Конституционный нормоконтроль
Подборка наиболее важных документов по запросу Конституционный нормоконтроль (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Аксиологические характеристики конституционной культуры правосудия в России
(Баринов Э.Э.)
("Российская юстиция", 2025, N 11)Отметим также, что конституционный нормоконтроль по своей природе невозможен на основе лишь формально-юридических, исключительно нормативистских оценок. Это касается как принципа справедливости ("несправедливость не должна признаваться конституционной"), так и иных социокультурных и нравственно-этических оснований российской государственности <10>. В большинстве случаев конституционное правосудие ориентировано именно на использование ценностных подходов, предполагающих гармонизацию социально-культурных и формально-юридических оснований развития государства и общества.
(Баринов Э.Э.)
("Российская юстиция", 2025, N 11)Отметим также, что конституционный нормоконтроль по своей природе невозможен на основе лишь формально-юридических, исключительно нормативистских оценок. Это касается как принципа справедливости ("несправедливость не должна признаваться конституционной"), так и иных социокультурных и нравственно-этических оснований российской государственности <10>. В большинстве случаев конституционное правосудие ориентировано именно на использование ценностных подходов, предполагающих гармонизацию социально-культурных и формально-юридических оснований развития государства и общества.
Статья: Поиск баланса конституционных ценностей в системе правосудия: теория и практика
(Бондарь Н.С., Малютин Н.С.)
("Конституционное и муниципальное право", 2025, N 9)Нормативно-правообразующее значение конституционных ценностей проявляется и в том, что с их помощью КС РФ выявляет и оценивает правовые модели организации тех или иных сфер общественных отношений, преодолевает пробелы и дефекты в правовом регулировании и одновременно определяет тенденции развития конституционных отношений, обосновывает конституционную стратегию совершенствования законодательства по направлениям, попавшим в сферу конституционного нормоконтроля.
(Бондарь Н.С., Малютин Н.С.)
("Конституционное и муниципальное право", 2025, N 9)Нормативно-правообразующее значение конституционных ценностей проявляется и в том, что с их помощью КС РФ выявляет и оценивает правовые модели организации тех или иных сфер общественных отношений, преодолевает пробелы и дефекты в правовом регулировании и одновременно определяет тенденции развития конституционных отношений, обосновывает конституционную стратегию совершенствования законодательства по направлениям, попавшим в сферу конституционного нормоконтроля.
Нормативные акты
Решение Конституционного Суда РФ от 23.04.2015
"Об утверждении обзора практики Конституционного Суда Российской Федерации за первый квартал 2015 года"Решение же вопроса об упразднении конституционного (уставного) суда субъекта Российской Федерации - при наличии конституционно значимых оснований и посредством надлежащей конституционно-правовой (уставно-правовой) процедуры - предполагает не только отмену закона субъекта Российской Федерации, определяющего статус, полномочия и порядок деятельности регионального органа конституционного нормоконтроля, но и внесение необходимых изменений в конституцию (устав) субъекта Российской Федерации.
"Об утверждении обзора практики Конституционного Суда Российской Федерации за первый квартал 2015 года"Решение же вопроса об упразднении конституционного (уставного) суда субъекта Российской Федерации - при наличии конституционно значимых оснований и посредством надлежащей конституционно-правовой (уставно-правовой) процедуры - предполагает не только отмену закона субъекта Российской Федерации, определяющего статус, полномочия и порядок деятельности регионального органа конституционного нормоконтроля, но и внесение необходимых изменений в конституцию (устав) субъекта Российской Федерации.
Статья: Великое объединение: оспаривание нормативных правовых и административных актов в суде по одним процессуальным правилам
(Ильин А.В.)
("Закон", 2025, N 6)Важно отметить, что и для конституционного судопроизводства необходимость введения срока, если не принимать во внимание идею уменьшения нагрузки Конституционного Суда РФ, вовсе не очевидна. Возможность осуществления косвенного конституционного нормоконтроля прямо проистекает из прямого действия Конституции РФ (ч. 1 ст. 15). Однако она сегодня запрещена исключительно только самим Конституционным Судом в Постановлении от 16 июня 1998 года N 19-П "По делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции Российской Федерации", на мой взгляд, без достаточных нормативных и логических оснований <7>. При принципиальном изменении Конституционным Судом РФ позиции по этому вопросу ситуация со сроком для обращения с жалобой станет аналогичной ситуации со сроком для обращения в суд с иском об оспаривании нормативного правового акта.
