Виды антимонопольных запретов
Подборка наиболее важных документов по запросу Виды антимонопольных запретов (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Позиции судов по спорным вопросам. Бюджетные организации: Заявка на участие в электронном аукционе по Закону N 223-ФЗ
(КонсультантПлюс, 2026)Как верно заметили суды, из совокупности приведенных положений статьи 18 Закона N 99-ФЗ следует установление законодателем запрета на осуществление лицензируемого вида деятельности по адресу, не указанному в лицензии, до того момента, как будет переоформлена лицензия.
(КонсультантПлюс, 2026)Как верно заметили суды, из совокупности приведенных положений статьи 18 Закона N 99-ФЗ следует установление законодателем запрета на осуществление лицензируемого вида деятельности по адресу, не указанному в лицензии, до того момента, как будет переоформлена лицензия.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
"Злоупотребление доминирующим положением: учебное пособие"
(Хохлов Е.С.)
("Статут", 2024)Как уже отмечалось, ч. 1 ст. 10.1 Закона о защите конкуренции распространяется только на транзакционные цифровые платформы; для иных видов цифровых платформ применяются общие антимонопольные запреты.
(Хохлов Е.С.)
("Статут", 2024)Как уже отмечалось, ч. 1 ст. 10.1 Закона о защите конкуренции распространяется только на транзакционные цифровые платформы; для иных видов цифровых платформ применяются общие антимонопольные запреты.
Статья: Теоретические и практические аспекты правового регулирования ограничивающих конкуренцию вертикальных соглашений
(Истомин В.Г.)
("Журнал российского права", 2022, N 9)Конкретные виды запрещенных российским антимонопольным законодательством вертикальных соглашений указаны в ч. 2 ст. 11 Закона о защите конкуренции. Так, запрещаются вертикальные соглашения, если они приводят или могут привести к установлению цены перепродажи товара, за исключением установления максимальной цены его перепродажи, а также соглашения, которыми предусмотрено обязательство покупателя не продавать товар хозяйствующего субъекта, который является конкурентом продавца. При этом второй запрет также имеет исключение: он не распространяется на соглашения об организации покупателем продажи товаров под товарным знаком либо иным средством индивидуализации продавца или производителя. В юридической литературе широко распространено мнение, что предусмотренные ч. 2 ст. 11 Закона о защите конкуренции вертикальные соглашения запрещены per se, т.е. в силу факта их заключения, без необходимости установления и доказывания причиненного ими антиконкурентного эффекта <14>. Вместе с тем в соответствии с п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 марта 2021 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства" (далее - Постановление N 2 Пленума ВС РФ) соглашения хозяйствующих субъектов, за исключением указанных в ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции, могут быть признаны недопустимыми, если антимонопольным органом будет доказано, что результатом реализации или целью договоренностей, достигнутых между хозяйствующими субъектами, являлось недопущение (ограничение, устранение) конкуренции на товарном рынке. С учетом того что в ч. 1 ст. 11 речь идет о горизонтальных картельных соглашениях, можно сделать вывод, что в настоящее время российские правоприменительные органы ориентированы на необходимость установления наступления или возможности наступления антиконкурентных последствий при доказывании наличия ограничивающего конкуренцию вертикального соглашения. В выпущенном Федеральной антимонопольной службой письме от 11 сентября 2009 г. N АК/40092 также содержалось положение о том, что вертикальное соглашение между хозяйствующими субъектами может быть признано не соответствующим антимонопольному законодательству, если такое соглашение приводит или может привести к ограничению конкуренции. Кроме того, на предусмотренные в ч. 2 ст. 11 Закона о защите конкуренции вертикальные соглашения распространяются общие правила о допустимости антиконкурентных действий в случае достижения в результате их осуществления положительного эффекта, что также свидетельствует о необходимости оценки таких соглашений с учетом их последствий. Подобный подход представляется оправданным и в целом соответствует тем тенденциям, которые имеют место в том числе в зарубежной правоприменительной практике при квалификации вертикальных соглашений в качестве запрещенных. Например, в решении по одному из дел Верховный суд США отметил, что правило per se не должно применяться "только для административного удобства", а также указал на необходимость руководствоваться правилом разумности, предполагающим учет информации о соответствующем бизнесе, анализ "истории, характера и последствий договорных ограничений", в том числе при оценке соглашений об установлении минимальной цены перепродажи товара <15>. Антимонопольные нормы ЕС также не содержат абсолютных запретов per se на заключение каких-либо вертикальных соглашений. Однако некоторые виды ограничительных условий изначально предполагаются антиконкурентными, это так называемые жесткие ограничения конкуренции (severe restrictions of competition). К ним, в частности, относятся установление минимальных и фиксированных цен перепродажи, ограничение розничной продажи конечным потребителям, некоторые виды территориальных ограничений для контрагентов, установление недопустимости взаимных поставок между дистрибьюторами. Но даже и они в индивидуальном порядке могут быть признаны допустимыми при наличии установленного положительного эффекта.
