Нарушение правил дорожного движения повлекшее смерть
Подборка наиболее важных документов по запросу Нарушение правил дорожного движения повлекшее смерть (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2024 год: Статья 7 "Законность при производстве по уголовному делу" УПК РФ"Между тем, в нарушение требований ч. 4 ст. 7 УПК РФ в описательно-мотивировочной части постановления суда первой инстанции не приведено описание преступного деяния, инкриминируемого Т.С., отсутствует вывод об обоснованности предъявленного обвинения. Суд ограничился лишь указанием на то, что органами предварительного расследования Т.С. обвинялся в том, что являясь лицом, управляющим автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека. В постановлении отсутствуют анализ конкретных обстоятельств уголовного дела, суждения об изменении степени общественной опасности Т.С. после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, а также данные о личности Т.С., обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание."
Подборка судебных решений за 2023 год: Статья 299 "Вопросы, разрешаемые судом при постановлении приговора" УПК РФ"Как следует из постановления, вынесенного судом 22 июля 2022 года по результатам рассмотрения ходатайства потерпевшей, "Т. грубо нарушил Правила дорожного движения, его действия повлекли смерть человека, своими действиями создал опасность не только для потерпевшего, но и для других лиц, в результате совершенного им деяния вред причинен как жизни потерпевшего, так и охраняемым законом общественным интересам по обеспечению безопасности дорожного движения. С учетом обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, суд не считает возможным прекратить уголовное дело в отношении Т. по основаниям, предусмотренным ст. 25 УПК РФ" (т. 2 л.д. 156 - 158). В удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон суд отказал. 22 июля 2022 года судьей Череповской Е.С. постановлен по делу обвинительный приговор.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Комментарий к отдельным положениям Уголовного кодекса Российской Федерации в решениях Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ"
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Невзоров признан виновным в нарушении Правил дорожного движения, повлекшем смерть Денискина. Невзоров около 3 час ночи, управляя автомобилем "ВАЗ-21043", двигался по автодороге в с. Старо-Тарбеево в темное время суток с ближним светом фар, при этом, как указано в приговоре, не выбрал скорость, обеспечивающую ему постоянный контроль за движением автомобиля: увидев на дороге рядом с обочиной по ходу своего движения препятствие, не снизил скорость до безопасной, на скорости 40 - 45 км/час стал объезжать препятствие; не справившись с управлением, выехал на встречную полосу движения, где допустил столкновение с мотоциклом "ИЖ-Планета", управляемым Денискиным. Президиум областного суда приговор и последующие судебные решения отменил, а дело направил на новое судебное рассмотрение, указав следующее. Органы следствия пришли к выводу о том, что причиной ДТП стало нарушение Невзоровым скоростного режима движения автомобиля. Вместе с тем органы следствия не установили скорость движения автомобиля, управляемого Невзоровым в момент аварии, а также скорость, которая обеспечивала бы безопасность движения в условиях сложившейся дорожной ситуации. В ходе предварительного следствия и судебного разбирательства Невзоров, объясняя выезд автомобиля на встречную полосу, показывал, что причиной тому послужил человек, неожиданно появившийся на дороге (личность его не установлена). Между тем установление данного факта при определенных обстоятельствах может иметь существенное значение для вывода суда о виновности или невиновности обвиняемого. В частности, Невзоров показал, что ехал на автомашине в условиях тумана со скоростью 40 км/час. Неожиданно с обочины, находящейся ниже уровня дороги, выбежал человек. Во избежание наезда и, не видя препятствия на встречной полосе движения, он был вынужден выехать на нее. При осуществлении им маневра из темноты прямо на его автомобиль выехал мотоциклист с выключенными фарами, из-за чего ранее он не мог его увидеть. Суд первой инстанции в нарушение закона о всестороннем и полном судебном разбирательстве не принял мер к проверке показаний Невзорова в данной части и, более того, признав факт возникновения на его полосе дороги препятствия (человека) для движения автомобиля, не исследовал возможность избежать наезд путем остановки автомобиля экстренным торможением с соблюдением Правил дорожного движения. Тем самым суд, не выяснив, не действовал ли Невзоров в условиях крайней необходимости, преждевременно дал оценку действиям Невзорова при сложившейся дорожной ситуации <1209>.
