Форс-мажор в английском праве
Подборка наиболее важных документов по запросу Форс-мажор в английском праве (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Эволюция стандарта due diligence в правоотношениях морской перевозки груза - от Древнего Рима до наших дней
(Чурилов А.Ю.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 4)В соответствии с Родосским морским законом, самым прогрессивным в то время в сфере морских перевозок, если корабль и груз погибнут вследствие небрежности купца или навклира <13>, то собственники груза, который находился в трюме, не должны пострадать. Однако если груз погиб в результате бури, то все спасенное должно пойти в раскладку ущерба <14>. Основанием освобождения от ответственности и в более поздние времена являлись только обстоятельства непреодолимой силы (Act of God), а в Англии - также военные действия (Act of the King / Queen's Enemies) <15>.
(Чурилов А.Ю.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 4)В соответствии с Родосским морским законом, самым прогрессивным в то время в сфере морских перевозок, если корабль и груз погибнут вследствие небрежности купца или навклира <13>, то собственники груза, который находился в трюме, не должны пострадать. Однако если груз погиб в результате бури, то все спасенное должно пойти в раскладку ущерба <14>. Основанием освобождения от ответственности и в более поздние времена являлись только обстоятельства непреодолимой силы (Act of God), а в Англии - также военные действия (Act of the King / Queen's Enemies) <15>.
Статья: Предупреждение об увольнении работника по инициативе работодателя: перспективы адаптации зарубежного опыта в России
(Михальская А.О.)
("Актуальные проблемы российского права", 2022, N 7)Единственным исключением является очень интересная норма о том, что в случае ликвидации организации при форс-мажорных обстоятельствах работодатель освобождается от обязанностей по предупреждению и выплате выходного пособия.
(Михальская А.О.)
("Актуальные проблемы российского права", 2022, N 7)Единственным исключением является очень интересная норма о том, что в случае ликвидации организации при форс-мажорных обстоятельствах работодатель освобождается от обязанностей по предупреждению и выплате выходного пособия.
Статья: Контрактные основания прекращения договора поставки. Санкции как форс-мажор в рамках внутринациональных договоров поставки. Можно ли прекратить договор поставки в связи с форс-мажором?
(Васильева А.А.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 3)<4> Business-to-business (в переводе с англ. "бизнес для бизнеса" - термин, означающий торговые отношения между юридическими лицами).
(Васильева А.А.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 3)<4> Business-to-business (в переводе с англ. "бизнес для бизнеса" - термин, означающий торговые отношения между юридическими лицами).
Статья: Положительные проявления современной конкуренции юрисдикций: вопросы теории и практики
(Мамедалиева А.В.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 3)Во-вторых, ВС РФ обратил внимание на недостаточное внимание к данному принципу соразмерности и возможности взыскания убытков в соответствии с договором и применимым к нему английским правом, суд обратил внимание судов на то, что они не дали должной оценки доводам российского ответчика о невозможности исполнения договорных обязательств в связи с форс-мажором, а также высокой публичной значимостью общества для Новосибирской области.
(Мамедалиева А.В.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 3)Во-вторых, ВС РФ обратил внимание на недостаточное внимание к данному принципу соразмерности и возможности взыскания убытков в соответствии с договором и применимым к нему английским правом, суд обратил внимание судов на то, что они не дали должной оценки доводам российского ответчика о невозможности исполнения договорных обязательств в связи с форс-мажором, а также высокой публичной значимостью общества для Новосибирской области.
Статья: Проблема квалификации в международном частном праве
(Канашевский В.А.)
("Журнал российского права", 2021, N 9)Выражением автономной квалификации юридических понятий выступают также нормы международных конвенций. Например, понятие "препятствие вне контроля" в Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. разработано на основе обобщения национального опыта применения таких понятий, как "форс-мажор", "непреодолимая сила", согласно национальному праву. Однако толкование понятий международных конвенций - отдельная проблема, выходящая за рамки настоящей статьи.
(Канашевский В.А.)
("Журнал российского права", 2021, N 9)Выражением автономной квалификации юридических понятий выступают также нормы международных конвенций. Например, понятие "препятствие вне контроля" в Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. разработано на основе обобщения национального опыта применения таких понятий, как "форс-мажор", "непреодолимая сила", согласно национальному праву. Однако толкование понятий международных конвенций - отдельная проблема, выходящая за рамки настоящей статьи.
