Практика о банкротстве май
Подборка наиболее важных документов по запросу Практика о банкротстве май (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Путеводитель по корпоративным спорам: Вопросы судебной практики: Привлечение к субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам недействующего ООО.
Можно ли привлечь к субсидиарной ответственности контролирующих лиц ООО, не исключенного из ЕГРЮЛ
(КонсультантПлюс, 2026)Правовая позиция по вопросу о распределении бремени доказывания по делам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности применительно к случаю, когда подконтрольный должник ликвидирован, изложена Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 7 февраля 2023 г. N 6-П, а также Верховным Судом Российской Федерации в пункте 8 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 г., утвержденного 15 мая 2024 г. и ряде определений (например, определения от 4 октября 2023 N 305-ЭС23-11842, от 10 апреля 2023 г. N 305-ЭС22-16424, от 11 февраля 2025 г. N 307-ЭС24-18794 и другие). Ее суть сводится к тому, что бремя доказывания сторонами судебного спора своих требований и возражений должно быть распределено судом так, чтобы оно было потенциально реализуемым, то есть, чтобы сторона имела объективную возможность представить необходимые доказательства. Недопустимо требовать со стороны представление доказательств определенных обстоятельств, если она не может их получить по причине их нахождения у другой стороны спора, не раскрывающей их по своей воле.
Можно ли привлечь к субсидиарной ответственности контролирующих лиц ООО, не исключенного из ЕГРЮЛ
(КонсультантПлюс, 2026)Правовая позиция по вопросу о распределении бремени доказывания по делам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности применительно к случаю, когда подконтрольный должник ликвидирован, изложена Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 7 февраля 2023 г. N 6-П, а также Верховным Судом Российской Федерации в пункте 8 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 г., утвержденного 15 мая 2024 г. и ряде определений (например, определения от 4 октября 2023 N 305-ЭС23-11842, от 10 апреля 2023 г. N 305-ЭС22-16424, от 11 февраля 2025 г. N 307-ЭС24-18794 и другие). Ее суть сводится к тому, что бремя доказывания сторонами судебного спора своих требований и возражений должно быть распределено судом так, чтобы оно было потенциально реализуемым, то есть, чтобы сторона имела объективную возможность представить необходимые доказательства. Недопустимо требовать со стороны представление доказательств определенных обстоятельств, если она не может их получить по причине их нахождения у другой стороны спора, не раскрывающей их по своей воле.
Нормативные акты
Постановление Конституционного Суда РФ от 27.12.2022 N 58-П
"По делу о проверке конституционности положений подпункта 4 пункта 12 и пункта 12.1 статьи 189.49 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", части 4 статьи 9 Федерального закона от 1 мая 2017 года N 84-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и абзаца третьего подпункта "в" пункта 25 статьи 6 Федерального закона от 23 апреля 2018 года N 87-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" в связи с жалобой граждан Н.А. Коноваловой, В.А. Лычевой, Л.В. Магеро и В.И. Питернова"подпункт 4 пункта 12 (в редакции Федерального закона от 1 мая 2017 года N 84-ФЗ) и пункт 12.1 статьи 189.49 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в правоприменительной практике во взаимосвязи со статьями 417, 854 и 1102 ГК Российской Федерации интерпретируются как наделяющие коммерческую организацию правом в одностороннем порядке изъять у граждан их имущество - денежные средства, находящиеся на счетах в банке, и обратить в свою собственность без какой-либо компенсации и без проведения внутреннего расследования, установления нарушений в действиях граждан, причинно-следственной связи между их действиями и последствиями;
"По делу о проверке конституционности положений подпункта 4 пункта 12 и пункта 12.1 статьи 189.49 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", части 4 статьи 9 Федерального закона от 1 мая 2017 года N 84-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и абзаца третьего подпункта "в" пункта 25 статьи 6 Федерального закона от 23 апреля 2018 года N 87-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" в связи с жалобой граждан Н.А. Коноваловой, В.А. Лычевой, Л.В. Магеро и В.И. Питернова"подпункт 4 пункта 12 (в редакции Федерального закона от 1 мая 2017 года N 84-ФЗ) и пункт 12.1 статьи 189.49 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в правоприменительной практике во взаимосвязи со статьями 417, 854 и 1102 ГК Российской Федерации интерпретируются как наделяющие коммерческую организацию правом в одностороннем порядке изъять у граждан их имущество - денежные средства, находящиеся на счетах в банке, и обратить в свою собственность без какой-либо компенсации и без проведения внутреннего расследования, установления нарушений в действиях граждан, причинно-следственной связи между их действиями и последствиями;
Статья: Государственная (судебная) пошлина и концепция доступности правосудия
(Фокин Е.А.)
