Реформа обязательственного права
Подборка наиболее важных документов по запросу Реформа обязательственного права (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Ответственность за нарушение доверия (vertrauenshaftung): в поисках иного пути в обязательственном праве
(Керселян А.С.)
("Вестник гражданского права", 2024, N 4)Более сложное понимание обязательств в дальнейшем начинает перекладываться непосредственно на отношения в рамках договора. Так, отдельные положения ГГУ прямо содержали положения, в которых выражались обязательства, выходящие за рамки простого обязательства по исполнению. Например, в рамках служебного договора работодатель обязан принимать все меры для защиты жизни, физического и психологического здоровья работника, необходимые в соответствии с характером оказываемых услуг (§ 618 ГГУ в старой редакции). Как видно, данная обязанность не имеет отношения к предмету договора - обмену трудовой функции на денежные средства, а носит дополнительный характер. Для объяснения этой и ряда других ситуаций, в том числе не предусмотренных в законе, в течение XX в. под влиянием трудов ряда немецких цивилистов <10> в доктрине формируется широкое понятие обязательства, в рамках которого выделяются так называемые охранительные обязанности. То есть помимо явно определенных в соглашении обязанностей по предоставлению (деньги на товар или на услуги) между сторонами возникают в том числе дополнительные обязанности по защите прав и благ другой стороны. Эти обязанности конкретизируются в рамках отдельных договорных типов чаще всего в требованиях о раскрытии информации и несовершении действий, наносящих вред контрагенту <11>. Важно отметить, что хотя эти обязанности возникают непосредственно перед сторонами обязательственного отношения, для их обоснования (когда нет прямой нормы в тексте закона) использовались ссылки на §§ 157 и 242 ГГУ, которые являются нормативным закреплением принципа добросовестности в немецком законодательстве <12>. Эти дополнительные обязанности хотя и не охватываются основной программой обязательства, но находятся в неразрывной связи с ним и поэтому обосновываются заключенным договором. После недавней реформы обязательственного права в начале 2000-х гг. наличие дополнительных обязательств сторон договора по защите интересов друг друга было закреплено законодательно (абз. 2 § 241) <13>. Таким образом, идея Р. фон Иеринга о существовании особых независимых от обязательств по предоставлению обязанностей нашла свое подтверждение и закрепление в немецком правопорядке в рамках категории охранительных обязанностей.
(Керселян А.С.)
("Вестник гражданского права", 2024, N 4)Более сложное понимание обязательств в дальнейшем начинает перекладываться непосредственно на отношения в рамках договора. Так, отдельные положения ГГУ прямо содержали положения, в которых выражались обязательства, выходящие за рамки простого обязательства по исполнению. Например, в рамках служебного договора работодатель обязан принимать все меры для защиты жизни, физического и психологического здоровья работника, необходимые в соответствии с характером оказываемых услуг (§ 618 ГГУ в старой редакции). Как видно, данная обязанность не имеет отношения к предмету договора - обмену трудовой функции на денежные средства, а носит дополнительный характер. Для объяснения этой и ряда других ситуаций, в том числе не предусмотренных в законе, в течение XX в. под влиянием трудов ряда немецких цивилистов <10> в доктрине формируется широкое понятие обязательства, в рамках которого выделяются так называемые охранительные обязанности. То есть помимо явно определенных в соглашении обязанностей по предоставлению (деньги на товар или на услуги) между сторонами возникают в том числе дополнительные обязанности по защите прав и благ другой стороны. Эти обязанности конкретизируются в рамках отдельных договорных типов чаще всего в требованиях о раскрытии информации и несовершении действий, наносящих вред контрагенту <11>. Важно отметить, что хотя эти обязанности возникают непосредственно перед сторонами обязательственного отношения, для их обоснования (когда нет прямой нормы в тексте закона) использовались ссылки на §§ 157 и 242 ГГУ, которые являются нормативным закреплением принципа добросовестности в немецком законодательстве <12>. Эти дополнительные обязанности хотя и не охватываются основной программой обязательства, но находятся в неразрывной связи с ним и поэтому обосновываются заключенным договором. После недавней реформы обязательственного права в начале 2000-х гг. наличие дополнительных обязательств сторон договора по защите интересов друг друга было закреплено законодательно (абз. 2 § 241) <13>. Таким образом, идея Р. фон Иеринга о существовании особых независимых от обязательств по предоставлению обязанностей нашла свое подтверждение и закрепление в немецком правопорядке в рамках категории охранительных обязанностей.
