ОРМ проверочная закупка
Подборка наиболее важных документов по запросу ОРМ проверочная закупка (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Комментарий к отдельным положениям Уголовного кодекса Российской Федерации в решениях Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ"
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Клюев путем установки вредоносных компьютерных программ внес изменения в программное обеспечение 4 игровых приставок "Sony PlayStation 3", что повлекло нейтрализацию программно-технических средств защиты и возможность воспроизведения на игровой консоли нелицензионных программных продуктов. Одну игровую приставку Клюев продал лицу, участвующему в проведении оперативно-розыскных мероприятий "проверочная закупка", еще три консоли изъяты по месту жительства. Действия Клюева квалифицированы по ч. 1 ст. 272 (3 эп.), ч. 1 ст. 272 (3 эп.), ч. 2 ст. 272, ч. 2 ст. 273 УК РФ. Судебная коллегия приговор отменила, направила дело на новое рассмотрение, указав следующее. Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2022 N 37, по смыслу ч. 1 ст. 272 УК РФ в качестве охраняемой законом компьютерной информации рассматривается как информация, для которой законом установлен специальный режим правовой защиты, ограничен доступ, установлены условия отнесения ее к сведениям, составляющим государственную, коммерческую, служебную, личную, семейную или иную тайну (в том числе персональные данные), установлена обязательность соблюдения конфиденциальности такой информации и ответственность за ее разглашение, так и информация, для которой обладателем информации установлены средства защиты, направленные на обеспечение ее целостности и (или) доступности. Исходя из установленных судом в приговоре фактических обстоятельств Клюев осуществил неправомерный доступ к информации, относящейся ко второму из перечисленных выше видов, то есть к той информации, для которой режим защиты устанавливается не законодателем, а ее обладателем. Вместе с тем по смыслу закона единственным условием для включения такой информации в перечень охраняемой законом является совершение ее обладателем действий по обеспечению ее защиты путем применения специальных средств, которые должны быть направлены на обеспечение целостности и (или) доступности информации. Однако, сделав вывод о виновности Клюева в неправомерном доступе к компьютерной информации при изложенных выше обстоятельствах, суд доказательств того, что модифицированная Клюевым информация была защищена ее правообладателем путем применения каких-либо специальных средств, в приговоре не привел <1227>.
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Клюев путем установки вредоносных компьютерных программ внес изменения в программное обеспечение 4 игровых приставок "Sony PlayStation 3", что повлекло нейтрализацию программно-технических средств защиты и возможность воспроизведения на игровой консоли нелицензионных программных продуктов. Одну игровую приставку Клюев продал лицу, участвующему в проведении оперативно-розыскных мероприятий "проверочная закупка", еще три консоли изъяты по месту жительства. Действия Клюева квалифицированы по ч. 1 ст. 272 (3 эп.), ч. 1 ст. 272 (3 эп.), ч. 2 ст. 272, ч. 2 ст. 273 УК РФ. Судебная коллегия приговор отменила, направила дело на новое рассмотрение, указав следующее. Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2022 N 37, по смыслу ч. 1 ст. 272 УК РФ в качестве охраняемой законом компьютерной информации рассматривается как информация, для которой законом установлен специальный режим правовой защиты, ограничен доступ, установлены условия отнесения ее к сведениям, составляющим государственную, коммерческую, служебную, личную, семейную или иную тайну (в том числе персональные данные), установлена обязательность соблюдения конфиденциальности такой информации и ответственность за ее разглашение, так и информация, для которой обладателем информации установлены средства защиты, направленные на обеспечение ее целостности и (или) доступности. Исходя из установленных судом в приговоре фактических обстоятельств Клюев осуществил неправомерный доступ к информации, относящейся ко второму из перечисленных выше видов, то есть к той информации, для которой режим защиты устанавливается не законодателем, а ее обладателем. Вместе с тем по смыслу закона единственным условием для включения такой информации в перечень охраняемой законом является совершение ее обладателем действий по обеспечению ее защиты путем применения специальных средств, которые должны быть направлены на обеспечение целостности и (или) доступности информации. Однако, сделав вывод о виновности Клюева в неправомерном доступе к компьютерной информации при изложенных выше обстоятельствах, суд доказательств того, что модифицированная Клюевым информация была защищена ее правообладателем путем применения каких-либо специальных средств, в приговоре не привел <1227>.