("Журнал российского права", 2025, N 12)Не секрет, что судебная система была заинтересована в повышении государственной пошлины. Наиболее конкретно соответствующие предложения стали звучать примерно с 2018 г., а в 2024 г. они были оформлены законодательной инициативой Правительства РФ. Заметим, что одновременно с ходом законодательного процесса изменился и подход судебной практики по вопросу о необходимости уплаты государственной пошлины при обращении с заявлениями и иными требованиями, которые подлежат рассмотрению в рамках дела о банкротстве. Верховный Суд РФ в мае 2024 г. сформулировал позицию, согласно которой такие заявления также требуют уплаты государственной пошлины <13>.
(Фокин Е.А.)
("Журнал российского права", 2025, N 12)Не секрет, что судебная система была заинтересована в повышении государственной пошлины. Наиболее конкретно соответствующие предложения стали звучать примерно с 2018 г., а в 2024 г. они были оформлены законодательной инициативой Правительства РФ. Заметим, что одновременно с ходом законодательного процесса изменился и подход судебной практики по вопросу о необходимости уплаты государственной пошлины при обращении с заявлениями и иными требованиями, которые подлежат рассмотрению в рамках дела о банкротстве. Верховный Суд РФ в мае 2024 г. сформулировал позицию, согласно которой такие заявления также требуют уплаты государственной пошлины <13>.
Статья: Особенности извещения лиц, участвующих в обособленных спорах по делу о банкротстве, о дате, времени и месте судебного разбирательства
(Серостанов В.Е.)
("Цивилист", 2026, N 1)Статья посвящена анализу проблемных вопросов правоприменительной практики надлежащего извещения лиц, участвующих в обособленных спорах по делу о банкротстве. Автором проведено сравнение прекративших действие положений Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22 июня 2012 г. N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" и нововведений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 г. N 40 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 г. N 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации", выявлены коллизии относительно применения действующих положений Постановления Пленума ВАС РФ N 35 и новых положений Постановления Пленума ВС РФ N 40, предложены варианты их разрешения. По результатам исследования выявлены особенности извещения лиц, участвующих в обособленных спорах по делу о банкротстве, сделаны выводы о возможности применения арбитражными судами утративших силу положений Постановления Пленума ВАС РФ N 35 с целью надлежащего извещения; о соответствии нововведений банкротного законодательства в части судебных извещений имеющейся тенденции дифференциации уровня процессуальных гарантий участников дела о банкротстве и "обычного" дела, рассматриваемого арбитражным судом, идеям процессуальной экономии. Кроме того, выдвинуто предложение о совершенствовании законодательства о банкротстве относительно судебных извещений.
(Серостанов В.Е.)
("Цивилист", 2026, N 1)Статья посвящена анализу проблемных вопросов правоприменительной практики надлежащего извещения лиц, участвующих в обособленных спорах по делу о банкротстве. Автором проведено сравнение прекративших действие положений Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22 июня 2012 г. N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" и нововведений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 г. N 40 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 г. N 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации", выявлены коллизии относительно применения действующих положений Постановления Пленума ВАС РФ N 35 и новых положений Постановления Пленума ВС РФ N 40, предложены варианты их разрешения. По результатам исследования выявлены особенности извещения лиц, участвующих в обособленных спорах по делу о банкротстве, сделаны выводы о возможности применения арбитражными судами утративших силу положений Постановления Пленума ВАС РФ N 35 с целью надлежащего извещения; о соответствии нововведений банкротного законодательства в части судебных извещений имеющейся тенденции дифференциации уровня процессуальных гарантий участников дела о банкротстве и "обычного" дела, рассматриваемого арбитражным судом, идеям процессуальной экономии. Кроме того, выдвинуто предложение о совершенствовании законодательства о банкротстве относительно судебных извещений.
