Процессуальный эстоппель гпк
Подборка наиболее важных документов по запросу Процессуальный эстоппель гпк (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: К вопросу о рецепции доктрины эстоппеля: процессуальный аспект
(Володарский Д.Б., Кашкарова И.Н.)
("Закон", 2021, NN 7, 8)А. Применяя процессуальный эстоппель в различных ситуациях, судебная практика, как показывает проведенный нами ранее <7> анализ, не ориентируется на представление об этом правовом явлении, сложившееся в странах общего права. Несмотря на параллели, которые можно провести в ряде случаев с такими видами классических эстоппелей и схожих с ними явлений, как abuse-of-process estoppel или implied (constructive) waiver <8>, отечественные суды не склонны размышлять о том, применяют ли они данную доктрину в том виде и на тех условиях, в которых она функционирует в правовых системах стран-доноров. Можно говорить, что эстоппель как категория получает в судебной практике автономное наполнение (российский процессуальный эстоппель) и рассматривается в качестве инструмента борьбы с процессуальными злоупотреблениями, что находит свое выражение в ссылках на требование процессуальной добросовестности (ч. 2 ст. 41 Арбитражного процессуального кодекса (АПК), ч. 1 ст. 35 Гражданского процессуального кодекса (ГПК) РФ), которые обычно предшествуют в судебных актах упоминанию эстоппеля. Выяснение связи между указанным требованием (или, иначе, принципом процессуальной добросовестности) и правовой фигурой эстоппеля в ее понимании российскими судами является поэтому предпосылкой любого дальнейшего, более глубокого анализа.
(Володарский Д.Б., Кашкарова И.Н.)
("Закон", 2021, NN 7, 8)А. Применяя процессуальный эстоппель в различных ситуациях, судебная практика, как показывает проведенный нами ранее <7> анализ, не ориентируется на представление об этом правовом явлении, сложившееся в странах общего права. Несмотря на параллели, которые можно провести в ряде случаев с такими видами классических эстоппелей и схожих с ними явлений, как abuse-of-process estoppel или implied (constructive) waiver <8>, отечественные суды не склонны размышлять о том, применяют ли они данную доктрину в том виде и на тех условиях, в которых она функционирует в правовых системах стран-доноров. Можно говорить, что эстоппель как категория получает в судебной практике автономное наполнение (российский процессуальный эстоппель) и рассматривается в качестве инструмента борьбы с процессуальными злоупотреблениями, что находит свое выражение в ссылках на требование процессуальной добросовестности (ч. 2 ст. 41 Арбитражного процессуального кодекса (АПК), ч. 1 ст. 35 Гражданского процессуального кодекса (ГПК) РФ), которые обычно предшествуют в судебных актах упоминанию эстоппеля. Выяснение связи между указанным требованием (или, иначе, принципом процессуальной добросовестности) и правовой фигурой эстоппеля в ее понимании российскими судами является поэтому предпосылкой любого дальнейшего, более глубокого анализа.
Статья: К вопросу о межотраслевом характере принципа эстоппель
(Шевченко И.М.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2021, N 11)Ввиду этого мы выступаем за применение ч. 2 ст. 41 АПК РФ и ч. 1 ст. 35 ГПК РФ как механизма правогенеза в процессуальном праве. Правило об эстоппеле - один из первых примеров результатов подобного правогенеза.
(Шевченко И.М.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2021, N 11)Ввиду этого мы выступаем за применение ч. 2 ст. 41 АПК РФ и ч. 1 ст. 35 ГПК РФ как механизма правогенеза в процессуальном праве. Правило об эстоппеле - один из первых примеров результатов подобного правогенеза.
Статья: Последствия манипулирования подсудностью в суде первой инстанции
(Бахилин И.В.)
("Электронное приложение к "Российскому юридическому журналу", 2023, N 3)Для большей систематизации судебной практики возможно прямое закрепление в законодательстве возможности применения эстоппеля. Например, в ст. 33 ГПК РФ может быть введена следующая норма: "Дело не может быть передано в другой суд по ходатайству, заявленному недобросовестно". Соответствующей нормой можно дополнить и ст. 27 КАС РФ. В ст. 39 АПК РФ, в свою очередь, нужно также указать, что дело не может быть передано в другой суд по ходатайству, заявленному лицом, участвующим в деле, ранее прямо не оспаривавшим подсудность дела данному суду.