Статья: Обязательство praestare и договорная ответственность в римском праве
(Кардилли Р.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 12)<6> Имеется в виду § 275 ГГУ 1900 г. В ходе реформы обязательственного права 2000 г. понятие невозможности должно было быть устранено из данного параграфа, но оно вновь проникло туда в ходе итоговой редакции ГГУ 2002 г.: "Право требовать исполнения исключается, если исполнение является для должника или для любого другого лица невозможным".
(Кардилли Р.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 12)<6> Имеется в виду § 275 ГГУ 1900 г. В ходе реформы обязательственного права 2000 г. понятие невозможности должно было быть устранено из данного параграфа, но оно вновь проникло туда в ходе итоговой редакции ГГУ 2002 г.: "Право требовать исполнения исключается, если исполнение является для должника или для любого другого лица невозможным".
Статья: Институт договоров с защитным эффектом в пользу третьих лиц в германском праве
(Прозоров С.Ю.)
("Вестник гражданского права", 2023, N 2)Дополняют в определенной степени вышеуказанную позицию и ссылки авторов на закрепленное в BGB в результате реформы обязательственного права предл. 1 абз. 3 § 311: "Обязательство, содержащее обязанности, предусмотренные абз. 2 § 241 <32> BGB, может возникнуть в отношении лиц, которые сами не являются сторонами в договоре" <33>.
(Прозоров С.Ю.)
("Вестник гражданского права", 2023, N 2)Дополняют в определенной степени вышеуказанную позицию и ссылки авторов на закрепленное в BGB в результате реформы обязательственного права предл. 1 абз. 3 § 311: "Обязательство, содержащее обязанности, предусмотренные абз. 2 § 241 <32> BGB, может возникнуть в отношении лиц, которые сами не являются сторонами в договоре" <33>.
Статья: Применение правовой категории существенного изменения обстоятельств при разрешении коммерческих споров: сравнительный подход
(Горячева А.И., Власенко Я.В.)
("Вестник арбитражной практики", 2023, N 6)Во Франции появление правовой категории существенного изменения обстоятельств также было связано с судебной практикой. В частности, данная правовая категория была впервые применена административными судами, прежде всего в известном деле Gaz de Bordeaux <17>, за которым последовали другие решения административных судов <18>, впрочем, немногочисленные. Позже, уже в конце XX в., гражданские суды Франции также признали право сторон на пересмотр договоров в связи с непредвиденным изменением обстоятельств <19>. Однако лишь в 2016 г. категория существенного изменения обстоятельств была закреплена во французском гражданском праве (в ходе недавней реформы обязательственного права <20>). Так, положения, касающиеся возможности сторон договора пересмотреть его условия в связи с непредвиденными обстоятельствами, были закреплены в ст. 1195 Французского гражданского кодекса (далее - ФГК). В соответствии с ее положениями (абз. 1), "если непредвиденное изменение обстоятельств делает договор чрезмерно обременительным для стороны, эта сторона может потребовать его пересмотра, а если пересмотр не удается, она может расторгнуть договор или просить судью изменить его, при условии что сторона не согласилась принять на себя этот риск по договору" <21>. Таким образом, для применения категории существенного изменения обстоятельств во французской правовой системе должны быть соблюдены три условия:
(Горячева А.И., Власенко Я.В.)
("Вестник арбитражной практики", 2023, N 6)Во Франции появление правовой категории существенного изменения обстоятельств также было связано с судебной практикой. В частности, данная правовая категория была впервые применена административными судами, прежде всего в известном деле Gaz de Bordeaux <17>, за которым последовали другие решения административных судов <18>, впрочем, немногочисленные. Позже, уже в конце XX в., гражданские суды Франции также признали право сторон на пересмотр договоров в связи с непредвиденным изменением обстоятельств <19>. Однако лишь в 2016 г. категория существенного изменения обстоятельств была закреплена во французском гражданском праве (в ходе недавней реформы обязательственного права <20>). Так, положения, касающиеся возможности сторон договора пересмотреть его условия в связи с непредвиденными обстоятельствами, были закреплены в ст. 1195 Французского гражданского кодекса (далее - ФГК). В соответствии с ее положениями (абз. 1), "если непредвиденное изменение обстоятельств делает договор чрезмерно обременительным для стороны, эта сторона может потребовать его пересмотра, а если пересмотр не удается, она может расторгнуть договор или просить судью изменить его, при условии что сторона не согласилась принять на себя этот риск по договору" <21>. Таким образом, для применения категории существенного изменения обстоятельств во французской правовой системе должны быть соблюдены три условия:
Статья: Субсидиарность иска из неосновательного обогащения
(Мураев Н.В.)