Статья: Непреодолимая сила (форс-мажор) как основание освобождения от договорной ответственности (сравнительно-правовой очерк)
(Байбак В.В.)
("Закон", 2025, N 6)Последующее развитие частного права не внесло существенно больше ясности в этот вопрос вплоть до середины XIX века. К примеру, ст. 1148 Code civil предусматривала, что "убытки не взыскиваются, если вследствие непреодолимой силы или случая должник встретил препятствия к тому, чтобы дать или сделать то, что он был должен, либо сделал то, что ему было запрещено". Столь размытая формулировка, по мнению М. Планиоля, привела к тому, при применении ст. 1148 Code civil понятия случая и непреодолимой силы считались равноценными и не разграничивались <3>. Столь неопределенная ситуация сохранялась во французском праве и доктрине достаточно долго, вплоть до фундаментальной реформы Code civil, состоявшейся уже в XXI веке и приведшей к кардинальному пересмотру подхода к понятию и значению непреодолимой силы. В частности, появилась новая самостоятельная ст. 1218 Code civil, которая определяет обстоятельства непреодолимой силы следующим образом: "В договорных отношениях форс-мажор имеет место, когда событие, находящееся вне контроля должника, которое нельзя было разумно предвидеть на момент заключения договора и последствий которого невозможно избежать соответствующими мерами, препятствует должнику выполнить свое обязательство". Как видно из приведенного фрагмента, столь кардинальное изменение позиции французского законодателя позволило достаточно четко противопоставить форс-мажор простому случаю и устранить вышеупомянутый недостаток предыдущей редакции <4>.
(Байбак В.В.)
("Закон", 2025, N 6)Последующее развитие частного права не внесло существенно больше ясности в этот вопрос вплоть до середины XIX века. К примеру, ст. 1148 Code civil предусматривала, что "убытки не взыскиваются, если вследствие непреодолимой силы или случая должник встретил препятствия к тому, чтобы дать или сделать то, что он был должен, либо сделал то, что ему было запрещено". Столь размытая формулировка, по мнению М. Планиоля, привела к тому, при применении ст. 1148 Code civil понятия случая и непреодолимой силы считались равноценными и не разграничивались <3>. Столь неопределенная ситуация сохранялась во французском праве и доктрине достаточно долго, вплоть до фундаментальной реформы Code civil, состоявшейся уже в XXI веке и приведшей к кардинальному пересмотру подхода к понятию и значению непреодолимой силы. В частности, появилась новая самостоятельная ст. 1218 Code civil, которая определяет обстоятельства непреодолимой силы следующим образом: "В договорных отношениях форс-мажор имеет место, когда событие, находящееся вне контроля должника, которое нельзя было разумно предвидеть на момент заключения договора и последствий которого невозможно избежать соответствующими мерами, препятствует должнику выполнить свое обязательство". Как видно из приведенного фрагмента, столь кардинальное изменение позиции французского законодателя позволило достаточно четко противопоставить форс-мажор простому случаю и устранить вышеупомянутый недостаток предыдущей редакции <4>.
Статья: Тщетность (фрустрация) договора и форс-мажор в договорах по английскому праву
(Сегалова Е.А., Гладков А.А.)
("Вестник арбитражной практики", 2024, N 4)"Вестник арбитражной практики", 2024, N 4
(Сегалова Е.А., Гладков А.А.)
("Вестник арбитражной практики", 2024, N 4)"Вестник арбитражной практики", 2024, N 4
Статья: Трансформация института непреодолимой силы: историко-правовой анализ
(Иваненко Т.И.)