(Бахилин И.В.)
("Электронное приложение к "Российскому юридическому журналу", 2023, N 3)Для большей систематизации судебной практики возможно прямое закрепление в законодательстве возможности применения эстоппеля. Например, в ст. 33 ГПК РФ может быть введена следующая норма: "Дело не может быть передано в другой суд по ходатайству, заявленному недобросовестно". Соответствующей нормой можно дополнить и ст. 27 КАС РФ. В ст. 39 АПК РФ, в свою очередь, нужно также указать, что дело не может быть передано в другой суд по ходатайству, заявленному лицом, участвующим в деле, ранее прямо не оспаривавшим подсудность дела данному суду.
Статья: Изменение иска: некоторые практические вопросы
(Ненашев М.М.)
("Журнал российского права", 2021, N 7)Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. М.С. Шакарян. М., 2003.
(Ненашев М.М.)
("Журнал российского права", 2021, N 7)Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. М.С. Шакарян. М., 2003.
Статья: Последствия процессуального бездействия лиц, участвующих в цивилистическом процессе: подходы к правовому регулированию в России и Швеции
(Гаврюсов А.В.)
("Вестник гражданского процесса", 2023, N 5)В Процессуальном кодексе Швеции множество норм, сходных по своей сущности с преклюзией в доказательственном праве. На уровне закона установлены, например, преклюзивные сроки для отвода судьи (секция 14 гл. 4). В АПК РФ и ГПК РФ также можно усмотреть сроки для заявления об отводе судьи (по общему правилу - до начала рассмотрения дела по существу). Однако существенным недостатком АПК РФ и ГПК РФ видится отсутствие последствия в виде пропуска такого срока, тогда как в Процессуальном кодексе Швеции прямо указано, что последствием такого бездействия является потеря права на возражение. Аналогичные последствия установлены, например, для заявлений о неподсудности дела суду. В свою очередь, упомянутые недостатки АПК РФ и ГПК РФ восполняются судебной практикой. Например, по вопросу о противоречивом поведении стороны по делу, решившей упомянуть о неподсудности только в судах проверочных инстанций и при этом участвовавшей в рассмотрении дела по существу в первой инстанции, один из окружных арбитражных судов отметил, что такое поведение свидетельствует о признании им компетенции суда, а также влечет утрату права на возражение (эстоппель) <54>. Судебная практика разрабатывает собственные инструменты противодействия виновному бездействию стороны в процессе, восполняя пробелы в части санкций норм АПК РФ и ГПК РФ. Правда, как уже было неоднократно отмечено, происходит это в различных формах под тенью процессуальных гарантий.
(Гаврюсов А.В.)
("Вестник гражданского процесса", 2023, N 5)В Процессуальном кодексе Швеции множество норм, сходных по своей сущности с преклюзией в доказательственном праве. На уровне закона установлены, например, преклюзивные сроки для отвода судьи (секция 14 гл. 4). В АПК РФ и ГПК РФ также можно усмотреть сроки для заявления об отводе судьи (по общему правилу - до начала рассмотрения дела по существу). Однако существенным недостатком АПК РФ и ГПК РФ видится отсутствие последствия в виде пропуска такого срока, тогда как в Процессуальном кодексе Швеции прямо указано, что последствием такого бездействия является потеря права на возражение. Аналогичные последствия установлены, например, для заявлений о неподсудности дела суду. В свою очередь, упомянутые недостатки АПК РФ и ГПК РФ восполняются судебной практикой. Например, по вопросу о противоречивом поведении стороны по делу, решившей упомянуть о неподсудности только в судах проверочных инстанций и при этом участвовавшей в рассмотрении дела по существу в первой инстанции, один из окружных арбитражных судов отметил, что такое поведение свидетельствует о признании им компетенции суда, а также влечет утрату права на возражение (эстоппель) <54>. Судебная практика разрабатывает собственные инструменты противодействия виновному бездействию стороны в процессе, восполняя пробелы в части санкций норм АПК РФ и ГПК РФ. Правда, как уже было неоднократно отмечено, происходит это в различных формах под тенью процессуальных гарантий.
