Кодекс предпринимательской этики
Подборка наиболее важных документов по запросу Кодекс предпринимательской этики (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2023 год: Статья 346.12 "Налогоплательщики" главы 26.2 "Упрощенная система налогообложения" НК РФ
(Юридическая компания "TAXOLOGY")Налогоплательщик, имеющий статус адвоката, зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя и подал заявление о переходе на упрощенную систему налогообложения. В переходе на УСН ему было отказано, поскольку гражданин, имеющий статус адвоката, не может одновременно быть индивидуальным предпринимателем и осуществлять помимо адвокатской деятельности предпринимательскую деятельность, а следовательно, такой гражданин не может применять упрощенную систему налогообложения. Суды трех инстанций признали отказ правомерным. Верховный Суд РФ направил дело на новое рассмотрение. Верховный Суд РФ указал, что ст. 346.12 НК РФ не содержит запрета на применение УСН лицами, имеющими статус адвоката и зарегистрированными в качестве индивидуальных предпринимателей, в отношении деятельности, не связанной с адвокатской. Установленные Федеральным законом от 31.05.2002 N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" и Кодексом профессиональной этики адвоката запреты на осуществление адвокатами предпринимательской деятельности значения не имеют, поскольку указанные нормативные акты не относятся к законодательству РФ о налогах и сборах. Вопрос соблюдения адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, в частности установленных запретов и ограничений, не отнесен к компетенции налоговых органов и судов при рассмотрении вопроса о правомерности применения адвокатом УСН. Верховный Суд РФ указал, что при новом рассмотрении судам надлежит установить, связана ли деятельность, в отношении которой планируется применение УСН, с адвокатской.
(Юридическая компания "TAXOLOGY")Налогоплательщик, имеющий статус адвоката, зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя и подал заявление о переходе на упрощенную систему налогообложения. В переходе на УСН ему было отказано, поскольку гражданин, имеющий статус адвоката, не может одновременно быть индивидуальным предпринимателем и осуществлять помимо адвокатской деятельности предпринимательскую деятельность, а следовательно, такой гражданин не может применять упрощенную систему налогообложения. Суды трех инстанций признали отказ правомерным. Верховный Суд РФ направил дело на новое рассмотрение. Верховный Суд РФ указал, что ст. 346.12 НК РФ не содержит запрета на применение УСН лицами, имеющими статус адвоката и зарегистрированными в качестве индивидуальных предпринимателей, в отношении деятельности, не связанной с адвокатской. Установленные Федеральным законом от 31.05.2002 N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" и Кодексом профессиональной этики адвоката запреты на осуществление адвокатами предпринимательской деятельности значения не имеют, поскольку указанные нормативные акты не относятся к законодательству РФ о налогах и сборах. Вопрос соблюдения адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, в частности установленных запретов и ограничений, не отнесен к компетенции налоговых органов и судов при рассмотрении вопроса о правомерности применения адвокатом УСН. Верховный Суд РФ указал, что при новом рассмотрении судам надлежит установить, связана ли деятельность, в отношении которой планируется применение УСН, с адвокатской.
Подборка судебных решений за 2023 год: Статья 346.11 "Общие положения" главы 26.2 "Упрощенная система налогообложения" НК РФ"Как указывалось выше, Налоговый кодекс не содержит запрет на право применения упрощенной системы налогообложения лицами, зарегистрированными в качестве индивидуальных предпринимателей в целях осуществления предпринимательской деятельности, не связанной с осуществлением адвокатской деятельности, но имеющими при этом статус адвоката. При этом Федеральный закон от 31.05.2002 N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" и Кодекс профессиональной этики адвоката в соответствии со статьей 1 Налогового кодекса не относятся к законодательству Российской Федерации о налогах и сборах."
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Правовые аспекты сдачи военнослужащими принадлежащих им на праве собственности жилых помещений в аренду (внаем)
(Набиев А.С.)
("Право в Вооруженных Силах", 2024, N 5)Подобный подход к интерпретации ограничений, связанных с предпринимательской деятельностью, нашел отражение в Кодексе судейской этики (утвержден VIII Всероссийским съездом судей 19 декабря 2012 г.), ст. 19 которого предусматривает, что судья может инвестировать средства и распоряжаться своим имуществом, включая недвижимость, а также извлекать прибыль из других источников, например от сдачи недвижимости в аренду, если только эта деятельность не предполагает использование судейского статуса.
(Набиев А.С.)
("Право в Вооруженных Силах", 2024, N 5)Подобный подход к интерпретации ограничений, связанных с предпринимательской деятельностью, нашел отражение в Кодексе судейской этики (утвержден VIII Всероссийским съездом судей 19 декабря 2012 г.), ст. 19 которого предусматривает, что судья может инвестировать средства и распоряжаться своим имуществом, включая недвижимость, а также извлекать прибыль из других источников, например от сдачи недвижимости в аренду, если только эта деятельность не предполагает использование судейского статуса.