(Ильин А.В.)
("Закон", 2025, N 6)Важно отметить, что и для конституционного судопроизводства необходимость введения срока, если не принимать во внимание идею уменьшения нагрузки Конституционного Суда РФ, вовсе не очевидна. Возможность осуществления косвенного конституционного нормоконтроля прямо проистекает из прямого действия Конституции РФ (ч. 1 ст. 15). Однако она сегодня запрещена исключительно только самим Конституционным Судом в Постановлении от 16 июня 1998 года N 19-П "По делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции Российской Федерации", на мой взгляд, без достаточных нормативных и логических оснований <7>. При принципиальном изменении Конституционным Судом РФ позиции по этому вопросу ситуация со сроком для обращения с жалобой станет аналогичной ситуации со сроком для обращения в суд с иском об оспаривании нормативного правового акта.
"Оспаривание административных актов"
(Ильин А.В.)
("Статут", 2024)Любопытно отметить, что в рамках нормоконтроля, осуществляемого в административном судопроизводстве, мы сталкиваемся с той же проблемой. В силу ч. 4 ст. 216 КАС в случае, если в связи с признанием судом нормативного правового акта не действующим полностью или в части выявлена недостаточная правовая урегулированность отношений, которая может повлечь за собой нарушение прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц, суд вправе возложить на представительный орган, администрацию, принявшие оспариваемый нормативный правовой акт, обязанность принять новый нормативный правовой акт, заменяющий незаконный нормативный правовой акт. Законодатель не решился наделить суды общей юрисдикции такими же полномочиями, какими он наделил Конституционный Суд, хотя в этой части конституционный нормоконтроль не отличается от административного нормоконтроля <1>. Естественно, возникает вопрос о том, может ли суд контролировать исполнение своего решения в этой части? Представляется, что здесь применимы все те аргументы, которые ранее были высказаны в отношении производства по делам об оспаривании административных актов. Производство по делам об оспаривании нормативных актов также нуждается во внедрении специальной процедуры контроля суда за исполнением решения, включающего указание представительному органу, администрации принять замещающий нормативный правовой акт. Иначе приведенное законоположение останется простой декларацией.
(Ильин А.В.)
("Статут", 2024)Любопытно отметить, что в рамках нормоконтроля, осуществляемого в административном судопроизводстве, мы сталкиваемся с той же проблемой. В силу ч. 4 ст. 216 КАС в случае, если в связи с признанием судом нормативного правового акта не действующим полностью или в части выявлена недостаточная правовая урегулированность отношений, которая может повлечь за собой нарушение прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц, суд вправе возложить на представительный орган, администрацию, принявшие оспариваемый нормативный правовой акт, обязанность принять новый нормативный правовой акт, заменяющий незаконный нормативный правовой акт. Законодатель не решился наделить суды общей юрисдикции такими же полномочиями, какими он наделил Конституционный Суд, хотя в этой части конституционный нормоконтроль не отличается от административного нормоконтроля <1>. Естественно, возникает вопрос о том, может ли суд контролировать исполнение своего решения в этой части? Представляется, что здесь применимы все те аргументы, которые ранее были высказаны в отношении производства по делам об оспаривании административных актов. Производство по делам об оспаривании нормативных актов также нуждается во внедрении специальной процедуры контроля суда за исполнением решения, включающего указание представительному органу, администрации принять замещающий нормативный правовой акт. Иначе приведенное законоположение останется простой декларацией.
Статья: Юридическое значение преамбулы конституции: опыт США, Франции и России
(Крупкин П.Р.)
("Государственная власть и местное самоуправление", 2025, N 10)Резюмируя, можно констатировать, что во Франции преамбула конституции имеет юридическую силу. Она может выступать, с одной стороны, как источник дискретных прав человека, а с другой стороны, в качестве критерия при осуществлении конституционного нормоконтроля и толкования конституции.
(Крупкин П.Р.)
("Государственная власть и местное самоуправление", 2025, N 10)Резюмируя, можно констатировать, что во Франции преамбула конституции имеет юридическую силу. Она может выступать, с одной стороны, как источник дискретных прав человека, а с другой стороны, в качестве критерия при осуществлении конституционного нормоконтроля и толкования конституции.