Статья: К вопросу о сущности криптовалюты
(Петраков Н.А.)
("Цивилист", 2022, N 2)Однако не во всех случаях суды были благосклонны к криптовалюте и спешили, пользуясь указанными прецедентами, признавать ее объектом гражданских прав и имуществом. Обратимся к судебной практике по делам о банкротстве. Так, конкурсный кредитор должника подал жалобу на бездействие финансового управляющего. Суть жалобы заключалась в том, что истец настаивал, помимо прочего, на том, чтобы ответчик установил, имеется ли у должника криптовалюта, для дальнейшего включения ее в конкурсную массу. Но вопреки тому, что ранее по аналогичному спору Девятый арбитражный апелляционный суд вынес Постановление N 09АП-16416/2018 от 15 мая 2018 г., в котором признал криптовалюту имуществом, Арбитражный суд Поволжского округа, рассматривая дело в качестве суда кассационной инстанции, в Постановлении от 18 октября 2018 г. N Ф06-38270/2018 дал криптовалюте следующую оценку: "криптовалюта не относится к объектам гражданских прав, находится вне правового поля на территории Российской Федерации, исполнение сделок с криптовалютой, ее транзакции не обеспечиваются принудительной силой государства, а отсутствие в системе криптовалюты контролирующего центра, анонимность пользователей криптовалют не позволяют с определенностью установить принадлежность криптовалюты в криптокошельке, находящемся в сети Интернет, конкретному лицу" <8>. Примечательно, что данное решение суда осталось без изменения: Верховный Суд Российской Федерации отказал <9> в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам.
(Петраков Н.А.)
("Цивилист", 2022, N 2)Однако не во всех случаях суды были благосклонны к криптовалюте и спешили, пользуясь указанными прецедентами, признавать ее объектом гражданских прав и имуществом. Обратимся к судебной практике по делам о банкротстве. Так, конкурсный кредитор должника подал жалобу на бездействие финансового управляющего. Суть жалобы заключалась в том, что истец настаивал, помимо прочего, на том, чтобы ответчик установил, имеется ли у должника криптовалюта, для дальнейшего включения ее в конкурсную массу. Но вопреки тому, что ранее по аналогичному спору Девятый арбитражный апелляционный суд вынес Постановление N 09АП-16416/2018 от 15 мая 2018 г., в котором признал криптовалюту имуществом, Арбитражный суд Поволжского округа, рассматривая дело в качестве суда кассационной инстанции, в Постановлении от 18 октября 2018 г. N Ф06-38270/2018 дал криптовалюте следующую оценку: "криптовалюта не относится к объектам гражданских прав, находится вне правового поля на территории Российской Федерации, исполнение сделок с криптовалютой, ее транзакции не обеспечиваются принудительной силой государства, а отсутствие в системе криптовалюты контролирующего центра, анонимность пользователей криптовалют не позволяют с определенностью установить принадлежность криптовалюты в криптокошельке, находящемся в сети Интернет, конкретному лицу" <8>. Примечательно, что данное решение суда осталось без изменения: Верховный Суд Российской Федерации отказал <9> в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам.