Статья: Подведомственность споров по облигациям, или Дело о неиспользованной третейской оговорке
(Султанов А.Р.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 4)Нас действительно удивила эта цитата, поскольку ни один из ответчиков не заявлял о подсудности спора Лондонскому международному арбитражному суду, наоборот - ответчики признавали, что спор подсуден судам общей юрисдикции и заявляли ходатайство о передаче по подсудности, а не ходатайство об оставлении без рассмотрения иска в связи с наличием третейской оговорки, в соответствии с которой спор находится в юрисдикции Лондонского международного арбитражного суда. Напомним, что возражения стороны относительно "неподведомственности" дела суду в силу третейской оговорки и ходатайство об оставлении дела без рассмотрения могли быть поданы не позднее "дня представления своего первого заявления по существу спора" (ст. 148 АПК РФ, ст. 222 ГПК РФ). При этом использование стороной своих процессуальных прав, представление доводов по существу спора, заявление различных ходатайств в ходе судебного разбирательства могут свидетельствовать "о признании стороной компетенции арбитражного суда посредством конклюдентных действий, что соответствует понятию компетентного суда в международно-правовом и национально-правовом понимании, а также влечет за собой потерю права на возражение (эстоппель) в отношении подсудности спора" <31>. При этом суды могут расценить пассивное поведение стороны в процессе как отказ от права на возражение, даже в том случае, если сторона не представляет заявлений по существу спора <32>.
(Султанов А.Р.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 4)Нас действительно удивила эта цитата, поскольку ни один из ответчиков не заявлял о подсудности спора Лондонскому международному арбитражному суду, наоборот - ответчики признавали, что спор подсуден судам общей юрисдикции и заявляли ходатайство о передаче по подсудности, а не ходатайство об оставлении без рассмотрения иска в связи с наличием третейской оговорки, в соответствии с которой спор находится в юрисдикции Лондонского международного арбитражного суда. Напомним, что возражения стороны относительно "неподведомственности" дела суду в силу третейской оговорки и ходатайство об оставлении дела без рассмотрения могли быть поданы не позднее "дня представления своего первого заявления по существу спора" (ст. 148 АПК РФ, ст. 222 ГПК РФ). При этом использование стороной своих процессуальных прав, представление доводов по существу спора, заявление различных ходатайств в ходе судебного разбирательства могут свидетельствовать "о признании стороной компетенции арбитражного суда посредством конклюдентных действий, что соответствует понятию компетентного суда в международно-правовом и национально-правовом понимании, а также влечет за собой потерю права на возражение (эстоппель) в отношении подсудности спора" <31>. При этом суды могут расценить пассивное поведение стороны в процессе как отказ от права на возражение, даже в том случае, если сторона не представляет заявлений по существу спора <32>.
Статья: Правила о судебных расходах как средства обеспечения эффективности гражданского и арбитражного процесса
(Курочкин С.А.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2021, N 11)Экономии расходов на судебное разбирательство способствуют и правила, нацеленные на рассмотрение в одном производстве всех возможных требований и возражений сторон одного правоотношения (ст. 151 ГПК РФ, ст. 130 АПК РФ). Такие нормы сокращают как частные, так и социальные издержки разбирательства дела в суде. Выгоды от совместного рассмотрения всего спектра требований очевидны. Целый ряд процессуальных норм формирует стимулы для сторон к максимально активному участию в доказывании тех или иных фактов и заблаговременному раскрытию доказательств в суде первой инстанции. В их числе требования о раскрытии доказательств до начала судебного заседания (ч. 3 ст. 65 АПК РФ, ст. 149 ГПК РФ), правила, ограничивающие представление новых доказательств в суд апелляционной инстанции (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, ч. 2 ст. 268 АПК РФ). Стоит отметить, что процессуальные правила, стимулирующие стороны к представлению доказательств на максимально ранней стадии, позволяют предельно сблизить оценку истцом и ответчиком вероятности выигрыша дела, что, в свою очередь, является важным условием мирного урегулирования спора, расширяет сферу поиска возможных вариантов компромисса. Серьезным стимулом для лиц, участвующих в деле, является и принцип эстоппель, выработанный практикой. Утрата права на несвоевременные возражения о неподсудности, недействительности арбитражного соглашения, на предъявление новых требований и изменение правовой позиции становится "неявной ценой" оппортунистического поведения в процессе.
(Курочкин С.А.)