Статья: Обзор правовых позиций Федеральной нотариальной палаты по отдельным вопросам, возникшим в нотариальной практике в 2021 году
(Буштец Н.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)Пунктом 4.9 Кодекса профессиональной этики нотариусов в Российской Федерации (далее - Кодекс этики) предусмотрен запрет на занятие нотариусом предпринимательской деятельностью лично или через доверенных лиц, в том числе на принятие участия в управлении хозяйствующим субъектом независимо от его организационно-правовой формы, вхождение в органы управления юридического лица (например, при наличии доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью нотариус обязан передать ее в доверительное управление).
(Буштец Н.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)Пунктом 4.9 Кодекса профессиональной этики нотариусов в Российской Федерации (далее - Кодекс этики) предусмотрен запрет на занятие нотариусом предпринимательской деятельностью лично или через доверенных лиц, в том числе на принятие участия в управлении хозяйствующим субъектом независимо от его организационно-правовой формы, вхождение в органы управления юридического лица (например, при наличии доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью нотариус обязан передать ее в доверительное управление).
Нормативные акты
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 N 3
(ред. от 09.12.2025)
"О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц"Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.
(ред. от 09.12.2025)
"О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц"Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.
<Письмо> ФНС России от 11.08.2023 N БВ-4-7/10353@
<О направлении Обзора правовых позиций, отраженных в судебных актах Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, принятых во втором квартале 2023 года по вопросам налогообложения>Также является несостоятельной ссылка судов на то, что, поскольку в установленном пунктом 3 статьи 9 Кодекса профессиональной этики адвоката перечне видов деятельности, осуществляемых адвокатом, отсутствует предпринимательская деятельность, то гражданин, имеющий статус адвоката, не может одновременно быть индивидуальным предпринимателем и осуществлять помимо адвокатской деятельности предпринимательскую деятельность, а, следовательно, такой гражданин не может применять упрощенную систему налогообложения. При этом Федеральный закон от 31.05.2002 N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" и Кодекс профессиональной этики адвоката в соответствии со статьей 1 Налогового кодекса Российской Федерации не относятся к законодательству Российской Федерации о налогах и сборах.
<О направлении Обзора правовых позиций, отраженных в судебных актах Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, принятых во втором квартале 2023 года по вопросам налогообложения>Также является несостоятельной ссылка судов на то, что, поскольку в установленном пунктом 3 статьи 9 Кодекса профессиональной этики адвоката перечне видов деятельности, осуществляемых адвокатом, отсутствует предпринимательская деятельность, то гражданин, имеющий статус адвоката, не может одновременно быть индивидуальным предпринимателем и осуществлять помимо адвокатской деятельности предпринимательскую деятельность, а, следовательно, такой гражданин не может применять упрощенную систему налогообложения. При этом Федеральный закон от 31.05.2002 N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" и Кодекс профессиональной этики адвоката в соответствии со статьей 1 Налогового кодекса Российской Федерации не относятся к законодательству Российской Федерации о налогах и сборах.
Статья: Применение УСН адвокатом: когда это возможно?
(Гусаров Д.Ю.)
("Упрощенная система налогообложения: бухгалтерский учет и налогообложение", 2023, N 6)Несостоятельна и ссылка судов на то, что, поскольку в установленном п. 3 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката перечне видов деятельности, осуществляемых адвокатом, отсутствует предпринимательская деятельность, гражданин со статусом адвоката не может одновременно быть ИП и осуществлять помимо адвокатской деятельности предпринимательскую, следовательно, не может применять УСН.
(Гусаров Д.Ю.)
("Упрощенная система налогообложения: бухгалтерский учет и налогообложение", 2023, N 6)Несостоятельна и ссылка судов на то, что, поскольку в установленном п. 3 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката перечне видов деятельности, осуществляемых адвокатом, отсутствует предпринимательская деятельность, гражданин со статусом адвоката не может одновременно быть ИП и осуществлять помимо адвокатской деятельности предпринимательскую, следовательно, не может применять УСН.
Вопрос: Об особенностях осуществления адвокатской и аудиторской деятельности.
(Письмо Минфина России от 12.10.2023 N 07-02-11/96699)согласно Кодексу профессиональной этики адвоката, принятому I Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 г., адвокат не вправе вне рамок адвокатской деятельности оказывать юридические услуги (правовую помощь), за исключением деятельности по урегулированию споров, в том числе в качестве медиатора, третейского судьи, участия в благотворительных проектах других институтов гражданского общества, предусматривающих оказание юридической помощи на безвозмездной основе, а также иной деятельности в случаях, предусмотренных законодательством;
(Письмо Минфина России от 12.10.2023 N 07-02-11/96699)согласно Кодексу профессиональной этики адвоката, принятому I Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 г., адвокат не вправе вне рамок адвокатской деятельности оказывать юридические услуги (правовую помощь), за исключением деятельности по урегулированию споров, в том числе в качестве медиатора, третейского судьи, участия в благотворительных проектах других институтов гражданского общества, предусматривающих оказание юридической помощи на безвозмездной основе, а также иной деятельности в случаях, предусмотренных законодательством;
Статья: Потенциал и проблемы развития акционерного общества как формы среднего и крупного бизнеса в России
(Мишина Н.В., Егупов В.А., Киселев А.С.)