Статья: Новые правила уплаты государственной пошлины в делах о банкротстве
(Раздьяконов Е.С.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 8)В 2024 году состоялся целый ряд значимых изменений, сформировавших новые правила уплаты государственной пошлины в целом и по делам о несостоятельности (банкротстве) в частности. Прежде всего они были реализованы через Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 за 2024 г. (утв. Президиумом ВС РФ 29 мая 2024 г.) (далее - Обзор N 1) и позднее в Федеральном законе от 8 августа 2024 г. N 259-ФЗ. Эти изменения касаются увеличения размера государственной пошлины и появления новых оснований для ее уплаты. В доктрине обоснованно отмечается зависимость реализации права на обращение в суд от государственной пошлины <1>. На сегодняшний день следует констатировать, что реализация права на судебную защиту стала значительно дороже прежде всего для истца (заявителя), поскольку именно он должен уплатить госпошлину до момента обращения в суд. Истец, заявивший обоснованный иск, в итоге получает присуждение своих расходов по уплате госпошлины с ответчика, но для истца, во-первых, возникает "кассовый разрыв" (вся пошлина должна быть уплачена до обращение в суд, а право на ее получение с ответчика возникает после вступления в законную силу судебного акта, которым решен вопрос по судебным расходам). Во-вторых, необходимо учитывать, что не все судебные акты о присуждении судебных расходов будут исполнены, так как реальное их исполнение зависит от экономического положения должника. А в случае его несостоятельности шанс возместить судебные расходы за счет такого должника еще меньше. Таким образом, истец (заявитель) имеет обязанность уплатить госпошлину, но не имеет реального правового механизма, безусловно гарантирующего возмещение пошлины за счет ответчика (должника). Несмотря на отдельные позиции, высказанные ранее за существенное увеличение размера госпошлин <2>, текущее положение дел дает основание утверждать, что судебный процесс стал дороже прежде всего для истца (заявителя), и именно на его действия по обращению в суд накладывает ограничение увеличение размера госпошлин. Судебных споров станет меньше не потому, что нарушители прав станут добровольно исполнять требования истцов и прочих заинтересованных лиц, опасаясь того, что по итогу судебного разбирательства на них возложат пошлину в новом, увеличенном размере, а потому, что истцы и прочие заинтересованные лица будут воздерживаться от обращения в суд. Мотивами станут наличие сомнений в экономической состоятельности ответчика (должника), отсутствие перспективы возмещения пошлины за его счет, а также негативные экономические последствия от кассового разрыва. Да, существуют процессуальные льготы по уплате госпошлины при обращении в суд, но действующая правоприменительная практика их предоставления такова, что любое более-менее работающее предприятие не сможет доказать наличие оснований для их применения. Например, если у предприятия есть обороты по счету и какой-то остаток денежных средств в моменте, из которых можно уплатить государственную пошлину или закупить сырье для продолжения производственного процесса, то такое предприятие с учетом сложившейся правоприменительной практики не имеет оснований для получения процессуальной льготы по уплате госпошлины. Обязанность рассчитаться за приобретенное сырье не имеет приоритета в исполнении по сравнению с госпошлиной. Значит такое предприятие будет вынуждено выбирать: продолжить производство, закупив сырье, или уплатить пошлину за обращение в суд. Новый максимальный размер пошлины за обращение в арбитражный суд повышен до 10 000 000 руб., что для отдельных субъектов гражданского оборота уже сопоставимо с затратами по основным видам деятельности.
(Раздьяконов Е.С.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2025, N 8)В 2024 году состоялся целый ряд значимых изменений, сформировавших новые правила уплаты государственной пошлины в целом и по делам о несостоятельности (банкротстве) в частности. Прежде всего они были реализованы через Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 за 2024 г. (утв. Президиумом ВС РФ 29 мая 2024 г.) (далее - Обзор N 1) и позднее в Федеральном законе от 8 августа 2024 г. N 259-ФЗ. Эти изменения касаются увеличения размера государственной пошлины и появления новых оснований для ее уплаты. В доктрине обоснованно отмечается зависимость реализации права на обращение в суд от государственной пошлины <1>. На сегодняшний день следует констатировать, что реализация права на судебную защиту стала значительно дороже прежде всего для истца (заявителя), поскольку именно он должен уплатить госпошлину до момента обращения в суд. Истец, заявивший обоснованный иск, в итоге получает присуждение своих расходов по уплате госпошлины с ответчика, но для истца, во-первых, возникает "кассовый разрыв" (вся пошлина должна быть уплачена до обращение в суд, а право на ее получение с ответчика возникает после вступления в законную силу судебного акта, которым решен вопрос по судебным расходам). Во-вторых, необходимо