("Legal Bulletin", 2025, N 1)В зарубежной доктрине учения о непреодолимой силе формировались по нескольким направлениям. В рамках английского и американского права институт обстоятельств непреодолимой силы нашел свое выражение в доктрине Act of God (непредвиденные обстоятельства, форс-мажор). Она разительно отличается от наработок романо-германского права в рамках объективной и субъективной теорий обстоятельств непреодолимой силы. Основное отличие заключалось в том, что обстоятельства непреодолимой силы могли признаваться таковыми только при их перечислении в договоре, что нашло свое подтверждение и в судебной практике (например, дело Rylands v. Fletcher) <2>. На этот счет Л.А. Лунц отмечает следующее: "когда лицо договором создало для себя обязанность, то оно должно возместить убытки, невзирая ни на какие случайности, которых оно не могло избежать, ибо оно могло предусмотреть их в договоре" [12, с. 94]. Однако сама концепция необходимости перечисления в договоре абсолютно всех условий, которые могут повлиять на исполнения, оказалась как минимум труднореализуемой, ведь даже при должной разумности, предусмотрительности невозможно выделить те обстоятельства, которые могут случиться после заключения договора и впоследствии помешать исполнению обязательств. К концу XIX в. начала формироваться и доктрина фрустрации (доктрина тщетности), которая нашла свое отражение в современном праве некоторых иностранных правопорядков. До второй половины XIX в. суды исходили из того, что любая невозможность исполнения не освобождала обязанное лицо исполнить обязательство. Однако впоследствии трансформация представлений о договорных отношениях, сопровождавшаяся появлением подразумеваемых и выраженных условий договора, сделала возможным применение обстоятельств, которые освобождали лицо от исполнения. Она определяет, что обязанное лицо освобождается от ответственности, если после заключения договора наступают обстоятельства, которые делают исполнение договора бесцельным или отличным от целей, которые закреплены в договоре. В американском праве доктрина фрустрации приобрела несколько иной, более узкий смысл, определяя, что обстоятельства непреодолимой силы - это те условия, при существовании которых до заключения договора стороны не вступили бы в гражданско-правовые отношения. Как отмечают многие современные исследователи, доктрина фрустрации содержательно довольна схожа с обстоятельствами непреодолимой силы, которые свойственны отечественному законодательству, однако она представляет собой более гибкий институт, так как позволяет учитывать не только абсолютную невозможность исполнения обязательств, но и "крайнюю затруднительность исполнения" [13, с. 136]. Упоминания заслуживает и французская доктрина force majeure. В ст. 1218 Гражданского кодекса Франции закрепляется, что "форс-мажор - это событие, которое не зависит от должника, не может быть предусмотрено при заключении договора и последствия которого не могут быть предотвращены с помощью соответствующих мер" <3>, что приводит к невозможности исполнения договорных обязательств. При этом устанавливается и то, что в случае если препятствия для исполнения являются временными, то исполнение договора приостанавливается (в некоторых случаях договор расторгается, если приостановление не оправдывает возможность расторжения), в случае окончательных обстоятельств, препятствующих исполнению, договорные отношения расторгаются автоматически. Французская доктрина определяет следующий перечень критериев для форс-мажорных обстоятельств: внешний характер, непредвиденность и непредотвратимость.
(Иваненко Т.И.)
("Legal Bulletin", 2025, N 1)В зарубежной доктрине учения о непреодолимой силе формировались по нескольким направлениям. В рамках английского и американского права институт обстоятельств непреодолимой силы нашел свое выражение в доктрине Act of God (непредвиденные обстоятельства, форс-мажор). Она разительно отличается от наработок романо-германского права в рамках объективной и субъективной теорий обстоятельств непреодолимой силы. Основное отличие заключалось в том, что обстоятельства непреодолимой силы могли признаваться таковыми только при их перечислении в договоре, что нашло свое подтверждение и в судебной практике (например, дело Rylands v. Fletcher) <2>. На этот счет Л.