("Современное право", 2022, N 6)Корпоративное регулирование организации и деятельности акционерных обществ. Помимо норм права, изложенных в ГК РФ и Законе об АО, организация и деятельность акционерных обществ регулируются корпоративными, внутриорганизационными нормами, содержащимися в уставе организации, а также нормами, содержащимися в рекомендательном акте - Кодексе корпоративного управления <4>. Несмотря на то что исполнение норм данного Кодекса не носит обязательного характера, акционерные общества следуют тем принципам и положениям, которые в нем отражены. В частности, в нем закреплены принципы корпоративного управления (часть А) и рекомендации к принципам корпоративного управления (часть Б), которые так или иначе учитываются акционерными обществами в процессе осуществления предпринимательской деятельности, а также в процессе внесения изменений и дополнений в устав организации. Благодаря таким принципам формируются корпоративная этика, корпоративное взаимодействие и даже корпоративная ответственность организации. К принципам корпоративного управления согласно Кодексу относятся:
(Мишина Н.В., Егупов В.А., Киселев А.С.)
("Современное право", 2022, N 6)Корпоративное регулирование организации и деятельности акционерных обществ. Помимо норм права, изложенных в ГК РФ и Законе об АО, организация и деятельность акционерных обществ регулируются корпоративными, внутриорганизационными нормами, содержащимися в уставе организации, а также нормами, содержащимися в рекомендательном акте - Кодексе корпоративного управления <4>. Несмотря на то что исполнение норм данного Кодекса не носит обязательного характера, акционерные общества следуют тем принципам и положениям, которые в нем отражены. В частности, в нем закреплены принципы корпоративного управления (часть А) и рекомендации к принципам корпоративного управления (часть Б), которые так или иначе учитываются акционерными обществами в процессе осуществления предпринимательской деятельности, а также в процессе внесения изменений и дополнений в устав организации. Благодаря таким принципам формируются корпоративная этика, корпоративное взаимодействие и даже корпоративная ответственность организации. К принципам корпоративного управления согласно Кодексу относятся:
Статья: Совершенствование правового механизма борьбы с недобросовестной конкуренцией
(Тохсырова К.К.)
("Российский следователь", 2022, N 4)В настоящее время происходит поиск путей и инструментов совершенствования антимонопольного регулирования в Российской Федерации, в том числе на основе развития гражданско-правового механизма регулирования и саморегулирования через добровольное принятие субъектами предпринимательской деятельности опережающих обязательств в сфере участия в рыночной конкурентной борьбе <1>. Большая часть субъектов предпринимательской деятельности принимает правила ведения свободной конкуренции, что существенно облегчает задачу регулирования в сфере предотвращения ограничения конкуренции с применением гражданско-правовых инструментов, методов и средств. Зачастую, подобные акты поведения субъектов конкурентных отношений происходят потому, что иное поведение в контурах рыночной борьбы бессмысленно; большая часть рынков, в особенности со свободным доступом малого предпринимательства, т.е. концентрирующего основную часть предпринимателей в абсолютном масштабе (по численности, безотносительно капитализации), даже в несовершенных социально-экономических формациях являются рынками свободной конкуренции <2>. Однако все чаще имеет место добровольное принятие на себя крупнейшими субъектами бизнеса, в том числе склонными к монополизму, такими как субъекты естественных монополий, расширенных социальных обязательств, в том числе в области честной конкуренции. Приведенные практики следует оценивать положительно, в особенности в контексте развития отечественной экономики в условиях многочисленных внешних угроз, таких как международные санкции или неопределенность в эпоху пандемии заболеваний, вызванных новой коронавирусной инфекцией COVID-19. Однако для целей содействия социально-экономическому прогрессу видится необходимым придать соответствующим практикам общеобязательный, нормативный характер, одновременно развивая гражданско-правовой (диспозитивный) механизм регулирования (саморегулирования) в сфере защиты конкуренции, в том числе и ввиду значительной ресурсоемкости антимонопольного регулирования, сложности которого во многом предопределены построением публично-правового механизма на основе посылки о недобросовестном поведении субъектов рыночной конкуренции. Исследование основывается на формально-юридическом, сравнительно-правовом, а также междисциплинарном подходе к изучению объектов и явлений современной правовой действительности. Ряд предпринимательских субъектов прямо либо косвенно высказывают или демонстрируют собственную готовность вести бизнес сообразно пожеланиям со стороны социума. Значимую часть социальных обязательств составляют обязательства в области честной конкуренции. Для того чтобы стимулировать среду эффективного социально-экономического развития, государством реализуются меры и инструменты регулирования предотвращения ограничения конкуренции в Российской Федерации, ключевое место среди которых занимают правовые механизмы борьбы с недобросовестной конкуренцией. Правовой механизм в наиболее традиционном понимании включает в себя такие элементы, как система правовых средств, способов и методов воздействия на регулируемые общественные отношения <3>. В зарубежной практике, элементы которой постепенно перенимаются в российскую правовую жизнь, активно применяется инструментарий регулирования предотвращения ограничения конкуренции на