Передача имущества в хозяйственное ведение
Подборка наиболее важных документов по запросу Передача имущества в хозяйственное ведение (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Доказательства и доказывание в арбитражном суде: Споры, связанные с признанием права собственности: Истец хочет признать право собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности
(КонсультантПлюс, 2025)постановлением администрации города о передаче имущества в хозяйственное ведение >>>
(КонсультантПлюс, 2025)постановлением администрации города о передаче имущества в хозяйственное ведение >>>
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Имущество, находящееся на праве хозяйственного ведения
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Передача имущества в хозяйственное ведение
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)Передача имущества в хозяйственное ведение
Нормативные акты
"Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая)" от 30.11.1994 N 51-ФЗ
(ред. от 31.07.2025, с изм. от 25.11.2025)
(с изм. и доп., вступ. в силу с 01.08.2025)1. Право хозяйственного ведения или право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия или учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника.
(ред. от 31.07.2025, с изм. от 25.11.2025)
(с изм. и доп., вступ. в силу с 01.08.2025)1. Право хозяйственного ведения или право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия или учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника.
Федеральный закон от 14.11.2002 N 161-ФЗ
(ред. от 15.12.2025)
"О государственных и муниципальных унитарных предприятиях"2. Право на имущество, закрепляемое за унитарным предприятием на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления собственником этого имущества, возникает с момента передачи такого имущества унитарному предприятию, если иное не предусмотрено федеральным законом или не установлено решением собственника о передаче имущества унитарному предприятию.
(ред. от 15.12.2025)
"О государственных и муниципальных унитарных предприятиях"2. Право на имущество, закрепляемое за унитарным предприятием на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления собственником этого имущества, возникает с момента передачи такого имущества унитарному предприятию, если иное не предусмотрено федеральным законом или не установлено решением собственника о передаче имущества унитарному предприятию.
Формы
Статья: Субсидирование деятельности государственных и муниципальных учреждений в контексте применения бюджетного и антимонопольного законодательства
(Истомин В.Г.)
("Финансовое право", 2025, N 2)Вместе с тем указанная, казалось бы, частная проблема подводит нас к более серьезному вопросу о пределах применения положений антимонопольного законодательства к отношениям, регулируемым нормами различных отраслей права. Другими словами, каким образом должны разрешаться возможные коллизии законодательства о защите конкуренции и иного, в частности гражданского и бюджетного, законодательства? Дело в том, что такие ситуации, помимо рассматриваемой в настоящей работе, имели место и ранее. В частности, в соответствии с Письмом ФАС РФ от 13 января 2011 г. N АЦ/422 согласие уполномоченного государственного либо муниципального органа на распоряжение унитарным предприятием закрепленным за ним имуществом само по себе предлагалось рассматривать как преференцию, что, в свою очередь, предполагало необходимость предварительного согласования данного действия с антимонопольным органом. Его отсутствие следовало расценивать как нарушение ст. 15 Закона о защите конкуренции. Однако гражданское законодательство не предусматривает наличие согласия антимонопольного органа в качестве необходимого условия осуществления публичным собственником своих полномочий в отношении закрепленного за унитарным предприятием либо учреждением имущества. В связи с этим в судебной практике стали появляться решения, где акты антимонопольных органов, в соответствии с которыми дача согласия на распоряжение имуществом рассматривалась как предоставление преференции, признавались недействительными <11>. В дальнейшем ФАС РФ изменила свою позицию по указанному вопросу: в соответствии с подп. "а" п. 1.1 Разъяснений ФАС России от 29 сентября 2022 г. N 22 "Об особенностях осуществления государственного антимонопольного контроля за предоставлением государственных или муниципальных преференций" установлено, что как таковое согласие собственника государственного либо муниципального имущества на его отчуждение преференцией не является, поскольку фактического предоставления имущества в этом случае не происходит. Поэтому на практике противоправной в настоящее время признается не дача согласия на распоряжение имуществом, а совокупность действий, которые включают передачу имущества в хозяйственное ведение или оперативное управление и последующее его отчуждение частному хозяйствующему субъекту и в целом могут рассматриваться как обход законодательства о приватизации. Помимо указанного можно привести и другие примеры коллизий антимонопольного и иного законодательства <12>.
