего авторства в случаях, когда требуется признание или защита его прав, если при этом его авторство никем не оспаривается.
Статья: Правовой режим интервью
(Мартьянова Е.Ю.)
("ИС. Авторское право и смежные права", 2025, N 6)Представляется возможным предложить расщепленный подход к определению правового режима интервью de lege ferenda: закрепить, что интервьюер является субъектом смежного права на интервью при условии получения письменного согласия интервьюируемого на обнародование и дальнейшее использование материалов интервью, а интервьюируемый по общему правилу не приобретает авторские права на интервью, однако может быть признан автором в случае, если докажет наличие критериев охраноспособности (обратная презумпция авторства).
(Мартьянова Е.Ю.)
("ИС. Авторское право и смежные права", 2025, N 6)Представляется возможным предложить расщепленный подход к определению правового режима интервью de lege ferenda: закрепить, что интервьюер является субъектом смежного права на интервью при условии получения письменного согласия интервьюируемого на обнародование и дальнейшее использование материалов интервью, а интервьюируемый по общему правилу не приобретает авторские права на интервью, однако может быть признан автором в случае, если докажет наличие критериев охраноспособности (обратная презумпция авторства).
Статья: Трансформация авторского права в эпоху генеративного искусственного интеллекта
(Ходунов Е.С.)
("Закон", 2026, N 1)В работе исследуются фундаментальные вызовы, которые генеративный искусственный интеллект (ИИ) создает для традиционной системы авторского права. Настоящее исследование предлагает радикальное переосмысление базовых категорий интеллектуальной собственности через призму исторической аналогии с римским институтом рабства, где современные ИИ-системы выступают в роли servus - "говорящих орудий", действующих ex persona domini и получающих от своих операторов цифровой peculium в виде вычислительных ресурсов и API-ключей. Представлена трехслойная модель регулирования, объединяющая фикцию цифрового работника, римскую агентную схему распределения рисков и технологию криптоводяных знаков как механизм доказательства происхождения контента на уровне статистических свойств языка. Основанием модели является римская логика вменения: последствия действий несубъектного исполнителя возлагаются на поставившего его принципала. Иными словами, используется концептуальная реконструкция прототипа асимметричных агентных отношений, в которых одна сторона действует юридически значимо, не будучи субъектом права. Особое внимание уделяется концепции инвестиционно ориентированных прав sui generis, адаптированной из европейского права защиты баз данных, и созданию единого государственного реестра криптографических ключей как цифровой нотариальной палаты для ИИ-произведений. Исследование завершается предложением установления презумпции авторства инициатора запроса (потенциальная ст. 1257.1 ГК РФ) как механизма обеспечения правовой определенности, при этом подчеркивается парадоксальная природа современного этапа развития права интеллектуальной собственности, когда создание "говорящих орудий" требует переосмысления базовых категорий творчества, авторства и правовой субъектности в цифровой среде.
(Ходунов Е.С.)
("Закон", 2026, N 1)В работе исследуются фундаментальные вызовы, которые генеративный искусственный интеллект (ИИ) создает для традиционной системы авторского права. Настоящее исследование предлагает радикальное переосмысление базовых категорий интеллектуальной собственности через призму исторической аналогии с римским институтом рабства, где современные ИИ-системы выступают в роли servus - "говорящих орудий", действующих ex persona domini и получающих от своих операторов цифровой peculium в виде вычислительных ресурсов и API-ключей. Представлена трехслойная модель регулирования, объединяющая фикцию цифрового работника, римскую агентную схему распределения рисков и технологию криптоводяных знаков как механизм доказательства происхождения контента на уровне статистических свойств языка. Основанием модели является римская логика вменения: последствия действий несубъектного исполнителя возлагаются на поставившего его принципала. Иными словами, используется концептуальная реконструкция прототипа асимметричных агентных отношений, в которых одна сторона действует юридически значимо, не будучи субъектом права. Особое внимание уделяется концепции инвестиционно ориентированных прав sui generis, адаптированной из европейского права защиты баз данных, и созданию единого государственного реестра криптографических ключей как цифровой нотариальной палаты для ИИ-произведений. Исследование завершается предложением установления презумпции авторства инициатора запроса (потенциальная ст. 1257.1 ГК РФ) как механизма обеспечения правовой определенности, при этом подчеркивается парадоксальная природа современного этапа развития права интеллектуальной собственности, когда создание "говорящих орудий" требует переосмысления базовых категорий творчества, авторства и правовой субъектности в цифровой среде.