основе диспозитивного регулирования и саморегулирования <4>, включающий прежде всего методы "умного регулирования" в предметной сфере. Иными словами, в исторической дискуссии о применимости публично-правового (административно-правового) либо гражданско-правового механизма регулирования предотвращения ограничения конкуренции впервые практически за столетие в ключевых национальных правовых системах очевидный перевес получает цивилистический механизм <5>, упрощающий и повышающий результативность регулятивного воздействия на субъектов конкуренции и, одновременно, обеспечивающий баланс частных и публичных интересов в регулировании товарных и финансовых рынков. Следовательно, возникают предпосылки к тому, чтобы свести негативные эффекты от государственного вмешательства в рыночную экономику к разумному минимуму, одновременно обеспечив действенную защиту всех субъектов конкурентных отношений от актов недобросовестного поведения. В системе гражданско-правового механизма важную роль играют правовые принципы <6> - основополагающие нормы права, определяющие содержание и направленность правового регулирования, в частности в сфере предотвращения ограничения конкуренции. Для гражданско-правового регулирования предотвращения ограничения конкуренции в Российской Федерации важную роль играют такие ключевые принципы цивилистики, как добросовестность, разумность и справедливость. Данные принципы не прописаны в действующем Федеральном законе от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ "О защите конкуренции" <7>, однако они хорошо известны доктрине гражданского права и нормативно закреплены в общих положениях Гражданского кодекса РФ <8>. Применительно к сфере регулирования предотвращения ограничения конкуренции краткое содержание представленных гражданско-правовых принципов может быть изложено следующим образом - субъекты конкурентных отношений должны поступать: порядочно в отношении своих конкурентов, в том числе с получением конкурентных преимуществ законным способом (принцип добросовестности); соответственно универсальным моральным принципам и правовым установлениям (принцип разумности); с уважением и заботой об обеспечении справедливых, законных интересов других субъектов конкурентных отношений (принцип справедливости). Данные правовые принципы объединяет фактор принятия их субъектами хозяйствующей деятельности через реализацию добросовестного поведения, которое в современных российских условиях и в контексте актуального регулирования предотвращения ограничения конкуренции осуществляется либо в силу требований действующего законодательства, либо - реже - добровольно, в рамках принятия предпринимателями на себя повышенных мер социальной ответственности, а также встречные действия со стороны законодателя и регулятора, которые балансируют репрессивный характер антимонопольного регулирования позитивными эффектами, связанными со стимулирующими, в том числе поощрительными, воздействиями на предпринимательских субъектов и в целом на среду осуществления предпринимательской деятельности. Говоря о властвующем субъекте, речь идет о том, что государство легализует добросовестные практики конкуренции (индивидуальные планы) антимонопольного комплаенса, тем самым заключает негласные "сделки" с предпринимателями, большая часть которых готова принять правила игры в сфере антимонопольного регулирования по тем или иным основаниям, в ответ снижая регуляторную нагрузку, укрепляя атмосферу доверия и сотрудничества и рационализируя ресурсы регулирования в области предотвращения ограничения конкуренции. Встречные действия предпринимателей по поводу реализации принципов добросовестности, разумности и справедливости в сфере антимонопольного регулирования заключаются в принятии и безусловном исполнении кодексов добросовестной конкуренции либо планов антимонопольного комплаенса, во вступлении в соглашения о честной конкуренции, о добросовестном ведении бизнеса. Однако если инициаторами подобных актов, как правило, выступают крупные предпринимательские субъекты, заведомо склонные к монополизму (такие, как субъекты естественной монополии), то для любых хозяйствующих субъектов безотносительно размеров и сферы деятельности особую значимость приобретает добровольное принятие на себя принципов и правил добросовестной конкуренции, в том числе в рамках корпоративной социальной ответственности. Соответствующие положения в России не закреплены нормативно; в зарубежной практике они фиксируются, как правило, не на уровне государственного регулирования, а на уровне добровольных отраслевых соглашений и правил деятельности саморегулируемых организаций отрасли <9>. Длительное время ведется дискуссия о том, выгодно ли принятие дополнительных социальных обязательств для бизнеса, поскольку данные действия могут, формально говоря, снижать размер корпоративной прибыли и вместе с ней - финансирование инвестиционных проектов, направленных на создание новых рабочих мест и увеличение поступления налогов и сборов. Однако для большей части предпринимательских субъектов принятие расширенных социальных обязательств не является фактором выбора, поскольку они вынуждены действовать в соответствии с правилами свободных, открытых рынков, на которых они функционируют. Для тех же, кто действительно способен влиять своим выбором на рынки, собственную прибыль и успешность функционирования конкурентов, принятие расширенной ответственности социального характера также имеет преимущества - от подкрепления безусловно положительной рыночной репутации (в том числе в глазах потребителей, что может быть особо важным в эпоху общества "отказа" <10>) до совершенствования методов и организации корпоративного управления, к которому, как