(Истомин В.Г.)
("Финансовое право", 2025, N 2)Вместе с тем указанная, казалось бы, частная проблема подводит нас к более серьезному вопросу о пределах применения положений антимонопольного законодательства к отношениям, регулируемым нормами различных отраслей права. Другими словами, каким образом должны разрешаться возможные коллизии законодательства о защите конкуренции и иного, в частности гражданского и бюджетного, законодательства? Дело в том, что такие ситуации, помимо рассматриваемой в настоящей работе, имели место и ранее. В частности, в соответствии с Письмом ФАС РФ от 13 января 2011 г. N АЦ/422 согласие уполномоченного государственного либо муниципального органа на распоряжение унитарным предприятием закрепленным за ним имуществом само по себе предлагалось рассматривать как преференцию, что, в свою очередь, предполагало необходимость предварительного согласования данного действия с антимонопольным органом. Его отсутствие следовало расценивать как нарушение ст. 15 Закона о защите конкуренции. Однако гражданское законодательство не предусматривает наличие согласия антимонопольного органа в качестве необходимого условия осуществления публичным собственником своих полномочий в отношении закрепленного за унитарным предприятием либо учреждением имущества. В связи с этим в судебной практике стали появляться решения, где акты антимонопольных органов, в соответствии с которыми дача согласия на распоряжение имуществом рассматривалась как предоставление преференции, признавались недействительными <11>. В дальнейшем ФАС РФ изменила свою позицию по указанному вопросу: в соответствии с подп. "а" п. 1.1 Разъяснений ФАС России от 29 сентября 2022 г. N 22 "Об особенностях осуществления государственного антимонопольного контроля за предоставлением государственных или муниципальных преференций" установлено, что как таковое согласие собственника государственного либо муниципального имущества на его отчуждение преференцией не является, поскольку фактического предоставления имущества в этом случае не происходит. Поэтому на практике противоправной в настоящее время признается не дача согласия на распоряжение имуществом, а совокупность действий, которые включают передачу имущества в хозяйственное ведение или оперативное управление и последующее его отчуждение частному хозяйствующему субъекту и в целом могут рассматриваться как обход законодательства о приватизации. Помимо указанного можно привести и другие примеры коллизий антимонопольного и иного законодательства <12>.
"Комментарий к Федеральному закону от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости"
(Гришаев С.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2024)Субъекты права хозяйственного ведения - государственные и муниципальные унитарные предприятия. Собственником имущества, переданного в хозяйственное ведение, остается государство (Российская Федерация или субъект РФ) или муниципальное образование. Объектами права хозяйственного ведения являются те виды имущества (в том числе здания, сооружения, станки и т.д.), которые были переданы предприятию собственником, а также имущество, приобретенное в результате производственной деятельности.
(Гришаев С.П.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2024)Субъекты права хозяйственного ведения - государственные и муниципальные унитарные предприятия. Собственником имущества, переданного в хозяйственное ведение, остается государство (Российская Федерация или субъект РФ) или муниципальное образование. Объектами права хозяйственного ведения являются те виды имущества (в том числе здания, сооружения, станки и т.д.), которые были переданы предприятию собственником, а также имущество, приобретенное в результате производственной деятельности.
Статья: Вопросы судебной практики рассмотрения споров о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в рамках дел о несостоятельности (банкротстве)
(Корюкаева Т.Г., Петряшова А.А.)
("Арбитражные споры", 2024, N 3)Практика по передаче имущества в хозяйственное ведение подведомственным администрации юридическим лицам является типичной. Подобным образом объекты водоснабжения и водоотведения эксплуатируются подконтрольными администрации юридическими лицами на протяжении последних девяти лет.
(Корюкаева Т.Г., Петряшова А.А.)