А. Лунц отмечает следующее: "когда лицо договором создало для себя обязанность, то оно должно возместить убытки, невзирая ни на какие случайности, которых оно не могло избежать, ибо оно могло предусмотреть их в договоре" [12, с. 94]. Однако сама концепция необходимости перечисления в договоре абсолютно всех условий, которые могут повлиять на исполнения, оказалась как минимум труднореализуемой, ведь даже при должной разумности, предусмотрительности невозможно выделить те обстоятельства, которые могут случиться после заключения договора и впоследствии помешать исполнению обязательств. К концу XIX в. начала формироваться и доктрина фрустрации (доктрина тщетности), которая нашла свое отражение в современном праве некоторых иностранных правопорядков. До второй половины XIX в. суды исходили из того, что любая невозможность исполнения не освобождала обязанное лицо исполнить обязательство. Однако впоследствии трансформация представлений о договорных отношениях, сопровождавшаяся появлением подразумеваемых и выраженных условий договора, сделала возможным применение обстоятельств, которые освобождали лицо от исполнения. Она определяет, что обязанное лицо освобождается от ответственности, если после заключения договора наступают обстоятельства, которые делают исполнение договора бесцельным или отличным от целей, которые закреплены в договоре. В американском праве доктрина фрустрации приобрела несколько иной, более узкий смысл, определяя, что обстоятельства непреодолимой силы - это те условия, при существовании которых до заключения договора стороны не вступили бы в гражданско-правовые отношения. Как отмечают многие современные исследователи, доктрина фрустрации содержательно довольна схожа с обстоятельствами непреодолимой силы, которые свойственны отечественному законодательству, однако она представляет собой более гибкий институт, так как позволяет учитывать не только абсолютную невозможность исполнения обязательств, но и "крайнюю затруднительность исполнения" [13, с. 136]. Упоминания заслуживает и французская доктрина force majeure. В ст. 1218 Гражданского кодекса Франции закрепляется, что "форс-мажор - это событие, которое не зависит от должника, не может быть предусмотрено при заключении договора и последствия которого не могут быть предотвращены с помощью соответствующих мер" <3>, что приводит к невозможности исполнения договорных обязательств. При этом устанавливается и то, что в случае если препятствия для исполнения являются временными, то исполнение договора приостанавливается (в некоторых случаях договор расторгается, если приостановление не оправдывает возможность расторжения), в случае окончательных обстоятельств, препятствующих исполнению, договорные отношения расторгаются автоматически. Французская доктрина определяет следующий перечень критериев для форс-мажорных обстоятельств: внешний характер, непредвиденность и непредотвратимость.
Статья: Временная юридическая невозможность в российской судебной практике
(Григорьев В.И.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, N 3)Континентальное право (в отличие от англо-американского) предпочитает не рассматривать вторичные санкции в качестве обстоятельств непреодолимой силы, т.е. факта, который может приводить к невозможности исполнения. Нельзя не упомянуть здесь известную позицию Окружного суда Роттердама. Суд указал на то, что вторичные санкции США не являются основанием для наличия обстоятельств непреодолимой силы (даже в виде квалификации в качестве фактических препятствий) <45>. Немецкие комментаторы также отмечают, что угроза иностранных вторичных санкций сама по себе не является достаточной для применения правил юридической невозможности, если применимым является немецкое право (абз. 1 § 275 ГГУ). Во Франции Апелляционный суд Парижа в одном из дел отказал в отмене решения арбитража, поскольку не было учтено наличие санкций США против Ирана <46>.
(Григорьев В.И.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, N 3)Континентальное право (в отличие от англо-американского) предпочитает не рассматривать вторичные санкции в качестве обстоятельств непреодолимой силы, т.е. факта, который может приводить к невозможности исполнения. Нельзя не упомянуть здесь известную позицию Окружного суда Роттердама. Суд указал на то, что вторичные санкции США не являются основанием для наличия обстоятельств непреодолимой силы (даже в виде квалификации в качестве фактических препятствий) <45>. Немецкие комментаторы также отмечают, что угроза иностранных вторичных санкций сама по себе не является достаточной для применения правил юридической невозможности, если применимым является немецкое право (абз. 1 § 275 ГГУ). Во Франции Апелляционный суд Парижа в одном из дел отказал в отмене решения арбитража, поскольку не было учтено наличие санкций США против Ирана <46>.
Статья: Вопросы добросовестности сторон договора по английскому праву в условиях санкций
(Волос А.А.)
("Хозяйство и право", 2024, N 3)Однако в современных условиях действия санкций различных государств остро встают вопросы, не находящие прямого регулирования в английском праве. Более того, традиционное и классическое обращение к свободе договора, что было бы обычным рассуждением для доктрины английского права для ряда комплексных кейсов, не сможет помочь: возникают слишком новые для международного экономического оборота обстоятельства. Так, в литературе обсуждалась нынешняя ситуация применительно к пониманию санкций через форс-мажор или английскую доктрину frustration (отпадание цели договора) <1>.
(Волос А.А.)