(Истомин В.Г.)
("Журнал российского права", 2022, N 9)Конкретные виды запрещенных российским антимонопольным законодательством вертикальных соглашений указаны в ч. 2 ст. 11 Закона о защите конкуренции. Так, запрещаются вертикальные соглашения, если они приводят или могут привести к установлению цены перепродажи товара, за исключением установления максимальной цены его перепродажи, а также соглашения, которыми предусмотрено обязательство покупателя не продавать товар хозяйствующего субъекта, который является конкурентом продавца. При этом второй запрет также имеет исключение: он не распространяется на соглашения об организации покупателем продажи товаров под товарным знаком либо иным средством индивидуализации продавца или производителя. В юридической литературе широко распространено мнение, что предусмотренные ч. 2 ст. 11 Закона о защите конкуренции вертикальные соглашения запрещены per se, т.е. в силу факта их заключения, без необходимости установления и доказывания причиненного ими антиконкурентного эффекта <14>. Вместе с тем в соответствии с п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 марта 2021 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства" (далее - Постановление N 2 Пленума ВС РФ) соглашения хозяйствующих субъектов, за исключением указанных в ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции, могут быть признаны недопустимыми, если антимонопольным органом будет доказано, что результатом реализации или целью договоренностей, достигнутых между хозяйствующими субъектами, являлось недопущение (ограничение, устранение) конкуренции на товарном рынке. С учетом того что в ч. 1 ст. 11 речь идет о горизонтальных картельных соглашениях, можно сделать вывод, что в настоящее время российские правоприменительные органы ориентированы на необходимость установления наступления или возможности наступления антиконкурентных последствий при доказывании наличия ограничивающего конкуренцию вертикального соглашения. В выпущенном Федеральной антимонопольной службой письме от 11 сентября 2009 г. N АК/40092 также содержалось положение о том, что вертикальное соглашение между хозяйствующими субъектами может быть признано не соответствующим антимонопольному законодательству, если такое соглашение приводит или может привести к ограничению конкуренции. Кроме того, на предусмотренные в ч. 2 ст. 11 Закона о защите конкуренции вертикальные соглашения распространяются общие правила о допустимости антиконкурентных действий в случае достижения в результате их осуществления положительного эффекта, что также свидетельствует о необходимости оценки таких соглашений с учетом их последствий. Подобный подход представляется оправданным и в целом соответствует тем тенденциям, которые имеют место в том числе в зарубежной правоприменительной практике при квалификации вертикальных соглашений в качестве запрещенных. Например, в решении по одному из дел Верховный суд США отметил, что правило per se не должно применяться "только для административного удобства", а также указал на необходимость руководствоваться правилом разумности, предполагающим учет информации о соответствующем бизнесе, анализ "истории, характера и последствий договорных ограничений", в том числе при оценке соглашений об установлении минимальной цены перепродажи товара <15>. Антимонопольные нормы ЕС также не содержат абсолютных запретов per se на заключение каких-либо вертикальных соглашений. Однако некоторые виды ограничительных условий изначально предполагаются антиконкурентными, это так называемые жесткие ограничения конкуренции (severe restrictions of competition). К ним, в частности, относятся установление минимальных и фиксированных цен перепродажи, ограничение розничной продажи конечным потребителям, некоторые виды территориальных ограничений для контрагентов, установление недопустимости взаимных поставок между дистрибьюторами. Но даже и они в индивидуальном порядке могут быть признаны допустимыми при наличии установленного положительного эффекта.
