Права и обязанности сторон упк
Подборка наиболее важных документов по запросу Права и обязанности сторон упк (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Актуальные проблемы прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон
(Пашкова Е.В.)
("Мировой судья", 2024, N 7)- в ст. 25 УПК РФ законодатель применительно к прекращению судом уголовного дела за примирением сторон использует слово "вправе", т.е. из дихотомии "право" - "обязанность" выбор сделан в пользу первого, дискреционного полномочия;
(Пашкова Е.В.)
("Мировой судья", 2024, N 7)- в ст. 25 УПК РФ законодатель применительно к прекращению судом уголовного дела за примирением сторон использует слово "вправе", т.е. из дихотомии "право" - "обязанность" выбор сделан в пользу первого, дискреционного полномочия;
Статья: Квалификация хищений с использованием чужой банковской карты
(Марченко Д.А.)
("Законность", 2021, N 11)Налицо однородность обстоятельств, как и при оплате приобретенных товаров кассиру. Однако очевидно, что в указанной ситуации наличие либо отсутствие криминообразующего признака в виде обмана будет определяться без выяснения особенностей законодательного регулирования обязанностей помогающего ему добросовестно заблуждающегося покупателя. В этом случае подобное обстоятельство лишено смысла. С точки зрения уголовного закона права и обязанности кассиров не входят в объективную сторону составов кражи или мошенничества и, следовательно, не являются в соответствии со ст. 73 УПК РФ обстоятельством, подлежащим доказыванию. Таким образом, доводы и предложения большинства исследователей не помогают сделать практический вывод для разрешения проблемы квалификации, что говорит об уходе спора в ложное русло.
(Марченко Д.А.)
("Законность", 2021, N 11)Налицо однородность обстоятельств, как и при оплате приобретенных товаров кассиру. Однако очевидно, что в указанной ситуации наличие либо отсутствие криминообразующего признака в виде обмана будет определяться без выяснения особенностей законодательного регулирования обязанностей помогающего ему добросовестно заблуждающегося покупателя. В этом случае подобное обстоятельство лишено смысла. С точки зрения уголовного закона права и обязанности кассиров не входят в объективную сторону составов кражи или мошенничества и, следовательно, не являются в соответствии со ст. 73 УПК РФ обстоятельством, подлежащим доказыванию. Таким образом, доводы и предложения большинства исследователей не помогают сделать практический вывод для разрешения проблемы квалификации, что говорит об уходе спора в ложное русло.
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 76 "Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим" УК РФ"Доводы кассационной жалобы о необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон несостоятельны, поскольку применение положений ст. 76 УК РФ в порядке ст. 25 УПК РФ является правом, а не обязанностью суда. Само по себе наличие ходатайства потерпевшей о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон не является безусловным основанием для прекращения уголовного дела, так как суд принимает решение по такому ходатайству, исходя из целей и задач уголовного судопроизводства. Принимая решение об отказе в удовлетворении ходатайства потерпевшей о прекращении уголовного дела, суд обоснованно принял во внимание обстоятельства совершения преступления и сведения о личности К. Отказывая в прекращении уголовного дела в отношении К. за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ, мировой судья свое решение в приговоре мотивировал, для сомнения в справедливости которого оснований не имеется."
Подборка судебных решений за 2024 год: Статья 46 Конституции РФ"По смыслу статей 46 - 52, 118, 120 и 123 Конституции Российской Федерации суд как орган правосудия призван обеспечивать в судебном разбирательстве соблюдение требований, необходимых для вынесения правосудного, т.е. законного, обоснованного и справедливого, решения по делу. Исходя из этого именно на суд возлагаются обязанности по обеспечению необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (часть третья статьи 15 УПК Российской Федерации). Применительно к делам частного обвинения мировой судья разрешает ходатайство стороны об истребовании и исследовании указанного ею доказательства, используя властные полномочия, которые в судебных стадиях уголовного судопроизводства имеются у него и отсутствуют у сторон, вправе оказать сторонам содействие в собирании таких доказательств, которые ими не могут быть получены самостоятельно (часть вторая статьи 319 УПК Российской Федерации)."