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Невзоров признан виновным в нарушении Правил дорожного движения, повлекшем смерть Денискина. Невзоров около 3 час ночи, управляя автомобилем "ВАЗ-21043", двигался по автодороге в с. Старо-Тарбеево в темное время суток с ближним светом фар, при этом, как указано в приговоре, не выбрал скорость, обеспечивающую ему постоянный контроль за движением автомобиля: увидев на дороге рядом с обочиной по ходу своего движения препятствие, не снизил скорость до безопасной, на скорости 40 - 45 км/час стал объезжать препятствие; не справившись с управлением, выехал на встречную полосу движения, где допустил столкновение с мотоциклом "ИЖ-Планета", управляемым Денискиным. Президиум областного суда приговор и последующие судебные решения отменил, а дело направил на новое судебное рассмотрение, указав следующее. Органы следствия пришли к выводу о том, что причиной ДТП стало нарушение Невзоровым скоростного режима движения автомобиля. Вместе с тем органы следствия не установили скорость движения автомобиля, управляемого Невзоровым в момент аварии, а также скорость, которая обеспечивала бы безопасность движения в условиях сложившейся дорожной ситуации. В ходе предварительного следствия и судебного разбирательства Невзоров, объясняя выезд автомобиля на встречную полосу, показывал, что причиной тому послужил человек, неожиданно появившийся на дороге (личность его не установлена). Между тем установление данного факта при определенных обстоятельствах может иметь существенное значение для вывода суда о виновности или невиновности обвиняемого. В частности, Невзоров показал, что ехал на автомашине в условиях тумана со скоростью 40 км/час. Неожиданно с обочины, находящейся ниже уровня дороги, выбежал человек. Во избежание наезда и, не видя препятствия на встречной полосе движения, он был вынужден выехать на нее. При осуществлении им маневра из темноты прямо на его автомобиль выехал мотоциклист с выключенными фарами, из-за чего ранее он не мог его увидеть. Суд первой инстанции в нарушение закона о всестороннем и полном судебном разбирательстве не принял мер к проверке показаний Невзорова в данной части и, более того, признав факт возникновения на его полосе дороги препятствия (человека) для движения автомобиля, не исследовал возможность избежать наезд путем остановки автомобиля экстренным торможением с соблюдением Правил дорожного движения. Тем самым суд, не выяснив, не действовал ли Невзоров в условиях крайней необходимости, преждевременно дал оценку действиям Невзорова при сложившейся дорожной ситуации <1209>.
Ситуация: Что грозит пешеходу за нарушение ПДД?
("Электронный журнал "Азбука права", 2025)ограничения свободы на срок до четырех лет, либо принудительных работ на срок до четырех лет, либо лишения свободы на срок до четырех лет (если нарушение им ПДД повлекло смерть человека) (ч. 2 ст. 268 УК РФ);
("Электронный журнал "Азбука права", 2025)ограничения свободы на срок до четырех лет, либо принудительных работ на срок до четырех лет, либо лишения свободы на срок до четырех лет (если нарушение им ПДД повлекло смерть человека) (ч. 2 ст. 268 УК РФ);
Нормативные акты
"Обзор судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 г."
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.05.2024)Приговором суда должник признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 5 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации (нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц). Фонд признал данный случай страховым и на основании Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" произвел страховые выплаты.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.05.2024)Приговором суда должник признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 5 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации (нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц). Фонд признал данный случай страховым и на основании Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" произвел страховые выплаты.