убедительно свидетельствуют исследования четырех последних десятилетий, ведет принятие бизнесом на себя расширенных социальных обязательств. Концептуальное обоснование взаимной выгоды корпораций, рынков и общества в связи с принятием первыми расширенных социальных обязательств представлено в парадигме ESG (экологичность, социальная ответственность, совершенствование практики корпоративного управления). Постулаты ESG определяют, что корпоративные субъекты, демонстрирующие существенные улучшения в экологических и социальных практиках ведения бизнеса, одновременно - и практически неизбежно - улучшают состояние внутреннего корпоративного управления; соответствующие аспекты подтверждаются материалами эмпирических исследований <11>. Однако, несмотря на изложенное, предприниматели не стремятся реализовывать лучшие социальные практики ведения бизнеса, в том числе в части принятия на себя обязательств в сфере добросовестной конкуренции. В деловом обиходе все чаще ссылаются на позиции нобелевского лауреата М. Фридмана о том, что лучшей социальной ответственностью бизнеса является получение прибыли <12>. И если в контексте различных социальных обязательств представленный тезис остается по меньшей мере дискуссионным, то в части принятия обязательств в области добросовестной конкуренции он, как думается, грубо противоречит основам предпринимательской этики. Зарубежная практика свидетельствует о том, что в предметной сфере положительные результаты могут быть обеспечены за счет легализации лучших предпринимательских практик, что предполагает укрепление саморегулирования товарных и финансовых рынков на основе распространения известных российской регуляторной практике, но не получивших все еще масштабное распространение инструментов, таких как кодексы добросовестной конкуренции и их локальная альтернатива - планы антимонопольного комплаенса <13>. Совершенствование регулирования предотвращения ограничения конкуренции в Российской Федерации видится в направлении существенного укрепления цивилистического механизма на основе принципов добросовестности, разумности и справедливости, для чего следует реализовать комплекс мер по скорейшему переходу к "умному регулированию". Безусловно, нормативные установления являются "последним" средством в механизме трансмиссии социального опыта в общеупотребительную сферу, с учетом того, что принятие подобных практик изначально было добровольным и происходило в одностороннем порядке.
(Тохсырова К.К.)
("Российский следователь", 2022, N 4)В настоящее время происходит поиск путей и инструментов совершенствования антимонопольного регулирования в Российской Федерации, в том числе на основе развития гражданско-правового механизма регулирования и саморегулирования через добровольное принятие субъектами предпринимательской деятельности опережающих обязательств в сфере участия в рыночной конкурентной борьбе <1>. Большая часть субъектов предпринимательской деятельности принимает правила ведения свободной конкуренции, что существенно облегчает задачу регулирования в сфере предотвращения ограничения конкуренции с применением гражданско-правовых инструментов, методов и средств. Зачастую, подобные акты поведения субъектов конкурентных отношений происходят потому, что иное поведение в контурах рыночной борьбы бессмысленно; большая часть рынков, в особенности со свободным доступом малого предпринимательства, т.е. концентрирующего основную часть предпринимателей в абсолютном масштабе (по численности, безотносительно капитализации), даже в несовершенных социально-экономических формациях являются рынками свободной конкуренции <2>. Однако все чаще имеет место добровольное принятие на себя крупнейшими субъектами бизнеса, в том числе склонными к монополизму, такими как субъекты естественных монополий, расширенных социальных обязательств, в том числе в области честной конкуренции. Приведенные практики следует оценивать положительно, в особенности в контексте развития отечественной экономики в условиях многочисленных внешних угроз, таких как международные санкции или неопределенность в эпоху пандемии заболеваний, вызванных новой коронавирусной инфекцией COVID-19. Однако для целей содействия социально-экономическому прогрессу видится необходимым придать соответствующим практикам общеобязательный, нормативный характер, одновременно развивая гражданско-правовой (диспозитивный) механизм регулирования (саморегулирования) в сфере защиты конкуренции, в том числе и ввиду значительной ресурсоемкости антимонопольного регулирования, сложности которого во многом предопределены построением публично-правового механизма на основе посылки о недобросовестном поведении субъектов рыночной конкуренции. Исследование основывается на формально-юридическом, сравнительно-правовом, а также междисциплинарном подходе к изучению объектов и явлений современной правовой действительности. Ряд предпринимательских субъектов прямо либо косвенно высказывают или демонстрируют собственную готовность вести бизнес сообразно пожеланиям со стороны социума. Значимую часть социальных обязательств составляют обязательства в области честной конкуренции. Для того чтобы стимулировать среду эффективного социально-экономического развития, государством реализуются меры и инструменты регулирования предотвращения ограничения конкуренции в Российской Федерации, ключевое место среди которых занимают правовые механизмы борьбы с недобросовестной конкуренцией. Правовой механизм в наиболее традиционном понимании включает в себя такие элементы, как система правовых средств, способов и методов воздействия на регулируемые общественные отношения <3>. В зарубежной практике, элементы которой постепенно перенимаются в