Нормативные акты
Федеральный закон от 08.01.1998 N 3-ФЗ
(ред. от 08.08.2024)
"О наркотических средствах и психотропных веществах"проверочной закупки - оперативно-розыскного мероприятия, при котором с ведома и под контролем органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, допускается приобретение наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, а также инструментов или оборудования;
(ред. от 08.08.2024)
"О наркотических средствах и психотропных веществах"проверочной закупки - оперативно-розыскного мероприятия, при котором с ведома и под контролем органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, допускается приобретение наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, а также инструментов или оборудования;
Статья: Нарушение прав граждан ввиду несовершенства нормативной основы уголовно-процессуальной и оперативно-разыскной деятельности (часть II)
(Антонов И.А., Каширин Р.М.)
("Мировой судья", 2026, N 2)В рассматриваемом примере в целях выявления и раскрытия преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, оперативным сотрудником К. было организовано проведение ОРМ "оперативный эксперимент" и оформлено постановление о проведении именно этого мероприятия. При этом было привлечено лицо В. для помощи в проведении ОРМ, выданы ему денежные средства в сумме 1 600 руб., организована закупка наркотических средств. В постановлении о проведении ОРМ "оперативный эксперимент" ключевым условием мероприятия назван день окончания возмездной сделки и ее цена, ни описательно-мотивировочная часть, ни резолютивная часть постановления не отражает факта участия именно В. в этом ОРМ, не отражает факта решения о выделении ему денежных средств в сумме 1 600 руб. на ОРД из средств федерального бюджета или же факта решения о заключении договора (устного соглашения) с В. на использование его денег в сумме 1 600 руб. в ходе ОРМ (проведенные в ходе судебного следствия допросы указывают на фактическое использование личных денег К. как лица, организовавшего ОРМ, что не предусмотрено законом). В. провел закупку психотропного вещества амфетамин массой 1,83 г, о чем был составлен акт добровольной выдачи, акт о проведении ОРМ и другие документы, получены показания В. и иных участников ОРМ. Указанными документами зафиксировано, что В. фактически выполнена сделка купли-продажи амфетамина под контролем оперативных подразделений, что характерно исключительно для ОРМ "проверочная закупка" и предусмотрено ФЗ "О наркотических средствах...". О проведении фактически сделки купли-продажи в дальнейшем дают свидетельские показания все лица, участвующие в ОРМ (понятые, оперативные сотрудники). Однако действия В. были названы как ОРМ "оперативный эксперимент", т.е. допущена подмена ОРМ "проверочная закупка" на ОРМ "оперативный эксперимент".
(Антонов И.А., Каширин Р.М.)
("Мировой судья", 2026, N 2)В рассматриваемом примере в целях выявления и раскрытия преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, оперативным сотрудником К. было организовано проведение ОРМ "оперативный эксперимент" и оформлено постановление о проведении именно этого мероприятия. При этом было привлечено лицо В. для помощи в проведении ОРМ, выданы ему денежные средства в сумме 1 600 руб., организована закупка наркотических средств. В постановлении о проведении ОРМ "оперативный эксперимент" ключевым условием мероприятия назван день окончания возмездной сделки и ее цена, ни описательно-мотивировочная часть, ни резолютивная часть постановления не отражает факта участия именно В. в этом ОРМ, не отражает факта решения о выделении ему денежных средств в сумме 1 600 руб. на ОРД из средств федерального бюджета или же факта решения о заключении договора (устного соглашения) с В. на использование его денег в сумме 1 600 руб. в ходе ОРМ (проведенные в ходе судебного следствия допросы указывают на фактическое использование личных денег К. как лица, организовавшего ОРМ, что не предусмотрено законом). В. провел закупку психотропного вещества амфетамин массой 1,83 г, о чем был составлен акт добровольной выдачи, акт о проведении ОРМ и другие документы, получены показания В. и иных участников ОРМ. Указанными документами зафиксировано, что В. фактически выполнена сделка купли-продажи амфетамина под контролем оперативных подразделений, что характерно исключительно для ОРМ "проверочная закупка" и предусмотрено ФЗ "О наркотических средствах...". О проведении фактически сделки купли-продажи в дальнейшем дают свидетельские показания все лица, участвующие в ОРМ (понятые, оперативные сотрудники). Однако действия В. были названы как ОРМ "оперативный эксперимент", т.е. допущена подмена ОРМ "проверочная закупка" на ОРМ "оперативный эксперимент".
Статья: Уголовная ответственность за нарушение патентных прав по ст. 147 УК РФ: проблемы доказывания
(Карташова И.Ю., Аксенов А.Н.)