Статья: Предмет судебной деятельности в конкретном конституционном нормоконтроле: соотношение частных и публичных начал
(Тихонов Н.Б.)
("Конституционное и муниципальное право", 2025, N 1)"Конституционное и муниципальное право", 2025, N 1
(Тихонов Н.Б.)
("Конституционное и муниципальное право", 2025, N 1)"Конституционное и муниципальное право", 2025, N 1
Статья: Актуальность разъяснений Верховного Суда РФ как условие единообразия судебной практики
(Ленюский А.А.)
("Законность", 2025, N 10)Однако этот вывод не разделил Конституционный Суд РФ. В Определении от 9 июля 2021 г. N 1374-О он установил, что п. "г" ч. 3 ст. 158 УК и ч. 1 ст. 159.3 УК не позволяли надлежащим образом разграничивать содержащиеся в них составы преступлений применительно к случаям хищения денежных средств с банковского счета путем использования лицом платежной карты владельца банковского счета при бесконтактной оплате товаров (работ, услуг) в рамках лимита платежа, допускаемого к осуществлению без введения ПИН-кода. В подтверждение этого довода Конституционный Суд РФ привел несколько решений по конкретным уголовным делам, в которых демонстрировался тот или иной подход. Лишь в связи с принятием Верховным Судом в июне 2021 г. соответствующих изменений в Постановление Пленума Верховного Суда РФ, прямо разъясняющих, что рассматриваемые деяния следует квалифицировать по п. "г" ч. 3 ст. 158 УК, Конституционный Суд констатировал устранение неопределенности в правоприменительной практике и прекратил конституционный нормоконтроль.
(Ленюский А.А.)
("Законность", 2025, N 10)Однако этот вывод не разделил Конституционный Суд РФ. В Определении от 9 июля 2021 г. N 1374-О он установил, что п. "г" ч. 3 ст. 158 УК и ч. 1 ст. 159.3 УК не позволяли надлежащим образом разграничивать содержащиеся в них составы преступлений применительно к случаям хищения денежных средств с банковского счета путем использования лицом платежной карты владельца банковского счета при бесконтактной оплате товаров (работ, услуг) в рамках лимита платежа, допускаемого к осуществлению без введения ПИН-кода. В подтверждение этого довода Конституционный Суд РФ привел несколько решений по конкретным уголовным делам, в которых демонстрировался тот или иной подход. Лишь в связи с принятием Верховным Судом в июне 2021 г. соответствующих изменений в Постановление Пленума Верховного Суда РФ, прямо разъясняющих, что рассматриваемые деяния следует квалифицировать по п. "г" ч. 3 ст. 158 УК, Конституционный Суд констатировал устранение неопределенности в правоприменительной практике и прекратил конституционный нормоконтроль.
Статья: Международное право прав человека в координатах конституционного правосудия (актуализация проблематики)
(Блохин П.Д.)
("Международное правосудие", 2026, N 1)Поскольку второе предложение рассматриваемой статьи Конституции адресовано именно правоприменительным органам, изложенные обстоятельства ограничительного характера, на наш взгляд, не имеют принципиального значения для обращения Конституционного Суда к международным договорам при принятии им решений по делам о нормоконтроле. Апелляция в этом случае к договорной норме вовсе не обязательно связана с предполагаемым противоречием ей нормы федерального закона, поскольку критерием для проверки конституционности является Конституция; как неоднократно отмечал сам КС РФ, именно на судах общей (арбитражной) юрисдикции лежит полномочие выбора применимой нормы права в случае обнаружения ими такого противоречия <43>. Тогда с какой целью федеральный орган конституционного нормоконтроля ссылается в своих решениях на нормы международных договоров?
(Блохин П.Д.)
("Международное правосудие", 2026, N 1)Поскольку второе предложение рассматриваемой статьи Конституции адресовано именно правоприменительным органам, изложенные обстоятельства ограничительного характера, на наш взгляд, не имеют принципиального значения для обращения Конституционного Суда к международным договорам при принятии им решений по делам о нормоконтроле. Апелляция в этом случае к договорной норме вовсе не обязательно связана с предполагаемым противоречием ей нормы федерального закона, поскольку критерием для проверки конституционности является Конституция; как неоднократно отмечал сам КС РФ, именно на судах общей (арбитражной) юрисдикции лежит полномочие выбора применимой нормы права в случае обнаружения ими такого противоречия <43>. Тогда с какой целью федеральный орган конституционного нормоконтроля ссылается в своих решениях на нормы международных договоров?