Статья: Оборот прав на генерируемый нейросетями контент: новые тренды
(Гурко А.В.)
("ИС. Авторское право и смежные права", 2026, N 1)Итак, распределение прав между разработчиками и пользователями по критерию творческого участия в создании генерируемого контента с дифференциацией режима правовой охраны такого контента на авторско-правовой и смежно-правовой выглядит разумно, справедливо и сбалансированно. Однако ранее на практике автором с использованием прогностического метода было проведено отдельное исследование применения подобного подхода [4]. Было установлено, что существуют потенциальные проблемы, связанные с атрибутированием пользователями созданных с помощью систем ИИ объектов в качестве именно объектов смежного, но не авторского права. Это связано с тем, что если некое лицо считает и атрибутирует себя именно автором сгенерированного объекта, независимо от наличия/отсутствия реального творческого вклада, то согласно презумпции авторства и творческого характера будет считаться, что данный объект является творческим; следовательно, согласно логике Проекта, он будет охраняться в режиме авторского права, а правообладателем будет выступать пользователь. То есть существует риск, что режим смежных прав разработчиков будет применяться крайне редко, что может повлечь обратный дисбаланс интересов.
(Гурко А.В.)
("ИС. Авторское право и смежные права", 2026, N 1)Итак, распределение прав между разработчиками и пользователями по критерию творческого участия в создании генерируемого контента с дифференциацией режима правовой охраны такого контента на авторско-правовой и смежно-правовой выглядит разумно, справедливо и сбалансированно. Однако ранее на практике автором с использованием прогностического метода было проведено отдельное исследование применения подобного подхода [4]. Было установлено, что существуют потенциальные проблемы, связанные с атрибутированием пользователями созданных с помощью систем ИИ объектов в качестве именно объектов смежного, но не авторского права. Это связано с тем, что если некое лицо считает и атрибутирует себя именно автором сгенерированного объекта, независимо от наличия/отсутствия реального творческого вклада, то согласно презумпции авторства и творческого характера будет считаться, что данный объект является творческим; следовательно, согласно логике Проекта, он будет охраняться в режиме авторского права, а правообладателем будет выступать пользователь. То есть существует риск, что режим смежных прав разработчиков будет применяться крайне редко, что может повлечь обратный дисбаланс интересов.
Статья: Правовая природа завещательного распоряжения: между завещанием и банковской сделкой
(Яворский С.А.)
("Наследственное право", 2026, N 1)Статья анализирует практические коллизии применения завещательного распоряжения. Противоречивость судебных актов объясняется отсутствием законодательной квалификации этого института. Автор предлагает исходить из презумпции действительности воли завещателя и возлагать на банки бремя доказывания информированности клиента. Правоприменителю рекомендован интегративный подход для разрешения споров и баланса интересов наследников.
(Яворский С.А.)
("Наследственное право", 2026, N 1)Статья анализирует практические коллизии применения завещательного распоряжения. Противоречивость судебных актов объясняется отсутствием законодательной квалификации этого института. Автор предлагает исходить из презумпции действительности воли завещателя и возлагать на банки бремя доказывания информированности клиента. Правоприменителю рекомендован интегративный подход для разрешения споров и баланса интересов наследников.
Статья: Чужие исключительные права по договору доверительного управления
(Рузакова О.А.)
("ИС. Авторское право и смежные права", 2025, N 5)Представляется, что как с материально-правовой, так и с процессуальной позиции суду необходимо удостовериться в том, что между действительным автором (правообладателем) и истцом заключен ДДУ, и именно учредитель управления является автором (правообладателем). Поскольку ДДУ заключается в простой письменной форме, необходимо удостовериться, что такой автор (правообладатель) действительно существует и в его интересах доверительный управляющий от своего имени обращается в суд. Ситуация осложняется тем, что как в ГК РФ <7>, так и в международных договорах (п. 2 ст. 5 Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений 1886 г.) предусмотрена презумпция авторства, что не требует какой-либо регистрации или выполнения иных формальностей <8>.
(Рузакова О.А.)