("Адвокатская практика", 2025, N 2)В первую очередь, уже на стадии доследственной проверки необходимо установить сам факт использования чужого патента и способ совершения преступления, но при этом убедиться в отсутствии добросовестного преждепользования изобретения подозреваемым лицом, предусмотренного ст. 1361 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ). В случае если лицо разработало изобретение ранее того, кто успел запатентовать аналогичное, добросовестно его использовало, предпринимало меры и готовилось подать заявку на регистрацию патента, но по каким-то обстоятельствам не успело сделать это, то такие действия лица состава преступления не образуют. Незаконное использование чужого патента должно быть осуществлено исключительно с целью извлечения прибыли, а не для личных нужд, что напрямую связано с фактом причинения ущерба потерпевшему. Выявление и фиксирование данного признака преступления сопровождается необходимостью проведения оперативно-розыскных мероприятий: проверочной закупки, наблюдения, контролируемой поставки и т.п., для чего требуется приложение серьезных юридических и временных усилий со стороны органов дознания, которые не всегда считают необходимым прилагать усилия для выявления преступлений средней тяжести. Однако в данном составе преступления установлен дополнительный квалифицирующий признак, предусмотренный ч. 2 ст. 147 УК РФ, - "те же деяния, совершенные группой лиц по предварительному сговору или организованной группой", что могло бы перевести преступление в категорию тяжких, что, в свою очередь, дополнительно накладывает необходимость устанавливать признаки сплоченности, устойчивости, наличия организатора, распределения ролей.
(Карташова И.Ю., Аксенов А.Н.)
("Адвокатская практика", 2025, N 2)В первую очередь, уже на стадии доследственной проверки необходимо установить сам факт использования чужого патента и способ совершения преступления, но при этом убедиться в отсутствии добросовестного преждепользования изобретения подозреваемым лицом, предусмотренного ст. 1361 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ). В случае если лицо разработало изобретение ранее того, кто успел запатентовать аналогичное, добросовестно его использовало, предпринимало меры и готовилось подать заявку на регистрацию патента, но по каким-то обстоятельствам не успело сделать это, то такие действия лица состава преступления не образуют. Незаконное использование чужого патента должно быть осуществлено исключительно с целью извлечения прибыли, а не для личных нужд, что напрямую связано с фактом причинения ущерба потерпевшему. Выявление и фиксирование данного признака преступления сопровождается необходимостью проведения оперативно-розыскных мероприятий: проверочной закупки, наблюдения, контролируемой поставки и т.п., для чего требуется приложение серьезных юридических и временных усилий со стороны органов дознания, которые не всегда считают необходимым прилагать усилия для выявления преступлений средней тяжести. Однако в данном составе преступления установлен дополнительный квалифицирующий признак, предусмотренный ч. 2 ст. 147 УК РФ, - "те же деяния, совершенные группой лиц по предварительному сговору или организованной группой", что могло бы перевести преступление в категорию тяжких, что, в свою очередь, дополнительно накладывает необходимость устанавливать признаки сплоченности, устойчивости, наличия организатора, распределения ролей.
Статья: Выявление преступлений и расследование уголовных дел, связанных с легализацией преступных доходов путем совершения операций с цифровой валютой
(Бажанов Д.В., Гайфулин Р.И.)
("Законность", 2025, N 11)Зачастую сбытчики наркотиков на протяжении длительного времени занимаются преступной деятельностью, которая выходит из поля зрения правоохранителей и становится очевидной при осмотре изъятого телефона. При этом наркодилер обвиняется в совершении тех неоконченных преступлений, наркотики по которым обнаружены, а также тех оконченных, при совершении которых сделка по продаже состоялась (зачастую при проведении ОРМ "проверочная закупка").
(Бажанов Д.В., Гайфулин Р.И.)
("Законность", 2025, N 11)Зачастую сбытчики наркотиков на протяжении длительного времени занимаются преступной деятельностью, которая выходит из поля зрения правоохранителей и становится очевидной при осмотре изъятого телефона. При этом наркодилер обвиняется в совершении тех неоконченных преступлений, наркотики по которым обнаружены, а также тех оконченных, при совершении которых сделка по продаже состоялась (зачастую при проведении ОРМ "проверочная закупка").
"Рассмотрение уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства: научно-практическое пособие"
(Качалов В.И., Качалова О.В., Марковичева Е.В.)