Нормативные акты
Постановление Конституционного Суда РФ от 28.03.2024 N 13-П
"По делу о проверке конституционности частей второй и четвертой статьи 20, частей первой и второй статьи 31, части четвертой статьи 147, частей первой и третьей статьи 318 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки Г.И. Баскаковой"По смыслу статей 46 - 52, 118, 120 и 123 Конституции Российской Федерации суд как орган правосудия призван обеспечивать в судебном разбирательстве соблюдение требований, необходимых для вынесения правосудного, т.е. законного, обоснованного и справедливого, решения по делу. Исходя из этого именно на суд возлагаются обязанности по обеспечению необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (часть третья статьи 15 УПК Российской Федерации). Применительно к делам частного обвинения мировой судья разрешает ходатайство стороны об истребовании и исследовании указанного ею доказательства, используя властные полномочия, которые в судебных стадиях уголовного судопроизводства имеются у него и отсутствуют у сторон, вправе оказать сторонам содействие в собирании таких доказательств, которые ими не могут быть получены самостоятельно (часть вторая статьи 319 УПК Российской Федерации).
"По делу о проверке конституционности частей второй и четвертой статьи 20, частей первой и второй статьи 31, части четвертой статьи 147, частей первой и третьей статьи 318 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки Г.И. Баскаковой"По смыслу статей 46 - 52, 118, 120 и 123 Конституции Российской Федерации суд как орган правосудия призван обеспечивать в судебном разбирательстве соблюдение требований, необходимых для вынесения правосудного, т.е. законного, обоснованного и справедливого, решения по делу. Исходя из этого именно на суд возлагаются обязанности по обеспечению необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (часть третья статьи 15 УПК Российской Федерации). Применительно к делам частного обвинения мировой судья разрешает ходатайство стороны об истребовании и исследовании указанного ею доказательства, используя властные полномочия, которые в судебных стадиях уголовного судопроизводства имеются у него и отсутствуют у сторон, вправе оказать сторонам содействие в собирании таких доказательств, которые ими не могут быть получены самостоятельно (часть вторая статьи 319 УПК Российской Федерации).
"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2019)"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019)Согласно заключению психолого-психиатрической экспертизы от 22 февраля 2018 г. Ч. страдал в период, относящийся к инкриминируемым ему деяниям, и на момент составления данного заключения психическим расстройством, лишающим его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, а на момент составления заключения тот был лишен возможности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, а также не способен правильно понимать характер и значение своего процессуального положения и самостоятельно осуществлять свои процессуальные права и выполнять процессуальные обязанности.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019)Согласно заключению психолого-психиатрической экспертизы от 22 февраля 2018 г. Ч. страдал в период, относящийся к инкриминируемым ему деяниям, и на момент составления данного заключения психическим расстройством, лишающим его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, а на момент составления заключения тот был лишен возможности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, а также не способен правильно понимать характер и значение своего процессуального положения и самостоятельно осуществлять свои процессуальные права и выполнять процессуальные обязанности.
Статья: Возвращение судом ходатайства о продлении срока содержания под стражей
(Дикарев И.С., Юткина С.М.)
("Законность", 2021, N 11)На практике возникает вопрос: как следует поступить суду, если к ходатайству о продлении меры пресечения не приложены материалы, подтверждающие его обоснованность, либо в приложении нет копии постановления о продлении по уголовному делу срока предварительного следствия или дознания, постановления о возбуждении уголовного дела, т.е. некоторых из процессуальных документов, необходимость которых для принятия судом решения очевидна? Представляется, что обращение в суд с ходатайством, хотя бы и согласованным уполномоченным лицом, но не содержащим приложения в виде материалов, подтверждающих его обоснованность (либо в случае недостаточности таких материалов), должно влечь принятие судом решения о возвращении ходатайства без рассмотрения. То есть на практике сформировался дополнительный критерий возвращения ходатайства об избрании либо продлении меры пресечения без рассмотрения - отсутствие материалов, подтверждающих обоснованность ходатайства. Подобный вывод основывается на том, что суд не вправе осуществлять сбор материалов, подтверждающих обоснованность ходатайства об избрании или о продлении меры пресечения, поскольку подобные действия несовместимы с принципом состязательности сторон и выходят за пределы уголовно-процессуальной функции суда. Уголовно-процессуальный закон устанавливает, что суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты и создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (ч. 3 ст. 15 УПК).