российскую правовую жизнь, активно применяется инструментарий регулирования предотвращения ограничения конкуренции на основе диспозитивного регулирования и саморегулирования <4>, включающий прежде всего методы "умного регулирования" в предметной сфере. Иными словами, в исторической дискуссии о применимости публично-правового (административно-правового) либо гражданско-правового механизма регулирования предотвращения ограничения конкуренции впервые практически за столетие в ключевых национальных правовых системах очевидный перевес получает цивилистический механизм <5>, упрощающий и повышающий результативность регулятивного воздействия на субъектов конкуренции и, одновременно, обеспечивающий баланс частных и публичных интересов в регулировании товарных и финансовых рынков. Следовательно, возникают предпосылки к тому, чтобы свести негативные эффекты от государственного вмешательства в рыночную экономику к разумному минимуму, одновременно обеспечив действенную защиту всех субъектов конкурентных отношений от актов недобросовестного поведения. В системе гражданско-правового механизма важную роль играют правовые принципы <6> - основополагающие нормы права, определяющие содержание и направленность правового регулирования, в частности в сфере предотвращения ограничения конкуренции. Для гражданско-правового регулирования предотвращения ограничения конкуренции в Российской Федерации важную роль играют такие ключевые принципы цивилистики, как добросовестность, разумность и справедливость. Данные принципы не прописаны в действующем Федеральном законе от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ "О защите конкуренции" <7>, однако они хорошо известны доктрине гражданского права и нормативно закреплены в общих положениях Гражданского кодекса РФ <8>. Применительно к сфере регулирования предотвращения ограничения конкуренции краткое содержание представленных гражданско-правовых принципов может быть изложено следующим образом - субъекты конкурентных отношений должны поступать: порядочно в отношении своих конкурентов, в том числе с получением конкурентных преимуществ законным способом (принцип добросовестности); соответственно универсальным моральным принципам и правовым установлениям (принцип разумности); с уважением и заботой об обеспечении справедливых, законных интересов других субъектов конкурентных отношений (принцип справедливости). Данные правовые принципы объединяет фактор принятия их субъектами хозяйствующей деятельности через реализацию добросовестного поведения, которое в современных российских условиях и в контексте актуального регулирования предотвращения ограничения конкуренции осуществляется либо в силу требований действующего законодательства, либо - реже - добровольно, в рамках принятия предпринимателями на себя повышенных мер социальной ответственности, а также встречные действия со стороны законодателя и регулятора, которые балансируют репрессивный характер антимонопольного регулирования позитивными эффектами, связанными со стимулирующими, в том числе поощрительными, воздействиями на предпринимательских субъектов и в целом на среду осуществления предпринимательской деятельности. Говоря о властвующем субъекте, речь идет о том, что государство легализует добросовестные практики конкуренции (индивидуальные планы) антимонопольного комплаенса, тем самым заключает негласные "сделки" с предпринимателями, большая часть которых готова принять правила игры в сфере антимонопольного регулирования по тем или иным основаниям, в ответ снижая регуляторную нагрузку, укрепляя атмосферу доверия и сотрудничества и рационализируя ресурсы регулирования в области предотвращения ограничения конкуренции. Встречные действия предпринимателей по поводу реализации принципов добросовестности, разумности и справедливости в сфере антимонопольного регулирования заключаются в принятии и безусловном исполнении кодексов добросовестной конкуренции либо планов антимонопольного комплаенса, во вступлении в соглашения о честной конкуренции, о добросовестном ведении бизнеса. Однако если инициаторами подобных актов, как правило, выступают крупные предпринимательские субъекты, заведомо склонные к монополизму (такие, как субъекты естественной монополии), то для любых хозяйствующих субъектов безотносительно размеров и сферы деятельности особую значимость приобретает добровольное принятие на себя принципов и правил добросовестной конкуренции, в том числе в рамках корпоративной социальной ответственности. Соответствующие положения в России не закреплены нормативно; в зарубежной практике они фиксируются, как правило, не на уровне государственного регулирования, а на уровне добровольных отраслевых соглашений и правил деятельности саморегулируемых организаций отрасли <9>. Длительное время ведется дискуссия о том, выгодно ли принятие дополнительных социальных обязательств для бизнеса, поскольку данные действия могут, формально говоря, снижать размер корпоративной прибыли и вместе с ней - финансирование инвестиционных проектов, направленных на создание новых рабочих мест и увеличение поступления налогов и сборов. Однако для большей части предпринимательских субъектов принятие расширенных социальных обязательств не является фактором выбора, поскольку они вынуждены действовать в соответствии с правилами свободных, открытых рынков, на которых они функционируют. Для тех же, кто действительно способен влиять своим выбором на рынки, собственную прибыль и успешность функционирования конкурентов, принятие расширенной ответственности социального характера также имеет преимущества - от подкрепления безусловно положительной рыночной репутации (в том числе в глазах потребителей, что может быть особо