Нормативные акты
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 N 2
"О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства"К лицу, формально вошедшему в группу лиц, может не применяться правовой режим этой группы, если при рассмотрении дела будет установлено, что в действительности данное лицо автономно в определении своего поведения на товарном рынке, например, в связи с отсутствием у других участников группы достаточных правовых (договорных, корпоративных) и организационных (управленческих) средств влияния на его поведение. В частности, при оценке вхождения организаций в группу лиц по основаниям, предусмотренным пунктами 7, 8 части 1 статьи 9 Закона, суд вправе учесть, что отношения между гражданами, являющимися родственниками, отсутствуют и организации, участниками которых являются данные физические лица, ведут не связанные между собой виды деятельности.
"О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства"К лицу, формально вошедшему в группу лиц, может не применяться правовой режим этой группы, если при рассмотрении дела будет установлено, что в действительности данное лицо автономно в определении своего поведения на товарном рынке, например, в связи с отсутствием у других участников группы достаточных правовых (договорных, корпоративных) и организационных (управленческих) средств влияния на его поведение. В частности, при оценке вхождения организаций в группу лиц по основаниям, предусмотренным пунктами 7, 8 части 1 статьи 9 Закона, суд вправе учесть, что отношения между гражданами, являющимися родственниками, отсутствуют и организации, участниками которых являются данные физические лица, ведут не связанные между собой виды деятельности.
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2020)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020)
(ред. от 25.04.2025)По результатам внеплановой проверки, проведенной с целью выявления возможных нарушений антимонопольного законодательства при проведении аукционов на приобретение оборудования, в отношении учреждения и общества возбуждены дела о нарушении антимонопольного законодательства по признакам нарушения антимонопольных требований и запретов, установленных п. 3 ч. 4 ст. 11 и п. 1 ч. 1 ст. 17 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее - Закон N 135-ФЗ).
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020)
(ред. от 25.04.2025)По результатам внеплановой проверки, проведенной с целью выявления возможных нарушений антимонопольного законодательства при проведении аукционов на приобретение оборудования, в отношении учреждения и общества возбуждены дела о нарушении антимонопольного законодательства по признакам нарушения антимонопольных требований и запретов, установленных п. 3 ч. 4 ст. 11 и п. 1 ч. 1 ст. 17 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее - Закон N 135-ФЗ).
Статья: Конструкция антиконкурентных согласованных действий в российском антимонопольном законодательстве: теоретические аспекты и практика применения норм
(Истомин В.Г.)
("Актуальные проблемы российского права", 2021, N 8)Российское антимонопольное законодательство устанавливает запреты в отношении различных видов антиконкурентного поведения хозяйствующих субъектов, в том числе в отношении согласованных действий, которые законодатель рассматривает как самостоятельное нарушение антимонопольного законодательства. Несмотря на существование и применение норм, касающихся запрета согласованных действий, среди научных и практических работников нет единства в понимании как самой необходимости наличия в законодательстве запрета согласованных действий, так и сущностных признаков данного правонарушения. Серьезные теоретические и практические проблемы возникают также в разграничении согласованных действий и иной разновидности антиконкурентного поведения - ограничивающих конкуренцию соглашений. В работе делается вывод о несоответствии буквального значения термина "согласованные действия" содержанию нормативного регулирования данного запрещенного поведения, поскольку согласованные действия как правовая категория являются частью более общего понятия "соглашение". Отмечается также отсутствие единообразия в дифференциации ограничивающих конкуренцию соглашений и согласованных действий. Автору представляется необходимым скорректировать название такого правонарушения, как согласованные действия, и некоторые его признаки при общем сохранении соответствующего запрета в антимонопольном законодательстве.