("Арбитражные споры", 2024, N 3)Практика по передаче имущества в хозяйственное ведение подведомственным администрации юридическим лицам является типичной. Подобным образом объекты водоснабжения и водоотведения эксплуатируются подконтрольными администрации юридическими лицами на протяжении последних девяти лет.
"Комментарий к отдельным положениям Уголовного кодекса Российской Федерации в решениях Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ"
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)П. совершил злостное неисполнение решения АРБИТРАЖНОГО суда, которым с предприятия и администрации муниципального образования в солидарном порядке за счет казны муниципального образования взысканы задолженность в пользу АО "А." по договору энергосбережения в размере 636 237 руб. 57 коп., пени и судебные расходы по уплате государственной пошлины, не исполнил возложенные на него судом обязанности при наличии у возглавляемого им предприятия возможности и денежных средств погасить эту задолженность. Кроме того, П. воспрепятствовал его исполнению тем, что от имени предприятия заключил с ООО "Ф.Г." договор уступки права требования дебиторской задолженности на сумму 1 394 808 руб. 17 коп., уступив дебиторскую задолженность в явно заниженном размере - за 262 428 руб., которой, как и другими находившимися на счете предприятия денежными средствами, распорядился по своему усмотрению - на нужды предприятия. При этом злостное неисполнение судебного решения суд усмотрел в том, что П. проигнорировал требование судебного пристава-исполнителя, предъявившего ему постановление о возбуждении исполнительного производства и сделавшего предупреждение об уголовной ответственности за неисполнение решения суда, и при наличии установленной проверкой кассы предприятия возможности его исполнения расходовал денежные средства на другие цели, минуя выплату задолженности по решению суда в пользу АО "А.". Судебная коллегия приговор отменила, прекратив уголовное дело на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, указав следующее. В приговоре не приведены доказательства, которые бы свидетельствовали об умышленном заключении П. указанного договора уступки права требования дебиторской задолженности с целью неисполнения вступившего в законную силу решения суда либо воспрепятствования его исполнению. Заключение между предприятием и ООО "Ф.Г." договора уступки права требования дебиторской задолженности на указанную сумму было вызвано тем, что предприятие никак не могло получить задолженность от должников - граждан, уклонявшихся от оплаты коммунальных услуг, предоставленных им предприятием. При этом решение о заключении договора уступки права требования дебиторской задолженности было принято по согласованию с администрацией, в собственности которой находилось имущество, переданное в хозяйственное ведение предприятия. П. лично обращался к администрации как к солидарному должнику с просьбой изыскать денежные средства на погашение задолженности по судебному решению перед АО "А.", поскольку договор был заключен сторонами в рамках исполнения муниципального контракта на энергосбережение для нужд администрации, а предприятие в то время испытывало финансовые трудности, связанные с необходимостью выполнения долговых обязательств перед контрагентом - поставщиком угля для нужд населения муниципального образования, а также выплатой заработной платы работникам предприятия, закупкой необходимого оборудования, в том числе приобретением горюче-смазочных материалов и запасных частей, без которых невозможно было оказать надлежащие услуги гражданам по тепло- и водоснабжению, а также вывозу бытовых отходов. Об отсутствии в действиях П. признака злостного неисполнения судебного решения свидетельствует также непродолжительный период, прошедший после предъявления ему судебным приставом-исполнителем требований о погашении задолженности по исполнительному листу. Данные требования судебного пристава-исполнителя были предъявлены П. 14 июня 2019 г. (в этот же день он был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 315 УК РФ за неисполнение судебного решения), а инкриминируемый ему период уклонения от исполнения судебного решения указан с 30 апреля 2019 г. (с момента вступления решения суда в законную силу) по 4 июля 2019 г. (день его увольнения с должности руководителя предприятия) <1320>.