важным в эпоху общества "отказа" <10>) до совершенствования методов и организации корпоративного управления, к которому, как убедительно свидетельствуют исследования четырех последних десятилетий, ведет принятие бизнесом на себя расширенных социальных обязательств. Концептуальное обоснование взаимной выгоды корпораций, рынков и общества в связи с принятием первыми расширенных социальных обязательств представлено в парадигме ESG (экологичность, социальная ответственность, совершенствование практики корпоративного управления). Постулаты ESG определяют, что корпоративные субъекты, демонстрирующие существенные улучшения в экологических и социальных практиках ведения бизнеса, одновременно - и практически неизбежно - улучшают состояние внутреннего корпоративного управления; соответствующие аспекты подтверждаются материалами эмпирических исследований <11>. Однако, несмотря на изложенное, предприниматели не стремятся реализовывать лучшие социальные практики ведения бизнеса, в том числе в части принятия на себя обязательств в сфере добросовестной конкуренции. В деловом обиходе все чаще ссылаются на позиции нобелевского лауреата М. Фридмана о том, что лучшей социальной ответственностью бизнеса является получение прибыли <12>. И если в контексте различных социальных обязательств представленный тезис остается по меньшей мере дискуссионным, то в части принятия обязательств в области добросовестной конкуренции он, как думается, грубо противоречит основам предпринимательской этики. Зарубежная практика свидетельствует о том, что в предметной сфере положительные результаты могут быть обеспечены за счет легализации лучших предпринимательских практик, что предполагает укрепление саморегулирования товарных и финансовых рынков на основе распространения известных российской регуляторной практике, но не получивших все еще масштабное распространение инструментов, таких как кодексы добросовестной конкуренции и их локальная альтернатива - планы антимонопольного комплаенса <13>. Совершенствование регулирования предотвращения ограничения конкуренции в Российской Федерации видится в направлении существенного укрепления цивилистического механизма на основе принципов добросовестности, разумности и справедливости, для чего следует реализовать комплекс мер по скорейшему переходу к "умному регулированию". Безусловно, нормативные установления являются "последним" средством в механизме трансмиссии социального опыта в общеупотребительную сферу, с учетом того, что принятие подобных практик изначально было добровольным и происходило в одностороннем порядке.
Статья: Ответственность за результаты применения технологии искусственного интеллекта на финансовом рынке
(Увакина Т.В.)
("Гражданское право", 2025, N 6)В первой половине июля 2025 г. Банком России было опубликовано Информационное письмо Банка России от 9 июля 2025 г. N ИН-016-13/91 "О Кодексе этики в сфере разработки и применения искусственного интеллекта на финансовом рынке" <*>. Анализируя процесс внедрения технологии искусственного интеллекта (далее - ИИ) для применения на российском финансовом рынке, можно констатировать переход от этапа разработки нормативно-правовой и технологической основы применения ИИ к активному внедрению, что, безусловно, требует унифицированного подхода к решению вопроса ответственности за действия и решения ИИ. С принятием Кодекса этики в сфере разработки и применения искусственного интеллекта на финансовом рынке (далее - Кодекс) Банк России сделал первый шаг к унификации этих подходов.
(Увакина Т.В.)
("Гражданское право", 2025, N 6)В первой половине июля 2025 г. Банком России было опубликовано Информационное письмо Банка России от 9 июля 2025 г. N ИН-016-13/91 "О Кодексе этики в сфере разработки и применения искусственного интеллекта на финансовом рынке" <*>. Анализируя процесс внедрения технологии искусственного интеллекта (далее - ИИ) для применения на российском финансовом рынке, можно констатировать переход от этапа разработки нормативно-правовой и технологической основы применения ИИ к активному внедрению, что, безусловно, требует унифицированного подхода к решению вопроса ответственности за действия и решения ИИ. С принятием Кодекса этики в сфере разработки и применения искусственного интеллекта на финансовом рынке (далее - Кодекс) Банк России сделал первый шаг к унификации этих подходов.
Вопрос: Об особенностях осуществления аудиторской и адвокатской деятельности.
(Письмо Минфина России от 11.10.2023 N 07-02-11/96593)согласно Кодексу профессиональной этики адвоката, принятому I Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 г., адвокат не вправе вне рамок адвокатской деятельности оказывать юридические услуги (правовую помощь), за исключением деятельности по урегулированию споров, в том числе в качестве медиатора, третейского судьи, участия в благотворительных проектах других институтов гражданского общества, предусматривающих оказание юридической помощи на безвозмездной основе, а также иной деятельности в случаях, предусмотренных законодательством;
(Письмо Минфина России от 11.10.2023 N 07-02-11/96593)согласно Кодексу профессиональной этики адвоката, принятому I Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 г., адвокат не вправе вне рамок адвокатской деятельности оказывать юридические услуги (правовую помощь), за исключением деятельности по урегулированию споров, в том числе в качестве медиатора, третейского судьи, участия в благотворительных проектах других институтов гражданского общества, предусматривающих оказание юридической помощи на безвозмездной основе, а также иной деятельности в случаях, предусмотренных законодательством;
Статья: Меры по предупреждению коррупции
(Бычков А.)