(Истомин В.Г.)
("Актуальные проблемы российского права", 2021, N 8)Российское антимонопольное законодательство устанавливает запреты в отношении различных видов антиконкурентного поведения хозяйствующих субъектов, в том числе в отношении согласованных действий, которые законодатель рассматривает как самостоятельное нарушение антимонопольного законодательства. Несмотря на существование и применение норм, касающихся запрета согласованных действий, среди научных и практических работников нет единства в понимании как самой необходимости наличия в законодательстве запрета согласованных действий, так и сущностных признаков данного правонарушения. Серьезные теоретические и практические проблемы возникают также в разграничении согласованных действий и иной разновидности антиконкурентного поведения - ограничивающих конкуренцию соглашений. В работе делается вывод о несоответствии буквального значения термина "согласованные действия" содержанию нормативного регулирования данного запрещенного поведения, поскольку согласованные действия как правовая категория являются частью более общего понятия "соглашение". Отмечается также отсутствие единообразия в дифференциации ограничивающих конкуренцию соглашений и согласованных действий. Автору представляется необходимым скорректировать название такого правонарушения, как согласованные действия, и некоторые его признаки при общем сохранении соответствующего запрета в антимонопольном законодательстве.
Статья: Органы публичной власти как субъекты антимонопольного правонарушения и ответственности за его совершение
(Шадрин А.Д.)
("Журнал предпринимательского и корпоративного права", 2024, N 2)Отдельно стоит обратить внимание на составы недобросовестной конкуренции, большинство из которых не определяют вид субъекта правонарушения (как это сделал законодатель, например, в статьях 10 и 11 Закона о защите конкуренции), а также на антимонопольные правонарушения на торгах: так, статья 17 Закона о защите конкуренции адресует антимонопольные запреты специальным субъектам правоотношений - организаторам и участникам торгов.
(Шадрин А.Д.)
("Журнал предпринимательского и корпоративного права", 2024, N 2)Отдельно стоит обратить внимание на составы недобросовестной конкуренции, большинство из которых не определяют вид субъекта правонарушения (как это сделал законодатель, например, в статьях 10 и 11 Закона о защите конкуренции), а также на антимонопольные правонарушения на торгах: так, статья 17 Закона о защите конкуренции адресует антимонопольные запреты специальным субъектам правоотношений - организаторам и участникам торгов.
"Правовое регулирование государственного контроля за экономической концентрацией: монография"
(Овакимян К.Б.)
("Проспект", 2024)Однако представляется, что в случаях, когда согласование сделки осуществляется антимонопольным органом безусловно (т.е. без выдачи предписания), такое детальное описание мотивов принятия решения способно привести к излишнему обременению антимонопольного органа, так как при безусловном согласовании права и интересы хозяйствующих субъектов не ограничиваются. В связи с этим вышеописанное законодательное регулирование структуры и содержания решений антимонопольного органа следует распространять только на такие решения, которыми на хозяйствующих субъектов налагаются ограничения в виде продления сроков рассмотрения ходатайства, предписания или запрета на осуществление сделки, иного действия.
(Овакимян К.Б.)
("Проспект", 2024)Однако представляется, что в случаях, когда согласование сделки осуществляется антимонопольным органом безусловно (т.е. без выдачи предписания), такое детальное описание мотивов принятия решения способно привести к излишнему обременению антимонопольного органа, так как при безусловном согласовании права и интересы хозяйствующих субъектов не ограничиваются. В связи с этим вышеописанное законодательное регулирование структуры и содержания решений антимонопольного органа следует распространять только на такие решения, которыми на хозяйствующих субъектов налагаются ограничения в виде продления сроков рассмотрения ходатайства, предписания или запрета на осуществление сделки, иного действия.
Статья: Обзор практики применения норм о национальном режиме в закупках по Закону N 223-ФЗ
(Исютин-Федотков Д.)