(Дикарев И.С., Юткина С.М.)
("Законность", 2021, N 11)На практике возникает вопрос: как следует поступить суду, если к ходатайству о продлении меры пресечения не приложены материалы, подтверждающие его обоснованность, либо в приложении нет копии постановления о продлении по уголовному делу срока предварительного следствия или дознания, постановления о возбуждении уголовного дела, т.е. некоторых из процессуальных документов, необходимость которых для принятия судом решения очевидна? Представляется, что обращение в суд с ходатайством, хотя бы и согласованным уполномоченным лицом, но не содержащим приложения в виде материалов, подтверждающих его обоснованность (либо в случае недостаточности таких материалов), должно влечь принятие судом решения о возвращении ходатайства без рассмотрения. То есть на практике сформировался дополнительный критерий возвращения ходатайства об избрании либо продлении меры пресечения без рассмотрения - отсутствие материалов, подтверждающих обоснованность ходатайства. Подобный вывод основывается на том, что суд не вправе осуществлять сбор материалов, подтверждающих обоснованность ходатайства об избрании или о продлении меры пресечения, поскольку подобные действия несовместимы с принципом состязательности сторон и выходят за пределы уголовно-процессуальной функции суда. Уголовно-процессуальный закон устанавливает, что суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты и создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (ч. 3 ст. 15 УПК).
Статья: Медиация как форма восстановительного правосудия
(Галенников Л.С., Деришев Ю.В.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2024, N 3)Стоит констатировать, что в традиционном правосудии по преступлениям публичного обвинения интерес потерпевшего продолжает оставаться без необходимого внимания, поскольку данный вид уголовного преследования обязательному прекращению в связи с примирением сторон не подлежит. До сегодняшнего дня дискреционный характер института примирения законодателем так и не был переориентирован в сторону именно восстановительного характера правосудия. Содержание ст. 25 УПК РФ, где примирение возможно по преступлениям небольшой и средней тяжести, совершенным впервые, если подозреваемый (обвиняемый) примирился с потерпевшим и загладил причиненный ему вред, не соответствует реалиям правоприменительной практики, а лишь формально служит основанием для освобождения от уголовной ответственности. Свидетельство некоего "усмотрения" судов для решения вопроса о прекращении уголовного дела вытекает из Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 г. "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения". Впервые судам разъяснено, что прекращение уголовного дела о преступлении, предусмотренном ст. 264 УК РФ, за примирением сторон (ст. 25 УПК РФ) является правом, а не обязанностью суда. Данное решение олицетворяет правомочность участия государства в примирительных процедурах, определяя судьбу уголовно-правового конфликта.
(Галенников Л.С., Деришев Ю.В.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2024, N 3)Стоит констатировать, что в традиционном правосудии по преступлениям публичного обвинения интерес потерпевшего продолжает оставаться без необходимого внимания, поскольку данный вид уголовного преследования обязательному прекращению в связи с примирением сторон не подлежит. До сегодняшнего дня дискреционный характер института примирения законодателем так и не был переориентирован в сторону именно восстановительного характера правосудия. Содержание ст. 25 УПК РФ, где примирение возможно по преступлениям небольшой и средней тяжести, совершенным впервые, если подозреваемый (обвиняемый) примирился с потерпевшим и загладил причиненный ему вред, не соответствует реалиям правоприменительной практики, а лишь формально служит основанием для освобождения от уголовной ответственности. Свидетельство некоего "усмотрения" судов для решения вопроса о прекращении уголовного дела вытекает из Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 г. "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения". Впервые судам разъяснено, что прекращение уголовного дела о преступлении, предусмотренном ст. 264 УК РФ, за примирением сторон (ст. 25 УПК РФ) является правом, а не обязанностью суда. Данное решение олицетворяет правомочность участия государства в примирительных процедурах, определяя судьбу уголовно-правового конфликта.
"Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: постатейный научно-практический комментарий: учебное пособие"
(постатейный)
(5-е издание, переработанное и дополненное)
(Гриненко А.В.)