("Проспект", 2023)Так, Б.С. признан виновным и осужден за незаконный сбыт наркотических средств в особом порядке принятия судебного решения в соответствии с гл. 40 УПК РФ. Как видно из обвинительного заключения и материалов уголовного дела, сбыт наркотического средства, в совершении которого Б.С. обвиняется органом предварительного следствия и признан судом виновным, осуществлен в ходе оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка", в котором в качестве покупателя принимал участие Н. Основанием для проведения указанного оперативно-розыскного мероприятия в отношении Б.С. явилось сообщение Н. о том, что Б.С. употребляет наркотические средства и продает их. О других источниках информации, свидетельствующей, что Б.С. занимается сбытом наркотических средств, о том, что сведения об этом имелись до обращения Н., никто из оперативных сотрудников, допрошенных по делу, не сообщил. При допросе в качестве обвиняемого Б.С., не отрицая, что 13 февраля 2019 года он передал наркотическое средство, в то же время показал, что ранее наркотические средства не сбывал, в указанный день сделал это в связи с тем, что Н. в течение дня звонил ему и просил наркотик. Таким образом, Б.С. фактически заявил о том, что осуществил сбыт наркотического средства под влиянием, в связи с чем подлежали проверке обстоятельства проведения проверочной закупки с участием Н. и подлежало выяснению, имело ли место оказание давления на Б.С. со стороны "покупателя" или сотрудников правоохранительных органов, контролирующих действия "покупателя", возник ли умысел у осужденного на сбыт наркотического средства в результате этого давления. То есть показания Б.С. объективно предполагали обязанность суда проверить в судебном заседании обстоятельства, связанные с возможной провокацией преступления. При этом следовало принять во внимание имеющуюся в деле детализацию телефонных соединений, результаты обыска, проведенного по месту жительства Б.С., проверить и оценить показания свидетеля Н., устранить расхождения в его показаниях и показаниях сотрудников полиции, участвовавших в организации и проведении проверочной закупки, относительно того, когда состоялась договоренность между Б.С. и Н. на сбыт наркотического средства. Между тем, несмотря на содержание показаний Б.С., а также заявление его адвоката, сделанное при выполнении требований ст. 217 УПК РФ, о том, что обвинение не подтверждено материалами дела и усматривается провокация преступления, суд, в нарушение положений ст. 314 и 316 УПК РФ, рассмотрел уголовное дело в особом порядке, не убедившись в обоснованности обвинения, соблюдении требований законодательства об оперативно-розыскной деятельности и не проверив доводы защитника об отсутствии в действиях Б.С. состава вмененного преступления <1>.
(Качалов В.И., Качалова О.В., Марковичева Е.В.)
("Проспект", 2023)Так, Б.С. признан виновным и осужден за незаконный сбыт наркотических средств в особом порядке принятия судебного решения в соответствии с гл. 40 УПК РФ. Как видно из обвинительного заключения и материалов уголовного дела, сбыт наркотического средства, в совершении которого Б.С. обвиняется органом предварительного следствия и признан судом виновным, осуществлен в ходе оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка", в котором в качестве покупателя принимал участие Н. Основанием для проведения указанного оперативно-розыскного мероприятия в отношении Б.С. явилось сообщение Н. о том, что Б.С. употребляет наркотические средства и продает их. О других источниках информации, свидетельствующей, что Б.С. занимается сбытом наркотических средств, о том, что сведения об этом имелись до обращения Н., никто из оперативных сотрудников, допрошенных по делу, не сообщил. При допросе в качестве обвиняемого Б.С., не отрицая, что 13 февраля 2019 года он передал наркотическое средство, в то же время показал, что ранее наркотические средства не сбывал, в указанный день сделал это в связи с тем, что Н. в течение дня звонил ему и просил наркотик. Таким образом, Б.С. фактически заявил о том, что осуществил сбыт наркотического средства под влиянием, в связи с чем подлежали проверке обстоятельства проведения проверочной закупки с участием Н. и подлежало выяснению, имело ли место оказание давления на Б.С. со стороны "покупателя" или сотрудников правоохранительных органов, контролирующих действия "покупателя", возник ли умысел у осужденного на сбыт наркотического средства в результате этого давления. То есть показания Б.С. объективно предполагали обязанность суда проверить в судебном заседании обстоятельства, связанные с возможной провокацией преступления. При этом следовало принять во внимание имеющуюся в деле детализацию телефонных соединений, результаты обыска, проведенного по месту жительства Б.С., проверить и оценить показания свидетеля Н., устранить расхождения в его показаниях и показаниях сотрудников полиции, участвовавших в организации и проведении проверочной закупки, относительно того, когда состоялась договоренность между Б.С. и Н. на сбыт наркотического средства. Между тем, несмотря на содержание показаний Б.С., а также заявление его адвоката, сделанное при выполнении требований ст. 217 УПК РФ, о том, что обвинение не подтверждено материалами дела и усматривается провокация преступления, суд, в нарушение положений ст. 314 и 316 УПК РФ, рассмотрел уголовное дело в особом порядке, не убедившись в обоснованности обвинения, соблюдении требований законодательства об оперативно-розыскной деятельности и не проверив доводы защитника об отсутствии в действиях Б.С. состава вмененного преступления <1>.