Хранитель музея
Подборка наиболее важных документов по запросу Хранитель музея (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Музеи - хранители, цензоры или сборщики податей?
(Афанасьева Е.Г.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 2)"Вестник арбитражной практики", 2025, N 2
(Афанасьева Е.Г.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 2)"Вестник арбитражной практики", 2025, N 2
Путеводитель по кадровым вопросам. Образцы должностных инструкцийДолжностная инструкция главного хранителя музейных предметов >>>
Нормативные акты
Приказ Минтруда России от 04.08.2014 N 537н
"Об утверждении профессионального стандарта "Хранитель музейных ценностей"
(Зарегистрировано в Минюсте России 04.09.2014 N 33965)Зарегистрировано в Минюсте России 4 сентября 2014 г. N 33965
"Об утверждении профессионального стандарта "Хранитель музейных ценностей"
(Зарегистрировано в Минюсте России 04.09.2014 N 33965)Зарегистрировано в Минюсте России 4 сентября 2014 г. N 33965
Формы
Статья: Ремонт музея: проблемы и споры
(Киселев А.)
("Жилищное право", 2023, N 9)Сердце любого музея - его фондохранилища, правильное функционирование и ремонт которых невозможны без соблюдения Единых правил организации комплектования, учета, хранения и использования музейных предметов и музейных коллекций (далее - Единые правила), утвержденных Приказом Минкультуры России от 23.07.2020 N 827 (ред. от 26.08.2021). Единые правила определяют порядок обеспечения физической сохранности музейных предметов и музейных коллекций, включенных в Музейный Фонд РФ, проведения реставрационных работ: в зависимости от того, какие музейные предметы хранятся и экспонируются музеем (от живописи до рукописей), предусматриваются разные режимы температуры, влажности, освещенности и т.п. с целью обеспечения их сохранности. Ремонт фондов и выставочных залов не должен приводить к нарушению установленных Едиными правилами условий хранения и экспонирования. Это означает, что при составлении проектов ремонта, сметной документации и выборе строительных и отделочных материалов кроме СНиПов следует ориентироваться на Единые правила. Желательно привлечь главного музейного хранителя музея, знающего этот документ в силу должности.
(Киселев А.)
("Жилищное право", 2023, N 9)Сердце любого музея - его фондохранилища, правильное функционирование и ремонт которых невозможны без соблюдения Единых правил организации комплектования, учета, хранения и использования музейных предметов и музейных коллекций (далее - Единые правила), утвержденных Приказом Минкультуры России от 23.07.2020 N 827 (ред. от 26.08.2021). Единые правила определяют порядок обеспечения физической сохранности музейных предметов и музейных коллекций, включенных в Музейный Фонд РФ, проведения реставрационных работ: в зависимости от того, какие музейные предметы хранятся и экспонируются музеем (от живописи до рукописей), предусматриваются разные режимы температуры, влажности, освещенности и т.п. с целью обеспечения их сохранности. Ремонт фондов и выставочных залов не должен приводить к нарушению установленных Едиными правилами условий хранения и экспонирования. Это означает, что при составлении проектов ремонта, сметной документации и выборе строительных и отделочных материалов кроме СНиПов следует ориентироваться на Единые правила. Желательно привлечь главного музейного хранителя музея, знающего этот документ в силу должности.
Статья: Университет, музей, университетский музей: историко-правовой этюд о развитии образования, науки и культуры в России
(Зипунникова Н.Н.)
("Российский юридический журнал", 2022, N 4)Уставы начала столетия в числе "учебных пособий и институтов" предусматривали кабинеты естественной истории <26>; Устав Дерптского университета, помимо "натурального кабинета", предписывал создать музей искусств (вообще же, среди "собраний, орудий и вспомогательных заведений" полагалось также открыть собрание физических инструментов, анатомических препаратов, технологических и военно-учебных моделей, химическую лабораторию, патологический кабинет, обсерваторию, ботанический сад) <27>. Общий устав российских императорских университетов 1835 г. перечислял более 20 "учебных и вспомогательных пособий и заведений", включая собрания, кабинеты, музеи (§ 167) <28>; как отмечают специалисты, в период его действия получили развитие вузовские музеи трех направлений: естественно-научные, технические, гуманитарные <29>. Еще больше "учебно-вспомогательных учреждений" называл Общий устав российских императорских университетов 1863 г. (§ 121) <30>; "учебно-вспомогательные установления" (без их точного перечисления) и лица, состоящие при них, включая хранителей кабинетов и музеев, в разных контекстах упоминаются в Общем уставе российских императорских университетов 1884 г. <31>.