("Проспект", 2026)Участники уголовного судопроизводства (разд. II) классифицированы в соответствии с требованиями принципа состязательности, согласно которому функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела не могут быть возложены на один и тот же орган и одно и то же должностное лицо, а суд не является органом уголовного преследования, не выступает на сторонах обвинения или защиты, а лишь создает необходимые предпосылки для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (ст. 15 УПК РФ). Вместе с тем несколько неудачным видится обозначение свидетеля, эксперта, специалиста и понятого в качестве "иных участников уголовного судопроизводства" (гл. 8 Кодекса). Более целесообразным было бы, по нашему мнению, установить на законодательном уровне, что в данную группу входят участники уголовного судопроизводства, оказывающие содействие правосудию. Это вытекает из общесоциального правила презумпции добропорядочности граждан и отражает специфику его проявления в уголовном судопроизводстве.
(постатейный)
(5-е издание, переработанное и дополненное)
(Гриненко А.В.)
("Проспект", 2026)Участники уголовного судопроизводства (разд. II) классифицированы в соответствии с требованиями принципа состязательности, согласно которому функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела не могут быть возложены на один и тот же орган и одно и то же должностное лицо, а суд не является органом уголовного преследования, не выступает на сторонах обвинения или защиты, а лишь создает необходимые предпосылки для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (ст. 15 УПК РФ). Вместе с тем несколько неудачным видится обозначение свидетеля, эксперта, специалиста и понятого в качестве "иных участников уголовного судопроизводства" (гл. 8 Кодекса). Более целесообразным было бы, по нашему мнению, установить на законодательном уровне, что в данную группу входят участники уголовного судопроизводства, оказывающие содействие правосудию. Это вытекает из общесоциального правила презумпции добропорядочности граждан и отражает специфику его проявления в уголовном судопроизводстве.
Статья: Ознакомление обвиняемого и его защитника с заключением эксперта в отечественном уголовном процессе: пробелы в праве и коллизии в практике
(Хайдаров А.А.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 6)Уголовно-процессуальный закон не предусматривает обязанности следователя знакомить подозреваемого (обвиняемого) и его защитника с заключением эксперта непосредственно после его получения. Одновременно в УПК РФ отсутствует указание на возможность ограничения права стороны защиты на ознакомление с заключением эксперта. Сторона защиты и сторона обвинения могут злоупотреблять своими правами. Автор убежден, что право обвиняемого на ознакомление с заключением эксперта может быть ограничено только по судебному решению в порядке ст. 125 УПК РФ, так же как и стороне защиты должно быть гарантировано право ознакомления с этим заключением в рамках предварительного расследования. В статье предлагаются пути решения данной проблемы путем дополнения ст. 206 УПК РФ частью 3, где предусматривалась бы возможность ограничения права обвиняемого и его защитника на ознакомление с заключением эксперта только на основании судебного решения, которым бы устанавливался определенный срок для ознакомления, причем только при наличии оснований для этого.
(Хайдаров А.А.)
("Актуальные проблемы российского права", 2025, N 6)Уголовно-процессуальный закон не предусматривает обязанности следователя знакомить подозреваемого (обвиняемого) и его защитника с заключением эксперта непосредственно после его получения. Одновременно в УПК РФ отсутствует указание на возможность ограничения права стороны защиты на ознакомление с заключением эксперта. Сторона защиты и сторона обвинения могут злоупотреблять своими правами. Автор убежден, что право обвиняемого на ознакомление с заключением эксперта может быть ограничено только по судебному решению в порядке ст. 125 УПК РФ, так же как и стороне защиты должно быть гарантировано право ознакомления с этим заключением в рамках предварительного расследования. В статье предлагаются пути решения данной проблемы путем дополнения ст. 206 УПК РФ частью 3, где предусматривалась бы возможность ограничения права обвиняемого и его защитника на ознакомление с заключением эксперта только на основании судебного решения, которым бы устанавливался определенный срок для ознакомления, причем только при наличии оснований для этого.