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2013 года"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 03.07.2013)
(Извлечение)Вопрос 5. Подлежит ли прекращению на основании п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном чч. 1, 3 и 4 ст. 12.8 КоАП РФ, возбужденному в отношении водителя, управлявшего транспортным средством в состоянии опьянения и допустившего нарушение Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека или смерть потерпевшего, при наличии постановления о возбуждении уголовного дела в отношении того же лица по признакам преступлений, предусмотренных чч. 2, 4, 6 ст. 264 УК РФ.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 03.07.2013)
(Извлечение)Вопрос 5. Подлежит ли прекращению на основании п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном чч. 1, 3 и 4 ст. 12.8 КоАП РФ, возбужденному в отношении водителя, управлявшего транспортным средством в состоянии опьянения и допустившего нарушение Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека или смерть потерпевшего, при наличии постановления о возбуждении уголовного дела в отношении того же лица по признакам преступлений, предусмотренных чч. 2, 4, 6 ст. 264 УК РФ.
Статья: Некоторые особенности производства по уголовному делу в отношении судьи, обвиняемого в умышленном нарушении правил дорожного движения, если по неосторожности это повлекло наступление последствий, перечисленных в ст. 264 УК РФ: анализируем конкретные дела
(Колоколов Н.А.)
("Российский судья", 2022, N 8)Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации (далее - Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ), проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражения на них, нашла выводы суда о доказанности вины П., управлявшего автомобилем в нарушении ПДД РФ, повлекшем по неосторожности смерть пешехода, потерпевшей К., правильными.
(Колоколов Н.А.)
("Российский судья", 2022, N 8)Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации (далее - Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ), проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражения на них, нашла выводы суда о доказанности вины П., управлявшего автомобилем в нарушении ПДД РФ, повлекшем по неосторожности смерть пешехода, потерпевшей К., правильными.
Статья: Вина как признак преступления и принцип Уголовного кодекса РФ
(Наумов А.В.)
("Российский следователь", 2022, N 5)3. Определенной "болевой" точкой реализации субъективного вменения как принципа уголовной ответственности и Уголовного кодекса является трактовка в теории уголовного права и правоприменительной практике так называемого субъективного критерия преступной небрежности как разновидности неосторожной вины. Последний предполагает, что виновное лицо не только "должно было" предвидеть наступление общественно опасных последствий своих действий или бездействия (объективный критерий), но и "могло предвидеть" эти последствия. Данный критерий (субъективный) означает индивидуальную способность конкретного лица (если для этого требуются специальные познания, то конкретного врача, инженера, водителя транспортных средств и т.д.) предвидеть наступление преступных последствий. Применительно к водителям, например, автомобиля, как показывает изучение судебной практики, последнее обстоятельство является достаточно проблематичным. Во-первых, всегда ли водитель, у которого стаж вождения автомобилем относительно незначителен (допустим, год или два), способен в создавшихся экстремальных случаях (вызванных обычно нарушением ПДД другим водителем) правильно среагировать на случившееся и предотвратить наступление опасных последствий? Например, 18-летняя студентка Валерия Б. обвиняется в нарушении Правил дорожного движения, повлекшем причинение смерти двум потерпевшим. Она ехала со скоростью 40 - 50 км/ч. Суд в качестве меры пресечения избрал заключение под стражу. Свои действия (бездействие) водитель объяснила тем, что "была ослеплена солнцем". Отец Валерии причиной аварии назвал малый опыт вождения у дочери - права она получила в 2020 г. (а событие произошло в июне 2021 г.) <10>. Мы не пытаемся решить вопрос о квалификации данного дела в силу отсутствия у нас значимых для этого обстоятельств. Мы ставим вопрос иначе. Всегда ли в аналогичных случаях лицо способно предотвратить наступление общественно опасных последствий своего вождения? В особенности, если у него опыт вождения автомобиля действительно незначительный? Неслучайно, что в соответствии с Федеральным законом от 23 апреля 2012 г. N 34-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части совершенствования государственного регулирования деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковым такси в Российской Федерации" водитель, например, легкового такси должен иметь общий водительский стаж не менее трех лет <11>. Закон исходит из того, что недостаточно опытный водитель способен растеряться при принятии требуемого от него (Правилами дорожного движения) поведения и вследствие этого он не обладает необходимой способностью предотвращения наступивших общественно опасных последствий. И в этом случае (трагическом как для водителя, так и потенциального потерпевшего) отсутствие у следователя и суда надлежащей оценки психофизического состояния водителя вполне способно привести при установлении его вины к фактическому допущению объективного вменения (ввиду отсутствия якобы субъективного критерия небрежности как разновидности неосторожной вины).