учитывать, что не все судебные акты о присуждении судебных расходов будут исполнены, так как реальное их исполнение зависит от экономического положения должника. А в случае его несостоятельности шанс возместить судебные расходы за счет такого должника еще меньше. Таким образом, истец (заявитель) имеет обязанность уплатить госпошлину, но не имеет реального правового механизма, безусловно гарантирующего возмещение пошлины за счет ответчика (должника). Несмотря на отдельные позиции, высказанные ранее за существенное увеличение размера госпошлин <2>, текущее положение дел дает основание утверждать, что судебный процесс стал дороже прежде всего для истца (заявителя), и именно на его действия по обращению в суд накладывает ограничение увеличение размера госпошлин. Судебных споров станет меньше не потому, что нарушители прав станут добровольно исполнять требования истцов и прочих заинтересованных лиц, опасаясь того, что по итогу судебного разбирательства на них возложат пошлину в новом, увеличенном размере, а потому, что истцы и прочие заинтересованные лица будут воздерживаться от обращения в суд. Мотивами станут наличие сомнений в экономической состоятельности ответчика (должника), отсутствие перспективы возмещения пошлины за его счет, а также негативные экономические последствия от кассового разрыва. Да, существуют процессуальные льготы по уплате госпошлины при обращении в суд, но действующая правоприменительная практика их предоставления такова, что любое более-менее работающее предприятие не сможет доказать наличие оснований для их применения. Например, если у предприятия есть обороты по счету и какой-то остаток денежных средств в моменте, из которых можно уплатить государственную пошлину или закупить сырье для продолжения производственного процесса, то такое предприятие с учетом сложившейся правоприменительной практики не имеет оснований для получения процессуальной льготы по уплате госпошлины. Обязанность рассчитаться за приобретенное сырье не имеет приоритета в исполнении по сравнению с госпошлиной. Значит такое предприятие будет вынуждено выбирать: продолжить производство, закупив сырье, или уплатить пошлину за обращение в суд. Новый максимальный размер пошлины за обращение в арбитражный суд повышен до 10 000 000 руб., что для отдельных субъектов гражданского оборота уже сопоставимо с затратами по основным видам деятельности.
Статья: Проблемные аспекты иммунитета единственного жилья должника в рамках процедуры банкротства
(Тарасов Ю.А., Бабенкова В.Р., Брусенцева М.И.)
("Вестник Российской правовой академии", 2025, N 1)1. Справка о результатах обобщения судебной практики по спорам об обращении взыскания на единственное жилье должника-банкрота // СПС "КонсультантПлюс".
(Тарасов Ю.А., Бабенкова В.Р., Брусенцева М.И.)
("Вестник Российской правовой академии", 2025, N 1)1. Справка о результатах обобщения судебной практики по спорам об обращении взыскания на единственное жилье должника-банкрота // СПС "КонсультантПлюс".
Статья: Требования по налогу на прибыль от реализации имущества должника. Комментарий к Постановлению КС РФ от 31 мая 2023 года N 28-П
(Резанов Н.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 11)Комментарий посвящен банкротной квалификации требования по налогу на прибыль, возникшую в результате распродажи имущества должника в конкурсном производстве. Правоприменительная практика последних лет относила такие требования к зареестровым. Этот подход был изменен в Постановлении КС РФ от 31 мая 2023 года N 28-П, в котором Суд предложил квалифицировать рассматриваемые налоговые требования как реестровые требования третьей очереди. Также КС РФ указал, что окончательно определить место таких налоговых требований должен законодатель. Минэкономразвития России был разработан проект, в котором все обязательные платежи, возникшие после принятия заявления о банкротстве, предлагается относить к текущим требованиям. Автор критикует подход, выбранный законодателем и КС РФ, и считает оптимальным вариантом возвращение к квалификации рассматриваемых требований как зареестровых.
(Резанов Н.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 11)Комментарий посвящен банкротной квалификации требования по налогу на прибыль, возникшую в результате распродажи имущества должника в конкурсном производстве. Правоприменительная практика последних лет относила такие требования к зареестровым. Этот подход был изменен в Постановлении КС РФ от 31 мая 2023 года N 28-П, в котором Суд предложил квалифицировать рассматриваемые налоговые требования как реестровые требования третьей очереди. Также КС РФ указал, что окончательно определить место таких налоговых требований должен законодатель. Минэкономразвития России был разработан проект, в котором все обязательные платежи, возникшие после принятия заявления о банкротстве, предлагается относить к текущим требованиям. Автор критикует подход, выбранный законодателем и КС РФ, и считает оптимальным вариантом возвращение к квалификации рассматриваемых требований как зареестровых.
Статья: К вопросу о банкротстве наследственной массы
(Рабина С.Д.)