(постатейный)
(2-е издание, переработанное и дополненное)
(Хромов Е.В.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2025)П. совершил злостное неисполнение решения АРБИТРАЖНОГО суда, которым с предприятия и администрации муниципального образования в солидарном порядке за счет казны муниципального образования взысканы задолженность в пользу АО "А." по договору энергосбережения в размере 636 237 руб. 57 коп., пени и судебные расходы по уплате государственной пошлины, не исполнил возложенные на него судом обязанности при наличии у возглавляемого им предприятия возможности и денежных средств погасить эту задолженность. Кроме того, П. воспрепятствовал его исполнению тем, что от имени предприятия заключил с ООО "Ф.Г." договор уступки права требования дебиторской задолженности на сумму 1 394 808 руб. 17 коп., уступив дебиторскую задолженность в явно заниженном размере - за 262 428 руб., которой, как и другими находившимися на счете предприятия денежными средствами, распорядился по своему усмотрению - на нужды предприятия. При этом злостное неисполнение судебного решения суд усмотрел в том, что П. проигнорировал требование судебного пристава-исполнителя, предъявившего ему постановление о возбуждении исполнительного производства и сделавшего предупреждение об уголовной ответственности за неисполнение решения суда, и при наличии установленной проверкой кассы предприятия возможности его исполнения расходовал денежные средства на другие цели, минуя выплату задолженности по решению суда в пользу АО "А.". Судебная коллегия приговор отменила, прекратив уголовное дело на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, указав следующее. В приговоре не приведены доказательства, которые бы свидетельствовали об умышленном заключении П. указанного договора уступки права требования дебиторской задолженности с целью неисполнения вступившего в законную силу решения суда либо воспрепятствования его исполнению. Заключение между предприятием и ООО "Ф.Г." договора уступки права требования дебиторской задолженности на указанную сумму было вызвано тем, что предприятие никак не могло получить задолженность от должников - граждан, уклонявшихся от оплаты коммунальных услуг, предоставленных им предприятием. При этом решение о заключении договора уступки права требования дебиторской задолженности было принято по согласованию с администрацией, в собственности которой находилось имущество, переданное в хозяйственное ведение предприятия. П. лично обращался к администрации как к солидарному должнику с просьбой изыскать денежные средства на погашение задолженности по судебному решению перед АО "А.", поскольку договор был заключен сторонами в рамках исполнения муниципального контракта на энергосбережение для нужд администрации, а предприятие в то время испытывало финансовые трудности, связанные с необходимостью выполнения долговых обязательств перед контрагентом - поставщиком угля для нужд населения муниципального образования, а также выплатой заработной платы работникам предприятия, закупкой необходимого оборудования, в том числе приобретением горюче-смазочных материалов и запасных частей, без которых невозможно было оказать надлежащие услуги гражданам по тепло- и водоснабжению, а также вывозу бытовых отходов. Об отсутствии в действиях П. признака злостного неисполнения судебного решения свидетельствует также непродолжительный период, прошедший после предъявления ему судебным приставом-исполнителем требований о погашении задолженности по исполнительному листу. Данные требования судебного пристава-исполнителя были предъявлены П. 14 июня 2019 г. (в этот же день он был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 315 УК РФ за неисполнение судебного решения), а инкриминируемый ему период уклонения от исполнения судебного решения указан с 30 апреля 2019 г. (с момента вступления решения суда в законную силу) по 4 июля 2019 г. (день его увольнения с должности руководителя предприятия) <1320>.
Статья: Практика разрешения споров о передаче (возврате) социально значимых объектов и объектов коммунальной инфраструктуры в муниципальную собственность и споров, связанных с выплатой компенсации за такой возврат
(Чернышева А.А.)
("Арбитражные споры", 2024, N 3)При рассмотрении обособленного спора в рамках дела N А56-125327/2018 о признании недействительной сделки по передаче имущества из хозяйственного ведения должника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в хозяйственное ведение должника и обязания конкурсного управляющего включить имущество в конкурсную массу суды установили, что имущество, переданное конкурсным управляющим администрации, составляет централизованную систему водоснабжения и водоотведения на территории области, является изъятым из оборота и не может быть включено в конкурсную массу должника. Суды первой и апелляционной инстанций признали действия конкурсного управляющего и администрации законными и не усмотрели оснований для удовлетворения заявления конкурсного кредитора.