("Хозяйство и право", 2024, N 3)Однако в современных условиях действия санкций различных государств остро встают вопросы, не находящие прямого регулирования в английском праве. Более того, традиционное и классическое обращение к свободе договора, что было бы обычным рассуждением для доктрины английского права для ряда комплексных кейсов, не сможет помочь: возникают слишком новые для международного экономического оборота обстоятельства. Так, в литературе обсуждалась нынешняя ситуация применительно к пониманию санкций через форс-мажор или английскую доктрину frustration (отпадание цели договора) <1>.
"Перемена лиц в обязательстве и ответственность за нарушение обязательства: комментарий к статьям 330 - 333, 380 - 381, 382 - 406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации"
(отв. ред. А.Г. Карапетов)
("М-Логос", 2022)Специфика правового режима данного средства защиты в странах и международных актах унификации, в которых этот способ защиты выделяется и отличается от взыскания убытков, видится в первую очередь в том, что его реализация не зависит от вины должника в осуществлении дефектного предоставления. Для английского права данный вопрос неактуален, так как взыскание убытков не зависит от наличия или отсутствия вины и даже обстоятельств непреодолимой силы, но для континентально-европейского права, основанного на идее виновной ответственности, вопрос оказывается принципиальным. Если бы речь шла о взыскании убытков, право снизить цену блокировалось бы на фоне отсутствия вины должника, что очевидно несправедливо, так как вынуждало бы покупателя платить продавцу больше, чем реально стоит то, что он продал (подробнее см. п. 1 - 4.14.3 комментария).
(отв. ред. А.Г. Карапетов)
("М-Логос", 2022)Специфика правового режима данного средства защиты в странах и международных актах унификации, в которых этот способ защиты выделяется и отличается от взыскания убытков, видится в первую очередь в том, что его реализация не зависит от вины должника в осуществлении дефектного предоставления. Для английского права данный вопрос неактуален, так как взыскание убытков не зависит от наличия или отсутствия вины и даже обстоятельств непреодолимой силы, но для континентально-европейского права, основанного на идее виновной ответственности, вопрос оказывается принципиальным. Если бы речь шла о взыскании убытков, право снизить цену блокировалось бы на фоне отсутствия вины должника, что очевидно несправедливо, так как вынуждало бы покупателя платить продавцу больше, чем реально стоит то, что он продал (подробнее см. п. 1 - 4.14.3 комментария).
Статья: Нужна ли международному арбитражу "пятая графа"? Комментарий к Определению Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 26 июля 2024 года N 304-ЭС24-2799
(Гальперин М.Л.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, N 12)Так влияет ли "пятая графа" (национальность) арбитров на юридическую судьбу выносимых ими решений? Для того чтобы ответить на этот вопрос, разберем вынесенное в название статьи Определение ВС РФ, которое, к слову, помимо вопроса о процессуальных последствиях "неправильной" национальности арбитров, затрагивает актуальные проблемы форс-мажора, квалификации убытков, российского публичного порядка, вспоминает про английское право и даже старый добрый Европейский суд по правам человека. Конечно, не обошлось в этом десятистраничном акте без ссылок и на санкции. Кроме них, есть здесь и про засуху, и про доллары, и про валютный контроль. В этом смысле легшее в основу комментируемого Определения дело может, перефразируя известный эпитет Виссариона Белинского по отношению к пушкинскому "Евгению Онегину" <8>, претендовать на звание настоящей энциклопедии русской внешнеэкономической жизни первой половины 20-х годов XXI века.
(Гальперин М.Л.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2024, N 12)Так влияет ли "пятая графа" (национальность) арбитров на юридическую судьбу выносимых ими решений? Для того чтобы ответить на этот вопрос, разберем вынесенное в название статьи Определение ВС РФ, которое, к слову, помимо вопроса о процессуальных последствиях "неправильной" национальности арбитров, затрагивает актуальные проблемы форс-мажора, квалификации убытков, российского публичного порядка, вспоминает про английское право и даже старый добрый Европейский суд по правам человека. Конечно, не обошлось в этом десятистраничном акте без ссылок и на санкции. Кроме них, есть здесь и про засуху, и про доллары, и про валютный контроль. В этом смысле легшее в основу комментируемого Определения дело может, перефразируя известный эпитет Виссариона Белинского по отношению к пушкинскому "Евгению Онегину" <8>, претендовать на звание настоящей энциклопедии русской внешнеэкономической жизни первой половины 20-х годов XXI века.