("Юрист", 2023, N 5)<11> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" // Российская газета. 2012. 5 июня.
(Рабина С.Д.)
("Юрист", 2023, N 5)<11> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" // Российская газета. 2012. 5 июня.
Статья: Привлечение к ответственности контролирующих лиц несостоятельного должника: современные подходы
(Гутников О.В.)
("Журнал российского права", 2025, N 7)<32> См. п. 7 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 г., утв. Президиумом ВС РФ 15 мая 2024 г.; см. также п. 12 Обзора судебной практики ВС РФ N 4 (2020), утв. Президиумом ВС РФ 23 декабря 2020 г.; Определение ВС РФ от 28 марта 2024 г. N 305-ЭС23-22266.
(Гутников О.В.)
("Журнал российского права", 2025, N 7)<32> См. п. 7 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 г., утв. Президиумом ВС РФ 15 мая 2024 г.; см. также п. 12 Обзора судебной практики ВС РФ N 4 (2020), утв. Президиумом ВС РФ 23 декабря 2020 г.; Определение ВС РФ от 28 марта 2024 г. N 305-ЭС23-22266.
Статья: Персонификация наследственной массы
(Михалев К.А., Петров Е.Ю.)
("Закон", 2023, N 6)Реформа, предлагавшаяся в доктрине, не нашла поддержки у законодателя, и изменения наследственного права 2015 - 2018 годов не затронули ответственности по долгам <16>. В правоприменительной практике можно попытаться разглядеть тенденцию ухода от идеи безусловно ограниченной ответственности наследников через ранее упоминавшееся введение в 2015 году банкротства наследства и через изменение отношения судов к презумпциям. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года N 9, посвященное наследованию, исходит из необходимости решения вопроса о достижении предела ответственности при удовлетворении требования кредитора. Как следствие, бремя доказывания того, что обязательство не прекратилось невозможностью исполнения, оказывается возложенным на кредитора. Однако Постановление Пленума от 24 декабря 2020 года N 45, посвященное поручительству, применительно к случаю смерти поручителя предложило презюмировать достаточность наследственной массы и перенесло бремя доказывания обратного на наследников поручителя (п. 37) <17>.
(Михалев К.А., Петров Е.Ю.)
("Закон", 2023, N 6)Реформа, предлагавшаяся в доктрине, не нашла поддержки у законодателя, и изменения наследственного права 2015 - 2018 годов не затронули ответственности по долгам <16>. В правоприменительной практике можно попытаться разглядеть тенденцию ухода от идеи безусловно ограниченной ответственности наследников через ранее упоминавшееся введение в 2015 году банкротства наследства и через изменение отношения судов к презумпциям. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года N 9, посвященное наследованию, исходит из необходимости решения вопроса о достижении предела ответственности при удовлетворении требования кредитора. Как следствие, бремя доказывания того, что обязательство не прекратилось невозможностью исполнения, оказывается возложенным на кредитора. Однако Постановление Пленума от 24 декабря 2020 года N 45, посвященное поручительству, применительно к случаю смерти поручителя предложило презюмировать достаточность наследственной массы и перенесло бремя доказывания обратного на наследников поручителя (п. 37) <17>.
Статья: Оспаривание сделок гражданина-банкрота в случае его смерти
(Рабина С.Д.)
("Наследственное право", 2024, N 4)<1> Большинство исследователей придерживаются позиции о необходимости использования понятия "банкротство наследственной массы". Судебная практика также выработала позицию о необходимости обращения требований не к умершему лицу, а к наследственной массе (напр.: Апелляционное определение Волгоградского областного суда от 18 ноября 2015 г. по делу N 33-13140/2015; Постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 19 мая 2020 г. N 02АП-492/2020 по делу N А28-10211/2019).
(Рабина С.Д.)
("Наследственное право", 2024, N 4)<1> Большинство исследователей придерживаются позиции о необходимости использования понятия "банкротство наследственной массы". Судебная практика также выработала позицию о необходимости обращения требований не к умершему лицу, а к наследственной массе (напр.: Апелляционное определение Волгоградского областного суда от 18 ноября 2015 г. по делу N 33-13140/2015; Постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 19 мая 2020 г. N 02АП-492/2020 по делу N А28-10211/2019).