("Вестник гражданского права", 2024, N 1)<34> В 2016 г. были внесены изменения в ФГК, в соответствии с которыми были добавлены ст. 1303 - 1303-4, в которых были отражены некоторые ключевые наработки судебной практики за последние десятилетия. В новой главе под названием action en enrichissement (т.е. иск о неоправданном обогащении) особое значение в контексте данной работы имеет ст. 1303-3 ФГК. Обзор изменений см.: Лобачева А.М. Реформа обязательственного права Франции. Неоправданное обогащение // Вестник экономического правосудия РФ. 2018. N 10. С. 155 - 162.
(Мураев Н.В.)
("Вестник гражданского права", 2024, N 1)<34> В 2016 г. были внесены изменения в ФГК, в соответствии с которыми были добавлены ст. 1303 - 1303-4, в которых были отражены некоторые ключевые наработки судебной практики за последние десятилетия. В новой главе под названием action en enrichissement (т.е. иск о неоправданном обогащении) особое значение в контексте данной работы имеет ст. 1303-3 ФГК. Обзор изменений см.: Лобачева А.М. Реформа обязательственного права Франции. Неоправданное обогащение // Вестник экономического правосудия РФ. 2018. N 10. С. 155 - 162.
Статья: Институт запросов во французском гражданском праве: перспективы рецепции российским правопорядком
(Терди Е.С., Асеев М.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 8)Статья посвящена французскому институту запросов, появившемуся в результате реформы обязательственного права Франции 2016 года. Анализ положений Гражданского кодекса Франции, проектов его реформы, французской судебной практики и цивилистической доктрины позволил авторам критически оценить этот механизм устранения правовой неопределенности. При обсуждении целесообразности его рецепции российским правопорядком авторами были сформулированы предложения по его совершенствованию.
(Терди Е.С., Асеев М.В.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 8)Статья посвящена французскому институту запросов, появившемуся в результате реформы обязательственного права Франции 2016 года. Анализ положений Гражданского кодекса Франции, проектов его реформы, французской судебной практики и цивилистической доктрины позволил авторам критически оценить этот механизм устранения правовой неопределенности. При обсуждении целесообразности его рецепции российским правопорядком авторами были сформулированы предложения по его совершенствованию.
Статья: Публичный договор: сфера действия
(Громов А.А.)
("Вестник гражданского права", 2023, NN 4, 5)Как представляется, реформа обязательственного права 2015 г. учла указанные замечания, так как в настоящее время лицом, обязанным по публичному договору, может быть любой субъект, осуществляющий предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность.
(Громов А.А.)
("Вестник гражданского права", 2023, NN 4, 5)Как представляется, реформа обязательственного права 2015 г. учла указанные замечания, так как в настоящее время лицом, обязанным по публичному договору, может быть любой субъект, осуществляющий предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность.
Статья: Оговорки о существенном изменении обстоятельств
(Горячева А.И., Власенко Я.В.)
("Право и экономика", 2025, N 9)Правовая категория существенного изменения обстоятельств была закреплена во Франции на законодательном уровне сравнительно недавно, когда проводилась реформа обязательственного права 2016 г. (именно тогда в ГК Франции появилась ст. 1195). При этом стоит отметить, что как французская судебная, так и деловая практика допускала пересмотр договоров между сторонами в судебном порядке и до 2016 г. <13>. Поэтому оговорки на случай существенного изменения обстоятельств встречались в отдельных договорах, заключенных по французскому праву, и до знаменитой реформы.
(Горячева А.И., Власенко Я.В.)
("Право и экономика", 2025, N 9)Правовая категория существенного изменения обстоятельств была закреплена во Франции на законодательном уровне сравнительно недавно, когда проводилась реформа обязательственного права 2016 г. (именно тогда в ГК Франции появилась ст. 1195). При этом стоит отметить, что как французская судебная, так и деловая практика допускала пересмотр договоров между сторонами в судебном порядке и до 2016 г. <13>. Поэтому оговорки на случай существенного изменения обстоятельств встречались в отдельных договорах, заключенных по французскому праву, и до знаменитой реформы.