("Арбитражный и гражданский процесс", 2021, N 11)Экономии расходов на судебное разбирательство способствуют и правила, нацеленные на рассмотрение в одном производстве всех возможных требований и возражений сторон одного правоотношения (ст. 151 ГПК РФ, ст. 130 АПК РФ). Такие нормы сокращают как частные, так и социальные издержки разбирательства дела в суде. Выгоды от совместного рассмотрения всего спектра требований очевидны. Целый ряд процессуальных норм формирует стимулы для сторон к максимально активному участию в доказывании тех или иных фактов и заблаговременному раскрытию доказательств в суде первой инстанции. В их числе требования о раскрытии доказательств до начала судебного заседания (ч. 3 ст. 65 АПК РФ, ст. 149 ГПК РФ), правила, ограничивающие представление новых доказательств в суд апелляционной инстанции (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, ч. 2 ст. 268 АПК РФ). Стоит отметить, что процессуальные правила, стимулирующие стороны к представлению доказательств на максимально ранней стадии, позволяют предельно сблизить оценку истцом и ответчиком вероятности выигрыша дела, что, в свою очередь, является важным условием мирного урегулирования спора, расширяет сферу поиска возможных вариантов компромисса. Серьезным стимулом для лиц, участвующих в деле, является и принцип эстоппель, выработанный практикой. Утрата права на несвоевременные возражения о неподсудности, недействительности арбитражного соглашения, на предъявление новых требований и изменение правовой позиции становится "неявной ценой" оппортунистического поведения в процессе.
"Корпоративное право современной России: монография"
(3-е издание, переработанное и дополненное)
(Андреев В.К., Лаптев В.А.)
("Проспект", 2023)Видится существенным для практикующих юристов и дискуссионным вопрос о возможности признания сторонами компетенции конкретного суда, что должно быть обсуждено судом со сторонами, и не должно быть возражений участников процесса насчет компетенции суда, рассматривающего дело. Имеющиеся у лиц, участвующих в деле, возражения относительно наличия у суда компетенции по рассмотрению конкретного спора должны быть заявлены в соответствующей процессуальной форме, рассмотрены судом и приобщены в материалы дела. Признание лицами, участвующими в деле, компетенции суда, рассматривающего дело по первой инстанции, означает утрату права на возражения относительно компетенции суда в последующих судебных инстанциях (процессуальный эстоппель).
(3-е издание, переработанное и дополненное)
(Андреев В.К., Лаптев В.А.)
("Проспект", 2023)Видится существенным для практикующих юристов и дискуссионным вопрос о возможности признания сторонами компетенции конкретного суда, что должно быть обсуждено судом со сторонами, и не должно быть возражений участников процесса насчет компетенции суда, рассматривающего дело. Имеющиеся у лиц, участвующих в деле, возражения относительно наличия у суда компетенции по рассмотрению конкретного спора должны быть заявлены в соответствующей процессуальной форме, рассмотрены судом и приобщены в материалы дела. Признание лицами, участвующими в деле, компетенции суда, рассматривающего дело по первой инстанции, означает утрату права на возражения относительно компетенции суда в последующих судебных инстанциях (процессуальный эстоппель).
Статья: Пересмотр по новым и вновь открывшимся обстоятельствам как способ защиты процессуальных прав взыскателя при отказе в признании судебного решения за рубежом по мотивам ненадлежащего извещения
(Абросимова Е.А.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 4)2. Извещение стороны о процессе в государствах - участниках Соглашения допускается как в порядке направления судебных поручений об оказании международной правовой помощи, так и в ином предусмотренном национальным законодательством порядке, обеспечивающем соблюдение критериев, изложенных в пункте 1 настоящего Консультативного заключения". Несмотря на это, суды по-прежнему продолжают придерживаться буквы, а не смысла Соглашения, отказывая в признании решений и нарушая тем самым права взыскателя, добросовестно предпринявшего усилия для обеспечения фактического информирования стороны процесса. Ситуация, в которой российские судебные решения не приводятся в исполнение на территории иностранных государств в связи с недочетами и ошибками судов признающих государств или из-за интерпретации действия ограничительных мер в качестве публичного порядка, нездоровым образом влияет на международный коммерческий оборот. Действующее регулирование, на международном, региональном и национальном уровне, не дает никаких путей решения проблемы. Наличие вынесенного решения по спору препятствует повторному обращению в суд в связи с действием принципа res judicata [см., например, 7]. Таким образом, сторона, объективно выигравшая спор и понесшая существенные процессуальные расходы, лишается возможности привести решение в исполнение, что представляет собой фундаментальное нарушение процессуальных прав. Тем более что согласно имеющимся подходам даже сам факт участия стороны или ее представителя в процессе не лишает ее в дальнейшем права ссылаться на ненадлежащий характер уведомления <10>. Не является аргументом и отсутствие возражений по данному поводу в самом процессе и в последующем в форме подачи заявления о пересмотре, что, на наш взгляд, прямо противоречит идее процессуального эстоппеля, когда отсутствие возражений по процессуальным вопросам до заявления возражений по существу спора означает согласие с легитимностью процесса и недопустимость заявлять такие возражения в дальнейшем.