("Прогосзаказ.рф", 2025, N 4)В следующем примере контролеры признали неправомерными действия заказчика, установившего преимущество вместо ограничения при применении исключения из запрета. Антимонопольный орган указал, что заказчик, который не применял запрет в виде временного исключения, обязан был закупать товар с ограничением, а не с преимуществом.
(Исютин-Федотков Д.)
("Прогосзаказ.рф", 2025, N 4)В следующем примере контролеры признали неправомерными действия заказчика, установившего преимущество вместо ограничения при применении исключения из запрета. Антимонопольный орган указал, что заказчик, который не применял запрет в виде временного исключения, обязан был закупать товар с ограничением, а не с преимуществом.
Статья: Диалог с участниками рынка: переговоры или сговор в корпоративных закупках?
(Беляева О.)
("Прогосзаказ.рф", 2021, N 8)- Нарушения при сборе ценовой информации, квалифицированные как несоблюдение антимонопольных запретов, могут повлечь гражданско-правовые последствия в виде признания закупки и заключенного по ее итогам договора недействительными, а также привлечение заказчика и его должностных лиц к административной ответственности: наложению административных штрафов, в т.ч. оборотных, а также дисквалификации должностных лиц.
(Беляева О.)
("Прогосзаказ.рф", 2021, N 8)- Нарушения при сборе ценовой информации, квалифицированные как несоблюдение антимонопольных запретов, могут повлечь гражданско-правовые последствия в виде признания закупки и заключенного по ее итогам договора недействительными, а также привлечение заказчика и его должностных лиц к административной ответственности: наложению административных штрафов, в т.ч. оборотных, а также дисквалификации должностных лиц.
Статья: Правовая охрана фирменного стиля: российский и зарубежный опыт
(Минакова А.И.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 9)По российскому законодательству на состояние конкуренции влияют действия хозяйствующих субъектов, вызывающие смешение товаров одного производителя с продукцией другого; такая ситуация приводит к получению необоснованных преимуществ недобросовестным субъектом в ущерб добросовестным участникам рынка и потребителям, что проявляется в оттоке покупателей, упущенной выгоде, утрате репутации, введении потребителей в заблуждение, следовательно, такие действия запрещены антимонопольным законодательством (п. 2 ст. 14.6 Федерального закона "О защите конкуренции" <22>). Так, недопустимо копировать или имитировать внешний вид товара, который вводится в гражданский оборот хозяйствующим субъектом-конкурентом, упаковку данного товара, фирменный стиль в целом (в совокупности фирменную одежду, оформление торгового зала, витрины) и иные элементы, которые индивидуализируют хозяйствующего субъекта-конкурента и (или) его товар.
(Минакова А.И.)
("Актуальные проблемы российского права", 2024, N 9)По российскому законодательству на состояние конкуренции влияют действия хозяйствующих субъектов, вызывающие смешение товаров одного производителя с продукцией другого; такая ситуация приводит к получению необоснованных преимуществ недобросовестным субъектом в ущерб добросовестным участникам рынка и потребителям, что проявляется в оттоке покупателей, упущенной выгоде, утрате репутации, введении потребителей в заблуждение, следовательно, такие действия запрещены антимонопольным законодательством (п. 2 ст. 14.6 Федерального закона "О защите конкуренции" <22>). Так, недопустимо копировать или имитировать внешний вид товара, который вводится в гражданский оборот хозяйствующим субъектом-конкурентом, упаковку данного товара, фирменный стиль в целом (в совокупности фирменную одежду, оформление торгового зала, витрины) и иные элементы, которые индивидуализируют хозяйствующего субъекта-конкурента и (или) его товар.
Статья: Долгий путь к эффективной уголовно-правовой защите конкуренции в современной России: 30 лет реформ
(Тесленко А.В.)
("Закон", 2021, N 5)Во-вторых, все еще запрещался достаточно широкий перечень нарушений антимонопольного законодательства, включая и определенные формы злоупотребления доминирующим положением, и односторонние действия органов власти, и некоторые виды антиконкурентных соглашений. Отдельные исследователи отмечают, что объективная сторона преступления пока не упоминала антиконкурентных соглашений <36>.