Статья: Уголовно-правовое значение вещественных доказательств по уголовным делам: квалификационные проблемы
(Муратов К.Д.)
("Уголовное судопроизводство", 2022, N 3)Актуальность проблематики. Вещественные доказательства традиционно рассматриваются порой как "вспомогательные" источники доказательств, являющиеся дополнительными сведениями о выявленных сведениях по исследуемым фактическим обстоятельствам. Личные доказательства: свободный рассказ, признание (непризнание) фактов, согласие (не согласен) - становятся, казалось бы, приоритетными. Однако, например, существует мнение о том, что к перечню видов злоупотребления субъективным правом участниками уголовно-процессуальных отношений со стороны иных участников уголовного судопроизводства можно отнести "отказ свидетеля от дачи показаний, ссылаясь на ст. 51 Конституции Российской Федерации" <1>. Если оставить в стороне данное несколько некорректное мнение о такой интерпретации о конституционном праве каждого не свидетельствовать против себя, то можно заметить важный процессуальный аспект - в таких случаях первостепенное значение будут иметь вещественные доказательства. В связи с этим предлагается следующий аргумент о совместимости вещественных доказательств и конструктивных признаков состава преступления. Современные судебные практики и современный конституционный нормоконтроль позволяют продолжить исследование законодательных и правоприменительных моделей об основаниях возбуждения или прекращения уголовного дела за отсутствием события преступления (п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ) и за отсутствием в деянии состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ). Конституционный Суд РФ в своих решениях неоднократно говорил об известном историческом подходе при оценке правовых ситуаций: Nullum crimen, nulla poena sine lege - "Нет преступления, нет наказания без указания на то в законе". Необходимо сначала установить событие, потом деяние, а только после этого сделать вывод: было событие - не было события, было деяние, и есть там состав преступления. Это изложено, например, в правовой позиции на уровне конституционного нормоконтроля, когда была рассмотрена проблема, казалось бы, "беспроблемного" основания - прекращение уголовного дела или отказ в возбуждении уголовного дела за отсутствием в деянии состава преступления <2>. В связи с этим интересно мнение В.Л. Будникова, который обращает внимание на правило в соответствии с ч. 2 ст. 81 УПК РФ об обязательном вынесении постановления о признании вещественного доказательства, его приобщении к материалам дела. Он считает, что, это "находится в прямом противоречии с общими нормами о формировании уголовных доказательств в состязательном судопроизводстве", а также, что "это правило должно быть законодательно отменено в связи с необходимостью объективизации процесса вовлечения материальных объектов в доказывание наличия или отсутствия обстоятельств криминального события" <3>.
(Муратов К.Д.)
("Уголовное судопроизводство", 2022, N 3)Актуальность проблематики. Вещественные доказательства традиционно рассматриваются порой как "вспомогательные" источники доказательств, являющиеся дополнительными сведениями о выявленных сведениях по исследуемым фактическим обстоятельствам. Личные доказательства: свободный рассказ, признание (непризнание) фактов, согласие (не согласен) - становятся, казалось бы, приоритетными. Однако, например, существует мнение о том, что к перечню видов злоупотребления субъективным правом участниками уголовно-процессуальных отношений со стороны иных участников уголовного судопроизводства можно отнести "отказ свидетеля от дачи показаний, ссылаясь на ст. 51 Конституции Российской Федерации" <1>. Если оставить в стороне данное несколько некорректное мнение о такой интерпретации о конституционном праве каждого не свидетельствовать против себя, то можно заметить важный процессуальный аспект - в таких случаях первостепенное значение будут иметь вещественные доказательства. В связи с этим предлагается следующий аргумент о совместимости вещественных доказательств и конструктивных признаков состава преступления. Современные судебные практики и современный конституционный нормоконтроль позволяют продолжить исследование законодательных и правоприменительных моделей об основаниях возбуждения или прекращения уголовного дела за отсутствием события преступления (п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ) и за отсутствием в деянии состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ). Конституционный Суд РФ в своих решениях неоднократно говорил об известном историческом подходе при оценке правовых ситуаций: Nullum crimen, nulla poena sine lege - "Нет преступления, нет наказания без указания на то в законе". Необходимо сначала установить событие, потом деяние, а только после этого сделать вывод: было событие - не было события, было деяние, и есть там состав преступления. Это изложено, например, в правовой позиции на уровне конституционного нормоконтроля, когда была рассмотрена проблема, казалось бы, "беспроблемного" основания - прекращение уголовного дела или отказ в возбуждении уголовного дела за отсутствием в деянии состава преступления <2>. В связи с этим интересно мнение В.Л. Будникова, который обращает внимание на правило в соответствии с ч. 2 ст. 81 УПК РФ об обязательном вынесении постановления о признании вещественного доказательства, его приобщении к материалам дела. Он считает, что, это "находится в прямом противоречии с общими нормами о формировании уголовных доказательств в состязательном судопроизводстве", а также, что "это правило должно быть законодательно отменено в связи с необходимостью объективизации процесса вовлечения материальных объектов в доказывание наличия или отсутствия обстоятельств криминального события" <3>.