(Абросимова Е.А.)
("Вестник арбитражной практики", 2025, N 4)2. Извещение стороны о процессе в государствах - участниках Соглашения допускается как в порядке направления судебных поручений об оказании международной правовой помощи, так и в ином предусмотренном национальным законодательством порядке, обеспечивающем соблюдение критериев, изложенных в пункте 1 настоящего Консультативного заключения". Несмотря на это, суды по-прежнему продолжают придерживаться буквы, а не смысла Соглашения, отказывая в признании решений и нарушая тем самым права взыскателя, добросовестно предпринявшего усилия для обеспечения фактического информирования стороны процесса. Ситуация, в которой российские судебные решения не приводятся в исполнение на территории иностранных государств в связи с недочетами и ошибками судов признающих государств или из-за интерпретации действия ограничительных мер в качестве публичного порядка, нездоровым образом влияет на международный коммерческий оборот. Действующее регулирование, на международном, региональном и национальном уровне, не дает никаких путей решения проблемы. Наличие вынесенного решения по спору препятствует повторному обращению в суд в связи с действием принципа res judicata [см., например, 7]. Таким образом, сторона, объективно выигравшая спор и понесшая существенные процессуальные расходы, лишается возможности привести решение в исполнение, что представляет собой фундаментальное нарушение процессуальных прав. Тем более что согласно имеющимся подходам даже сам факт участия стороны или ее представителя в процессе не лишает ее в дальнейшем права ссылаться на ненадлежащий характер уведомления <10>. Не является аргументом и отсутствие возражений по данному поводу в самом процессе и в последующем в форме подачи заявления о пересмотре, что, на наш взгляд, прямо противоречит идее процессуального эстоппеля, когда отсутствие возражений по процессуальным вопросам до заявления возражений по существу спора означает согласие с легитимностью процесса и недопустимость заявлять такие возражения в дальнейшем.
Статья: Об estoppel в российском гражданском судопроизводстве: вопросы теории и практики
(Яхимович А.В.)
("Вестник гражданского процесса", 2021, N 4)При этом существует мнение, что estoppel уже имеет законодательное закрепление в нормах процессуального права, причем включая те, что присутствуют в действующих процессуальных кодексах с момента их принятия (в частности, речь идет о статьях ГПК РФ и АПК РФ, закрепляющих права и обязанности сторон, определение обязанности доказывания и раскрытия доказательств) <23>. Также утверждается, что российское процессуальное законодательство предусматривает такие процессуальные виды estoppel, как потеря права на возражение в отношении подсудности спора, компетенции суда, оспаривания третейской оговорки, процессуального статуса ответчика и иные <24>. На что, например, И.И. Черных справедливо замечает, что есть определенные "сомнения в применимости конструкции эстоппеля в каждом из перечисленных случаев" <25> и скорее речь должна идти о злоупотреблении процессуальными правами. Д.Б. Володарский и И.Н. Кашкарова прямо констатируют ошибочность использования российскими судами в указанных ситуациях терминологии estoppel и некорректность заимствования категориального аппарата стран общего права <26>.
(Яхимович А.В.)