Статья: Правоприменительная юридическая техника
(Кожокарь И.П., Русакова Е.П.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2025, N 1)Рассуждая о правоприменительных актах, ученые-юристы зачастую называют их "актами-документами", подчеркивая их формально-определенный характер. Квалифицируя правоприменительные акты в качестве актов-документов, мы одновременно констатируем две их особенности: 1) наличие предусмотренной законом внутренней структуры; 2) письменную (в том числе электронную) форму выражения [19, с. 115]. Внутренняя структура правоприменительного акта подразумевает контекстное, а иногда и непосредственное деление текста акта на последовательные структурные единицы. Очевидно, что привести универсальную структуру правоприменительного акта не представляется возможным (и, что более важно, - необходимым), однако следует констатировать, что в том или ином виде в таком акте присутствуют вводная, описательная, мотивировочная и резолютивная части. Вводную часть правоприменительного акта, которая включает в свое содержание регистрационный номер, информацию о принявшем органе/лице, штамп и т.д., Т.В. Кашанина называет "стилевым клише" [22]. Функциональным назначением описательной части выступает изложение фабулы дела. В мотивировочной части излагается юридическая квалификация в отношении конкретных жизненных обстоятельств, ставших объектом правоприменительной деятельности. Что касается резолютивной части правоприменительного акта, то она содержит итоговое решение, принятое по юридическому делу и определяющее права и обязанности сторон конкретного правоотношения. Именно из таких частей состоит решение суда согласно статье 198 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ). Несколько иной, но весьма схожий подход изложен в статье 303 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ), повествующей о составе приговора (включает вводную, описательно-мотивировочную и резолютивную части). Как верно отмечается в исследовательской литературе, в структуре текста судебного решения можно выделить несколько логико-синтаксических схем, отличающихся по набору словесных конструкций. Так, для вводной части характерно перечисление, в том числе участников правоприменительного процесса; для описательно-мотивировочной - повествование, описание, рассуждение; для резолютивной - предписание [14]. Стоит заметить, что далеко не все правоприменительные акты-документы имеют четырех- или трехзвенную структуру. В действительности некоторые из них содержат и по два структурных элемента - вводную и резолютивную части.
(Кожокарь И.П., Русакова Е.П.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2025, N 1)Рассуждая о правоприменительных актах, ученые-юристы зачастую называют их "актами-документами", подчеркивая их формально-определенный характер. Квалифицируя правоприменительные акты в качестве актов-документов, мы одновременно констатируем две их особенности: 1) наличие предусмотренной законом внутренней структуры; 2) письменную (в том числе электронную) форму выражения [19, с. 115]. Внутренняя структура правоприменительного акта подразумевает контекстное, а иногда и непосредственное деление текста акта на последовательные структурные единицы. Очевидно, что привести универсальную структуру правоприменительного акта не представляется возможным (и, что более важно, - необходимым), однако следует констатировать, что в том или ином виде в таком акте присутствуют вводная, описательная, мотивировочная и резолютивная части. Вводную часть правоприменительного акта, которая включает в свое содержание регистрационный номер, информацию о принявшем органе/лице, штамп и т.д., Т.В. Кашанина называет "стилевым клише" [22]. Функциональным назначением описательной части выступает изложение фабулы дела. В мотивировочной части излагается юридическая квалификация в отношении конкретных жизненных обстоятельств, ставших объектом правоприменительной деятельности. Что касается резолютивной части правоприменительного акта, то она содержит итоговое решение, принятое по юридическому делу и определяющее права и обязанности сторон конкретного правоотношения. Именно из таких частей состоит решение суда согласно статье 198 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ). Несколько иной, но весьма схожий подход изложен в статье 303 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ), повествующей о составе приговора (включает вводную, описательно-мотивировочную и резолютивную части). Как верно отмечается в исследовательской литературе, в структуре текста судебного решения можно выделить несколько логико-синтаксических схем, отличающихся по набору словесных конструкций. Так, для вводной части характерно перечисление, в том числе участников правоприменительного процесса; для описательно-мотивировочной - повествование, описание, рассуждение; для резолютивной - предписание [14]. Стоит заметить, что далеко не все правоприменительные акты-документы имеют четырех- или трехзвенную структуру. В действительности некоторые из них содержат и по два структурных элемента - вводную и резолютивную части.