(Наумов А.В.)
("Российский следователь", 2022, N 5)3. Определенной "болевой" точкой реализации субъективного вменения как принципа уголовной ответственности и Уголовного кодекса является трактовка в теории уголовного права и правоприменительной практике так называемого субъективного критерия преступной небрежности как разновидности неосторожной вины. Последний предполагает, что виновное лицо не только "должно было" предвидеть наступление общественно опасных последствий своих действий или бездействия (объективный критерий), но и "могло предвидеть" эти последствия. Данный критерий (субъективный) означает индивидуальную способность конкретного лица (если для этого требуются специальные познания, то конкретного врача, инженера, водителя транспортных средств и т.д.) предвидеть наступление преступных последствий. Применительно к водителям, например, автомобиля, как показывает изучение судебной практики, последнее обстоятельство является достаточно проблематичным. Во-первых, всегда ли водитель, у которого стаж вождения автомобилем относительно незначителен (допустим, год или два), способен в создавшихся экстремальных случаях (вызванных обычно нарушением ПДД другим водителем) правильно среагировать на случившееся и предотвратить наступление опасных последствий? Например, 18-летняя студентка Валерия Б. обвиняется в нарушении Правил дорожного движения, повлекшем причинение смерти двум потерпевшим. Она ехала со скоростью 40 - 50 км/ч. Суд в качестве меры пресечения избрал заключение под стражу. Свои действия (бездействие) водитель объяснила тем, что "была ослеплена солнцем". Отец Валерии причиной аварии назвал малый опыт вождения у дочери - права она получила в 2020 г. (а событие произошло в июне 2021 г.) <10>. Мы не пытаемся решить вопрос о квалификации данного дела в силу отсутствия у нас значимых для этого обстоятельств. Мы ставим вопрос иначе. Всегда ли в аналогичных случаях лицо способно предотвратить наступление общественно опасных последствий своего вождения? В особенности, если у него опыт вождения автомобиля действительно незначительный? Неслучайно, что в соответствии с Федеральным законом от 23 апреля 2012 г. N 34-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части совершенствования государственного регулирования деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковым такси в Российской Федерации" водитель, например, легкового такси должен иметь общий водительский стаж не менее трех лет <11>. Закон исходит из того, что недостаточно опытный водитель способен растеряться при принятии требуемого от него (Правилами дорожного движения) поведения и вследствие этого он не обладает необходимой способностью предотвращения наступивших общественно опасных последствий. И в этом случае (трагическом как для водителя, так и потенциального потерпевшего) отсутствие у следователя и суда надлежащей оценки психофизического состояния водителя вполне способно привести при установлении его вины к фактическому допущению объективного вменения (ввиду отсутствия якобы субъективного критерия небрежности как разновидности неосторожной вины).
"Транспортные экспертизы в уголовном судопроизводстве России: монография"
(Ильин Н.Н.)
("ИНФРА-М", 2025)Наряду с вышеизложенным стоит отметить, что эксперты-транспортники иногда выходят за пределы своей компетенции и решают вопросы самостоятельно без участия представителя другой специальности. Подобное нарушение приводит к экспертным ошибкам, а впоследствии и к следственным и судебным. В связи с этим соблюдение экспертами в области производства судебных транспортных экспертиз и экспертами других специальностей своих обязанностей строго в рамках своих компетенций является непременным условием выполнения комплексных экспертиз. Так, ранее судимый Р. по ч. 2 ст. 160 УК России, обвиняемый в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК России, будучи в состоянии алкогольного опьянения, управляя автомобилем, нарушил Правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть человека. По уголовному делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, один из вопросов которой состоял в установлении времени реакции водителя Р. на появление помехи в сложившейся дорожно-транспортной ситуации. Эксперт-автотехник в данном случае сформулировал вывод о том, что определение времени реакции водителя к его компетенции не относится, поскольку требуется определение субъективных психофизиологических качеств водителя Р. По указанному уголовному делу следователь назначил еще судебную психологическую экспертизу, согласно заключению которой водитель мог в полной мере воспринимать дорожно-транспортную ситуацию, осознавать ее и руководить своими действиями. Однако его такие индивидуально-психологические особенности, как сложность переключения с одних способов деятельности на другие, низкая способность адекватно реагировать на изменения ситуации, быстро и своевременно изменять деятельность и поведение, отягощенные состоянием алкогольного опьянения, могли существенным образом ограничить способность правильно проанализировать создавшуюся дорожно-транспортную ситуацию, принять верное решение по предотвращению наезда на пешехода <1>.