(Зипунникова Н.Н.)
("Российский юридический журнал", 2022, N 4)Уставы начала столетия в числе "учебных пособий и институтов" предусматривали кабинеты естественной истории <26>; Устав Дерптского университета, помимо "натурального кабинета", предписывал создать музей искусств (вообще же, среди "собраний, орудий и вспомогательных заведений" полагалось также открыть собрание физических инструментов, анатомических препаратов, технологических и военно-учебных моделей, химическую лабораторию, патологический кабинет, обсерваторию, ботанический сад) <27>. Общий устав российских императорских университетов 1835 г. перечислял более 20 "учебных и вспомогательных пособий и заведений", включая собрания, кабинеты, музеи (§ 167) <28>; как отмечают специалисты, в период его действия получили развитие вузовские музеи трех направлений: естественно-научные, технические, гуманитарные <29>. Еще больше "учебно-вспомогательных учреждений" называл Общий устав российских императорских университетов 1863 г. (§ 121) <30>; "учебно-вспомогательные установления" (без их точного перечисления) и лица, состоящие при них, включая хранителей кабинетов и музеев, в разных контекстах упоминаются в Общем уставе российских императорских университетов 1884 г. <31>.
Статья: "Музейная оговорка" как повод задуматься: кто владеет культурой?
(Лисаченко А.В.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 4)Со следствиями сложившейся ситуации мы сталкиваемся все чаще. Иногда эти следствия таковы, что думающий человек, тем более юрист, просто не может пройти мимо. Так, один из музеев Ленинградской области предъявил претензию книжному издательству в связи с использованием на обложке детской книги изображения старинной крепости - визитной карточки города, объекта культурного наследия федерального значения. Обоснование претензии вполне ожидаемое. В соответствии со ст. 53 Основ "предприятия, учреждения и организации могут изготавливать и реализовывать продукцию (в том числе рекламную) с изображением (воспроизведением) объектов культуры и культурного достояния... при наличии официального разрешения владельцев...", при этом "плата за использование изображения устанавливается на основе договора". Статья 36 ФЗ "О Музейном фонде" несколько конкретизирует перечень объектов и уточняет, кто же такой "владелец объекта культуры": "Производство изобразительной, печатной, сувенирной и другой тиражированной продукции и товаров народного потребления с использованием изображений музейных предметов и музейных коллекций, зданий музеев, объектов, расположенных на территориях музеев, а также с использованием их названий и символики осуществляется с разрешения дирекций музеев". С точки зрения буквы закона вроде бы все ясно (и судебной практикой подкреплено: целую подборку подобных ярких и показательных казусов приводит, в частности, Е.Г. Афанасьева в статье "Музеи - хранители, цензоры или сборщики податей?" <1>). С точки зрения здравого смысла ситуация абсурдна: дело в том, что издательство выполняло заказ администрации Ленинградской области на создание книги о местных достопримечательностях в рамках Государственной программы Ленинградской области "Устойчивое общественное развитие в Ленинградской области". Использование изображений объектов культуры и культурного достояния в книге осуществлялось в социально значимых целях (в частности, для привлечения внимания детей к музеям области), с ведома и согласия уполномоченных органов Ленинградской области как собственника этих объектов и... учредителя того самого музея.
(Лисаченко А.В.)