("Вестник гражданского процесса", 2021, N 4)При этом существует мнение, что estoppel уже имеет законодательное закрепление в нормах процессуального права, причем включая те, что присутствуют в действующих процессуальных кодексах с момента их принятия (в частности, речь идет о статьях ГПК РФ и АПК РФ, закрепляющих права и обязанности сторон, определение обязанности доказывания и раскрытия доказательств) <23>. Также утверждается, что российское процессуальное законодательство предусматривает такие процессуальные виды estoppel, как потеря права на возражение в отношении подсудности спора, компетенции суда, оспаривания третейской оговорки, процессуального статуса ответчика и иные <24>. На что, например, И.И. Черных справедливо замечает, что есть определенные "сомнения в применимости конструкции эстоппеля в каждом из перечисленных случаев" <25> и скорее речь должна идти о злоупотреблении процессуальными правами. Д.Б. Володарский и И.Н. Кашкарова прямо констатируют ошибочность использования российскими судами в указанных ситуациях терминологии estoppel и некорректность заимствования категориального аппарата стран общего права <26>.
Статья: Значение процессуальных возражений ответчика в свете отдельных правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации
(Шеменева О.Н.)
("Администратор суда", 2023, N 2)Все перечисленные случаи, как несложно заметить, так или иначе направлены на частичную реализацию изложенной в п. 3.3 Концепции единого ГПК РФ "...доктрины эстоппель, ограничивающей возражения против неподведомственности или неподсудности дела со стороны ответчика моментом первого заявления по существу дела во избежание злоупотреблений процессуальными правами" <13>. При этом под подведомственностью на момент одобрения Концепции подразумевалось то, что на сегодняшний день является разграничением компетенции между судами общей юрисдикции и арбитражными судами, т.е. одним из видов подсудности, о чем среди прочего свидетельствует содержание проекта гл. 3 единого ГПК РФ <14>.
(Шеменева О.Н.)
("Администратор суда", 2023, N 2)Все перечисленные случаи, как несложно заметить, так или иначе направлены на частичную реализацию изложенной в п. 3.3 Концепции единого ГПК РФ "...доктрины эстоппель, ограничивающей возражения против неподведомственности или неподсудности дела со стороны ответчика моментом первого заявления по существу дела во избежание злоупотреблений процессуальными правами" <13>. При этом под подведомственностью на момент одобрения Концепции подразумевалось то, что на сегодняшний день является разграничением компетенции между судами общей юрисдикции и арбитражными судами, т.е. одним из видов подсудности, о чем среди прочего свидетельствует содержание проекта гл. 3 единого ГПК РФ <14>.
Статья: Развитие учения о гражданской процессуальной ответственности и мерах защиты: процессуальный эстоппель в сфере доказательственной деятельности
(Владимирова Л.В.)
("Арбитражные споры", 2022, N 2)Будучи принципом, эстоппель имеет высокую долю абстракции, что недопустимо в процессуальной форме. Эту проблему можно преодолеть конкретизацией положений о сроках в нормах о раскрытии в ГПК РФ и АПК РФ. Тогда нарушение четко установленных сроков будет образовывать презумпцию отсутствия уважительности причин неисполнения обязанности по своевременному раскрытию доказательств, и это будет основанием для применения мер защиты в совокупности с мерами процессуальной ответственности. Судам не придется в каждом случае сравнивать требования добросовестности с поведением лица, участвующего в деле. Последствия в виде непринятия запоздалых доказательств также было бы целесообразно включить в процессуальные кодексы по модели немецких преклюзивных санкций. Это содействовало бы установлению правовой определенности участников процесса, повышению уровня процессуальной дисциплины, а также обеспечению единообразия работы судов при рассмотрении аналогичных дел.
(Владимирова Л.В.)
("Арбитражные споры", 2022, N 2)Будучи принципом, эстоппель имеет высокую долю абстракции, что недопустимо в процессуальной форме. Эту проблему можно преодолеть конкретизацией положений о сроках в нормах о раскрытии в ГПК РФ и АПК РФ. Тогда нарушение четко установленных сроков будет образовывать презумпцию отсутствия уважительности причин неисполнения обязанности по своевременному раскрытию доказательств, и это будет основанием для применения мер защиты в совокупности с мерами процессуальной ответственности. Судам не придется в каждом случае сравнивать требования добросовестности с поведением лица, участвующего в деле. Последствия в виде непринятия запоздалых доказательств также было бы целесообразно включить в процессуальные кодексы по модели немецких преклюзивных санкций. Это содействовало бы установлению правовой определенности участников процесса, повышению уровня процессуальной дисциплины, а также обеспечению единообразия работы судов при рассмотрении аналогичных дел.