(Ильин Н.Н.)
("ИНФРА-М", 2025)Наряду с вышеизложенным стоит отметить, что эксперты-транспортники иногда выходят за пределы своей компетенции и решают вопросы самостоятельно без участия представителя другой специальности. Подобное нарушение приводит к экспертным ошибкам, а впоследствии и к следственным и судебным. В связи с этим соблюдение экспертами в области производства судебных транспортных экспертиз и экспертами других специальностей своих обязанностей строго в рамках своих компетенций является непременным условием выполнения комплексных экспертиз. Так, ранее судимый Р. по ч. 2 ст. 160 УК России, обвиняемый в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК России, будучи в состоянии алкогольного опьянения, управляя автомобилем, нарушил Правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть человека. По уголовному делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, один из вопросов которой состоял в установлении времени реакции водителя Р. на появление помехи в сложившейся дорожно-транспортной ситуации. Эксперт-автотехник в данном случае сформулировал вывод о том, что определение времени реакции водителя к его компетенции не относится, поскольку требуется определение субъективных психофизиологических качеств водителя Р. По указанному уголовному делу следователь назначил еще судебную психологическую экспертизу, согласно заключению которой водитель мог в полной мере воспринимать дорожно-транспортную ситуацию, осознавать ее и руководить своими действиями. Однако его такие индивидуально-психологические особенности, как сложность переключения с одних способов деятельности на другие, низкая способность адекватно реагировать на изменения ситуации, быстро и своевременно изменять деятельность и поведение, отягощенные состоянием алкогольного опьянения, могли существенным образом ограничить способность правильно проанализировать создавшуюся дорожно-транспортную ситуацию, принять верное решение по предотвращению наезда на пешехода <1>.
Статья: К вопросу о возможности освобождения от уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ
(Винокуров В.Н.)
("Уголовное право", 2024, N 10)Доводы обвинителя видятся верными, так как объектом преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, являются здоровье и жизнь человека в сфере дорожного движения. Так, в одном из решений суда об освобождении от уголовной ответственности в связи с примирением сторон отмечено, что доводы государственного обвинителя о том, что преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 264 УК РФ, посягает не только на жизнь человека, но и на безопасность дорожного движения, не могут быть учтены. В данном случае основной вред преступлением причинен жизни и здоровью, а посягательство на безопасность дорожного движения в силу малозначительности является формальным <24>. Разумеется, нарушение Правил дорожного движения, повлекшее смерть человека, нельзя называть формальным деянием, поскольку вред здоровью человека демонстрирует "глубину" нарушения этих Правил.
(Винокуров В.Н.)
("Уголовное право", 2024, N 10)Доводы обвинителя видятся верными, так как объектом преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, являются здоровье и жизнь человека в сфере дорожного движения. Так, в одном из решений суда об освобождении от уголовной ответственности в связи с примирением сторон отмечено, что доводы государственного обвинителя о том, что преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 264 УК РФ, посягает не только на жизнь человека, но и на безопасность дорожного движения, не могут быть учтены. В данном случае основной вред преступлением причинен жизни и здоровью, а посягательство на безопасность дорожного движения в силу малозначительности является формальным <24>. Разумеется, нарушение Правил дорожного движения, повлекшее смерть человека, нельзя называть формальным деянием, поскольку вред здоровью человека демонстрирует "глубину" нарушения этих Правил.