Статья: Реформа гражданско-правовых обязательств в РФ и ее влияние на институт возмещения вреда (убытков)
(Монастырский Ю.Э.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2021, N 4)Введение: среди средств охраны субъективных имущественных прав основополагающая роль принадлежит институту возмещения убытков, который нуждается в уточнении своей нормативной основы. Цель: описание важных правовых признаков главного вида имущественной ответственности в сравнительном ключе. Задачи: определить, насколько правовые положения из общей части обязательств в ГК РФ должны или могут быть применимы к требованиям об убытках; сформулировать предложения по совершенствованию судебной практики по возмещению убытков. Методы: методологическую основу исследования составили частнонаучные (специально-юридический, сравнительно-правовой) и общенаучные (проблемно-теоретический, телеологический и системный) методы. Основные тенденции развития института ответственности и дискуссионные аспекты, отраженные в отечественных и зарубежных документах, рассматривались с применением методов проблемно-теоретического и системного анализа. Результаты: обобщены имеющиеся знания и сравнительный нормативный материал; сформулированы предложения по улучшению правового регулирования отношений в сфере защиты субъективных прав, и в частности возмещения убытков. Дискуссия: возмещение убытков представляет собой важный гражданско-правовой институт, его развитию уделяет внимание ученая аудитория во всем мире. В последнее время он приобрел особую значимость и отдельные его стороны были раскрыты в целом направлении научной дискуссии. В сравнительном аспекте к проблеме возмещения убытков обращались многие российские ученые: О.Н. Садиков, В.В. Байбак и др. [2; 15]; в настоящей статье исследуется вопрос о последствиях реформы обязательственного права и новых положений ГК РФ от 8 марта 2015 г. для института убытков. Заключение: необходима строгая регламентация понятийной базы обязательственного права. Данная статья, надеемся, поможет оптимизировать дальнейшее обсуждение затронутых вопросов и сделанных выводов в гражданско-правовой доктрине.
(Монастырский Ю.Э.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2021, N 4)Введение: среди средств охраны субъективных имущественных прав основополагающая роль принадлежит институту возмещения убытков, который нуждается в уточнении своей нормативной основы. Цель: описание важных правовых признаков главного вида имущественной ответственности в сравнительном ключе. Задачи: определить, насколько правовые положения из общей части обязательств в ГК РФ должны или могут быть применимы к требованиям об убытках; сформулировать предложения по совершенствованию судебной практики по возмещению убытков. Методы: методологическую основу исследования составили частнонаучные (специально-юридический, сравнительно-правовой) и общенаучные (проблемно-теоретический, телеологический и системный) методы. Основные тенденции развития института ответственности и дискуссионные аспекты, отраженные в отечественных и зарубежных документах, рассматривались с применением методов проблемно-теоретического и системного анализа. Результаты: обобщены имеющиеся знания и сравнительный нормативный материал; сформулированы предложения по улучшению правового регулирования отношений в сфере защиты субъективных прав, и в частности возмещения убытков. Дискуссия: возмещение убытков представляет собой важный гражданско-правовой институт, его развитию уделяет внимание ученая аудитория во всем мире. В последнее время он приобрел особую значимость и отдельные его стороны были раскрыты в целом направлении научной дискуссии. В сравнительном аспекте к проблеме возмещения убытков обращались многие российские ученые: О.Н. Садиков, В.В. Байбак и др. [2; 15]; в настоящей статье исследуется вопрос о последствиях реформы обязательственного права и новых положений ГК РФ от 8 марта 2015 г. для института убытков. Заключение: необходима строгая регламентация понятийной базы обязательственного права. Данная статья, надеемся, поможет оптимизировать дальнейшее обсуждение затронутых вопросов и сделанных выводов в гражданско-правовой доктрине.
Статья: Особенности одностороннего отказа от договора аренды
(Галиев Д.С.)
("Вестник гражданского права", 2025, N 6)Смысл указанного разделения в ФГК совпадает с идеями немецких юристов: нецелесообразность и сложность возврата уже исполненного по длящимся договорам <21>. Однако в результате реформы обязательственного права 2016 г. понятия договоров с непрерывной и конечной полезностью были введены в оппозицию схожей классификации договоров с моментальным исполнением (contrat ) и договоров с последовательным исполнением (contrat successive), закрепленной в ст. 1111-1 ФГК. В отличие от ГГУ ФГК дает дефиницию указанных терминов. Так, договор с последовательным исполнением - это договор, по которому обязательства хотя бы одной стороны исполняются посредством нескольких действий, распределенных во времени. В соответствии со ст. 1210 и 1211 ФГК договоры с последовательным исполнением, в свою очередь, подразделяются на договоры с определенным сроком действия и договоры с неопределенным сроком. Такое различие закрепляет неоспоримую экономическую реальность <22>. Правила об отмене касаются именно классификации договоров на имеющие непрерывную и конечную полезность.