Статья: Основные обстоятельства, исключающие участие лица в уголовном процессе в определенном качестве. Комментарий к статье 61 УПК РФ
(Рыжаков А.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2024)По нашему мнению, такое толкование рассматриваемого словосочетания не вполне отвечает духу закона. Действительно, с одной стороны, удовлетворение заявленного надлежащего ходатайства потерпевшего (гражданского истца) не обязанность, а право следователя (дознавателя и др.), судьи (суда). Однако с другой стороны, построение ч. 1 ст. 45 УПК РФ указывает на наличие у потерпевшего (гражданского истца) права ходатайствовать перед следователем (дознавателем и др.), судьей (судом) о допуске не только адвоката, но и лица, не являющегося адвокатом, не подлежащего отводу, в качестве его представителя. Это право у него наличествует и в том случае, когда у потерпевшего (гражданского истца) еще нет представителя.
(Рыжаков А.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2024)По нашему мнению, такое толкование рассматриваемого словосочетания не вполне отвечает духу закона. Действительно, с одной стороны, удовлетворение заявленного надлежащего ходатайства потерпевшего (гражданского истца) не обязанность, а право следователя (дознавателя и др.), судьи (суда). Однако с другой стороны, построение ч. 1 ст. 45 УПК РФ указывает на наличие у потерпевшего (гражданского истца) права ходатайствовать перед следователем (дознавателем и др.), судьей (судом) о допуске не только адвоката, но и лица, не являющегося адвокатом, не подлежащего отводу, в качестве его представителя. Это право у него наличествует и в том случае, когда у потерпевшего (гражданского истца) еще нет представителя.
Статья: Заключение специалиста как процессуальный ресурс обоснованности доказательств по уголовному делу
(Брянская Е.В.)
("Российский следователь", 2025, N 6)Статья 58 УПК РФ регламентирует процессуальный статус специалиста. В ч. 1 ст. 58 УПК РФ дано определение, кто такой специалист, он рассматривается в качестве лица, обладающего специальными знаниями, привлекаемого к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном УПК РФ, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Статья 58 УПК РФ фактически регламентирует права и обязанности специалиста, но если мы проанализируем ст. 74 УПК РФ, то увидим, что в числе источников доказательств закреплено не только заключение специалиста, но и его показания (п. 3.1 ч. 2 ст. 74 УПК РФ). Однако, когда мы анализируем статус специалиста в рамках ст. 58 УПК РФ, мы не видим законодательного уточнения на предмет показаний специалиста и в чем может заключаться их цель, необходимость. В этой связи хотелось бы конкретизировать, что и показания должен давать специалист по проведенному им процессуальному действию и в рамках компетенции, в которые входят его специальные познания. Следовательно, возникает вопрос на предмет содержания законодательного положения, закрепленного ч. 2.1 ст. 58 УПК РФ, о том, что стороне защиты не может быть отказано в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в производстве по уголовному делу в порядке, установленном УПК РФ, специалиста для разъяснения вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию, за исключением случаев, предусмотренных ст. 71 УПК РФ. Тогда как на основании ч. 2 ст. 69 УПК РФ в случае обнаружения некомпетентности специалиста ему может быть заявлен отвод. Следовательно, каким образом необходимо удостовериться в надлежащей компетенции специалиста? Компетенция может подкрепляться документами о специальном образовании, опытом, немалым стажем работы по соответствующей специальности. Словарь, составителем которого является С.И. Ожегов, содержит следующее определение, что такое компетенция: в качестве компетенции рассматривается "круг вопросов, в которых лицо хорошо осведомлено" <6>. В нашей ситуации имеются в виду специальные познания. В этой связи обратим внимание на то, что в научной литературе под специальными познаниями рассматривается "совокупность различных по содержанию, методологически апробированных знаний в различных областях деятельности человека, а также навыков, умения, профессионального опыта, технологий, методик, процедур их использования в процессе производства по уголовным делам, за исключением правовых познаний лиц, осуществляющих производство по этому делу" <7>.
(Брянская Е.В.)