("Юридический справочник руководителя", 2023, N 7)Уклониться от принятия внутреннего документа не получится, поскольку требования закона адресованы всем организациям вне зависимости от вида и масштаба бизнеса. Рассматриваемый Закон принят не для красоты, а для того, чтобы предприниматели соблюдали изложенные в нем правила.
(Бычков А.)
("Юридический справочник руководителя", 2023, N 7)Уклониться от принятия внутреннего документа не получится, поскольку требования закона адресованы всем организациям вне зависимости от вида и масштаба бизнеса. Рассматриваемый Закон принят не для красоты, а для того, чтобы предприниматели соблюдали изложенные в нем правила.
Статья: Осуществление правосудия по гражданским делам в контексте традиционных российских ценностей
(Чекмарева А.В.)
("Вестник гражданского процесса", 2024, N 6)В соответствии со ст. 1 Закона РФ от 26 июня 1992 г. N 3132-1 "О статусе судей в Российской Федерации" судебная власть в Российской Федерации принадлежит только судам в лице судей и привлекаемых в установленных законом случаях к осуществлению правосудия представителей народа <4>. Судья при исполнении своих полномочий, а также во внеслужебных отношениях должен избегать всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти, достоинство судьи или вызвать сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности. Высокий статус лица, замещающего должность судьи, свидетельствует о том, что вся его деятельность соответствует еще одной традиционной ценности - служению Отечеству. Стандарты поведения судьи, нравственные ориентиры деятельности, а также ряд ограничений устанавливаются в указанном Законе и Кодексе судейской этики. Так, например, судья не вправе: замещать иные государственные должности, быть третейским судьей, арбитром, принадлежать к политическим партиям, заниматься предпринимательской деятельностью и другой оплачиваемой деятельностью, кроме педагогической, научной и иной творческой деятельностью. "Судья должен следовать высоким стандартам морали и нравственности, быть честным, в любой ситуации сохранять личное достоинство, дорожить своей честью, избегать всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти и причинить ущерб репутации судьи" <5>. Соблюдение судьями установленных стандартов поведения влечет в свою очередь доверие общества к судебной власти.
(Чекмарева А.В.)
("Вестник гражданского процесса", 2024, N 6)В соответствии со ст. 1 Закона РФ от 26 июня 1992 г. N 3132-1 "О статусе судей в Российской Федерации" судебная власть в Российской Федерации принадлежит только судам в лице судей и привлекаемых в установленных законом случаях к осуществлению правосудия представителей народа <4>. Судья при исполнении своих полномочий, а также во внеслужебных отношениях должен избегать всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти, достоинство судьи или вызвать сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности. Высокий статус лица, замещающего должность судьи, свидетельствует о том, что вся его деятельность соответствует еще одной традиционной ценности - служению Отечеству. Стандарты поведения судьи, нравственные ориентиры деятельности, а также ряд ограничений устанавливаются в указанном Законе и Кодексе судейской этики. Так, например, судья не вправе: замещать иные государственные должности, быть третейским судьей, арбитром, принадлежать к политическим партиям, заниматься предпринимательской деятельностью и другой оплачиваемой деятельностью, кроме педагогической, научной и иной творческой деятельностью. "Судья должен следовать высоким стандартам морали и нравственности, быть честным, в любой ситуации сохранять личное достоинство, дорожить своей честью, избегать всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти и причинить ущерб репутации судьи" <5>. Соблюдение судьями установленных стандартов поведения влечет в свою очередь доверие общества к судебной власти.
Статья: Правовое регулирование добросовестных практик в сфере предпринимательства
(Антонова Е.Г.)
("Конкурентное право", 2024, N 4)Несмотря на отвлеченный характер социально-этических принципов предпринимательства, указанные нормативные акты обеспечивают упорядочивание достаточно широкого комплекса правоотношений в рассматриваемой сфере. При этом обращает на себя внимание тот факт, что основные этические принципы предпринимательства применяются при наличии признаков пробельности законодательства, регулирующего осуществление экономической деятельности.
(Антонова Е.Г.)
("Конкурентное право", 2024, N 4)Несмотря на отвлеченный характер социально-этических принципов предпринимательства, указанные нормативные акты обеспечивают упорядочивание достаточно широкого комплекса правоотношений в рассматриваемой сфере. При этом обращает на себя внимание тот факт, что основные этические принципы предпринимательства применяются при наличии признаков пробельности законодательства, регулирующего осуществление экономической деятельности.
"Гражданский процесс: учебник"
(под ред. А.В. Габова, В.Г. Голубцова, С.Ж. Соловых)
("Статут", 2024)Адвокатская деятельность не является предпринимательской деятельностью.
(под ред. А.В. Габова, В.Г. Голубцова, С.Ж. Соловых)
("Статут", 2024)Адвокатская деятельность не является предпринимательской деятельностью.