"Защита авторских и смежных прав"
(Братусь Д.А.)
(под общ. ред. Б.М. Гонгало)
("Статут", 2024)Другие противопоставляют компенсацию убыткам и утверждают, что она "может быть взыскана независимо от наличия вреда (убытков)" <1>. Обоснованность второго из отмеченных здесь выводов подкрепляется судебной практикой <2>, в том числе практикой конституционного нормоконтроля <3>.
(Братусь Д.А.)
(под общ. ред. Б.М. Гонгало)
("Статут", 2024)Другие противопоставляют компенсацию убыткам и утверждают, что она "может быть взыскана независимо от наличия вреда (убытков)" <1>. Обоснованность второго из отмеченных здесь выводов подкрепляется судебной практикой <2>, в том числе практикой конституционного нормоконтроля <3>.
Статья: Государственная (судебная) пошлина и концепция доступности правосудия
(Фокин Е.А.)
("Журнал российского права", 2025, N 12)Отличительной особенностью Постановления КС РФ N 16-П является его принятие в порядке абстрактного конституционного нормоконтроля, т.е. по запросу депутатов Государственной Думы РФ. Это большая редкость: например, в 2024 г. ни одного дела по данной процедуре органом конституционного контроля рассмотрено не было <20>. При этом в п. 4 Постановления N 16-П Конституционный Суд указал, что в будущем не исключается и проверка законодательства о государственных пошлинах в порядке конкретного нормоконтроля, т.е. по жалобам граждан. Признавая конституционность новой редакции налогового законодательства, Конституционный Суд таким образом отметил возможность проверки конституционности складывающейся правоприменительной практики. Между строк этого уточнения вновь можно увидеть главную мысль: важны не размеры государственных пошлин, а то, как судебная практика применяет законодательство о порядке их распределения, идут ли суды навстречу гражданам, находящимся в тяжелом финансовом положении, не допускается ли судебными органами излишний формализм, всегда ли работает принцип возмещения судебных расходов проигравшей стороной и т.п. Вполне вероятно, что, рассматривая жалобы конкретных граждан, Конституционный Суд еще выскажет по этим аспектам института государственных пошлин свою правовую позицию.
(Фокин Е.А.)
("Журнал российского права", 2025, N 12)Отличительной особенностью Постановления КС РФ N 16-П является его принятие в порядке абстрактного конституционного нормоконтроля, т.е. по запросу депутатов Государственной Думы РФ. Это большая редкость: например, в 2024 г. ни одного дела по данной процедуре органом конституционного контроля рассмотрено не было <20>. При этом в п. 4 Постановления N 16-П Конституционный Суд указал, что в будущем не исключается и проверка законодательства о государственных пошлинах в порядке конкретного нормоконтроля, т.е. по жалобам граждан. Признавая конституционность новой редакции налогового законодательства, Конституционный Суд таким образом отметил возможность проверки конституционности складывающейся правоприменительной практики. Между строк этого уточнения вновь можно увидеть главную мысль: важны не размеры государственных пошлин, а то, как судебная практика применяет законодательство о порядке их распределения, идут ли суды навстречу гражданам, находящимся в тяжелом финансовом положении, не допускается ли судебными органами излишний формализм, всегда ли работает принцип возмещения судебных расходов проигравшей стороной и т.п. Вполне вероятно, что, рассматривая жалобы конкретных граждан, Конституционный Суд еще выскажет по этим аспектам института государственных пошлин свою правовую позицию.