(Галиев Д.С.)
("Вестник гражданского права", 2025, N 6)Смысл указанного разделения в ФГК совпадает с идеями немецких юристов: нецелесообразность и сложность возврата уже исполненного по длящимся договорам <21>. Однако в результате реформы обязательственного права 2016 г. понятия договоров с непрерывной и конечной полезностью были введены в оппозицию схожей классификации договоров с моментальным исполнением (contrat ) и договоров с последовательным исполнением (contrat successive), закрепленной в ст. 1111-1 ФГК. В отличие от ГГУ ФГК дает дефиницию указанных терминов. Так, договор с последовательным исполнением - это договор, по которому обязательства хотя бы одной стороны исполняются посредством нескольких действий, распределенных во времени. В соответствии со ст. 1210 и 1211 ФГК договоры с последовательным исполнением, в свою очередь, подразделяются на договоры с определенным сроком действия и договоры с неопределенным сроком. Такое различие закрепляет неоспоримую экономическую реальность <22>. Правила об отмене касаются именно классификации договоров на имеющие непрерывную и конечную полезность.
"Проблемы строительного права: сборник статей"
(выпуск 3)
(сост. и отв. ред. Н.Б. Щербаков)
("Статут", 2024)До 2016 г. принцип добросовестности при исполнении обязательств был закреплен в абз. 3 ст. 1134 ФГК 1804 г. В 2016 г. во Франции была проведена реформа обязательственного права, в результате которой абз. 3 ст. 1134 был исключен из текста ФГК <1>. Тем не менее принцип добросовестности при исполнении обязательств сохранился и был перемещен в ст. 1104 ФГК. Такое перемещение принципа добросовестности из раздела ФГК, посвященного исполнению обязательств, в раздел, закрепляющий общие требования к обязательствам (Dispositions / Preliminary Provisions), свидетельствует о расширении сферы его действия. Теперь общее требование добросовестности распространяется не только на стадию исполнения обязательства, но и на преддоговорный этап и стадию после прекращения обязательства <2>. Поскольку обязанность по сотрудничеству вытекает из принципа добросовестности, она теперь также подлежит исполнению на всех этапах обязательственных правоотношений сторон.
(выпуск 3)
(сост. и отв. ред. Н.Б. Щербаков)
("Статут", 2024)До 2016 г. принцип добросовестности при исполнении обязательств был закреплен в абз. 3 ст. 1134 ФГК 1804 г. В 2016 г. во Франции была проведена реформа обязательственного права, в результате которой абз. 3 ст. 1134 был исключен из текста ФГК <1>. Тем не менее принцип добросовестности при исполнении обязательств сохранился и был перемещен в ст. 1104 ФГК. Такое перемещение принципа добросовестности из раздела ФГК, посвященного исполнению обязательств, в раздел, закрепляющий общие требования к обязательствам (Dispositions / Preliminary Provisions), свидетельствует о расширении сферы его действия. Теперь общее требование добросовестности распространяется не только на стадию исполнения обязательства, но и на преддоговорный этап и стадию после прекращения обязательства <2>. Поскольку обязанность по сотрудничеству вытекает из принципа добросовестности, она теперь также подлежит исполнению на всех этапах обязательственных правоотношений сторон.
Статья: Правовое регулирование игр и пари как разновидности алеаторных сделок
(Хатова Я.В.)
("Цивилист", 2025, N 3)<16> См.: Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации // Вестник ВАС РФ. 2009. N 11. С. 101 - 102; Голубцов В.Г. Реформа обязательственного права: теоретический и практический эффект состоявшихся изменений // Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2018. N 3. С. 411 - 412; Витрянский В.В. Реформа российского гражданского законодательства: промежуточные итоги. М.: Статут, 2016. С. 250 - 252.
(Хатова Я.В.)
("Цивилист", 2025, N 3)<16> См.: Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации // Вестник ВАС РФ. 2009. N 11. С. 101 - 102; Голубцов В.Г. Реформа обязательственного права: теоретический и практический эффект состоявшихся изменений // Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2018. N 3. С. 411 - 412; Витрянский В.В. Реформа российского гражданского законодательства: промежуточные итоги. М.: Статут, 2016. С. 250 - 252.