(Чернышева А.А.)
("Арбитражные споры", 2024, N 3)При рассмотрении обособленного спора в рамках дела N А56-125327/2018 о признании недействительной сделки по передаче имущества из хозяйственного ведения должника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в хозяйственное ведение должника и обязания конкурсного управляющего включить имущество в конкурсную массу суды установили, что имущество, переданное конкурсным управляющим администрации, составляет централизованную систему водоснабжения и водоотведения на территории области, является изъятым из оборота и не может быть включено в конкурсную массу должника. Суды первой и апелляционной инстанций признали действия конкурсного управляющего и администрации законными и не усмотрели оснований для удовлетворения заявления конкурсного кредитора.
Статья: Обзор правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации по вопросам частного права за декабрь 2024 года
(Гуна А.Н., Гвоздева С.В., Карапетов А.Г., Саргсян Т.А., Сбитнев Ю.В., Трофимов С.В., Фетисова Е.М.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, N 2)1. Право у арендатора на выкуп арендованного имущества в соответствии со ст. 3 Федерального закона от 22 июля 2008 года N 159-ФЗ возникает по истечении двух лет непрерывного владения и пользования имуществом. Однако этот срок подлежит исчислению с момента передачи имущества в фактическое владение арендатора и не может исчисляться с момента передачи имущества в хозяйственное ведение третьего лица, которая сама по себе не повлияла на арендные правоотношения.
(Гуна А.Н., Гвоздева С.В., Карапетов А.Г., Саргсян Т.А., Сбитнев Ю.В., Трофимов С.В., Фетисова Е.М.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2025, N 2)1. Право у арендатора на выкуп арендованного имущества в соответствии со ст. 3 Федерального закона от 22 июля 2008 года N 159-ФЗ возникает по истечении двух лет непрерывного владения и пользования имуществом. Однако этот срок подлежит исчислению с момента передачи имущества в фактическое владение арендатора и не может исчисляться с момента передачи имущества в хозяйственное ведение третьего лица, которая сама по себе не повлияла на арендные правоотношения.
Путеводитель по судебной практике. Купля-продажа. Общие положения11.1. Можно ли передать право хозяйственного ведения имуществом по сделке купли-продажи между унитарными предприятиями
Статья: Изъятие собственником имущества ГУП основных средств, приобретенных за счет субсидий
(Лимонникова А.С.)
("Жилищно-коммунальное хозяйство: бухгалтерский учет и налогообложение", 2023, N 2)Перечень документов, необходимых для принятия решения о передаче имущества из одного публичного образования в другое, утвержден Постановлением Правительства РФ от 13.06.2006 N 374. Так, для принятия решения о передаче имущества из собственности субъекта РФ в федеральную собственность среди прочего необходимо представить согласие (письмо) государственного предприятия, государственного учреждения на передачу имущества, принадлежащего им на праве хозяйственного ведения или оперативного управления соответственно, с подтверждением полномочий лица, давшего такое согласие (подписавшего такое письмо).
(Лимонникова А.С.)
("Жилищно-коммунальное хозяйство: бухгалтерский учет и налогообложение", 2023, N 2)Перечень документов, необходимых для принятия решения о передаче имущества из одного публичного образования в другое, утвержден Постановлением Правительства РФ от 13.06.2006 N 374. Так, для принятия решения о передаче имущества из собственности субъекта РФ в федеральную собственность среди прочего необходимо представить согласие (письмо) государственного предприятия, государственного учреждения на передачу имущества, принадлежащего им на праве хозяйственного ведения или оперативного управления соответственно, с подтверждением полномочий лица, давшего такое согласие (подписавшего такое письмо).
Путеводитель по судебной практике. Аренда. Общие положения2. Сдача в аренду имущества, переданного в оперативное управление (хозяйственное ведение)