("Российский юридический журнал", 2025, N 4)Со следствиями сложившейся ситуации мы сталкиваемся все чаще. Иногда эти следствия таковы, что думающий человек, тем более юрист, просто не может пройти мимо. Так, один из музеев Ленинградской области предъявил претензию книжному издательству в связи с использованием на обложке детской книги изображения старинной крепости - визитной карточки города, объекта культурного наследия федерального значения. Обоснование претензии вполне ожидаемое. В соответствии со ст. 53 Основ "предприятия, учреждения и организации могут изготавливать и реализовывать продукцию (в том числе рекламную) с изображением (воспроизведением) объектов культуры и культурного достояния... при наличии официального разрешения владельцев...", при этом "плата за использование изображения устанавливается на основе договора". Статья 36 ФЗ "О Музейном фонде" несколько конкретизирует перечень объектов и уточняет, кто же такой "владелец объекта культуры": "Производство изобразительной, печатной, сувенирной и другой тиражированной продукции и товаров народного потребления с использованием изображений музейных предметов и музейных коллекций, зданий музеев, объектов, расположенных на территориях музеев, а также с использованием их названий и символики осуществляется с разрешения дирекций музеев". С точки зрения буквы закона вроде бы все ясно (и судебной практикой подкреплено: целую подборку подобных ярких и показательных казусов приводит, в частности, Е.Г. Афанасьева в статье "Музеи - хранители, цензоры или сборщики податей?" <1>). С точки зрения здравого смысла ситуация абсурдна: дело в том, что издательство выполняло заказ администрации Ленинградской области на создание книги о местных достопримечательностях в рамках Государственной программы Ленинградской области "Устойчивое общественное развитие в Ленинградской области". Использование изображений объектов культуры и культурного достояния в книге осуществлялось в социально значимых целях (в частности, для привлечения внимания детей к музеям области), с ведома и согласия уполномоченных органов Ленинградской области как собственника этих объектов и... учредителя того самого музея.
"Собственность в гражданском праве"
(6-е издание, исправленное и дополненное)
(Скловский К.И.)
("Статут", 2023)Далее мы будем говорить о недвижимых вещах, но заметим, что, как кажется, мало уделяется внимания таким объектам собственности, соединяющим свойства подлинника и памятника, как музейные экспонаты. Применительно к ним трудно говорить о выражении в них личности того собственника, который их приобрел, кроме, может быть, коллекций <1>. Более того, функция хранения исключает воздействие личности хранителя на охраняемые предметы. Музеям обычно экспонаты вверяются собственником, причем предполагается, что собственник либо сам является лицом публичного права, либо действует в публичном интересе. Тем самым музей, как субъект права, лишен интереса в вещи, предполагающего ее потребление, а использование вещи имеет узко очерченные ограничения. С этим, на мой взгляд, плохо сочетается провозглашенное ст. 36 Федерального закона от 26 мая 1996 г. N 54-ФЗ "О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации" исключительное право музея на использование в коммерческих целях "воспроизведений" музейных предметов. Я даже не говорю об очевидных противоречиях этой нормы с основами авторского права, впрочем, далеко не все музейные экспонаты защищены авторскими правами. Вызывает сомнения само понимание права на "воспроизведение" предмета собственности как права коммерческого, имущественного содержания. Видимо, по своей природе это право все же неимущественное; оно сродни личной неприкосновенности. Этот вывод затрагивает, конечно, не только музейные предметы, но относится к собственности вообще.
(6-е издание, исправленное и дополненное)
(Скловский К.И.)
("Статут", 2023)Далее мы будем говорить о недвижимых вещах, но заметим, что, как кажется, мало уделяется внимания таким объектам собственности, соединяющим свойства подлинника и памятника, как музейные экспонаты. Применительно к ним трудно говорить о выражении в них личности того собственника, который их приобрел, кроме, может быть, коллекций <1>. Более того, функция хранения исключает воздействие личности хранителя на охраняемые предметы. Музеям обычно экспонаты вверяются собственником, причем предполагается, что собственник либо сам является лицом публичного права, либо действует в публичном интересе. Тем самым музей, как субъект права, лишен интереса в вещи, предполагающего ее потребление, а использование вещи имеет узко очерченные ограничения. С этим, на мой взгляд, плохо сочетается провозглашенное ст. 36 Федерального закона от 26 мая 1996 г. N 54-ФЗ "О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации" исключительное право музея на использование в коммерческих целях "воспроизведений" музейных предметов. Я даже не говорю об очевидных противоречиях этой нормы с основами авторского права, впрочем, далеко не все музейные экспонаты защищены авторскими правами. Вызывает сомнения само понимание права на "воспроизведение" предмета собственности как права коммерческого, имущественного содержания. Видимо, по своей природе это право все же неимущественное; оно сродни личной неприкосновенности. Этот вывод затрагивает, конечно, не только музейные предметы, но относится к собственности вообще.