(Тесленко А.В.)
("Закон", 2021, N 5)Во-вторых, все еще запрещался достаточно широкий перечень нарушений антимонопольного законодательства, включая и определенные формы злоупотребления доминирующим положением, и односторонние действия органов власти, и некоторые виды антиконкурентных соглашений. Отдельные исследователи отмечают, что объективная сторона преступления пока не упоминала антиконкурентных соглашений <36>.
Статья: Злоупотребление правом как способ ограничения конкуренции
(Малютина О.А.)
("Хозяйство и право", 2023, N 8)Зададимся вопросом, нет ли злоупотребления правами со стороны физического лица? Гражданское законодательство содержит прямой запрет на злоупотребление правом (ст. 10 ГК РФ), что позволяет отнести такое деяние к разновидности неправомерного поведения. Каковы последствия действий физического лица? Гипотетически переуступка прав по договору после изменения вида разрешенного использования позволяет исключить конкуренцию при выборе стороны договора, планирующей застройку. Иными словами, внеся изменения в договор по инициативе одной из сторон, можно говорить об обходе конкурсных процедур. Дискуссионное утверждение, требующее анализа. Однако сам факт возможного использования злоупотребления правом как способ ограничения конкуренции имеет право на существование и косвенно подтвержден антимонопольным запретом на злоупотребление доминирующим положением.
(Малютина О.А.)
("Хозяйство и право", 2023, N 8)Зададимся вопросом, нет ли злоупотребления правами со стороны физического лица? Гражданское законодательство содержит прямой запрет на злоупотребление правом (ст. 10 ГК РФ), что позволяет отнести такое деяние к разновидности неправомерного поведения. Каковы последствия действий физического лица? Гипотетически переуступка прав по договору после изменения вида разрешенного использования позволяет исключить конкуренцию при выборе стороны договора, планирующей застройку. Иными словами, внеся изменения в договор по инициативе одной из сторон, можно говорить об обходе конкурсных процедур. Дискуссионное утверждение, требующее анализа. Однако сам факт возможного использования злоупотребления правом как способ ограничения конкуренции имеет право на существование и косвенно подтвержден антимонопольным запретом на злоупотребление доминирующим положением.
"Уголовно наказуемое ограничение конкуренции: закон, теория, практика: монография"
(Тесленко А.В.)
("Проспект", 2023)Анализ антимонопольного закона при этом не позволяет обнаружить запрет на заключение такого распространенного вида антиконкурентных соглашений, как сговор на торгах.
(Тесленко А.В.)
("Проспект", 2023)Анализ антимонопольного закона при этом не позволяет обнаружить запрет на заключение такого распространенного вида антиконкурентных соглашений, как сговор на торгах.
Статья: Применение арбитражными судами антимонопольного законодательства по делам об антиконкурентных соглашениях
(Символоков О.А.)
("Журнал российского права", 2021, N 11)Для российского антимонопольного законодательства характерно сочетание элементов американской и европейской системы (смешанная система антимонопольного законодательства). Российский антимонопольный закон закрепляет абсолютный запрет на осуществление определенных видов монополистической деятельности (запреты per se), устанавливает требования к допустимости иных видов поведения на товарном рынке (в том числе к соглашениям, согласованным действиям, координации экономической деятельности), а также предусматривает возможность установления Правительством РФ исключений в отношении определенных соглашений.
(Символоков О.А.)
("Журнал российского права", 2021, N 11)Для российского антимонопольного законодательства характерно сочетание элементов американской и европейской системы (смешанная система антимонопольного законодательства). Российский антимонопольный закон закрепляет абсолютный запрет на осуществление определенных видов монополистической деятельности (запреты per se), устанавливает требования к допустимости иных видов поведения на товарном рынке (в том числе к соглашениям, согласованным действиям, координации экономической деятельности), а также предусматривает возможность установления Правительством РФ исключений в отношении определенных соглашений.