("Российский следователь", 2025, N 6)Статья 58 УПК РФ регламентирует процессуальный статус специалиста. В ч. 1 ст. 58 УПК РФ дано определение, кто такой специалист, он рассматривается в качестве лица, обладающего специальными знаниями, привлекаемого к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном УПК РФ, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Статья 58 УПК РФ фактически регламентирует права и обязанности специалиста, но если мы проанализируем ст. 74 УПК РФ, то увидим, что в числе источников доказательств закреплено не только заключение специалиста, но и его показания (п. 3.1 ч. 2 ст. 74 УПК РФ). Однако, когда мы анализируем статус специалиста в рамках ст. 58 УПК РФ, мы не видим законодательного уточнения на предмет показаний специалиста и в чем может заключаться их цель, необходимость. В этой связи хотелось бы конкретизировать, что и показания должен давать специалист по проведенному им процессуальному действию и в рамках компетенции, в которые входят его специальные познания. Следовательно, возникает вопрос на предмет содержания законодательного положения, закрепленного ч. 2.1 ст. 58 УПК РФ, о том, что стороне защиты не может быть отказано в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в производстве по уголовному делу в порядке, установленном УПК РФ, специалиста для разъяснения вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию, за исключением случаев, предусмотренных ст. 71 УПК РФ. Тогда как на основании ч. 2 ст. 69 УПК РФ в случае обнаружения некомпетентности специалиста ему может быть заявлен отвод. Следовательно, каким образом необходимо удостовериться в надлежащей компетенции специалиста? Компетенция может подкрепляться документами о специальном образовании, опытом, немалым стажем работы по соответствующей специальности. Словарь, составителем которого является С.И. Ожегов, содержит следующее определение, что такое компетенция: в качестве компетенции рассматривается "круг вопросов, в которых лицо хорошо осведомлено" <6>. В нашей ситуации имеются в виду специальные познания. В этой связи обратим внимание на то, что в научной литературе под специальными познаниями рассматривается "совокупность различных по содержанию, методологически апробированных знаний в различных областях деятельности человека, а также навыков, умения, профессионального опыта, технологий, методик, процедур их использования в процессе производства по уголовным делам, за исключением правовых познаний лиц, осуществляющих производство по этому делу" <7>.
Статья: Отдельные вопросы реализации права на судебную защиту при причинении имущественного вреда актами публичной власти
(Кашкарова И.Н.)
("Закон", 2025, N 4)Очевидно, такой контроль, с одной стороны, должен выполнять функцию превентивной защиты частного лица от произвольного и ошибочного ограничения права собственности, от злоупотреблений должностных лиц следствия или дознания. С другой стороны, и принятие государством на себя обязанности возместить вред, причиненный в результате ограничения права собственности, в упрощенном порядке, установленном гл. 18 УПК РФ, не может рассматриваться в отрыве от предварительного судебного контроля, обусловливающего возможность применения соответствующей меры процессуального принуждения: их реализация на основании решения суда должна минимизировать число случаев причинения вреда частным лицам и снизить тем самым ложащееся на казну бремя его возмещения.
(Кашкарова И.Н.)
("Закон", 2025, N 4)Очевидно, такой контроль, с одной стороны, должен выполнять функцию превентивной защиты частного лица от произвольного и ошибочного ограничения права собственности, от злоупотреблений должностных лиц следствия или дознания. С другой стороны, и принятие государством на себя обязанности возместить вред, причиненный в результате ограничения права собственности, в упрощенном порядке, установленном гл. 18 УПК РФ, не может рассматриваться в отрыве от предварительного судебного контроля, обусловливающего возможность применения соответствующей меры процессуального принуждения: их реализация на основании решения суда должна минимизировать число случаев причинения вреда частным лицам и снизить тем самым ложащееся на казну бремя его возмещения.