("ИС. Авторское право и смежные права", 2025, N 5)Представляется, что как с материально-правовой, так и с процессуальной позиции суду необходимо удостовериться в том, что между действительным автором (правообладателем) и истцом заключен ДДУ, и именно учредитель управления является автором (правообладателем). Поскольку ДДУ заключается в простой письменной форме, необходимо удостовериться, что такой автор (правообладатель) действительно существует и в его интересах доверительный управляющий от своего имени обращается в суд. Ситуация осложняется тем, что как в ГК РФ <7>, так и в международных договорах (п. 2 ст. 5 Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений 1886 г.) предусмотрена презумпция авторства, что не требует какой-либо регистрации или выполнения иных формальностей <8>.
"Правовые аспекты разработки и коммерциализации программного обеспечения"
(Савельев А.И.)
("Статут", 2024)1) создание презумпции авторства и правообладания. Как отметил Верховный Суд РФ, "при рассмотрении судом дела о защите авторских прав надлежит исходить из того, что, пока не доказано иное, автором произведения считается лицо, указанное в качестве такового в Реестре программ для ЭВМ" <1>. Тем самым свидетельство Роспатента является официальным документом, подтверждающим правомочия лица, указанного в качестве правообладателя, на заключение сделок, предметом которых является зарегистрированная программа;
(Савельев А.И.)
("Статут", 2024)1) создание презумпции авторства и правообладания. Как отметил Верховный Суд РФ, "при рассмотрении судом дела о защите авторских прав надлежит исходить из того, что, пока не доказано иное, автором произведения считается лицо, указанное в качестве такового в Реестре программ для ЭВМ" <1>. Тем самым свидетельство Роспатента является официальным документом, подтверждающим правомочия лица, указанного в качестве правообладателя, на заключение сделок, предметом которых является зарегистрированная программа;
Статья: Правовая природа объявлений в маркетплейсах
(Аксенов В.А.)
("Хозяйство и право", 2025, N 8)Нередки случаи, когда, выставляя карточку товара, продавец на маркетплейсе копирует изображения, авторское право которых принадлежит другому лицу. Такие ситуации часто становятся предметом судебных разбирательств - как, например, в деле, где истец пытался доказать авторство посредством депонирования фотографий <18>. В рамках данного дела истец указывает, что на его официальном сайте и в маркетплейсе Wildberries размещены фотографии девушек-моделей в белье, которое он производит, однако он обнаружил, что другое лицо - ответчик - использует его фотографии моделей. При этом фотографические материалы истец депонировал, на основе чего ссылался на авторство. Однако суд установил, что на спорных фотографиях истец не обозначен как автор, хотя имел такую возможность, например указав на фото свой товарный знак или включив свои реквизиты в метаданные фотографии, и отметил, что депонирование не образует презумпции авторства. Также суд отметил, что не представлены иные доказательства, такие как договор авторского заказа с фотографом, акт-приема передачи к нему, договор оказания услуг с моделью, и в конечном счете не удовлетворил требование истца. При этом есть успешные случаи защиты прав, когда истец представляет оригинальные носители фотографических произведений <19>.
(Аксенов В.А.)
("Хозяйство и право", 2025, N 8)Нередки случаи, когда, выставляя карточку товара, продавец на маркетплейсе копирует изображения, авторское право которых принадлежит другому лицу. Такие ситуации часто становятся предметом судебных разбирательств - как, например, в деле, где истец пытался доказать авторство посредством депонирования фотографий <18>. В рамках данного дела истец указывает, что на его официальном сайте и в маркетплейсе Wildberries размещены фотографии девушек-моделей в белье, которое он производит, однако он обнаружил, что другое лицо - ответчик - использует его фотографии моделей. При этом фотографические материалы истец депонировал, на основе чего ссылался на авторство. Однако суд установил, что на спорных фотографиях истец не обозначен как автор, хотя имел такую возможность, например указав на фото свой товарный знак или включив свои реквизиты в метаданные фотографии, и отметил, что депонирование не образует презумпции авторства. Также суд отметил, что не представлены иные доказательства, такие как договор авторского заказа с фотографом, акт-приема передачи к нему, договор оказания услуг с моделью, и в конечном счете не удовлетворил требование истца. При этом есть успешные случаи защиты прав, когда истец представляет оригинальные носители фотографических произведений <19>.