Статья: Представители (законные представители) потерпевшего, гражданского истца и (или) частного обвинителя: понятие и правовой статус в уголовном процессе. Комментарий к статье 45 УПК РФ
(Рыжаков А.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)Законодатель в ч. 1 ст. 45 УПК РФ указывает на то, что адвокаты "могут быть" представителями потерпевшего (гражданского истца, частного обвинителя). Получается, с одной стороны, удовлетворение заявленного надлежащего ходатайства потерпевшего (гражданского истца, частного обвинителя) не обязанность, а право следователя (дознавателя и др.), суда (судьи). С другой стороны, построение ч. 1 ст. 45 УПК РФ указывает на наличие у потерпевшего (гражданского истца, частного обвинителя) права ходатайствовать перед следователем (дознавателем и др.), судом (судьей) о допуске к участию в уголовном процессе конкретного адвоката в качестве своего представителя. Следователь (дознаватель и др.), суд (судья) обязаны разрешить ходатайство. При отсутствии же у следователя (дознавателя и др.), суда (судьи) фактических оснований отказа в удовлетворении указанного ходатайства, должностное лицо (орган), в производстве которого находится уголовное дело, не имеет права не удовлетворить заявленное потерпевшим (гражданским истцом, частным обвинителем) требование (просьбу) и не вынести постановление (определение) о допуске для участия в уголовном процессе представителя потерпевшего (гражданского истца, частного обвинителя). Такими основаниями могут быть признаны лишь обстоятельства, перечисленные в ч. 1 ст. 72 УПК РФ. Причем при их толковании должны быть учтены официальные разъяснения Конституционного Суда РФ <55>, Комиссии по этике и стандартам Федеральной палаты адвокатов РФ <56> и др. Не делает необоснованным привлечение к участию в деле представителя потерпевшего (гражданского истца, частного обвинителя), к примеру, участие в процессе государственного обвинителя <57>.
(Рыжаков А.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)Законодатель в ч. 1 ст. 45 УПК РФ указывает на то, что адвокаты "могут быть" представителями потерпевшего (гражданского истца, частного обвинителя). Получается, с одной стороны, удовлетворение заявленного надлежащего ходатайства потерпевшего (гражданского истца, частного обвинителя) не обязанность, а право следователя (дознавателя и др.), суда (судьи). С другой стороны, построение ч. 1 ст. 45 УПК РФ указывает на наличие у потерпевшего (гражданского истца, частного обвинителя) права ходатайствовать перед следователем (дознавателем и др.), судом (судьей) о допуске к участию в уголовном процессе конкретного адвоката в качестве своего представителя. Следователь (дознаватель и др.), суд (судья) обязаны разрешить ходатайство. При отсутствии же у следователя (дознавателя и др.), суда (судьи) фактических оснований отказа в удовлетворении указанного ходатайства, должностное лицо (орган), в производстве которого находится уголовное дело, не имеет права не удовлетворить заявленное потерпевшим (гражданским истцом, частным обвинителем) требование (просьбу) и не вынести постановление (определение) о допуске для участия в уголовном процессе представителя потерпевшего (гражданского истца, частного обвинителя). Такими основаниями могут быть признаны лишь обстоятельства, перечисленные в ч. 1 ст. 72 УПК РФ. Причем при их толковании должны быть учтены официальные разъяснения Конституционного Суда РФ <55>, Комиссии по этике и стандартам Федеральной палаты адвокатов РФ <56> и др. Не делает необоснованным привлечение к участию в деле представителя потерпевшего (гражданского истца, частного обвинителя), к примеру, участие в процессе государственного обвинителя <57>.
Статья: Обвинение и защита при производстве по уголовным делам у мирового судьи
(Гриненко А.В.)
("Мировой судья", 2026, N 3)Судебное следствие в основном происходит в том же порядке, что и в обычном суде первой инстанции (ч. 5 ст. 321 УПК РФ). На каждую из сторон (как обвинения, так и защиты) возложены равные обязанности, им же предоставлены равные права. Основные возможности стороны обвинения сводятся к тому, что обвинитель вправе представлять доказательства, участвовать в их исследовании, излагать суду свое мнение по вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства. Что касается общих процессуальных прав, то для частного обвинителя они перечислены достаточно детально (ст. 43 УПК РФ с последующими ссылками на ст. 318, ч. 4 - 6 ст. 246 УПК РФ).
(Гриненко А.В.)
("Мировой судья", 2026, N 3)Судебное следствие в основном происходит в том же порядке, что и в обычном суде первой инстанции (ч. 5 ст. 321 УПК РФ). На каждую из сторон (как обвинения, так и защиты) возложены равные обязанности, им же предоставлены равные права. Основные возможности стороны обвинения сводятся к тому, что обвинитель вправе представлять доказательства, участвовать в их исследовании, излагать суду свое мнение по вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства. Что касается общих процессуальных прав, то для частного обвинителя они перечислены достаточно детально (ст. 43 УПК РФ с последующими ссылками на ст. 318, ч. 4 - 6 ст. 246 УПК РФ).